Unite per sempre

Возвращение с отдыха, как всегда в таких случаях было не слишком приятным, но неизбежным, так как на следующий день после него должен был состояться концерт, решающий дальнейшую судьбу скрипачки, как музыканта. К моменту, когда ей нужно было выходить на сцену, обоим уже казалось, что было бы куда проще, если бы поезд задержался – нервы, смешавшиеся с предпраздничным хаосом, давали о себе знать. Однако, несмотря на это, концерт прошел более чем гладко, что, безусловно, предвещало неплохие перспективы для светловолосой. После того, как музыка стихла и благодарные слушатели разошлись по домам готовиться к вечеру и встрече Нового Года, уставшие после выступления музыканты задержались, для проведения своеобразного корпоратива и проводов Старого, заканчивающегося этим днем, года. Лита, стоявшая у окна в черном оркестровом платье, задумчиво поигрывала бокалом с шампанским в руках – неизменная традиция заставляла и равнодушную к алкоголю девушку выпить вместе со всеми немного искрящегося напитка, и не имеет значения, что она сама об этом думает. Вместо того, чтобы изображать мебель на этом вечере, она бы предпочла сейчас находиться вместе с Сэтом в их маленькой квартирке, пропахшей запахом ели и мандаринов. В холодильнике их уже ждал неизменный, как и шампанское, салат оливье, а в духовке румянилась курица, приготовленная по домашнему рецепту семьи Райс. В той атмосфере уюта было куда лучше, чем на вычурном банкете музыкантов. - Не замерз? – посмотрев на стоящего рядом с ней брюнета, попутно в очередной раз залюбовавшись тем, как он выглядит в костюме, поинтересовалась светловолосая. – Зал довольно большой, так что тут всегда прохладно. - Я греюсь шампанским и твоим очарованием, - улыбнулся ей мальчик, мягко рассматривая лицо скрипачки. – Ты прекрасно выглядишь, Лита. И играла просто великолепно. Сама-то не замерзла? - Шампанское поставил, сок взял, - велела девушка, так же чуть ему улыбнувшись. – Нет, я привычна к такой температуре. И до великолепной игры мне еще расти и расти. А вот тебе, кстати, костюм очень сильно идет. Сразу взрослее кажешься. И по росту меня почти догнал, мелкий шкет. Придется мне теперь на каблуках ходить, чтобы авторитета не терять. - Не «почти догнал», а догнал, - улыбнулся ей мальчик, подходя вплотную и накидывая на плечи девушки свой пиджак. – Ты не потеряешь свой авторитет, даже если станешь мне по грудь ростом, - он ласково сжал ее руку в своей. – И кстати, поверь, тебе это платье идет не меньше – безупречно… - он хитро улыбнулся. – Не хочешь свалить домой, пока никто не видит, а? Они так заняты выпивкой, что мне кажется – самое время погрузиться в атмосферу елки, куры и мандариновой радости. Я, признаться, все время думаю о том, насколько корпоративки скучнее, чем твое уютное общество… - Выключи режим обольстителя – со мной не проканает, - щелкнула его по носу русоволосая, согласно кивнув. – Пошли. Дирижер уже напился, так что теперь мое отсутствие никто и не заметит. Лучше дома будем. И если у меня начнут заплетаться ноги – это еще не значит, что я пьяна, шкет. Алкоголь влияет только на мое чувство координации, но никак не мышление, усек? - Усек, - согласился мальчик, беря ее за руки и ведя за собой к выходу. – Но это ведь не мешает немного за тобой поухаживать, так? Тем более, сегодня - Новый год, а значит, хотя бы на вечер, можно откинуть ханжество и быть просто собой, без преукрашений и масок… – он остановился около кушетки и, усадив на нее девушку, взял в ладони ее ногу, осторожно снимая туфлю и, чуть размяв стопу, надевая на нее удобный сапог на низком каблуке. – Знаешь, даже не верится, что всего три месяца прошло. Кажется, что всю жизнь… - черноволосый осторожно взял в руки ее вторую ногу, проделывая те же манипуляции. - Сэт, ну я же просила, а? – наигранно ворчливо пробубнила Лита, в глазах которой явно читалась благодарность. – И насчет срока – тут я с тобой согласна. Шкет под боком словно бы и всю жизнь имеется. Удобно, весело, уютно. Даже несмотря на его занудство. Мальчик тепло улыбнулся и, на мгновение коснувшись ее колена лбом, поднялся, осторожно поднимая Литу на ноги и помогая ей одеть пальто. - Прости, такой уродился, - он осторожно поправил ее воротник и, ласково коснувшись щеки девушки, чуть отодвинулся, накидывая на себя френч и шарф. – Внизу стоят такси, так что совсем скоро будем дома… - он чуть приобнял ее, открывая дверь и пропуская девушку вперед. - Снег снова пошел. Красиво, как в сказке. - Сейчас я тебе эту сказку обломаю. Кто сказал, что можно тратиться на такси? В Новогоднюю ночь оно в три раза дороже, - нахмурилась русоволосая. – Общественный транспорт все еще ходит – поедем на нем. - Оно уже оплачено, это раз, - улыбнулся мальчик, поддерживая ее под локоть и помогая спуститься с лестницы, - а два – это то, что не нами – я помог составить несколько полезных программ для службы такси, так что это их бонус к оплате на сегодня. Не парься, скрипочка, иногда надо просто принимать все таким, какое оно есть и получать удовольствие от того, что все именно так. - Я тебя покусаю. Сильно. Ты меня совсем не слушаешься… да что там слушаться – не прислушиваешься даже. - А я – тебя, - тихо рассмеялся мальчик и, ткнувшись носом в ее щеку, чуть прикусил за скулу. – Вот так. Ам! И все… - Балбес ты мелкий! – засмеялась в ответ девушка. – Я же накрашена для концерта! Вкусный тональник? - Ты – вкуснее, - заверил ее мальчик, облизывая губы и открывая дверь, ведущую на улицу. – Ух какая вьюга-то! На улице действительно торжествовала зима. Снег, крупными хлопьями летящий с небес и образующий собой самую настоящую завесу, подхватывался ветром и, завихряясь его потоками, осыпался на землю, образуя глубокие сугробы и насыпи, заметая дорожки и устилая весь мир своим невинно-белым полотном. Мальчик улыбнулся и, без видимого усилия подхватив девушку на руки, понес ее к стоящей неподалеку машине, водитель которой включил свет в салоне, давая знать, что он готов ко встрече пассажиров. - Ишь, как зима разошлась! – Сэт ласково посмотрел на Литу, прокладывая себе путь в снежном насте, который по высоте стремился преодолеть отметку в двадцать сантиметров. – Тут не такси, а Санта на санях с оленями нужен… - Очевидно, что за оленя и ты сойдешь… - прокомментировала его поведение девушка. – Сэт, об этом я тебе тоже говорила – не носи меня на руках! Я же тяжелее тебя – надорвешься. Пока не станешь тяжелее килограмм на двадцать – даже и не думай о таком. - Глупенькая, мне приятно носить тебя на руках, ведь ты – самое дорогое, что у меня есть в мире, Лита, - он кивнул водителю и, дождавшись, пока тот откроет дверь заднего сидения машины, аккуратно усадил туда девушку и, отряхнув с обуви снег, сел следом, прикрывая дверь и чуть ослабляя шарф. – Поэтому, не бухти, - мальчик обнял ее, притягивая к себе и беря руки девушки в свои, согревая. - Сейчас домой приедем, переоденемся в удобную одежду, заберемся с ногами на кровать, укутаемся в одеяло и натрескаемся от пуза твоей замечательной курочкой. Ммм… Обреченно вздохнув, поняв, что от внимания ей сегодня не сбежать (и подпольно радуясь, что познакомились они уже после ее дня рождения), русоволосая кивнула, опуская голову на его плечо и улыбаясь. - Хорошо. Включим телевизор на новогодние передачи, возьмем в кровать всю миску салата и будем безостановочно лопать, пока вся еда не закончится. А утром я буду жаловаться на свой вес и сяду на диету. - А я буду тебе говорить, что тебе этот лишний килограмм к лицу и не надо ничего менять, особенно учитывая, что это будет правдой, - мальчик зарылся носом в ее волосы. – Знаешь, Лит… ты – самое лучшее, что только случалось со мной. Я рад, что мы – рядом. - Извини, но я сюсюканья не признаю – предпочитаю молчаливую заботу, - погладив его по голове, сообщила та. – И лишние килограммы не идут никому, не надо. Тебе-то хорошо – у тебя все в рост уходит… может, мне тебя кормить меньше, м? Так и расти будешь медленнее… а что, вариант… Сэт тихо рассмеялся, провожая взглядом огни ночного города, вовсю готовящегося к главному празднику года. *** - Ммм! Вкусно! – мальчик проглотил откушенный кусок куриной ножки и восхищенно посмотрел на скрипачку. – Это самая вкусная курица из тех, что я ел! Лита, приготовишь такую на мой День Рождения, ладно? Она ж просто… обалдеть просто, какая вкусная! Комната, освещаемая только лишь новогодней высокой елкой, украшенной бордовыми и золотыми шарами, бусами и гирляндами, а так же перекликающимися с ней украшениями, развешенными по стенам, разноцветными переливчатыми серпантинами и фонариками, выглядела празднично, уютно и очень по-домашнему. На сделанном на днях из «подручных средств» искусственном камине, проецирующем огонь и выглядевшем, впрочем, неотличимым от настоящего, стояли разнообразные вазы с конфетами, мандаринами, печеньем и другими сладостями. Кровать, застеленная пушистым темно-бордовым одеялом и обретшая около десятка таких же пушистых подушек бордового и белого цвета, которые Сэт молча принес вместе с елкой и украшениями для нее (получив по голове за такое транжирство), стала отличным плацдарм для «новогоднего ужина». - Хорошо, сделаю, - кивнула девушка, вовсю уплетающая салат под шум новогодних шуток и песен, идущих по телевизору, хорошо вписывающихся в общий фон. – Она очень просто делается. Мы ее всегда по праздникам готовим – быстро, вкусно, дешево. И с картошечкой идет замечательно. А завтра я еще один очень вкусный рыбный пирог сделаю – обалдеть вещица. Ну, и к вечеру обязательно нужно будет что-то итальянское. - Не вопрос, можно сделать спагетти с курочкой по-сицилийски и пиццу… - кивнул мальчик. - Блин, я вот все думаю – как тебе лучше: в вечернем платье с макияжем или в домашней рубашке без него? Никак не могу прийти к единому мнению… ты очень красивая, Лита. И я не сюсюкаюсь, я выражаю художественное экспертное мнение! - Щеки вытри, художественный эксперт, - засмеялась русоволосая, беря салфетку и стирая с его лица следы от майонеза. – Вот так. И ешь медленнее – подавишься. Ноги этой курице ты уже оторвал – никуда она от тебя не убежит. А ночь еще длинная – успеешь всю ее догрызть. - Курица – далеко не самая аппетитная персона на нашем ужине, - улыбнулся мальчик, благодарно глядя на нее. – Лита под фруктовым соусом – куда привлекательнее, - Сэт довольно улыбнулся, практически полностью повторяя ее действия и показывая девушке чуть перепачканную в озвученном бумагу. – Завтра пойдем гулять днем. Наверное, после сегодняшней метели будет действительно красиво! - Только если метель не продолжится – не хочу, чтобы ты опять заболел. Тут зимы куда более суровые, чем ты привык, итальянец, - предостерегла его Лита, наклоняясь и поднимая с пола шампанское для себя и сок для него, наливая напитки в стаканы. – Если не пойдем гулять – мне на работе подкинули одну очень длинную и интересную настольную – а в нашем случае накроватную – игру. Думаю, первого января такое времяпровождения будет веселым, м? - Угу. А чего ты мне сок-то льешь? – искренне не понял мальчик. – Я, как бы, употребляю шампанские и вина – что тут такого? - Потому что я отказываюсь тебе наливать минимум до твоих четырнадцати лет. А там –только чуть-чуть и по праздникам. - Да я и сам себе налить могу, если тебе принципиально, - рассмеялся мальчик. – Ты строгая такая, даже строже, чем среднестатистическая мать. Хочешь, чтобы я стал образцовым, да? - Конечно хочу! Какая сестра это младшему братику не желает, м? – поинтересовалась девушка. – Ты сейчас в таком возрасте, когда окружение больше всего влияет на становление тебя как личности. Поэтому мне нужно тщательно за тобой присматривать и исключать все то, что в последствии может привести тебя на кривую дорожку. - Но если я стану слишком уж хорошим – это ведь тоже к добру не приведет, так? – хмыкнул Сэт, лениво потягиваясь и укладываясь на кровать, философски покручивая обкусанной куриной голяшкой. – Кстати, я вот все думаю, моя прекрасная леди, как бы так разнообразить наш вкусный досуг? - Что вы имеете в виду, мой беспардонный спутник вечера? - Очень пардонный, не надо ля-ля, - хмыкнул брюнет, поднимаясь и откладывая косточку в контейнер для животных. - Я просто задумался над вопросом, не согласится ли моя прекрасная дама в честь Новогоднего кроватного банкета исполнить со мной медленный танец в этом величественном зале? – он отвесил ей шутливый низкий поклон и, подойдя к части кровати, где расположилась девушка, встал на колено, беря ее руку в свои и выгибая бровь. – А, если не в честь Новогоднего торжества, так хотя бы в честь моей отпардоненной беспардонности… Лита рассмеялась, принимая его руку и кивая. - Ну, в честь такого дела грех не станцевать, - согласилась она, увеличивая громкость на экране и выводя партнера на наиболее свободное пространства. – Обычный медленный танец, безо всяких добавок, ладно? Я в этом не очень сильна, - призналась она, кладя его руки себе на талию, а свои опуская на его плечи, становясь ближе. – И танцевать в одной рубашке и коротеньких шортах – это забавно. - Это в некотором роде красиво, - черноволосый обнял ее чуть плотнее и, ласково огладив спину девушки, улыбнулся, - Ты сделала интересное примечание про «добавки», на самом деле, - он чуть двинулся, осторожно ведя ее и вписывая плавные переходя в мелодичную музыкальную композицию, играющую на фоне. – Разве дело в «добавках» или умении? - А мало ли, может, ты маэстро танца? – предположила девушка, позволяя себя вести, краем глаза отмечая, что за окном раздаются звуки фейерверков, которые, как она знала, будут продолжаться всю ночь напролет. – Знаешь, в славянских странах есть поверие: как Новый год встретишь – так его и проведешь. Мне нравится подобный способ проведения целого года. - А уж как мне нравится! Ммм! – мальчик чуть отвел ее от себя и, покружив, согласно переходам музыки, обнял со спины, притягивая ближе и укладывая подбородок на ее плечо. – Вдвоем в уютной и ставшей родной квартире, с самым любимым человеком в мире, после сытного и очень вкусного ужина, вот так близко и тепло обниматься, двигаясь под нежную музыку… я даже сам себе завидую! - Сюсюканья выключи, - шутливо ткнула его в ребра Лита, заставив подскочить от щекотки. – Ну, думаю, что один годик можно и так провести. - Мои сюсюканья – сродни исповеди, - хмыкнул мальчик, проводя по ее рукам и переплетая пальцы с пальцами девушки, укладывая ладони на ее живот. - К тому же, за искренность – не судят, Лита. Я говорю это тебе не из вредности или любви к таким словам, а потому, что действительно боюсь, что промолчав сейчас – потом уже просто не смогу сказать это. В груди что-то екнуло, но светловолосая все же улыбнулась, высвободив одну руку и нажав ему на кончик носа. - Глупый. Я ведь никуда не исчезну, так что сможешь мне это сказать в любой момент. - И буду говорить, - Сэт перехватил ее руку своей и, поднеся к губам, мягко поцеловал кисть девушки. – Каждый день буду говорить. Я ведь люблю все эти дни, что провожу с тобой. Каждый. Они все – особенные и важные, потому что ты – рядом, Лита. Я никогда не думал, что человек не из моей семьи станет для меня таким дорогим, близким, любимым и родным. Но ты – стала. - Ну вот и снова мы на сюсюканья перешли, - отметила та. – И мы, кстати, танцевать собирались, а не так стоять, м? - Это эстонский народный танец. - Я же попросила без дополнений. - А это не дополнение, мы продолжаем танцевать. Просто о-о-очень медленно, - хмыкнул мальчик, разворачивая скрипачку к себе и снова порывисто обнимая, вовлекая в движение, - Не будь такой строгой, Лит. Ну, хотя бы сегодня… - Без строгости я буду не я, - резонно заметила девушка, обнимая его в ответ, снова позволяя вести себя. – Ты меня без этой черты вообще представить можешь? Какой я буду? Брюнет перехватил ее взгляд, рассматривая глаза девушки из-под своих пушистых черных ресниц. - Нежной. Ласковой. Такой же, просто без излишней строгости. - Ну уж нет, я тогда предпочту оставаться злючкой… - Почему? – Сэт улыбнулся, рассматривая отблески на ее глазах. – Что плохого в том, чтобы быть нежной и ласковой? - Ничего плохого, но это точно не для меня. Я должна быть злодейкой, которую дети кикиморой называют, - показала ему язык Лита. – Это больше для меня подходит. - Ничуть, - покачал головой черноволосый, снова осторожно гладя ее по лопаткам в такт музыке. – Даже когда ты сердишься и ругаешься на меня – ты все равно остаешься очень нежной и ласковой, красивой и доброй. Какая из тебя кикимора, глупая? Ты слишком сильно себя недооцениваешь. - Не-а, я все правильно оцениваю. Ну, или тогда я ведьма, случайно приворожившая маленького курящего принца, делая из него своего послушного раба, - хихикнула девушка. – Как ни крути, а я персонаж отрицательный, в отличие от вас, Ваше занудное Высочество. - Скорее ты прекрасная принцесса, околдовавшая своей красотой и добротой молодого дракона, жаждущего стать если не принцем, то, по крайней мере, ее любимцем, который мог бы быть рядом и заботиться о той, которой отдал свое окаменевшее сердце, - мальчик приостановился, слыша, что музыка закончилась и, ласково поцеловав девушку в щеку, прикрыл глаза. – Именно поэтому ты не можешь быть отрицательным персонажем, Лита. Потому, что рядом с тобой даже то, что было сломано и разбито – обретает способность жить… - он отстранился и, погладив ее по щекам, утянул на кровать, крепко обнимая и зарываясь носом в волосы девушки. – Ты стала родной мне, Лита. - Маленький мечтатель ты, Сэт, - беззлобно рассмеялась на его слова светловолосая, чмокая в висок. – Ничего подобного. Это ты мне во многом помог, хотя и не знаешь, насколько. А принцессы нежные и ласковые, а не вредные жадины. Смирись, что тебе такая еще не попалась. - Мне не нужна другая принцесса, - брюнет ласково обнял ее, притягивая к себе. – Вообще никто, кроме тебя, не нужен. И ты – нежная и ласковая, даже если сама об этом не знаешь. Но это – так. - В твоих мечтах разве что, - хихикнула Лита. – Сэт, мы сейчас так пригреемся и уснем, а в блюде еще полно салата… - Тогда, ты кушай, а я тебя обнимать буду, - улыбнулся мальчик, нежно тычась кончиком носа в ее нос. – И пригреваться… - Чтобы я одна с отъетым пузом потом ходила? – снова ткнула его в ребра девушка. – Нет уж, милый мой – едим мы только вместе! Мальчик рассмеялся, раскидываясь по кровати и уставляясь в потолок. - Как пожелает моя прекрасная принцесса!