Глава 3. Правила начинающего шантажиста
6 июля 2016 г., 13:46
Старый гоблин заметил метаморфозу, но решил проверить, насколько глубоки изменения, несмотря на страх перед стоящим на ступенях существом, человеком его точно не назовешь, да и волшебником тоже, на месте магического ядра уютно устроилась голодная бездна, а ведь когда-то был такой милый юноша, пусть и с бандитскими замашками. Подумать только, ограбить банк, да не какой-то, а сам Гринготтс. Вот кстати об ограблении…
— Мистер Поттер, от вас по-прежнему одни убытки. Не успели ремонт закончить, как Вы тут как тут, чуть не оставили нас без магической защиты.
Еще бы пару дней назад Гарри ощутил стыд и раскаяние и обязательно предложил компенсировать ущерб. Сейчас же мозг работал четко, отринув чувства, выделил главное: он может поглощать магическую защиту. Именно это случилось в Мунго, сначала он поглотил защиту на двери в палату, затем впитал защиту с окна, а теперь защиту банка, более мощную, вот и ощущения сильнее. Из этой картины выпадало только плохое самочувствие Кикимера, но кто знает, как устроена магия эльфов, и о невосприимчивости к колдомедицине стоило подумать, но позже.
Гарри мысленно усмехнулся, решение посетить банк было верным, да и гоблинам теперь есть что предложить, например, не лишать их вотчину защиты. А взамен, всего ничего — информация. Документы и фунты он способен оплатить галеонами и сиклями, стоит зеленокожим подсластить пилюлю, жить назло врагам он собирается долго, и коротышки еще пригодятся. Эта мысль всплыла в сознании как нечто чужеродное, но не лишенное смысла. В отсутствие эмоций разобраться было проще. Это в нем говорила память Волдеморта, кусочек души сгинул на Кингс-Кросс, а вот память, память осталась. Когда появится время, надо будет ее хорошенько перетряхнуть, решил юноша, небезосновательно надеясь найти что-то полезное.
Планы на будущее росли в геометрической прогрессии, однако, сейчас настоящее требовало самого пристального внимания. Например, если уж его объявили будущим Темным Лордом, то почему бы им не побыть немного или стать насовсем. Хотя и это решение можно отложить на завтра. Кажется, любимый принцип Скарлетт ОʼХара прочно вошел в его жизнь. А пока начнем с малого, с шантажа. И первое правило шантажиста гласит: тебя должны бояться.
— Убытки, говорите? Я предпочитаю думать, что это Ваш вклад во всеобщее благо, дело света и прочее бла-бла-бла.
— Гоблины не вмешиваются в дела волшебников.
— Да неужели? Зато волшебники не прочь сунуть нос в дела гоблинов, взять хотя бы милейшего Тома. Эк вас перекосило, — рассмеялся Гарри. — Еще немного и Вы бы позавидовали домашним эльфам.
Пока длился этот не слишком вежливый разговор, Гарри просчитывал варианты дальнейшего поведения. Стоя на ступеньках банка, они привлекут ненужное внимание. К счастью его везение еще не закончилось, на улице никого не было, то ли виновато раннее утро, то ли только что завершившаяся битва, но в любом случае везение не может длиться вечно. Да и вести себя по-хамски ему не нравилось, и информации не прибавилось. Юноша прислушался к себе, пока управляющий хватал ртом воздух от возмущения, вызванного его последними словами, после соприкосновения с магической защитой банка в его магическом ядре появилась магия. Немного, но на Левикорпус хватит, главное смочь ею воспользоваться. С другой стороны, не попробуешь, не узнаешь, так ведь?
— Левикорпус, — произнес юноша про себя, стараясь охватить всю группу гоблинов, и у него получилось. Пискнув, гоблины повисли вверх тормашками, некоторые даже выпустили оружие, глухо звякнувшее о камни. Гарри позволил себе неприятно усмехнуться, прежде чем подобрал ближайшую алебарду
— А вот теперь поговорим по-настоящему, господа банкиры. И я не намерен делать это на пороге. — Гарри шагнул на ступеньку выше, намереваясь войти в здание.
— Нет, пожалуйста, — воскликнул управляющий. — Вы поглотите всю магию, защита рухнет.
— И почему меня это должно волновать? Да и магия мне не помешает. Такая полезная в хозяйстве вещь, вот даже отношение окружающих меняет.
— Не губите, мистер Поттер. Освободите меня, и я принесу костюм, который позволит Вам войти в банк, не нанося вреда.
Гарри сделал вид, что задумался, хотя уже решил, что такой костюм ему пригодится, пока он не научится контролировать процесс поглощения магии, а если не сможет, то тем более, должен же он общаться со своим домовиком, да и разрушать защиту на Гриммо, 12 не хотелось бы.
— Хорошо. Только ты поклянешься своим золотом, и на всякий случай магией, что ни ты, ни твои сотрудники, включая волшебников, ни словом, ни действием, ни бездействием не навредят мне.
— Клянусь, клянусь. — Гоблина окутала золотая дымка. Гарри с трудом остановил руку, потянувшуюся к этому свечению, вместо этого освободил гоблинов. Сам себе он напоминал дракона из древних легенд, неспособного устоять перед блеском благородного металла. Управляющий поспешил в банк, чтобы через несколько минут вернуться с тщательно упакованным свертком, как раз в тот момент, когда юноша начал нервничать. Гоблин отдал сверток, тщательно следя, чтобы не соприкоснуться с голой кожей.
Распаковав сверток, Гарри обнаружил мантию, перчатки и сапоги из драконьей кожи очень качественной выделки. Хмыкнув про себя о том, что некоторые мысли материальны, он надел все это богатство, особенно порадовавшись сапогам. В тапочках было холодновато, как впрочем, и в пижаме. Как только он переоделся, управляющий с поклоном проводил его в зал, а затем и в свой кабинет. Гарри отметил, что следов ограбления не осталось, а также, что встречные гоблины от него шарахались с испуганным видом. Что ж первое правило шантажиста было соблюдено, его боялись.
В кабинете разговор стал более конструктивным. Гарри попросил изготовить магловские документы на имя Джеймса Эванса, прибавив ему пару месяцев, дабы не возникало вопросов о совершеннолетии, а также выдать ему некоторую сумму фунтами, за это он был готов платить. Также он аннулировал свое старое завещание. Это были наиболее простые вопросы. А вот вопрос его нынешнего состояния был сложным. Управляющий вызвал одного из самых пожилых гоблинов, которых Гарри только видел. Вытребовав с обоих Непреложный Обет о неразглашении, юноша рассказал все, что помнил о ритуале, которому подвергся.
Оказалось, что помнил он немало. Видимо природа не терпит пустоты, оставшись без магии, он обнаружил, что память, зрение, слух и даже обоняние стали лучше. Это было похоже на то, как у слепых обостряются оставшиеся чувства. Гарри говорил минут пятнадцать, конечно, было бы проще скинуть воспоминания в думосбор, но, во-первых, магию тратить не хотелось, а во-вторых, костюм этому препятствовал. Положительной стороной было то, что магия не утекала из ядра, хоть немного наполняя бесконечность ощущаемой пустоты.
Внимательно выслушав, пожилой гоблин долго ругался, виртуозно смешивая несколько языков. Его вердикт гласил, что на молодом волшебнике использовали самый страшный артефакт магического мира «Поглотитель», предназначенный для полного опустошения магического ядра. Однако, проводившие ритуал маги совершили ошибку, мало того лишившись артефакта, что, конечно, к лучшему, ведь само его наличие, преступление против магии и природы, но и наградив мистера Поттера всеми его свойствами. Гоблин не мог сказать, временный это эффект или постоянный, но предлагал исходить из второго варианта. В заключение он назвал Гарри живым оружием.
Новости ошеломили. Гарри с трудом отринул чувства, чтобы не запаниковать или, не дай Мерлин, не впасть в истерику. Он поблагодарил старика, забрал документы и деньги, которые принесли во время их столь познавательно-шокирующей беседы, и выразил желание выкупить костюм. В какой-то мере это была проверка для гоблинов. Все трое понимали, что костюм Гарри необходим, но если он его снимет, гоблины рискуют остаться без магии. Ведь неизвестно, сколько ее мистер Поттер может поглотить. Юноша почти видел, как гоблина душит большая и толстая жаба. Цена оказалась высока, на грани той, что он мог и хотел заплатить, гоблины прошли испытание.
Гарри покинул банк, низко надвинув капюшон мантии. Улица постепенно наполнялась спешащими по своим делам и праздношатающимися волшебниками, а он не стремился быть узнанным. Следовало срочно найти убежище. Самочувствие вновь ухудшилось, да и новости требовали осмысления в более-менее спокойной обстановке. После недолгих размышлений, он нехотя расстался с мыслью о том, чтобы отправиться на площадь Гриммо, там его будут искать в первую очередь. Настроение стремительно портилось, хотя казалось дальше уже некуда. Вот так и становятся Темными Лордами, подумал юноша и решил отправиться в Малфой-мэнор. Кто сказал, что снаряд не падает дважды в одну и ту же воронку?
Нырнув в проем между домами, он снял мантию и перчатки, позвал Кикимера. Старый эльф появился незамедлительно, да и выглядел получше, хоть и начал тут же причитать, что хозяин в неподобающем виде и болен. Гарри вновь оделся и приказал доставить себя в Малфой-мэнор, предварительно убедившись, что там не ошиваются авроры, а хозяева не покинули дом. Оба условия были выполнены, авроры до поместья еще не добрались, решая более важные задачи, а хозяева не рискнули эмигрировать, а может на них наложили препятствующие этому чары. Кикимер перенес его на границу владений Малфоев и был вновь отпущен.
Гарри откинул капюшон мантии и осмотрелся, кругом не было ни души. Как воспитанный человек, он решил постучать, благо на воротах был аналог магловского звонка. В ответ за оградой появился эльф, тут же сжавшийся от страха, едва рассмотрев гостя. Юноша попросил передать хозяевам, что желает нанести им визит, а если вдруг время им не подходит или его компания, он расстроится. Его же расстройство носит крайне неприятный характер. Он пристально посмотрел эльфу в глаза и стащил одну перчатку. Эльф исчез. Поттер дал Малфоям десять минут, прежде чем осуществить второе и последнее правило шантажиста — всегда выполнять свои обещания. Время пошло.
