/bewitch/

По ясному голубому небу медленно скользило послеполуденное солнце, лучи которого, казалось, проникали в каждую щель, заставляя всё живое прятаться как можно глубже – туда, где солнце не могло пробраться. Жители деревни, уморенные плотным обедом, лежали в теньке деревьев в ожидании того, когда спадёт жара. Большие часы на стене пробили час, и кукушка, сказав один раз своё твёрдое "ку-ку", спряталась обратно в дом, когда Донмин, что специально попросил родителей пораньше прийти с работы, чтобы отдать им сестру и спокойно гулять с Минхёком, взволнованно бегал по деревне в поисках парня, что, по словам его бабушки, "ушёл прогуляться". Он сбился с ног, оббежав всю деревню несколько раз, но, как назло, никто из жителей не видел внука госпожи Пак. Смутные сомнения закрадывались в голову Донмина, что с каждой минутой всё больше начинал переживать за пропавшего парня. Ну где в этой деревушке в двадцать домов вообще можно спрятаться? Заворачивая к фонтану, мимо которого он проходил за последний час уже раз пятый, Донмин увидел Кихёна и Чангюна, которые выходили из чащи леса, часто оглядываясь назад, и сразу картинка собралась, словно разбросанный до этого по полу паззл. "Проверку" в лесу устроили когда-то и самому Донмину. Тогда ему здорово досталось, пока он вернулся домой. А после этого он с Кихёном даже не разговаривал, предпочитая делать вид, что его не существует. И несмотря на все "ну Донмин-а, ну прости", он не мог избавиться от чувства предательства. Предательства, что слишком сильно ударило по вере в настоящую человеческую дружбу. Проверки проверками, но со своими друзьями так поступать нельзя – он же ведь тогда чуть не умер! Провалялся в городской больнице с множественными муравьиными укусами, потому что какой-то умник не проверил место, куда привёл "новичка", и буквально оставил его рядом с муравейником на съедение этим маленьким труженикам. Повезло, что его спохватились и сумели найти до того, как муравьи сделали из него запасы еды лет на десять. Но он даже подумать не мог, что новенького станут "проверять" так скоро, да и вообще – зачем? Ведь он даже не из "них" – не из волшебников! У него и браслета-то нет! Догнав Кихёна и схватив его за рукав, Донмин силой развернул его к себе и вжал в ближайшее дерево, со всей силы сжимая в кулаке горловину футболки и стараясь не сорваться на крик. – Ты что творишь? – буквально прорычал он в лицо парню, сжимая зубы в гневе. – Как будто ты сам не знаешь, – пожал плечами Кихён, поднимая уголки губ в подобие усмешки. – Что, уже забыл про обряд посвящения в "наших"? Хочешь напомню как ты умолял отвести тебя домой, м? "Ма-а-амочка, мне стра-а-ашно. Кихён-хё-ё-ён, давай вернёмся домой?" Забыл? – Какая же ты тварь, Ю Кихён, – со злостью в глазах прошептал Донмин, прижимая старшего еще сильнее к дереву, чуть ли не поднимая над собой, – а как же все твои "Прости, Донмин-а, я не хотел"? Всё, нашёл себе помощника, и другие внезапно стали не нужны, да? Кихён, чувствуя как его ноги отрываются от земли, на долю секунды показал страх, но сразу же совладал с собой: – А ты не боишься, что твой дружок там сейчас лежит на полянке, а вокруг него собираются волки, готовые его растерзать, нет? Я бы на твоем месте боялся, – ответил вопросом на вопрос Кихён и засмеялся. – Хотел бы я тебя отправить на его место и посмотреть, как бы ты умолял меня помочь тебе, но тебе повезло, что я добрый, – произнёс Донмин, резко отпуская футболку из рук и наслаждаясь изменившимся вмиг лицом Ю, что не устоял на ногах, свалившись к подножию дерева. Чангюн, стоявший рядом и не смевший вмешаться в разговор "старых приятелей", подбежал к нему, помогая подняться. И продолжил: – Ты бы хотя бы подумал о том, что он обычный человек, а потом уже проверки устраивал, – сказал напоследок Донмин и растворился в серой дымке, оставляя за собой лишь мерцающие частицы неизвестного вещества. Что-что, а исчезать эффектно он умел – в их семье это знание передавалось из поколения в поколение и считалось своего рода "фишкой" рода Ли или Лизард на английский [магический] лад. Чертыхнувшись, Кихён поднялся с травы, отряхивая штаны, и зашагал в сторону дома – этот Ли еще пожалеет! А Чангюн посеменил за ним, всё ещё не проронив ни слова. ...Донмин, без труда попавший на знакомую ему полянку, которая была когда-то местом сбора Кихёна, Мёнджуна, Мунбина и остальных ребят, а после вместе с ними и Донмина, который переехал вместе со своими родителями в эту деревушку года два-три назад, бросился к Минхёку, что лежал также неподвижно там, где упал после удара. Укорив себя за то, что не взял с собой хотя бы бутылку с водой, он начал трясти младшего, пытаясь привести того в чувство. Выходило не очень эффективно, поэтому ему в голову закралась сумасшедшая идея сделать тому искусственное дыхание, но, как только он склонился чуть ниже над Минхёком, тот раскрыл глаза, резко вставая. В итоге пострадали оба, падая на траву и хватаясь за ушибленные лоб и нос, с которым этот лоб столкнулся. Потирая ушибленные места, они переглянулись и засмеялись – вид у них был тот еще – помятые, с травой в волосах и прижатой рукой к больному месту. – У тебя кровь! – воскликнул Минхёк, резко садясь и, не обращая внимание на заново начавшееся головокружение, судорожно начиная искать по карманам платок или что-то, чем можно было вытереть кровь. Найдя салфетку в кармане рубашки, повязанной на поясе, он аккуратно сложил её и дал Донмину. Вставив салфетку в нос, чтобы остановить кровотечение, Донмин снова повалился на траву, разглядывая небо и смеясь. Минхёк смеялся с Донмина со смешно торчащей из носа салфеткой, а Донмин заражался этим смехом младшего и смеялся в ответ – как будто не было никаких проверок и драк с Кихёном. – Знаешь..., – одновременно начали говорить парни. – Ты первый, – сказал Минхёк, опережая старшего на долю секунды, что хотел сказать то же самое. – Знаешь... Не обращай внимание на этого Кихёна, ладно? – он повернулся на бок и подставил руку под голову, чтобы было удобнее разговаривать. – Он тот еще придурок. Любит устраивать какие-то проверки. – Тебе тоже? – К сожалению. Увидев интерес в глазах младшего, Донмин вздохнул и продолжил: – Кихён – сын главного человека в этой деревне, знаешь же? Ну так вот. Я приехал сюда года три назад, и первым, с кем я познакомился, был именно он. На самом деле он – хороший парень: добрый, весёлый и за друзей всегда постоит. Но вся эта его любовь к проверкам и желание всегда быть первым и лучшим разрушило нашу дружбу. Он сделал паузу, обводя взглядом поляну. Казалось, он несколько секунд раздумывал, говорить ли дальше. Наконец, он глубоко вздохнул и продолжил: – Мне тоже устроили "проверку", но это чуть не закончилось летальным исходом. Лежать рядом с муравейником практически то же самое, что и на нём – тебя буквально раздирают на маленькие кусочки. И если бы меня нашли часа на два позже, то сейчас я бы с тобой не разговаривал, – сказал Донмин и вымученно улыбнулся. Минхёк цокнул и сжал кулаки до побелевших костяшек. – Так и хочется ему врезать. – Поверь, мне тоже, – тихо сказал Донмин положил свою руку поверх руки Минхёка, – но лучше не стоит. В нашей деревне нет никого, кто мог бы выжить, враждуя с ним. Ты всё равно скоро уедешь, а мне тут еще как минимум три года жить. – А теперь ты расскажи то, что хотел, – попросил старший, видя погрустневшие глаза Минхёка и уходя от неприятной темы – это всё в прошлом. Младший, увлёкшись мыслями о том, как он хочет ударить Ю, и забыв, что хотел рассказать, посмотрел на Ли и, вздохнув, выпалил на одном дыхании: - Эта деревня странная. Почему в глуши Англии находится школа-университет, в которой учится огромное количество людей, приезжающих сюда со всей страны, а может, и всего мира? Почему, как только я приехал, мне сразу начали сниться странные сны? Да даже взять эту проверку – я же приехал всего на полтора месяца, зачем меня проверять? – Странные сны? – удивился Донмин, снова будто пропуская мимо ушей вопрос про школу. – Расскажи. Минхёк молчал, собираясь с мыслями. Он, кажется, уже мысленно проклинал себя за то, что упомянул эти сны. – Ты всё равно не поверишь, – вздохнул он. – Сначала расскажи, – попросил Донмин, мягко сжимая руку Пака, которую всё ещё держал в своей, – а потом я уже решу – верить тебе или не верить. Минхёк раздумывал, стоит ли рассказывать о говорящих браслетах, часах, хоре и летающих клубках... И решил, что более подходящего случая может не представиться – они были за пределами деревни, где никто не мог подслушать их разговор. А младшего слишком беспокоили эти вопросы, чтобы ждать следующего шанса. Поэтому он в подробностях расписал свой сон, не забыв упомянуть и то, что браслет с ним будто разговаривал и пытался куда-то отвести. И что до того, как отключиться на поляне, ему показалось, что перед Кихёном будто летел искрящийся зелёный шар. Выслушав, Донмин уставился на него, не моргая. Минхёку даже показалось, что старший впал в прострацию – настолько долго он не моргал. Ли очнулся только тогда, когда перед его глазами туда-сюда пролетела чужая ладонь. – Всё было так, как ты рассказал? Ты ничего не перепутал? – Я так и знал, что ты мне не поверишь... Донмин начал закатывать рукава рубашки, намереваясь что-то показать, как из-за ближайшего дерева появился запыхавшийся Мунбин. Он выглядел встревоженно, но, заметив сидящих парней, выдохнул и лишь едва слышно сказал "Слава Богу", падая рядом с ними на траву в попытке отдышаться. – Мун... бин? – удивленно поднял левую бровь Минхёк, не ожидавший здесь кого-то увидеть и явно раздосадованный из-за того, что их разговору помешали. – Ты что здесь делаешь? Мунбин, явно сейчас мечтающий попить воды, а не пускаться в длинные объяснения того, что он здесь делает, лишь помахал рукой, мол, чувак, подожди немного – дай отдышаться. Воцарилась тишина. Всё это время Донмин думал насчёт сна Минхёка, решив, что нужно посоветоваться с кем-нибудь о том, стоит ли посвящать его в тайну деревни или не стоит – парень уедет, а это значит, что ему придётся стирать память, чтобы не наболтал лишнего. Тишину прервал, как ни странно, Мунбин, что спустя некоторое время поднялся с травы и, приняв наконец вертикальное положение, сказал: - Я так боялся, что не успею, – улыбнулся он, переводя взгляд с одного парня на другого. – Тебе Донмин уже рассказал, что это я его спас в прошлый раз?.. Видимо, нет. Если бы не я, то был бы сейчас хён едой для муравьёв на ближайшие несколько лет. – Бин-а, – протянул старший имя парня и закатил глаза, выражая тем самым крайнюю степень возмущения, – ты теперь всегда и всем моим друзьям будешь рассказывать об этом? Я же всё-таки твой хён! Мунбин, подмигнув Минхёку, сказал что-то про то, как он любит подшучивать над старшим, и они все вместе пошли по направлению к деревне – близился вечер и ужин, от мысли о котором у Минхёка заурчало в животе – ведь обед он благополучно пропустил.