Акт веры

Холмс выглядел… дёрганным. Он делал резкие движения, тут же осаживал себя и пытался делать всё как обычно, но Ватсон видел, что сегодня с ним что-то не так. — Всё в порядке? Шерлок вздрагивает от его голоса и переворачивает сахарницу. — Дело, — зло выплёвывает Шерлок не смотря на него. Пожав плечами Джон сматывается с кухни, чтобы не попасть под шквал бурных словесных потоков гениального детектива, который любит унижать людей. По дороге на работу, осматривая пациентов и выписывая рецепты Джон не мог отделаться от анализа поведения Холмса. Что-то странное было в поведении бывшего наркомана, оно заставляло задуматься, не вернулся ли детектив к пагубной привычке. Трясущиеся руки, бегающий взгляд, потеря координации. Ватсон был доктором, а ещё другом Холмса, поэтому ему нужно было разобраться во всём этом для собственного успокоения. На сообщение Джона «Где ты» Шерлок ответил «Убийство» и сбросил адрес. Он не думал, что после работы Джон заявится на место преступления и будет терпеливо ждать, пока Холмс, дрожащими руками будет осматривать жертву, кидая в сторону доктора удивлённые взгляды. На сообщение Джона «Где ты» Шерлок ответил «Убийство» и сбросил адрес. Он не думал, что после работы Джон заявится на место преступления и будет терпеливо ждать, пока Холмс, дрожащими руками осматривает жертву, кидая в сторону доктора удивлённые взгляды. Не сумев засунуть улику в пакет, Холмс передал их сержанту Донован и быстрым шагом подошёл к Джону. — Пустяковое дело, твоя помощь мне не нужна. Он пригладил волосы рукой, избегая смотреть на Джона. — Удушение. Убийца муж. Он начал стряхивать с пальто пылинки, нервно оглядываясь по сторонам, заставляя Джона смотреть на него с прищуром. — Я подожду, поедем вместе. Возразить Шерлок не смог, хотя хотел. По каким-то причинам он не смог придумать ничего, чтобы отшить Джона. Ничего не сказав он вернулся обратно к трупу, а Ватсон подошёл к инспектору Лестрейду. — Что с Шерлоком? — сразу же поинтересовался Грегори, пожимая Джону руку. — Не могу скачать точно, но есть несколько предположений, — Ватсон внимательно следил за тем, как Холмс пытается не испортить улики. — Думаю, снова наркотики. — Думаешь? Он выглядел абсолютно нормально, пока не появился ты. Конечно, он сегодня более странный, чем обычно, да и на криминалистов срывается гораздо чаще, но до твоего прихода он не выглядел так, будто ему срочно нужна доза. — До моего прихода он не выглядел как наркоман? — Шерлок с плохим настроением, да. Но не наркоман. Теперь Джон совсем не понимал происходящего. Когда он подумал, что это наркотики, всё будто встало на свои места. С наркотиками можно справиться, это он понимал. Но он совершенно не понимал, что за диагноз нужно поставить Холмсу сейчас. — Я закончил. Джон вздрогнул от громкого голоса Шерлока, стоявшего в трёх метрах от него. — Ты мог подойти ближе, тогда не пришлось бы кричать. Холмс проигнорировал его слова, подошёл к дороге и махнул рукой, останавливая такси. — Не понимаю как ты это делаешь. Когда я пытаюсь остановить их, они проезжают мимо, — сказал Джон, захлопнув дверцу машины и повернув голову к Холмсу, сидящему рядом на заднем сидении. Шерлок не ответил. — Ты раскрыл дело? Холмс кивнул. Молчание было не в духе Шерлока. После раскрытия дела он не умолкая рассказывал о деталях, жизни жертвы и особое внимание уделял убийце, но сейчас он сидел молча, прижавшись к двери кеба, стараясь сесть как можно дальше от Джона. Что было уже не возможно. — Что хочешь на ужин? Шерлок пожал плечами. Он даже не взглянул в его сторону, продолжая смотреть в окно. Это начинало раздражать. Джон прочистил горло и сел ближе. Затем ещё ближе, касаясь коленом колена Шерлока. Холмса словно током ударило: он вздрогнул и попытался отсесть, но понял, что уже некуда и удивлённо уставился на ногу Джона. — Ты… Не мог бы? — спросил Холмс указывая на его расставленные ноги. — Что-то не так? — Да. — В чём дело? Шерлок нервно поправил шарф и чуть отвернулся от Джона корпусом, садясь к окну чуть ли не лицом. Джон устало выдохнул и решил оставить разговор до дома под неодобрительные взгляды водителя через зеркало заднего вида. Джон хотел поговорить с ним, когда они приедут, но пока он расплачивался, Шерлок выскочил из машины, а после заперся в своей комнате и на стук не реагировал. Стоя под струями воды в душе, Джона осенило. Шерлок переживает. И предмет его переживаний — сам Джон. Вспоминая моменты их общей жизни, Ватсон пытался понять, что именно могло заставить Шерлока так себя вести, но не понимал. Джон начинал раздражаться. Чем больше он думал о поведении друга, тем больше он злился. Наконец, когда раздражение сменилось злостью, Джон выключил воду и вышел из душа. Наскоро вытеревшись и надев домашние штаны с футболкой, Джон постучал в дверь комнаты Шерлока ещё раз. И не переставал стучать, пока ему не открыл раздраженный Холмс. — В чём дело? Вместо ответа Ватсон втолкнул его в комнату и закрыл за собой дверь. — Наркотики? — зло спросил Ватсон. — Я завязал, — огрызнулся Холмс. — Тогда что? — О чём ты? — Почему ты ведёшь себя так, будто я забрал у тебя игрушку и обсыпал песком? Шерлок непонимающе уставился на него. — Забудь. Просто скажи, чем я задел тебя. — Дело не в тебе. — Ты отсел от меня в кебе, избегаешь моего взгляда и общества, не разговариваешь со мной. И ведёшь себя очень странно при этом. Ты чуть не испортил улики. Холмс поджал губы, смотря поверх головы Джона. Это начинало бесить. Ватсон взял его лицо в руки и наклонил к себе, завладевая вниманием. Шерлок вцепился в его руки, уже не пытаясь отвести взгляд. — Скажи мне. Шерлок прикрыл глаза, судорожно выдыхая. Затем снова открыл их, смотря на Джона с болью, будто ребенок, который на рассказ о монстре под кроватью слышит в ответ от родителей: «Там никого нет, милый, иди спать» — Проблема, — Холмс зажмурился и выпрямился, почувствовав, что хватка чужих рук ослабла. — У нас проблема. — У нас? — Тебя это тоже касается, — капризно. — Кажется, я испытываю влечение к тебе. Романтическое. Джон не нашёл, что сказать, он лишь удивлённо смотрел на Шерлока, а в голове вместо мыслей что-то звенело. — Я сказал, что женат на работе, — Холмс усмехнулся. — Так и было до вчерашнего вечера. Но вчера, когда мы раскрыли дело, — Джон нахмурился, когда Шерлок сказал «мы», ведь это он нашёл убийцу, — пришли домой и смеялись вместе, а после, когда ты сказал, что никогда не был так счастлив до того, как мы не начали жить вместе, я понял, что привязался к тебе. — Я, — Джон запнулся. — Обескуражен. Да. Ты вообще уверен? Может, это не влюблённость? — Я могу понять, что это за чувство, Джон, я испытывал его и могу точно сказать, что я влюблён в тебя. И я идиот, потому что ты теперь знаешь об этом. — Чёрт, — Джон сделал шаг назад. — Чёрт. Кто бы мог подумать. Ты. В меня. О, Боже, я сплю? — От кошмара можно проснуться. — Не говори так. Ты выбрал меня объектом своей привязанности и я действительно польщён. Но это так ново для меня. Шерлок смотрел куда-то в бок, пока Джон восхищённо смотрел на него. — Что мне делать? — Джон подошёл к нему вплотную. — Чего ты хочешь? — Чтобы ты ушёл. — Что? Джон не верил. Он точно ослышался. Но Шерлок повторил свою фразу ещё раз, давая понять, что он уверен, что он действительно хочет этого. — Хорошо, — он кивнул. — Я съеду. Но только потому, что ты хочешь этого. — Ты бы стал заводить отношения с таким как я? — вопрос застал Джона на выходе из комнаты, заставив обернуться. — Не с «таким как ты», а с тобой я бы хотел попробовать. Ты важен для меня. Холмс кивнул, но не остановил его, не дал понять, что не хочет его ухода. Шерлок чётко дал понять, что его собственные чувства неуместны и он хочет избавиться от них. Утром Джон решил: он не съедет. Ни за что. Если бы Шерлок не хотел его, то это бы в корне поменяло дело. Но при таком раскладе Ватсон не собирался отступать. Он спустился в гостиную. Решительный, уверенный в себе и своей правоте. Он должен был переубедить Холмса. В гостиной, кухне, комнате и ванной Шерлока не оказалось. Зато на холодильнике оказалась записка, прикреплённая магнитом. Шерлок сообщал, что он должен уехать. — Я провёл год без тебя, — Джон отставляет посуду и опирается о раковину руками. — Это было невыносимо. Я ждал тебя. Я знал, что когда-нибудь ты вернёшься, но рассчитывал, что это будет быстрее. — Триста восемьдесят девять дней, — Шерлок сделал маленький шаг к нему. — Прости меня. Я не хотел этого, но так было нужно. Я Бы никогда не оставил тебя по жалкой прихоти. Была причина… — Мне плевать, — Джон повышает голос, заставляя Шерлока вздрогнуть. — Какого черта ты теперь оправдываешься? — Ты не можешь себе представить как я скучал. — Могу. — Хорошо, — Шерлок сделал ещё шаг и Джон повернулся к нему. — Ты не представляешь, как я каждый день переживал из-за своих мыслей. Я постоянно думал настоящее ли это. Правда ли ты любишь меня или это плод моего больного воображения. Мне было так страшно услышать от тебя, что я псих, который преследует тебя. Шерлок говорил тихо, смотря в пол и выглядел более, чем несчастным. Джон знал, что его опасения оправданы. Шерлок болен, у него проблемы с восприятием реальности и эмоции, что он испытывал к нему все эти годы, даже его не зная, теперь заставляют сомневаться в реальности происходящего. — Я люблю тебя. Но мне страшно любить тебя. Каждый день я боюсь увидеть на твоём лице презрение, отвращение или жалость. Я болен. И мне страшно. — Прекрати. — Прекратить что? — Прекрати говорить то, что заставит меня перестать злиться. Ты бросил меня на целый год, а теперь сваливаешь всё на болезнь. Это не честно. Шерлок умел как никто разрушать его мечты. Не специально, он просто не умел жить без Джона. В юности он зависел от Хемиша, который походил на Джона так сильно, что разница была незаметна. Ватсона удивляло то, что гений Холмса выбрал как объект привязанности именно его. Посредственного, обычного, ничем не примечательного.