Теплое сердце

На прощание ты дал мне свой контакт в ВК. Типа, так будет проще общаться. Я не сказал, что у меня-то аккаунта нет. То есть он, конечно, был, только я его закрыл, еще когда в старой школе учился. Хейтеры засрали мне всю стену матерными изречениями и пожеланиями, куда мне идти, что там делать и в какой позе. Ну а в почту вообще лучше было не заглядывать, у меня даже телефон все время стоял на беззвучке. Конечно, я мог бы изменить настройки профиля, запретить записи и комменты на стене, забить всех гавнюков в ЧС. Но обычно люди заводят страничку в соцсети, чтобы общаться с друзьями. Так какой смысл ее иметь, когда нормально поговорить становится не с кем? Но теперь все изменилось. У меня появился друг. Странный, молчаливый, полный опасных тайн, и тем не менее, страшно притягательный. То, что я этого друга иногда потрахивал, не делало его понятнее или ближе. Я получил доступ к его телу, но то, что пряталось глубоко внутри оставалось по-прежнему закрытым для меня. Ты выглядел хрупким и слабым, но, чем больше я тебя узнавал, тем больше мне казалось, что ты, возможно, гораздо сильнее меня. Ты рассказывал мне что-то о себе, выдавал крошечный кусочек информации; я пытался сложить его с другими кирпичиками, которые получал от людей, знающих тебя. И вот, когда края совпадали, и я уже начинал радоваться, думая, что наконец понял, что ты из себя представляешь, ты вдруг поступал так или говорил такое, что тщательно собранная мною мозаика мгновенно смешивалась и снова становилась кучкой разрозненных пестрых осколков. «Кто ты, Мэтт? - Думал я той ночью, вернувшись домой и не способный сомкнуть глаза. - Быть может, я найду ответ на этот вопрос на твоей страничке в соцсети? Там можно многое узнать о человеке. Иногда даже то, что ему очень хотелось бы скрыть». За несколько минут я состряпал себе новый аккаунт. Выбрал ник, который выдавал сотни результатов на поисковый запрос. Поставил ничего не значащую аву. Напросился к тебе в друзья. Как ни странно, ты тоже еще не спал. Хороши же мы будем завтра в школе! «Докажи, что ты Май,» - написал ты. Какой осторожный! «Я оприходовал тебя на пианино в кабинете музыки. Кстати, я так и не спросил: тебе понравилось?» Ты не ответил, но подтвердил запрос. Мы немного потрепались, а потом ты пожелал мне спокойной ночи. Уже очень долго я слышал эти слова только от Мартыхи. В итоге той ночью я так и не уснул. Зато наполнил уши твоей музыкой и прошерстил твою стену, видеозаписи, фотки, сообщества, друзей и даже их друзей. Нарыл не слишком много. Интересовался ты, в основном, аниме, мангой, косплеем и квестами в реальности – вполне логично. Об этом говорили и твои контакты, и список групп. Ничего настораживающего вроде перечня районных наркодилеров или Сахи со Снайпером у тебя в дружбанах я не нашел. Зато обнаружил кое-какую странность. Аккаунт был довольно старым. Ты открыл его в тринадцать лет, уже тогда выбрав себе ник «Мэтт» - прикольно. Но на стене у тебя висела всего пара записей, причем более поздних, как будто ее старательно почистили. Один аудиотрек и две цитаты. «Прилив крови» Coldplay. Старая песня. Добавление совсем свежее. You said I'm gonna buy this place and burn it down I'm gonna put it six feet underground You said I'm gonna buy this place and watch it fall Stand here beside me baby in the crumbling walls Oh I'm gonna buy this place and start a fire Stand here until I fill all your hearts desires Because I'm gonna buy this place and see it burn And do back the things it did to you in return Ты сказал: «Я сожгу это место дотла, ведь оно принесло тебе столько зла». Ты сказал: «Я ему отомщу за все, что было сделано с тобой, и добавлю еще». Мой перевод неточный, конечно, но зато в рифму. Интересно, у тебя действительно есть герой, способный что-то сжечь ради тебя? Или... это просто мечта? И что... что с тобой было сделано? Блин, а я бы взял пушку и начал войну - ради тебя. И тебе даже не надо было бы объяснять, за что стоит бороться. И не пришлось бы показывать мне цель. Вот только... может, ты просто выбрал для стены красивую песню из плейлиста? Ведь многие даже не поняли бы, о чем она. Ладно, теперь цитаты. Добавлены гораздо раньше песни. Одну из них я сразу узнал – не зря отец мучил меня Шекспиром. «Торгует чувством тот, кто перед светом всю душу выставляет напоказ». Автора второй мне пришлось прогуглить, ибо ты не затруднился его указать. Оказалось, это Тютчев. Молчи, скрывайся и таи И чувства и мечты свои... Как сердцу высказать себя? Другому как понять тебя? Поймёт ли он, чем ты живёшь? Мысль изречённая есть ложь. Стихотворение с латинским названием ты привел не полностью, но оно точно отражало твою суть. SILENTIUM. МОЛЧАНИЕ. Ты был ракушкой, в которой скрывался океан. И он шумел только для тебя. Оба отрывка появились на твоей стене года полтора назад. А года два тому ты перестал выкладывать на ВК свои фотографии. Так что я мог полюбоваться тобой только четырнадцатилетним. Казалось, тогда у тебя была нормальная жизнь – если можно считать нормальной жизнь подростка-аутсайдера, сдвинутого на японских мультиках, картинках с треугольными мордочками и огромными глазами и переодевании в костюмы героев с этих самых картинок. Ты встречался с такими же «аниманутыми» на каких-то сходках, иногда в нормальной одежде, иногда в образе какого-то одноглазого паренька в шортиках, старомодном пиджаке и галстуке, который завязывался на горле бантиком. То ли волосы у тебя тогда были длиннее, то ли ты напяливал парик, скрывавший половину лица под длиннющей черной челкой с бирюзовым отливом. Как ни странно, такая прическа тебе шла. Подчеркивала нереально-голубые глаза, точнее один, остававшийся на виду – огромный и сияющий, как сапфир в сто карат. На совместных фотках ты улыбался. Жрал пиццу вместе с другими чудаковатыми дрыщами и жирухами за заляпанным столиком какой-то забегаловки. Помогал кому-то запаковываться в бутафорскую футуристическую броню. Сидел в обнимку с клыкастой девицей в плаще, не скрывающем жирные ляжки. Скакал верхом на пидорасного вида парне с длинными ярко-красными патлами. А потом на экран выскочила одна фотка, которую я сразу скачал к себе. Хотя необходимости такой не было – она врезалась в память своей необычностью и потрясающей красотой. Тут явно работал профессионал. А ты сидел моделью. На золоченом кресле вроде трона. В тех же шортиках и с повязкой на глазу, но в королевской мантии. Выражение лица – замкнутое и надменное. Ни тени улыбки, даже в глазах – синий лед. Губы сжаты в тонкую линию, будто ты долго терпел затаенную боль. А у твоих ног, обутых в элегантные туфли, - разбросанные шахматные фигуры. Король проиграл партию и в ярости смел все с доски. Или наоборот – разгромил противника, но совсем не рад этой победе, потому что обошлась она дорогой ценой. Этот портрет оказался последним. Ты выложил его примерно тогда же, когда почистил стену и кинул туда цитаты про молчание. После этого в фотках попадались только какие-то анимешные картиночки или работы других косплееров, которые тебе нравились. Ни одного личного снимка мне больше найти не удалось. Так же как и снимков со сходок. Как будто внезапно общение, по крайней мере, в реале перестало тебя интересовать. Как будто некому стало тебя щелкать. Или ты стал прятаться от объектива. Или то, и другое разом. Сначала я подумал, что, возможно, ты просто сменил увлечение. Я даже нашел страничку в ВК и сайт той фирмы, для которой ты создавал квесты в реальности. Запомнил ее логотип еще в тот первый раз, когда ты возился с компом. Большинство из квестов были командными. Во время их прохождения фотки, оказывается, делать нельзя. Но многие щелкались до и после, а потом кидали снимки на сайт или на тот же вк. У тебя я не нашел ни одного. У меня все больше создавалось впечатление, что если твой аккаунт и жил последние полтора года, то жизнь эта была тайной и протекала, скажем, в личной переписке с кем-то из 19 друзей. Одним из которых теперь стал я сам. «Кто ты, Мэтт? - снова спросил себя я, пока в наушниках орали ”Three Days Grace”. – Зачем тебе нужны эти маски? Повязка на глазу, грим, костюмы. Потом роли квестовых героев, копирующих фильмы и аниме. Неужели ты стесняешься быть самим собой? Не нравишься себе и хочешь быть кем-то другим, более значительным и любимым? Нет, все это как-то мелко... Быть может, такое объяснение прокатило бы для четырнадцатилетнего пацана. Но с тех пор ты сильно повзрослел. Хотя повзрослел ли? Все еще разгуливаешь дома с драконьим хвостом, да... Тогда что? Тебе просто нравится играть? Примеривать на себя чужие лица и жизни? Значит ли это, что и я... и все, со мной связанное, для тебя тоже просто часть игры? Бывал ли ты хоть когда-то со мной настоящим? Хаски, Мэтт, Матвей... Но тогда то, что ты мне дал доступ к своей страничке, тоже что-то значит. Это продуманный ход. Зачем ты это сделал? Ведь я ни о чем не просил. Ты хотел мне что-то показать? Или рассказать? Но что? Или... ты просто надеялся что-то узнать обо мне? Ты ведь был не в курсе, что мой старый аккаунт давно отправлен на свалку мертвых людей? Склад посмертных масок... Потому что Мано – это ведь тоже отчасти маска. Если как следует подумать, быть может, мы все же не такие разные – Хаски, Мэтт, Матвей. Что скрывается внутри твоей раковины? Драгоценная жемчужина или болезнь и боль? Говорят, на самом деле, это одно и то же. По крайней мере, для моллюска. Так он реагирует на вторжение инородного тела – обволакивает его перламутром. Неужели кто-то влез тебе в душу и нагадил там? И ты был вынужден защищаться. Захлопнулся и закрылся в броне молчания. Спрятался под масками. И пытаешься, стараешься изо всех сил превратить боль в прекрасный камень...» Я растерялся. Не знал, что мне делать. Понял только – насильно нельзя. Давить на тебя. Пытаться пролезть внутрь, просунув нож в щель. Может, мне и удастся открыть ракушку и достать жемчужину, но тогда моллюск умрет. Я бы хотел, чтобы ты раскрылся сам. Пусть медленно, но впустил меня внутрь. Значит, мне нужно время. А чтобы получить его, требовалось разобраться со Снайпером и его кладом. Самому. Тогда я смог бы наконец рассказать тебе все. И ты бы понял, что мне ничего от тебя не нужно – кроме тебя самого. Что я буду оберегать тебя и защищать, чтобы тебе не пришлось закрываться щитом от мира – и от меня. Что мы можем вместе слушать океан. Лежа в постели без сна, я планировал свои дальнейшие действия. Пытался представить, куда бы я спрятал что-то ценное, будь я на месте твоего брата. Особенно если это что-то размером побольше спичечного коробка. С такой мамашей-Пушком я бы точно не стал этого делать дома. Судя по стерильной чистоте в квартире, тетя-смурф чуть не ежедневно вылизывала ее от пола до потолка, что еще более увеличивало риск спалиться. Значит, если твоему братану понадобилось заныкать, скажем, наркоту или бабло, то сделал бы он это, скорее всего, вне дома. Отдать другу на сохранение тоже не вариант – вдруг приятель решить присвоить «клад»? Я вспомнил твои слова о том, что звездные мальчики из «Сириуса» тусовались в кабинете музыки не только ради репетиций. Что, если Витек припрятал там дурь, да и торчал потихоньку с пацанами, а то и барыжил из-под фортепьяно? Я представил себе школьных рокеров, рассыпающих белый порошок по пакетикам на черной лакированной крышке. Раскладывающих по ней идеально ровные дорожки. Бля, никогда бы не подумал, что музыку можно нюхать! Да, с фантазией у меня все в порядке. Вот только если бы дело обстояло так, навряд ли там еще осталось, что искать. С другой стороны, если Шаров старший действительно постоянно зависал в кабинете, почему бы ему и не устроить там тайник? Тогда товар – или бабло – было бы все время под рукой. Убирают в школе так, что в углах вечно паутина. Ну а училка музыки, небось, если и заглядывает в шкафы, так только в те, где у нее инструменты и ноты. Мало ли, что можно заныкать, скажем, за шкафами. Или в книгах, если вырезать дыру в страницах. И вообще… Да, шмон в кабинете музыки устроить просто необходимо. Только вот как я туда без тебя попаду? Это ты у нас – Мастер Умелые Руки. Значит, придется раздобыть ключ. Блин, дежурство по школе у нашего класса только на следующей неделе. На этой дежурит параллельный. Ждать я не могу. Ведь версия с кабинетом музыки может быть тупиком. Надо проверить ее как можно скорее. Уже завтра. Войти в учительскую и просто взять ключ? Ага, так мне его и дадут. Тем более, что сделать это придется, когда уроки у музички уже закончатся. Это Витьке Шарову было легко – репетицией прикрылся, и все. А я какой предлог придумаю? Бля, выходит, надо, чтоб в учительской никого не было. И чтобы дверь стояла незапертой. Две взаимоисключающие необходимости. Хотя... Я давно снял наушники, но в башке снова и снова проигрывались строки Coldplay: Oh I'm gonna buy this place and start a fire Stand here until I fill all your hearts desires А ведь верно! При пожарной тревоге в школе начнется эвакуация. Учителя выбегут из учительской. Если это случится на перемене, она точно будет открыта. Надо только позаботиться о том, чтобы случилась паника, и никому не пришло в голову запереть за собой дверь. Лучше всего сделать это в конце учебного дня – тогда, когда с «пожаром» разберутся, всех, наверняка, просто распустят по домам. Это даст мне больше времени на осмотр кабинета. Нужно только продумать две вещи: как сделать так, чтобы устроить хороший переполох, но при этом не спалить школу и никому не навредить. И как избавиться от Мартышки. Дело даже не в том, что я не хочу ее пугать – сеструха у меня не из пугливых. Но она же сразу кинется меня искать, да еще и «спасать» полезет. И кто отвезет ее домой, если всех отпустят из-за «пожара»? Нет, по любому Мартыху завтра надо оставить дома – она будет только под ногами путаться. Блин, думай мозг, думай! Спать будешь, когда состаришься. Пора начинать войну.