America's Next Top Model

Нас осталось всего восемь. Из тысяч выбрали сотни. Из сотен выбрали десятки. Из тридцати оставили четырнадцать. Теперь нас восемь. И я среди восьми. Чувствовалось огромное давление. Я хотел победить, но также и не хотел расставаться с друзьями, которых обрел. В автобусе, который вез нас домой, я сидел рядом с Зейном, положив ему голову на плечо. Никто из нас не выспался за прошедшую ночь. Мои глаза слипались, а в руках я крутил диск, на котором записан мой клип. Мне не терпелось уже включить его и посмотреть, что вышло. Я почти уснул, когда автобус резко остановился. Выйдя из него, я увидел, что ворота в наш дом были широко раскрыты. Так не должно было быть. Я помчался самый первым в дом, но меня остановила рука Томлинсона, которая схватила меня за локоть. Я обернулся, и он покачал мне головой, после чего прошел вперед. Я последовал за ним. Входная дверь тоже была открыта. Когда мы вошли в гостиную, то увидели, что все осталось так, как было. Не было никаких изменений. Нахмурившись, я стал подниматься на второй этаж. Все двери были закрыты, кроме двери, ведущей в мою комнату. Я бегом вошел в свою комнату. Мне в глаза бросился огромный беспорядок, до которого моя комната была самой чистой из всех других. Кровать была смята, одеяло валялось на полу, матрас был сдвинут в край; стул и стол были перевернуты, а наличие моего шкафа валялось на полу. Кто-то что-то искал в моей комнате. Только в моей, потому что в других было все чисто. Значит, и в дом вошли только ради меня. Я начал задыхаться. Сердце бешено билось. Я был кому-то нужен так сильно, что даже нашли адрес нового дома, ворвались в него и обыскали мою комнату. Позади меня послышались шаги. Я быстро закрыл дверь на замок, опустился на колени и начал собирать свои вещи. — Гарри? С тобой все в порядке? У других все в комнатах чисто, — донесся голос Луи. — Да. Все хорошо, у меня тоже, — я старался не выдать дрожи в голосе, но, похоже, Томлинсон уже хорошо меня знал. Он помолчал несколько секунд, после чего спокойным, твердым голосом сказал: — Открой дверь. Были бы мы в другой ситуации, я бы испугался его голоса и открыл дверь, но я не хотел, чтобы он видел меня сейчас. — Я имею право на личное пространство? — спросил я. — Имеешь, но открой дверь. Пожалуйста, — он сделал ударение на последнее слово. — Зачем? Все в порядке, — я сделал легкомысленный тон. Поняв, что я не впущу его, он вздохнул и сказал через дверь: — Ладно, но ты должен будешь спуститься к трем часам в гостиную для испытания. — Хорошо. Я посплю пока. Я услышал удаляющие шаги и расслабился. Через полчаса я все убрал на свои места, и попробовал уснуть. Я еще ворочился из стороны в сторону, пытаясь уснуть где-то час, после чего бросил все попытки. Нужно было срочно узнать, кому я нужен. Кто доставил мне ту коробку с внутренностями животного, то письмо с инициалами отца Луи, и того, кто ворвался в мою комнату. Проверив все до мельчайших деталей, я понял, что ничего не украдено. Ничего из моих вещей не пропало. Это значит, что меня просто хотели напугать. И у них это получилось.

***

Сходив в холодный душ, я спустился в гостиную как раз вовремя. Все сидели, внимательно слушали то, что говорил Томлинсон. Когда я вошел, он остановился и посмотрел на меня, пытаясь прочитать мое лицо. Я отвернулся и сел рядом с Зейном. — Вы должны понравиться им так, чтобы в дальнейшем они могли предложить вам работу, — продолжил Луи, все еще смотря на меня. — Но вы должны помнить, что каждый из них будет испытывать вас. Скажу вам точно — легко не будет. — О чем это он? — шепотом спросил я у Зейна. — Сегодня мы встречаемся с различными дизайнерами, — ответил он мне. — Всего будет четыре встречи, на которые вы должны будете успеть прийти в течение трех часов. Испытание начинается прямо сейчас. Разделитесь на пары, ваши машины ждут вас у дома. Вы должны будете приехать обратно сюда ровно в шесть вечера. Если вы опоздаете, будете дисквалифицированы. Мы все переглянулись, не ожидая, что испытание начнется так быстро. Я посмотрел на Зейна и встретился с ним взглядом. Мысленно мы выбрали друг друга для испытания. Я усмехнулся и посмотрел снова на Луи, который наблюдал все это время за нами. — Время пошло, — громко сказал он, и все побежали на улицу, садясь в свои машины. Мы сели в машину, и я удивленно посмотрел на Малика: — А адреса, куда надо ехать? — У меня есть. Надо меньше спать, любовничек, — ухмыльнулся Зейн. Пропустив его реплику, я спросил: — Куда сначала поедем? — В самое далекое место. Так будет быстрее. Я кивнул и отвернулся, смотря в окно. Мы все дальше и дальше отдалялись от дома. В голову лезли ненужные мысли, и чтобы избавиться от них, я повернулся к Зейну: — Что у вас с Лиамом? Вздрогнув, он повернулся ко мне: — Думаю, то же самое, что и у вас с Томлинсоном. Я усмехнулся: — Значит, ничего? Малик застонал: — Ой, да брось. У вас с судьей точно что-то происходит. Либо вы еще не обсуждали, либо ты не хочешь признаться самому себе. Или и то, и другое. — Не было нужного момента поговорить, — искренне сказал я. — Сегодня вечером появится, — ухмыльнулся Зейн. Я застонал: — Что ты опять придумал? — Ничего, — он отвернулся, все еще улыбаясь. Через десять минут водитель остановился, и мы вышли из машины. Перед нами стоял небольшой белый дом. Дверь была открыта и украшена золотыми лентами. Мы переглянулись с Зейном и вошли. Помещение было просторным. Перед нами стояли два молодых парня-азиата. Они широко улыбнулись и поприветствовали нас: — Здравствуйте, модели. Мы уже получили ваши портфолио от Луи Томлинсона, так что теперь мы попросим вам просто переодеться в нашу одежду и пройтись, будто вы на подиуме. Как ваши имена? — Я Зейн, — начал Малик. — А это Гарри. Я кивнул и пожал руку дизайнерам. — Мы Рик и Генри, — они улыбнулись и указали на гардеробную. — Там одежда в которую вы должны переодеться. Мы подождем вас здесь. Мы кивнули и молча пошли переодеваться. Я шел позади него и не заметил, как он остановился. Я ударился в его спину: — Эй, ты… — начал я. — Посмотри на то, что мы наденем. Нахмурившись, я глянул ему за плечо и раскрыл рот от удивления. На вешалках висели черные, кожаные трусы с длинными шипами. К ним были прикреплены такие же кожаные подтяжки. Я не мог поверить в то, что видел. — Это… Это то, о чем я думаю? — выдохнул я. Зейн не ответил, а только подошел к вешалкам и вытащил что-то длинное: — Это плеть? Я расширил глаза и просто стоял, не зная, что сказать. — Я не хочу это надевать… — начал он. — У нас нет выбора, — с горечью сказал я. Я вздохнул и начал натягивать на себя кожаные трусы. Они очень сильно сжали бедра, не до боли, но очень неприятно. Посмотрев на меня, Малик последовал примеру. Мы взяли в руки наши инструменты и вышли из гардеробной. Как только нас увидели Рик и Генри, их глаза загорелись блеском. Они переглянулись и вновь посмотрели на нас: — Гарри, пройди первым. Мы посмотрим на твою походку. Пытаясь не морщиться от неудобства, я стал идти по подиуму. Я вспомнил испытание в старом доме на подиуме, которое проводил Мисс Джей. Как иронично. В тот раз я ходил по подиуму в огромном костюме — кенгуру, который был слишком свободный для походки. Сейчас же мой костюм был слишком тесным, что еще больше мешало мне. Когда я вернулся с подиума, после меня пошел Зейн. Было видно, как он старается не выдавать свои ощущения, но я все равно заметил. Когда он поворачивался, его лицо на секунду превратилось в гримасу. Он дошел до меня, облегченно выдохнув. Наши дизайнеры смотрели с восхищением на Зейна. Заметив это, я прокашлял. Они моргнули и сказали, широко улыбнувшись: — Спасибо, вы свободны. Мы свяжемся с вашей судьей. Я взял за локоть Зейна и повел в гардеробную. Еле сдержавшись от того, чтобы не разорвать свой костюм, я аккуратно снял трусы и подтяжки. Облегченно вздохнув, я переоделся в свою одежду. Зейн сделал то же самое. Когда мы стали уходить, Рик остановил меня: — Скажи, пожалуйста, своему другу, что если ему будет одиноко, пусть позвонит нам, — он положил мне в руку кусок бумаги, на котором был написан номер телефона. Если бы я что-нибудь сказал, то выдал бы свое внутреннее состояние, поэтому я просто кивнул и пошел к машине. Как только дверь захлопнулась, я сказал Зейну спокойным голосом: — Думаю, ты им слишком сильно понравился. — В смысле? — не понял Зейн, после чего я передал ему записку с номером. Мы переглянулись, после чего взорвались громким смехом. Водитель посмотрел на нас, непонимающе поднял бровь, но промолчал. — Думаю, это было странно. Очень, — все еще смеясь, сказал я. — Ты просто завидуешь, что номер дали мне, — притворился польщенным Зейн. Мы смеялись весь путь до следующей встречи с дизайнерами. Ничего особенного не было. На этот раз дизайнеры попались нормальными, без особых пристрастий. Однако, когда мы пришли на последнее собеседование, одновременно с нами подошли Эмма и Джесс. — Ребят, лифт сломан, мы сразу оттуда. Пойдемте по лестницам. Вы с правой стороны, мы с левой. Кто поднимется первыми, те и пойдут на встречу. Все честно, — сказала Джесс, пожав плечами. Если бы это нам сказала Эмма, я бы не поверил. Но Джесс мы доверяли, поэтому решили принять предложение. Я кивнул Зейну и мы побежали к правой лестнице. Нам нужно было подняться на шестой этаж. Тяжело дыша, мы поднялись и увидели, как уже переодетые Эмма и Джесс ходили по подиуму, а две пожилые женщины смотрели на них. — Вы поздно, — хищно улыбнулась Эмма, когда Джесс не смотрела в нашу сторону. — Но… Как вы успели? — спросил Зейн. Я положил руку ему плечо: — Джесс нас обманула. Лифт работал. Он широко посмотрел на меня, потом на Джесс. Та так и не смотрела на нас. — Джесс? — позвал Малик. — Ваше время окончено, девочки. Идите переодевайтесь, — перебила одна из дизайнеров. Когда они ушли переодеваться, мы подошли к ней. — Я Гарри, а это — Зейн, — улыбнулся я милой улыбкой, после чего пожал руку женщине. — Рада познакомиться. Можете звать меня Кейтлин, — она в ответ улыбнулась мне. — Ваша гардеробная слева. Когда мы сделали свою работу, нам оставалось полчаса, чтобы добраться до дома, где нас ждал Томлинсон. Мы сели в машину и сказали водителю, чтобы он поторопился. Мы не могли опоздать после того, через что прошли. Одна встреча с Риком и Генри чего стоит. — Это все Джесс и Эмма, — пробормотал я. — Не могу поверить, что Джесс обманула нас. Мы же друзья. — А еще у нас борьба за победу в этом шоу. Не удивляйся, — сказал я. Когда прошло десять минут, мы попали в пробку. У нас оставалось всего двадцать минут, а мы на другом конце города. — Черт, — выругался я и вылез из машины. Зейн последовал за мной. Мы пробежали несколько километров, когда оставалось всего десять минут. Гнев начал подниматься во мне. Я не мог вот так выйти из испытания. Увидя мотоциклиста около какого-то магазина, я побежал в его сторону. Водитель транспорта вошел в магазин, оставив ключи в мотоцикле. Я подбежал, волоча за руку Зейна. — Что ты дела… — начал он. — То, о чем буду потом жалеть, — бросил я и завел мотоцикл. Когда мы тронулись, владелец транспорта побежал за нами, крича что-то очень грубое, что я не мог расслышать из-за шума. Я сделал это. Я угнал мотоцикл. Оставалась ровно минута, когда мы пересекли порог дома. Я облегченно выдохнул, Зейн положил свою руку мне на плечо. Мы тяжело дышали от полученного адреналина. — Поздравляю, вы успели, — выдохнул Томлинсон, который смотрел на нас. — Я получил все отзывы от дизайнеров. Некоторые из вас не успели пройти всех, а кто-то успел всё. Человека, который получил самую высокую оценку от всех дизайнеров, я объявлю завтра на отборе. Думаю, сейчас вам нужен отдых. Томлинсон улыбнулся, когда большинство моделей, в том числе и Зейн, пошли по своим комнатам. Я сел около Луи на диване и закрыл глаза, выравнивая дыхание. Мы молчали. — Я думал, что ты не успеешь вовремя, — нарушил тишину Томлинсон. — Я тоже так думал. Но… — я оборвался, думая, стоит ли ему говорить об угоне. — Но… что? — вызывающе поднял брови Луи. Я вздохнул: — Я угнал мотоцикл. — Ты угнал… Что ты сделал? — Для того, чтобы успеть вовремя приехать домой, — в защиту сказал я, но лучше мне от этого не стало. — Не волнуйся, я верну его владельцу. Луи расслабился и сел ближе ко мне. Я положил голову ему на плечо, вдыхая его запах. — Знаешь, мы с Зейном понравились одним из твоих дизайнеров, — усмехнулся я. — Почему только одним? Я думал, ты выложишься по-полному, — застонал Томлинсон. — Я так и сделал. Ты не понял. Мы слишком им понравились. Минуту он молчал, после чего рассмеялся: — Рик и Генри? Я кивнул, начиная смеяться от его заразительного хохота.

***

Когда стемнело, за мной в комнату пришел Зейн. — Ты готов? — спросил он. — К чему? — не понял я. — К игре, — застонал Зейн. — Я же говорил. — Не говорил, — пробормотал я, вставая. Я стал надевать джинсы, когда Малик остановил меня. — Надень лучше плавки. Мы будем в бассейне. Закатив глаза, я переодел плавки и спустился. В бассейне уже сидели Найл, Лиам и… Луи. Я посмотрел на него, но он смеялся над чем-то с Найлом. Ничего не сказав, я спустился в воду. — Мистер Томлинсон? — позвал я Луи. — Расслабься, Гарри, — усмехнулся Найл. — Луи сегодня просто Луи, а не судья. Подняв брови, я бросил взгляд на Луи. Он смотрел на меня с легкой улыбкой. Похоже, он уже слегка выпил. — Так вот что мы играем? — спросил я у Зейна. — В «Правда или вызов», — ухмыльнулся Малик, после чего я застонал. Серьезно? Так это он подготовил для нас? — Начинай, Найл, — подмигнул Зейн блондину. Тот обвел всех взглядом, после чего остановился на Луи. Ну естественно. — Правда или вызов, Луи? — Правда, — легко ответил Томлинсон. — Ты уже выбрал победителя шоу? — А это вообще считается? Такие вопросы можно задавать? — спросил Лиам. — Нельзя, но я отвечу. Нет, я не выбрал. Но предполагаю, кто останется в финале, — пожал плечами Луи, после чего продолжил. — Гарри, правда или вызов? Я встретился с его голубыми глазами, которые были только ярче при свете от воды: — Правда. — Были ли у тебя отношения с кем-нибудь из присутствующих здесь? — он пристально смотрел на меня. Я посмотрел на всех: — Были, — ответил я честно, вспомнив ненастоящие, но все же отношения с Зейном. — Искренние или притворные? — продолжил он спрашивать. — Сейчас моя очередь, — подмигнул я Луи. — Лиам, правда или вызов? — Вызов, — бесстрашно ответил парень. — Сними плавки и пробегись вокруг бассейна, — усмехнулся я. Лиам открыл рот, но потом улыбнулся и снял плавки. Выполнив просьбу, он надел их снова и прыгнул в воду. Все всё еще смеялись, когда он продолжил игру: — Зейн, правда или вызов? — Правда, — не рискуя после моего задания, ответил Малик. — Тебе нравится кто-нибудь из присутствующих? Зейн посмотрел на него, как на идиота, и ответил: — Да, — он покачал головой. — Луи, правда или вызов? — Правда, — усмехнулся Томлинсон. — Хочешь ли ты отношений с кем-нибудь? Я убью этого засранца. Луи бросил быстро взгляд на меня и ответил: — Возможно. Мое сердце забилось. — Найл, правда или вызов? — продолжил игру Луи. — Вызов, — не боясь задания судьи, ответил блондин. — Покрась завтра свои волосы в темный оттенок временной краской, — сказал Луи. Найл ошарашенно посмотрел на него, потом провел руками по светлым волосам и нахмурился: — Гарри, правда или вызов? — Вызов, — улыбаясь, ответил я. — Поцелуй Зейна. Моя улыбка мгновенно сползла. Ошарашенно я посмотрел на Зейна, который тоже был удивлен и смотрел на Лиама. Я бросил взгляд на Луи, который, как мне показалось, немного побледнел. Сделав легкомысленное выражение лица, я приблизился к Малику. Тот повернулся ко мне и усмехнулся: — Я знал, что ты давно хочешь этого. Хитро улыбнувшись, я быстро поцеловал Зейна в щеку и отстранился. — Так нечестно… — начал блондин. — Ты не говорил, куда целовать, — усмехнулся я. — Лиам, правда или вызов? Все еще бледный, он ответил: — Правда. — Из-за чего Джесс разозлилась на тебя? Поверь, все заметили. — Эм… Я бросил ее, — неловко ответил он. — Почему? — спросил Зейн. Лиам покачал головой: — Я устал. Давайте продолжим позже? Уже поздно, и не все тут из нас судьи. — сказал он и отправился в дом. Мы последовали за ним. Я ни разу не посмотрел на Луи после поцелуя с Зейном. Как только я вошел в комнату после игры, я переоделся в свою пижаму, которую подарила мне Джемма. Она была до жути смешная и детская, но она напоминала мне о доме. Я уже лег на свою кровать, когда в дверь постучали. Открыв ее, я увидел Луи Томлинсона. — Можно? — спросил он. — А как же «Не хочу, чтобы повторилось вчерашнее утро»? — вызывающе спросил я. Вместо ответа, он вошел и закрыл дверь на замок. Я не успел возразить, как он прижался своими губами к моим. Его тело было горячим и не до конца просохшим от воды после бассейна. Его горячий язык исследовал мой рот. Я застонал и сразу почувствовал слабость в ногах. Он обнял меня руками за талию, сокращая расстояние между нами. Я начал двигаться в сторону кровати. Не разрывая поцелуя и не отстраняясь, мы легли на мою кровать. Луи надвисал над моим телом. Мы легли так, что наши ноги слегка соприкасались, вызывая мурашки, а все остальное было тесно прижато. В моих штанах стало тесно. Я чувствовал, что и в его тоже. Я уже задыхался и отстранился, чтобы вдохнуть прохладного воздуха. Томлинсон прижал свои губы к моей шее, из-за чего я вздрогнул. Опрокинув голову назад, я прошептал: — Луи… Нам надо поговорить. — О чем? — я почувствовал горячее дыхание в шею. Он слегка прикусил мне шею, из-за чего я громко застонал. Я прикрыл рот рукой, пытаясь выравнить дыхание. — О нас. — Что ты хочешь знать? — он поднял голову на уровне моей. — Я тебе нравлюсь? — прошептал я. Луи рассмеялся, взял мою руку в свою и перенес ее на низ своего живота. Я расширил глаза, почувствовав твердую выпуклость. — Да, ты мне нравишься, Гарри Стайлс. Сильно нравишься, — он улыбнулся. — Кстати, милая пижамка. Я усмехнулся: — Сестра подарила. — Ты должен меня с ней познакомить, — серьезно сказал он. Я кивнул, все еще улыбаясь, как идиот. Томлинсон зевнул и придвинулся ближе. — Почему ты пришел? — спросил я. — Потому что мне холодно в моей комнате. — И поэтому ты пришел совращать меня? — усмехнулся я. Он улыбнулся и уткнулся мне в плечо: — Поэтому. Я выключил свет и укрыл нас одеялом. Почти сразу же мы заснули.

***

Это было самое лучшее утро за все мое прибывание в этом шоу. Как только я открыл глаза, то увидел лицо Луи Томлинсона. Солнце освещало его длинные ресницы и волосы, придавая им золотой оттенок. Его губы были приоткрыты. Он был похож на ангела, когда открыл свои ярко-голубые глаза. — Привет, — хриплым голосом сказал он. Я поцеловал его легко и нежно, после чего начал вставать, но не успел. Он схватил меня за руку и снова уронил на кровать. Я звонко рассмеялся, когда он перевернул меня и оказался сверху. Он начал приближаться к моему лицу, когда внезапно остановился и широко раскрыл глаза. — Что? — непонимающе спросил я. — Твоя шея, — он слез с меня. Я быстро отправился в душ к зеркалу. Как только я посмотрел на свою шею, сзади подошел Луи. — Это… — начал я. — … засос, — выдохнул Томлинсон. Почти по всей правой стороне шеи красовался огромный, бардовый с фиолетовым засос. Его мог увидеть даже слепой. Я повернулся к Луи: — Ты… Поставил… Мне… Засос. — гневно начал я, ударяя с каждым словом его в грудь. — Ты хотя бы понимаешь, что его все увидят? Что теперь делать? Томлинсон отошел подальше от меня: — Прости, — прошептал он, после чего я закрыл дверь. Я вздохнул, включил холодную воду и встал под струи. Душ успокаивающе подействовал на меня. Когда я вышел, Луи все еще сидел на моей кровати, опустив голову. Я подошел и сел около него. — Злишься? — спросил он. — Да. — Ненавидишь? — Что? — удивился я. — Нет. Нет, конечно. Он посмотрел на меня, и я улыбнулся. — Что мне надеть, чтобы скрыть засос? У тебя есть что-нибудь подходящее? — спросил я. Минуту он молчал, потом резко вышел из моей комнаты, бросив: — Сейчас. Через минуту он вернулся с черным свитером, который полностью закрывал шею. Я натянул его и благодарно улыбнулся Луи. Он кивнул и мы пошли вниз к остальным. Все уже собрались, когда подъехал автобус. Я сел рядом с Томлинсоном, потому что Зейн сидел рядом с Лиамом. Они всю поездку о чем-то перешептывались. Я был рад за них. — Засос виден? — спросил я у Луи, повернул слегка голову. Он покачал головой, и я вздохнул. — Я хоть и злюсь из-за него, но мне понравилось то, как ты его делал, — покраснел я. Томлинсон широко улыбнулся, вспоминая вчерашний вечер: — Мне тоже это понравилось. Мы всю дорогу улыбались, пока автобус не остановился. Нас привезли в какой-то цветочный сад, посередине которого стоял Ю Цай и наш фотограф — Дастин. К ним подошел Луи, после чего они поприветствовали нас: — Всем доброе утро, — начал Ю Цай. — Сегодня у вас необычная фотосессия… — А бывает другая? — прошептал рядом со мной Зейн, после чего я коротко рассмеялся. — … где вы будете покрыты блестками, — сказал азиат. — Я сегодня снова ваш фотограф. Рад буду поработать с вами, — сказал Дастин. — Помните, сегодня только семь из вас продолжат участие в шоу, — жизнерадостно сказал Луи. — Желаю вам удачи. — А теперь, идите к своим стилистам, которые приведут вас в нужный образ, — крикнул Ю Цай, после чего все побежали. Посмотрев на Томлинсона, я пошел к стилисту, надеясь, что это будет Лотти. Но за моим столиком меня ждал Алекс. Я улыбнулся ему и сел перед зеркалом: — Привет, Алекс. Как ты? — Привет. Все все хорошо. А ты как справляешься? Я слышал про разгром твоей комнаты, — сказал Алекс. Я вздрогнул и замер, но потом взял себя в руки: — Все хорошо. Ничего не украли, — улыбнулся я. — Но ведь… — Алекс, все хорошо. Делай свою работу, — все еще улыбаясь, сказал я. Он кивнул и начал выводить тонкой кистью на моем лице золотые узоры. Потом он покрыл меня какой-то жидкостью и начал сыпать блестками все мое тело. Когда он увидел засос, то поднял брови, но ничего не сказал. Я попросил замазать его, что он и сделал. Пару раз я чихнул, встречая его нахмуренный взгляд. Я чувствовал себя, будто меня сначала намочили, а потом макнули в стакан с блестками. Точно также я и выглядел. Куда бы я не пошел, меня можно было найти по следам, так как я везде отставлял за собой блестки. Все модели, как и я, были покрыты блестками. У каждого был свой цвет. У меня — золотой. Зейн был покрыт красными, Найл — синими, Лиам — желтыми, Эмма — зелеными, Джесс — черными, Нина — розовыми, а Кристина — фиолетовыми. Я пошел на съемки самым первым. Мне дали в руки горсть винограда, а к волосам прикрепили несколько листьев. Будто лесная нимфа. Я думал, что меня стошнит прямо на камеру. Когда я отработал, Дастин похвалил меня и отправил приводить себя обратно в порядок. Все время, что Алекс убирал с меня блестки, я думал о нем. Никто не знал, что вчера устроили беспорядок в моей комнате. Даже Зейн и Луи не знали. Это может значить только одно. Не давая доделать Алексу свою работу до конца, я рывком встал и ушел от него, не обращая внимание на его возражения. Я нашел Луи около гардеробной, где он разговаривал по телефону. Его лицо было серьезным, даже немного резким. — Да… Я понял. Через час буду, — он бросил трубку и посмотрел на меня. — Луи, я должен тебе кое-что сказа… — начал я. — Не сейчас, — он провел рукой по волосам. — Мне нужно в больницу. — Зачем? — не понял я. — Тот человек, которого я попросил пробить номер, что звонил тебе… Он замолчал. — Да? Что случилось? — На него напали. Он жив, но сейчас в больнице. Мне нужно срочно уехать туда. — Ты хотел сказать, нам нужно. — Гарри, человек пострадал из-за того, что помог мне! — Томлинсон повысил голос. — Я не могу позволить, чтобы и с тобой что-нибудь случилось. Он опустил взгляд. Я подошел к нему и взял холодную руку в свою: — Если я буду рядом, ничего не случится. И наоборот. Он посмотрел на меня. — Я поеду с тобой, — продолжил я. Он вздохнул: — Ты идиот, знаешь? — Знаю, а теперь поехали, — улыбнулся я. Бросив взгляд на всё еще идущую фотосессию, я отправился к машине Томлинсона. Он посмотрел на меня неуверенным взглядом, после чего надавил на газ, и мы уехали.