Бастард

Как перетащить более полусотни человек через всю Европу? Казалось бы, простая задача, но это только на первый взгляд, особенно учитывая, что подавляющее большинство из них подростки. Маглы бы просто воспользовались самолётом, но у магов международный пассажирский транспорт отсутствует как класс. Каминная сеть работает только внутри страны, аппарация имеет ограниченный радиус действия, а про мётлы я вообще молчу. Вроде как я читал про некое подобие общественного транспорта в виде специальных магических автобусов, колесящих по всей стране, но это опять же, для сугубо внутреннего пользования. Остаются только порталы — крайне неудобная штука. Мало кто может выдержать такой способ перемещения спокойно. А некоторые и вовсе не способны удержать содержимое желудка. Но других вариантов нет, поэтому я ожидал использования именно этого варианта. Как показала практика — я был не прав. Поезд… Тот самый, на котором ученики приезжают в Хогвартс, только в составе теперь помимо самого допотопного тепловоза было всего два вагона. Туда нас и начали устраивать. Похоже, я явно чего-то недопонимаю, поскольку в окрестностях Дурмстранга рельсов точно нигде не было. И ещё одно — в поездку с нами отправлялся Дамблдор. Думаю, он поприсутствует только в самом начале, но потом вернётся, только всё равно неприятно. А вот Поттера, как я и думал, в нашей группе не оказалось. В моём купе собрались все трое представителей от Хаффлпаффа — я, Диггори и Джонс. Кто-то мог бы подумать, что ситуация довольно странная, ведь от самого «неприметного» из факультетов аж три представителя. Но если поразмыслить, то тут нет ничего удивительного. Седрик Диггори был одним из негласных лидеров барсуков. Марк Джонс сын аврора — успеваемость у него средненькая, но отец наверняка подтянул его в боевом плане. Ну, а со мной и так всё понятно. Четвёртым с нами оказался Сириус Блэк в своём лохматом обличии, который сходу оккупировал место около окна. Вот ведь наглая псина. — Не знал, что у тебя есть собака, — первым делом спросил Седрик. Было бы наивно полагать, что это тема останется не поднятой. — Я спас его в этом году, бедолага едва не отдал концы. Всё случайно, в общем-то, получилось, но я решил оставить его себе. А как вы знаете, в Хоге держать крупных питомцев нельзя, так что он жил у моих знакомых. Такая вот полуправда с намёком для Блэка. Может он, наконец, задумается о том факте, что если бы я не убил оборотня, то его драгоценный Поттер отправился на тот свет. А что касается остальных — возможности как-то проверить мою версию у них нет, собственно, как и у моих знакомых в городе. А Бйорну можно будет сказать правду, ведь возвращаться в Хогвартс я не собирался. Амулет на мне, тексты сообщений моим «друзьям» продуманы. Вопрос оставался только один — когда именно делать ноги? В идеале нужно дождаться, начала активности со стороны Волдеморта. Тот и так уже полгода подозрительно тих. Хотя и до последнего момента выжидать будет нельзя. Так что март я ставил себе эдакой чертой, после которой нужно будет начинать действовать невзирая ни на что. — А он не кусается? — с подозрением спросил Марк и отодвинулся в противоположный угол, поменявшись местами с Диггори. Собак что ли боится? Хотя тут псина таких габаритов, что любой испугается. В том числе и мне становится не по себе, когда я начинаю думать о таком «надсмотрщике». Он же меня реально ненавидит за смерть Люпина. Да и в целом за мою «темность» на дух не переносит. Сорвётся да загрызёт… Нужно будет обезопасить себя в этом плане. — Нет, он тихий и спокойный, — надеюсь, это прозвучало достаточно уверенно. — А погладить можно? — и не дожидаясь ответа, Диггори протянул руку через столик. — Валяй, — пробормотал я, наблюдая, как тот начинает тормошить пса. Этот момент мы не оговаривали, так что я просто не мог упустить удачную возможность немного поиздеваться над анимагом. Только к моему полнейшему удивлению Блэк воспринял такое отношение совершенно спокойно. Скорее ему это даже нравилось. Не думаю, что он настолько хороший актёр и смог сымитировать всё это. Даже в такой мелочи этот мужик умудряется меня бесить. — И как его зовут? — Пуфик, — у остальных такое имечко вызвало лёгкие смешки, а вот Блэк посмотрел на меня… не знаю, с укоризной что ли? Тем временем поезд плавно тронулся. Мерное покачивание и стук колёс обычно быстро нагоняют сонливость, но не сегодня — все бурно обсуждали путешествие, которого так долго ждали. А ко мне и вовсе активно приставали с расспросами. Как? Что? Где? Почему? И так далее. Причем черт знает, по какому кругу. Хорошо хоть большая часть школы относится ко мне с неприязнью, а то жизни бы точно не было. — Кстати, мы ведь увидим Виктора Крама! — глаза Диггори загорелись фанатичным огнём, — может он даже даст нам автограф! — С чего такой энтузиазм? — я знал, что Виктора перевели из молодёжного состава сборной в основной, но… после того суда полгода назад переписка практически встала. А летом я и вовсе оказался в информационном вакууме. Ну, а в сентябре мне не до газет было. — Ты что, совсем от жизни отстал? Он же стал открытием сезона, практически в одиночку протащив свою сборную через групповую стадию. Болгария вышла в плей-офф впервые за последние полвека! А ведь он наш ровесник! — Кстати, Эл, — быстро вписался в новую тему Джонс, — раз мы одногодки, то вы, наверное, были знакомы? — Эээ… ну да. Мы с ним играли в одной кома… нде. Не успев закончить фразу, я понял, какую глупость только что совершил — теперь с меня не слезут, пока не вытянут всё о своём кумире. — И ты молчал?! Не знаю, сколько времени длился «допрос с пристрастием», но, когда в дверь купе постучали, я был выжат как лимон. А спустя пару секунд внутрь вошел один из дозорных, положил на стол три буклета и, так ни слова и не сказав, вышел наружу. Само собой, праздная болтовня в этот момент стихла, и все заинтересованно принялись изучать содержимое. Как оказалось, это нечто типа краткого путеводителя по городу и академии. Причем на нескольких языках. Английский, французский, немецкий, русский. Помимо них был ещё один, но буквы не походили ни на латиницу, ни на кириллицу. По всей видимости, это был греческий. В содержание входила карта, с пометкой расположения общежитий для каждой из школ, правила академии, списки предметов и тому подобное. Кстати, насколько я мог судить, для гостей возвели новые жилые здания. А на последней странице был закреплён хорошо знакомый амулет. — Это что? — тут же заинтересовались остальные. — Надевайте, — тут же нацепил я свой на шею, — по ним защита академии будет распознавать в вас учеников. Ну и так, по мелочи… Интересно, а как будут вписывать новичков в местные реалии? Что-то я сомневаюсь, что гостей со всей Европы будут пичкать пресной кашей. Как-то адаптируют систему баллов? И ещё один вопрос — что с Блэком. Анимага защита точно распознает и Дамблдор об этом наверняка в курсе. Договорился с охраной или Балаж? То-то у пса на шее ошейник. Я-то когда его увидел, решил, что это чисто чтобы придать «домашний» вид, но может дело в другом… — А вы заметили, что трясти перестало? — выдернул меня из раздумий Марк. И действительно — ни тряски, ни стука колёс. Поезд словно парил и движение совсем не ощущалось. За окном же по-прежнему мелькали пейзажи, но понаблюдав за этим некоторое время, я пришел к выводу, что мы начали разгоняться. Понятно, поезд далеко не так прост, как кажется, и на нем не придётся умирать со скуки в течение пары суток пути. И рельсы, по всей видимости, необходимостью не являются. Зачем же тогда первого сентября всех везут до Хогвартса полдня? Похоже, просто традиция, как уверял меня когда-то Дамблдор. *** После примерно пяти часов дороги, поезд остановился на окраине города. Что примечательно, там соорудили небольшой перрон, вдоль которого проложили рельсы, которые обрывались метров через двести в обе стороны. Занятный у нас всё-таки транспорт. Наконец можно было нормально размять ноги после долгого сидения — нас выпустили наружу и пересчитали. А на перроне нас уже встречал хорошо знакомый мне профессор Хорнер, который тут же принялся что-то активно втолковывать Дамблдору и МакГонагалл. Не знаю, что он там им объяснял, но руками размахивал весьма активно, что навевало ностальгию. Наши же руководители как всегда были сдержаны. Пока нас вели по городу, мои спутники вовсю крутили головами, осматриваясь в незнакомом месте. Ещё бы, они-то до этого полноценных магических городов и не видели наверно. В Англии маги живут либо в уединённых домах, либо в небольших деревеньках, а те, кто побогаче, могут позволить себе снять жильё в Косом переулке. Ну, а маглорождённые как и некоторые полукровки живут в самых обычных магловских поселениях. Но куда большее впечатление на них произвела стена академии, впрочем, как и на меня когда-то. Как оказалось, представители остальных школ уже были на своих местах и ждали только нас, после чего началась торжественная церемония. Долгие и пафосные речи, лобызание директоров и так далее. Дамблдор в своей извечной мантии со звёздочками обнимал какую-то внушительных габаритов женщину, изображая бурную радость, сухенький старичок с выдающихся пропорций носом тряс руку пожилому мужчине в смокинге и всё в таком духе. Разве что Балаж вела себя весьма скромно, хоть и была главой принимающей стороны, но это можно было понять — скорее всего, остальные ветераны учебного фронта знают друг друга многие годы, а она полгода на посту, да и по возрасту сущее дитя на их фоне. Школ, как нам и говорили, участвовало шесть: Хогвартс от Англии, Шармбатон от Франции, Виссенхау от Германии, Китеж от России, Спитхоркис от Греции, ну и конечно сам Дурмстранг. Ученики во время всех этих торжественных формальностей с любопытством косились друг на друга, и посмотреть тут было на что. В глаза бросалось обилие представительниц прекрасного пола у наших соседей по Ла-Маншу. Да и в целом форма у них была какая-то голубовато-воздушная. А вот немцы с русскими, как и мы, были в классических черных парадных мантиях. Греки же откровенно удивили — их подопечные, похоже, попросту мёрзли в тоненьких даже на вид туниках. А потом был настоящий пир. Наверно я всё же подсознательно ожидал увидеть традиционную для новичков кашу, но стол, что называется, ломился от яств. Все сидели за длинными столами с лавками по бокам, чередуя гостей и хозяев, но в целом возможности завести знакомство с новыми людьми пока не было. В общем, всё было как-то слишком обыденно. Похоже, Софья Балаж слишком уж хотела произвести хорошее впечатление на гостей. Нету в ней того стержня, что был в Гроссе, да и в Каркарове отчасти он тоже присутствовал. Уверен, старик бы не стал менять порядки для гостей, устроив тем весёлую жизнь. Хотя может я и не прав — законы гостеприимства никто не отменял. После пиршества нас отвели в организованное для учеников Хогвартса общежитие. Все подробности о кубке огня и учебном процессе нам предстояло узнать завтра, у неких кураторов. Сейчас же нужно было устроиться на новом месте и как следует отдохнуть. Открыв комнату, которая мне досталась, я пораженно замер на пороге — обстановка было точно той же, что в день моего отъезда отсюда. Разве что полки были пустые, но это недолго исправить. Я даже нашел под столом исписанный моим корявым почерком листок, на котором я начинал какие-то расчёты по трансфигурации. Отличие было только одним — свернувшийся калачиком черный пёс мирно посапывал на краю моей кровати. На пир то его никто не пустил, но сюда он как-то забрался. Видимо мои выводы были верны и его присутствие тут оговорено. Интересно, что Дамблдор наплёл Балаж? Но в целом сегодня мне было плевать на такие мелочи — наконец-то я был дома. *** Нашим куратором оказался молодой мужчина в цветастой мантии, который представился как Джеймс Лиенз, преподаватель иностранных языков. Английского и немецкого, если говорить точнее. Не удивительно, что именно его к нам приставили. Он-то и объяснил утром следующего дня, что собственно нас ждёт. — Леди и джентльмены, надеюсь, вы все ознакомились с выданными вам буклетами? — бегло окинув нашу толпу взглядом, он кивнул и продолжил, — в таком случае я поясню некоторые моменты. Как вы, должно быть, поняли, в академии используется строгая система баллов, которая влияет на все аспекты жизни учеников. Чтобы интегрировать вас в нашу среду, каждый из гостей получил в своё распоряжение привилегии, соответствующие уровню среднего ученика Дурмстранга вне зависимости от курса. А вот дальше начнутся отличия — поскольку пробудете вы здесь сравнительно недолго, то набирать и терять баллы вы будете в пятикратном размере. Уровень среднего ученика? Это не так уж и мало, особенно для младшекурсников. С другой стороны, при таком подходе к начислению баллов очень многие с непривычки быстро потеряют если не всё, то многое. Кстати, а меня эта уравниловка судя по всему не заденет, иначе я тут быстро побью все мыслимые и немыслимые рекорды. Или всё же заденет? — А теперь перейдём непосредственно к Кубку Огня. Мы прекрасно понимаем, что ваши учителя старались взять лучших, но у нашего руководства иной взгляд на этот вопрос. Причина проста — испытания действительно будут непростыми. Считается, что кубок сам выбирает наиболее подходящих чемпионов, но высокая смертность на этом соревновании говорит об ином, поэтому в конце октября только десять лучших представителей от каждой школы смогут выдвинуть свою кандидатуру и уже потом своё решение примет сам артефакт. Разумеется, с нашей стороны также будут предприняты меры безопасности, чтобы свести к минимуму риск летального исхода. Ясно, значит, для меня изменения в начислении баллов остаются в силе, иначе конкурировать с другими учениками Хогвартса будет малореально. Что же, я прекрасно знаю, как можно набрать баллов, особенно учитывая наличие большого количества «друзей», за чей счёт это можно будет провернуть. Ох и оторвусь же я… Дальнейшая лекция посвящалась всякой учебной рутине. Например, ученики каждой школы получали право сформировать свою команду по квиддичу или присоединиться к существующей. Правило дуэлей и прочих стычек были равными для всех, а преподавание основных предметов будет вестись на родных для гостей языках. По второстепенным же наукам обещали подготовить переведённый материал занятий. Хотя я на своём опыте знал, что при наличии желания и при обильной практике на базовом уровне разговорный язык учится быстро. Впрочем, кого я обманываю — подавляющее большинство будут общаться исключительно в своём кругу. — А если у вас возникнут какие-то трудности, я всегда с удовольствием разъясню все вопросы, — подвёл черту профессор Лиенз. После встречи с куратором начался первый учебный день, который отчасти напоминал мне времена моего поступления в Дурмстранг. Представители прибывших школ держались вместе и не особо шли на контакт с иностранцами, сильно напоминая первогодок. Но я прекрасно понимал, что это вопрос времени, причем небольшого. Меня же больше волновали мои личные дела, нежели учебные - мне нужно было навестить одного очень жадного вампира, а также поговорить с Крамом наедине и многое рассказать Бйорну. Только не сейчас, а когда Дамблдор, наконец, вернётся на острова. Старик задержался в академии на четыре дня, и ему крупно повезло — краснеть за учеников своей школы пришлось МакГонагалл. На пятый день совместной учебы первый из гостей попробовал печально знаменитую кашу и представлял он алый факультет Хогвартса. Правда, в достижении столь знаменательного результата ему немного помог я, но это уже совсем другая история. *** — Проходи, Элион, — благодушно поприветствовала меня директор Балаж, — рада тебя видеть. — А уж как я рад быть здесь, — искренне улыбнулся я. То чувство, что я, наконец, очутился там, где сам хочу быть, не покидало меня все эти дни. — Я хотела ещё раз поблагодарить тебя за оказанную помощь с Каркаровым. — Прозвучало это крайне двусмысленно. Она что-то знает? — Твоё присутствие оказалось очень кстати, хотя у тебя, насколько я понимаю, и без того проблем хватает. Этот странный анимаг… Если я чем-то могу помочь, то не стесняйся. Касание моего разума было едва заметным, но я его всё же почувствовал. Попытка «чтения» тут же оборвалась, но настроение мне этот факт всё же подпортил. Нет, Балаж ничего не знает, но скорее всего о чем-то догадывается. А намёк? Он весьма прозрачен, но не было ли это всего лишь поводом? — Не стоит, у меня всё в порядке. Знаете, как говорят — держи друзей близко, а врагов ещё ближе. И действительно. Таскалась за мной эта псина практически везде, разве что на занятия не заявлялась. Не очень приятно знать, что за тобой постоянно наблюдают, но что-либо предпринимать я считал преждевременным. У Дамблдора явно был какой-то договор на эту тему с Балаж, но само по себе это не проблема. Куда хуже могут оказаться контрмеры старика, если я устрою эдакий бунт. Нет, пока что я буду сидеть тише воды и ниже травы. — Хмм… понятно, но, если что, дай знать. *** — Кажется, ты мне нос сломал… — Сам виноват… придурок. Обменявшись столь «мудрыми» изречениями мы с Виктором замолкли. Видок у нас наверно был тот ещё — мятая одежда, на которой, казалось, собралась вся пыль этого коридора, кровоподтёки и ссадины. Не так я себе представлял эту встречу, ой не так. Спустя неделю от нашего приезда я всё же решился заговорить с Крамом, поскольку тот аналогичных попыток не делал. И вообще в мою сторону даже не смотрел. А выглядел мой друг, уж не знаю бывший или нет, неважно — вечно мрачный, какой-то бледный и ссутулившийся. Видимо не сладко ему тут жилось эти два с хвостиком года. — М-да… — задумчиво потирая пострадавшую скулу, пробормотал я, — тёплый приём… — А ты чего ждал?! Привет друг, сто лет не виделись, давай обнимемся?! — Но не молча же прямым справа в челюсть приветствовать! Впрочем, похоже, мы оба быстро осознали, что как-то вменяемо начать диалог у нас всё равно бы не получилось. И оттого повисла какая-то неловкая тишина. — После смерти дяди Игоря и этого грёбанного суда всё пошло наперекосяк… — негромко начал Виктор, первым обрывая паузу, — не забыл ещё, как я сюда вообще попал? И как ты думаешь, каково после этого пришлось протеже убийцы Гросса? — Но ведь это правда… — Да знаю я! Только… Да и вообще, исчез ни слова не сказав, а потом прислал невнятную писульку про перевод и возвращение на родину. Это мне-то, человеку, который тебя как облупленного знает! А в последние полгода вообще тишина, будто и нету тебя. — А ты думаешь я по своей воле отсюда свалил?! — не у одного меня сдали нервы и даже драка не позволила сбросить напряжение, — будь моя воля, учился бы тут спокойно, но этот ублюдок Каркаров и старый козёл Дамблдор… Предупреждающий рык дал понять, что Блэк рядом, всё слышит и тема ему совершенно не нравится, но меня, что называется, понесло. Ничего, ему тоже полезно это послушать, может хоть немного мозги в голове зашевелятся. — Странный у тебя пёс, — оборвал меня Виктор, — защитить не пытался, а теперь рычит чего-то. — Да дурной он у меня, — буркнул в ответ я, и уже собрался было продолжить свою полную негодования речь, как вновь оказался прерван. — Давай лучше поговорим в более уединённом месте. Предложение было здравым, поэтому возражать я не стал. Направились мы в комнату Крама, поскольку она была банально ближе, а заодно по пути окончательно остыли. Апартаменты кстати выглядели крайне скромно — куда беднее, чем во времена наших совместных похождений. Похоже, я был прав, и не всё так гладко у звезды квиддича. — Как я уже сказал, меня тут не шибко привечают. А уж учитывая квиддич… кто-то завидует, а кто-то мстит за проигрыш своей сборной. Неприятная ситуация. Кроме того, за последние годы я близко так ни с кем и не сошелся, а одиночка простая цель… Понятно, жизнь у него явно не сахар. Хотя на фоне моей… Для него это может и катастрофа, но по мне так сущая мелочь, к которой стоит относиться как к неизбежному злу. — Давай хоть нос подлатаю. — Вот еще, ты мне с носом еще и полбашки за компанию снесешь. — Я уже не тот, что был два года назад… разнесу всё до пояса минимум. Шучу, всё будет в порядке. И действительно, пара заклинаний значительно улучшили наше самочувствие. А потом мы долго говорили. Очень долго. И не о учебе, само собой. Мы могли друг другу помочь, и это стало первым шагом к возрождению былой дружбы. — Значит, тебя вынудили уехать шантажом? А ты действительно… ну… — Да, четыре подростка из приюта, два магловских охранника и один оборотень. — Ответил на невысказанный вопрос я. Тот факт, что и смерть Каркарова можно было занести в этот ряд, я решил не озвучивать. — Ну, последний это самооборона. А предыдущее… стихийный выброс и весьма мутная история, которую тоже можно списать на самозащиту. Не думаю, что ситуация совсем уж безнадёжная. — Ты не понимаешь. Эти дела под юрисдикцией английского министерства, а для местных мой папаня…. — в хитросплетении магических законов я разбирался долго, так что знал, о чем говорю, — в общем, даже не думай, запрут на веки вечные. А здесь, как и в любом другом месте, я никто и покровителя у меня нет. Да и если даже его найти, то не факт, что я не променяю шило на мыло. Так что меня экстрадируют, тут к гадалке не ходи. — И что ты собираешься делать? — спросил Виктор, косясь на незаметно усыплённого мною пса. Кажется, это стало весьма очевидным намёком. — У меня есть пара задумок… и ты мог бы мне помочь. *** — Добрый вечер, мастер Ингвис! Лавка встретила меня приятным полумраком и лёгким запахом некой ветхости. Неизменный же продавец как всегда пропадал где-то за стеллажами, но быстро откликнулся на зов. — Ммм… Элион Мортем. Вот уж не думал, что увижу тебя вновь… — раздалось задумчивое «мычание» откуда-то из глубины помещения. — Вообще-то мы виделись с вами всего пару недель назад, — хмыкнул я в ответ, подходя к прилавку. — Да, точно, — лишь предупреждающий рык Блэка позволил мне сохранить спокойствие, поскольку вампир каким-то неведомым образом оказался прямо у меня за спиной, — пришел за своим заказом? — Именно. — Одну минутку, — и мой собеседник вновь исчез. Вернулся он вполне традиционным способом, то есть ногами, неся в руках массивный футляр. Поставив его на прилавок, он снял крышку — внутри на мягкой подкладке лежала серовато-матовая палочка, покрытая сложным узором и с рифлёной рукояткой. — Двадцать два сантиметра ручной резьбы по кости дракона, с его же жилой в качестве сердцевины. Как ты и просил, упор сделан на прочность, надёжность и устойчивость, так что проблем быть не должно. Да, как мне объяснили, материал не самый удобный для изготовления палочек, к тому же работать с ним непросто. Это помимо того, что он банально дорогой. Но подобные недостатки компенсировал тот факт, что он куда устойчивей к перепадам магического потока и предельная нагрузка у него, пожалуй, самая высокая. — Можно? — негромко просил я, жадно рассматривая инструмент. Неужели у меня, наконец, будет полноценная палочка. — Конечно, — кивнул мастер, но пару шагов назад всё же сделал. Не доверяет, что, впрочем, не удивительно — в былые годы я был весьма взрывоопасной персоной. Бережно взяв палочку в руку и отметив, как удобно она лежит в ладони, я сделал пробный взмах и прислушался к себе. Поток магии мгновенно направился через мою конечность к инструменту, но привычным усилием воли я его «отфильтровал» и из кончика палочки начали выбиваться разноцветные пучки света, которые словно волокна сплелись, образовывая вокруг меня защитный кокон. Второй взмах и это творение превращается в плотную сетку между мной и продавцом. Третий — всё это великолепие осыпается и гаснет, не долетая до пола. — Впечатляет, — хмыкнул мастер Ингвис. Да, вот уже шесть лет я борюсь сам с собой, пытаясь побороть природу собственного дара. Бесчисленное количество попыток, тысячи часов убитого времени и воистину нечеловеческое упорство. Что же, все эти усилия не прошли даром — я, наконец, достиг своего и тем самым сделал ещё один шаг на пути самодостаточности. Полноценная магическая палочка открывала для меня определённые перспективы. Во-первых, снизит количество магических сил, требуемых для формирования заклинания. Хотя это скорее минус, ведь в привычном мне раскладе усилия для обычных и беспалочковых операций одинаковы, что весьма удобно. Впрочем, думаю это вопрос привычки, не более. Во-вторых, в целом я смогу творить более могущественные чары, чем раньше, не опасаясь, что мой инструмент осыплется пеплом в процессе. Ну и в-третьих, это банальная надёжность — заготовки даже при аккуратном использовании со временем портились. Был правда и один минус — с такой палочкой я уже не мог взять и вложить кучу сил в одно заклинание, что позволяло удивить и сбить с толку противника. Рванёт так, что мало не покажется. Но с другой стороны — что мне мешает оставлять про запас старые «деревяшки» для эдакого одноразового применения? Правильно, ничего! — Сколько с меня? — Расходные материалы плюс сама работа, ну и надбавка за срочность… Две сотни галеонов. Озвученная сумма заставила меня поперхнуться, вызвав снисходительную улыбку продавца, но я знал на что шел. Точнее, к кому обращался, ведь палочка не будет зарегистрирована. Надеюсь, оно того стоит. — Хорошо, добавь пяток заготовок в учет этой суммы, и я согласен. — По рукам. — Деньги снимешь с моего «счёта». Поскольку сбывал всякий раритетный хлам и редкое спиртное я именно через него, то в своё время посчитал нужным оставить у него определённую сумму. Ну, а что? Не таскаться же мне везде с кучей золота? Оно, между прочим, прилично весит. А с вампиром у меня взаимовыгодные отношения, а точнее он откровенно наваривался, пользуясь моей ситуацией. Так что кидалова я не боялся — ему это не выгодно. Впрочем, и выбора особого у меня не было — иметь дел с гоблинами как-то не хотелось. Забрав свою покупку, я направился на выход. До конца этого месяца нужно было успеть сделать ещё очень многое.