Нежданный наследник

Глава 3 Среди прошлогодней травы осторожно пробирался маленький зверёк. Бурая шубка, остроносая мордочка, глазки-бусинки, длинный хвостик — мышка, благополучно пережившая зиму и не попавшаяся на зубок ни лисе, ни совам. Грызун остановился у свесившего колоска с остатками зёрен, приподнялся на задние лапки и потянулся к ним. И вдруг насторожился, смешно двинул ушками и кинулся прочь, позабыв о несостоявшемся обеде. Умиротворённую тишину полудня нарушил грохот копыт, вспорхнули шустрые птички, с отчаянным писком пытаясь рассказать всем, что на лугу, где очень редко проезжали чужаки, появился конный отряд. Луговина, покрытая нежной весенней зеленью с кустиками адониса и пучками трав, находилась вдали от проезжего тракта и к ручью, притаившемуся в небольшом колке, наведывались только знающие люди. Молодой человек, судя по одежде из небогатых дворян, как раз был таковым: недалеко проживал его дядя по матери, часто приглашавший племянника в гости. Своих детей у старого лорда не было, и наследником у него был Роланд, сын единственной сестры, несмотря на то, что рождён тот был вне брака. Тихая и скромная девушка, едва вступившая в пору созревания, однажды влюбилась в прекрасного, по её мнению, принца. Он и был таковым — наследник престола, любимец женщин и мужчин, Этелред покорил сердце наивной простушки несколькими словами и жаркими взглядами. Сюзанн сама не поняла, почему проснулась однажды в одной постели с ним, оставив там свою невинность, добродетель и возможность выгодного брака. Впрочем, принц предлагал своей любовнице подобрать ей мужа, готового закрыть глаза на непредвиденный подарок невесты, но Сюзанн отказалась, втайне мечтая, что однажды Этелред вернётся за ней и увезёт в сказочный дворец навстречу счастью. Не приехал. Она до сих пор жила в небольшом поместье, воспитывала одна сына, а когда Роланд вырос, стала отправлять его к брату, который обещал научить его всему, что должен знать будущий рыцарь и наследник усадьбы. К Сюзанн, сохранившей красоту, до сих пор сватались, и Роланд начал надеяться, что мать всё же даст своё согласие одному из поклонников. Главное, не допустить появления на свет сводного брата или сестры. И дело было не в том, что не желал конкурентов, а в той тайне, что несла в крови его мать, и которая, возможно, ничего не знала. А Роланд пока молчал, не раскрывая секретов. И учился, не пропуская ничего — мало ли. Что пригодится ему в жизни? Вон, у дяди в поместье дороги хорошие проложены, надо бы и ему такое сделать, и патрули по ним ходят, стерегут от разбойников и лихого народа проезжающих купцов и путешественников. Охотников до чужого добра немало в последнее время развелось, и всё прибавляются и прибавляются. Бежит народ в леса, не от хорошей жизни бежит: каждый год, а то и чаще вводят новые налоги, то на воду, то на землю, то ещё на что, скоро дышать за деньги будут. А всё почему? Да потому что королевский двор погряз в роскоши, что дворянство, в стремлении затмить друг друга, выжимает из своих сервов всё, чуть не до последней капли, хуже вампиров, те хоть только кровью довольствовались. Роланд никогда так не будет, и пример тому — его дядя, крепкий хозяин, насмехающийся над глупостью придворных. Зато в его поместье на лугах пасутся тучные стада, а крестьяне сытые и довольные. И заводик у него есть, и лесопилка, и мельницы ворочают крыльями, а какие сады да огороды! Впору позавидовать, а ещё лучше научиться всему – всему. И Роланд учился, и не зря — вот о своей сути узнал и не испугался. А что такого? Ну, вампир его дед, бывает. Не тролль же, зато папаша королём оказался, тоже ничего, случается. Юноша откинулся на траву, всмотрелся в сине небо, наблюдая за лениво проплывающими мимо облаками. Мимо пролетела бабочка, присела на ромашку, пошевелила крыльями. Тишина вокруг… Из-за поворота, скрытого берёзовым колком, выехал отряд, и юноша прищурился, оглядывая мундиры королевской гвардии, кинул короткий взгляд на штандарт. Золотой грифон означал принадлежность к одному из шести элитных полков, а отсутствие короны, говорило, что отряд движется по своим делам. Скорее всего, они занимались ремонтом лошадей*, попутно решая какие-то личные дела. Ремонтанты проехали мимо, совершенно не обратив внимания на мелкого дворянчика, отдыхавшего в тени деревьев. Лишь один из них, со знаком Матери на груди, мазнул по парню внимательным и цепким взглядом. Роланд постарался принять самый невинный вид, надеясь, что тот ничего не заподозрит. Тем более что одиноким дворянином заинтересовался отрядный священник. Молодой парень, с редкой бородкой догнал командира и о чём-то с ним заговорил, время от времени оглядываясь назад, словно проверяя. Роланд сделал усилие и отвернулся, изо всех сил показывая, что он всего лишь скромный юноша из небогатого рода: если эти двое заподозрят в нём носителя древней крови, то долго с ним разбираться не будут, мигом отправят на костер, благо деревьев тут достаточно. Но боги миловали: отряд уже скрылся за рощей, уехал и насторожившийся священник. С тех пор, когда среди людей жили эльфы, дроу, или не приведи боги, вампиры, миновало немало лет, но о них до сих пор ходили жуткие слухи, и чаще всего никто не разбирался, правдивы ли они. Людей просто пугало всё, что не подходило под их понятие нормальности, и самыми жуткими считались вампиры. То, что они могли жить несколько столетий, не очень отличало от других древних, пугало то, что представители этого народа пили кровь. Древние всегда жили обособлено, даже, в давние времена, когда в городе можно было увидеть вампирью кузницу, ювелирную лавку дроу или лекарскую — эльфов. Их недолюбливали: одних за кровожадность, других за надменность, третьих за таинственность, но услугами пользовались. Недаром, до сих пор лучшим оружием считается вампирье, а по учебникам эльфов до сих пор учат лекарей, правда, ходят слухи, что уже меньше: жрецы Матери всё чаще проклинают знания Древних, а заодно и магов — их наследников. Сейчас Древние редко стали появляться среди людей, а гномы, говорят, вообще исчезли, но все всегда знали, где находятся Врата в Запретные земли. Да что толку? Ни один человек не пройдёт сквозь мерцающий золотым светом портал, только по приглашению и со специальным пропуском. Лишь сами Древние и их потомки могли беспрепятственно проникнуть в Сокрытые долины, называемые так из-за туманов, скрывающих всё, что находится по ту сторону границы. Роланд знал, что в этих землях находится самый ближайший вход в земли Древних, потому и приехал сюда в поисках своего предка. Стук копыт уже стих, но он всё так же полулежал на плаще, показывая возможным наблюдателям, что его ничуть не обеспокоило столь пристальное внимание священника. Он вспомнил, что раньше с отрядами ходили маги и помогали в сражениях и после, залечивая раны. А вот теперь, значит, этим занимаются последователи Благочестивой Матери, с гордостью неся на груди отпечаток Её длани. Чем уж они там занимались, непонятно, но поговаривали, что сами солдаты не очень-то довольны такой заменой: бывает так, что метко брошенный сгусток огня гораздо действенней заунывной молитвы, не говоря уже о лекарском искусстве. А за ним действительно наблюдали: спину буквально прожигал подозрительный взгляд. Роланд не стал разочаровывать его и, собрав свои вещи, отправился в дальнейший путь по тракту, старательно обходя повороты к Сокрытым долинам. Наблюдатель исчез только к вечеру, когда юноша уже достаточно удалился от границы с Древними, поворачивая к небольшой деревушке, где имелся трактир. И очень радовался тому, что умеет видеть проложенные порталы. Как и тому, что воспользоваться ими может только тот, в чьих жилах течет Древняя кровь. Этот оказался очень удобным — вывел как раз к Вратам. И вот там его уже ждали. Или не его, тут уж всё равно. Стоило только выйти на луг, как к нему сразу устремились всадники, размахивающие узкими хищными саблями. Роланд прикинул расстояние и пришпорил коня, если он поторопится, то успеет проскочить во Врата до того, как его настигнут. И юноша почти успел, почувствовав уже почти на той стороне острый укол в спину. Его преследователи только разочарованно закричали, видя, как жертва проваливается в золотое марево, унося стрелу в своём теле. Очнулся Роланд от резкой боли в спине. Перед глазами зеленела мягкая трава, которой никогда не бывает ранней весной, рядом тихо переговаривались высокими звенящими голосами. Он покосился, увидел сапожки с изящной вышивкой, топтавшие траву рядом, потом на спину легли чьи-то прохладные ладони, и от них пошло тепло, утишающее боль. — Спасибо, — Роланд понял, что способен уже не только пошевелиться, но и встать, что и проделал, помогая себе руками. Возле него на корточках сидел тонкий золотоволосый эльф, смотрел на него с любопытством и сочувствием. Рядом вертел в руках окровавленную стрелу темнокожий дроу. А чуть дальше, стоял, прислонившись к дереву хмурый детина с очень подозрительным взглядом. — Кто ты? — спросил эльф, заправляя за ухо прядь волос. — Роланд, сын леди Сюзанн Эсалон. — Ты потомок высшего вампира, — проговорил детина, делая к нему шаг, — кого, наверняка не знаешь. Зачем пришёл? — Моя мать была дочерью вампира. На восемнадцатый день рождения, я тоже узнал об этом. — Покажи клыки, — вампир бесцеремонно заглянул в рот юноше, проверил остроту зубов, кивнул. — Я забираю его к владычице для определения рода и силы крови. — Как скажешь, — согласились остальные. — Стрелу тоже заберёшь? — Да, вместо меня придёт замена, но я бы усилил патруль, раз с той стороны стали провожать стрелами. — Там ещё и костры стали пылать, — проворчал Роланд, разминая плечи — боли от раны не было вовсе, и он с благодарностью посмотрел на целителя. Сокрытых долин оказалось три, по одной на каждый народ. Все они, и эльфы, и дроу, и вампиры жили дружно, не споря по пустякам и вставая бок о бок на защиту общих земель. Обитали в долинах и люди, потомки тех, кто пришёл с Древними в незапамятные времена, получая помощь и защиту от них и делясь по необходимости, чем могут, той же кровью для вампиров. Вампирья часть располагалась слева и выглядела как цепь соединённых между собой небольших долин, плато и обжитых склонов. Долину эльфов почти целиком покрывали густые ясеневые леса, а дроу селились прямо в скалах, построив там роскошные каменные чертоги. Дворец владычицы не был ни огромным, ни величественным — это был скорее небольшой уютный домик, вокруг которого располагалось множество таких же, для придворных. Это было странно, ведь родовые замки вампиров возвышались на плато, соревнуясь в неприступности. Узкая тропинка, выложенная плоскими камнями, привела Роланда и его провожатого к небольшой беседке, где на подушках полулежала юная красавица в алом платье. — Кто это у нас? — промурлыкала владычица. Несмотря на юный и невинный вид, от неё веяло такой силой и мощью, что даже Роланду стало страшно, что уж говорить о сопровождавшем его вампире. — Потомок Дайзи. Как интересно… он докладывал о дочерях… — Я, видимо, сын одной из них, — проговорил Роланд, кланяясь владычице. — Хороший потомок, сильная кровь. Пожалуй, ты мог бы стать высшим. Но у тебя ещё есть кое-что… дроу? Да, именно они. — Дроу? Мой отец король Этелред. — Оу, тогда понятно, в его жилах течёт их кровь. Сильно разбавленная, но тебе хватило, чтобы усилить наследие Дайзи. Что ж, я рада видеть тебя. И приветствовать будущего короля людей. — Вы уверены, леди? Владычица тихо рассмеялась, делая знак рукой, чтобы Роланда проводили. «Значит, других сыновей у короля нет. А как отнесутся священники к тому, что на трон взойдёт потомок сразу двух ветвей Древних?» — Роланд торопился за провожатым, размышляя о том, что сейчас узнал. Воистину, последнее время богато на ответы на многие загадки. Ведь он же знал, читая хроники, что его способности вампира должны быть гораздо слабее, чем есть на самом деле, ведь внуки наследуют только малую толику силы, а он умел гораздо больше. Теперь стало ясно — отчего так. И что делать с этим знанием? Вопросы пока без ответов, и будут ли они? Одно он знал точно, что всеми силами будет стараться окоротить власть священников и культа Благочестивой Матери, костры больше не будут гореть, сжигая людей, повинных только в связях с Древними, или вовсе не виновных ни в чём. Замок на плато, обдуваемым всеми ветрами, не понравился Роланду: слишком вычурный и богатый. Ему, выросшему в тиши и уюте сельского поместья, претила излишняя роскошь. Позолота и хрусталь, фарфор и витражи, всего было слишком много, так что было непонятно, для чего всё это выставили напоказ, то ли чтобы вызвать зависть, то ли в кладовых уже не было места. Провожатый передал Роланда человеку, встретившему их в холле, и ушёл, оставив его наедине с ним. — К господину? Роланд пожал плечами. — Идём, он уже ждёт. Вампир, жгуче красивый и так возмутительно молодой, что называть его дедом было почти невозможно, ждал в небольшой комнате, где было намного меньше всяких излишков роскоши. Просто обычный рабочий кабинет. Первое, что бросилось в глаза, было изображение огромного родословного древа, изображённого на стене. Один из его листиков сейчас светился ярким светом, и, присмотревшись, Роланд увидел на нём имя своей матери. — Значит, ты сын моей дочери, — на фоне древа вампир выглядел менее величественным. — Да, леди Сюзанн Эсалон. — Мне ничего не говорит это имя. Это неприятно царапнуло Роланда, выходит, что вампиру было настолько всё равно от кого зачинать, что он даже не озаботился представиться? Но последующие слова немного объяснили, что имел в виду вампир. — Она пришла на «зов», этого достаточно для того, чтобы она понесла. — Выходит, что не каждая девушка способна родить от Древнего? — Разумеется, нет, — надменно проговорил вампир. — Я должен этим гордиться? — насмешливо спросил Роланд, глядя деду прямо в глаза. — Возможно, раз ты здесь. Сядь, у меня уже устала шея, смотреть на тебя снизу вверх, — вампир дождался, пока юноша сядет и продолжил: — почему владычица сочла тебя достойным для принятия в Род? — Я, как оказалось, смесок вампиров, людей и дроу. — Понятно, — вампир побарабанил пальцами по подлокотнику. — Должен сказать, что инициация довольно неприятная процедура. Ты должен выпить моей крови, а затем принять моё семя. — Что? — возмутился Роланд. — Я не хочу. — Как знаешь, — пожал плечами вампир. — Другого способа нет. — И что, ты спишь с каждым своим сыном? А остальные? — Как происходит инициация у дроу и эльфов, я не знаю. У нас — только так. Ты или выполняешь всё, или уходишь, как есть. Роланд молчал, ложиться под собственного деда? Абсурд, просто кошмар и ужас, на самом деле. А стоят ли сомнительные возможности этого позора? Он думал, не замечая, что вампир с сочувствием наблюдает за ним. Юноша ему понравился сразу, сильный, даже сейчас, не прошедший инициацию, чистый, той особенной внутренней чистотой, которая бывает только у праведников, искренний и честный. Редкие качества среди правителей, настолько, что хочется дать ему как можно больше возможностей, и присматривать по мере надобности. Кто знает, быть может, он изменит что-то в стране людей к лучшему? И скорее всего, он согласится на обряд, потому, что чувство долга у него просто огромное. Так и есть. — Я готов, — Роланд поразился, как странно звучит его голос, будто все краски ушли из него. — Мое имя Дайзи, — вампир поднялся с кресла и протянул руку внуку. — Пойдём, это произойдет не здесь. *** — Король по всей стране ищет бастардов. — Пусть ищет. У него только дочери, мы позаботились в своё время об этом. — Не только. Сын тоже есть. — Один? Это не страшно. К нему послали наших людей? — Да, но в поместье его нет. И никто не знает, куда он уехал. — Нужно найти. Или у вас нет магов, готовых на всё? — Мы взяли каплю крови у его матери и запустили поиск. — И? — Он направлялся к Сокрытым долинам. Попытка не пустить его во врата не удалась. Стрелок достал его, но… — Ждите и убейте на выходе. — Да, монсир. _______________ * Ремонт (устаревшее) — пополнение убыли лошадей в войсках.