The Guy Next Door

Мама выглядела несколько удивленной новостью, но против ничего не сказала, лишь тепло улыбнулась Стиву и сказала, что ей очень приятно познакомиться. Мама говорила так всем предыдущим парням и девушкам своих детей, но, кажется, впервые за все время эта фраза не звучала дежурно и шаблонно, как это обычно бывает при знакомствах с новыми людьми. Возможно, потому что ей еще не доводилось до этого знакомиться с партнером одного своего ребенка, который только что спас другого, так что теплый прием Стиву был обеспечен. Конечно, словно могло быть иначе. Мама и сама по себе далеко не привиреда, да и про остальных членов семьи Баки такого сказать не мог, так еще и Стив одним своим видом умеет располагать к себе. А уж в свете сегодняшнего… Роджерс выглядел немного смущенным, словно бы ему не было привычно такое количество внимания. Он не показал удивления, когда Баки назвал его своим парнем: не то подыграл хорошо, не то сам все правильно понял, когда Баки чмокнул его в джете. Но того, как засветились радостью голубые глаза, Баки не заметить не мог. Когда Стива начали спрашивать о том, как все происходило, он почти ничего не ответил, ограничиваясь очень сжатой версией произошедшего, и если бы Баки не был там лично — он бы и сам поверил, что Стив не сделал ничего особенного. Просто один его друг, очень хороший программист, смог вычислить местоположение Ребекки. Потом сам Стив, двое его друзей и Баки просто отправились туда, отвлекли охрану и перевыкрали Бекку. Это звучало очень блекло, и Баки очень хотел возразить, рассказать, как все было на самом деле, как именно Стив все это провернул… Но потом внезапно осознал то, что Стив, видимо, понял гораздо раньше: никто, в самом деле, и не хочет слышать эту историю. Никто не хочет знать подробностей и вдаваться в детали. Все, чего хочет Бекки, а с нею и мама, и братья, и Тайлер тоже — это поскорее забыть эту историю, как страшный сон. Закрыть эту тему и отвлечься, ибо вопрос «как?» был задан скорее по инерции, чем из настоящего интереса. Стив умолчал о подробностях и максимально сократил историю не из смущения, не потому что не хотел внимания, а потому что знал, что полную версию рассказывать долго, а значит, вновь ворошить воспоминания об этих событиях. Зачем рассказывать маме, как Сэм в своем шикарном птичьем костюме залетел на борт джета с Бекки на руках, если мама услышит только то, что дочь была в наручниках, и не было времени ее освобождать сразу? Поэтому Баки промолчал, и был прав, потому что стоило Стиву закончить, как мама тут же (только из вежливости) предложила выпить позднего чаю. Мама выглядела разбитой от напряжения последних суток, поэтому Стив тактично отказался от трапезы, Ребекка, ни на йоту не соврав, сказала, что очень хочет спать и Тайлер ее поддержал, а трем сыновьям оставалось только разойтись по своим комнатам, которые все еще были за ними закреплены, хотя и жили они все в разных городах. Настаивать мама не стала и, извинившись, отправилась на отдых, оставив Баки самого решать, где будет спать его парень, и выражая свою надежду, что в следующий раз Стив встретится с семьей Баки при более благоприятных обстоятельствах. Баки, ни секунды не задумываясь, повел Стива в свою комнату. Как только дверь за ними закрылась, отрезая их двоих от остальной части дома, Баки крепко-крепко обнял Стива, прижимаясь, и секунду спустя почувствовал теплые объятия в ответ. Стив тихо хмыкнул, чуть отстраняясь, но не выпуская Баки из кольца своих рук, и, лукаво на него посмотрев, весело спросил: — Значит, твой парень? Баки расплылся в улыбке. — Да, — ответил он. — Ставлю тебя перед фактом. Возражения не принимаются. Стив усмехнулся и совершенно влюбленным взглядом посмотрел Баки в глаза. — Я не идиот, чтобы возражать, — тихо проговорил Роджерс. Подавшись вперед, он накрыл губы Баки поцелуем. Не таким коротким и почти невинным, как на джете, но гораздо более чувственным, и Баки прикрыл глаза, сосредотачиваясь на приятных ощущениях. Стив обхватил губами его нижнюю губу, мягко, нежно, словно осторожничая, словно спрашивая разрешение, можно ли ему немного большего, Баки следом слегка засосал его верхнюю губу, отвечая разрешением. И тут же почувствовал прикосновение языка к зубам. Баки приоткрыл рот, позволяя углубить поцелуй, и полностью отдал инициативу Стиву, лишь так же осторожно отвечая на нее. Поцелуй не был страстным, не был жадным, гораздо правильнее было бы назвать его размеренным и осторожным, нежным, чувственным. Они словно знакомились вот так, прикосновениями губ, изучая друг друга в новом свете их отношений. Большего сейчас не хотелось. Это был идеальный первый поцелуй, и Баки, как, наверное, и Стив, хотел сохранить его легкость и невинность. Да и не было у них сил на что-то большее после такого длинного дня. Поэтому Баки не почувствовал и капли возмущения, когда Стив отстранился. Он уткнулся лбом в лоб Баки и слегка улыбнулся, но в этой улыбке было столько радости и счастья, сколько у других людей не бывает в широкой лыбе во все тридцать два. Такой улыбке нельзя не ответить. — Идем спать? — шепотом, не желая спугнуть момент, спросил Баки. Стив слегка кивнул. — Устал, как собака, — произнес он. Еще бы. Вырубить одиннадцать человек в рукопашном бою, да еще и так быстро, что они даже отреагировать не успели. Это если не считать кросса по двум этажам. — Спасибо тебе, — сказал Баки. Стив слегка мотнул головой. — Не благодари, — сказал он, отстраняясь. — Я бы все равно не смог сидеть спокойно в сторонке. Ты бы себя видел… такой испуганный и растерянный. Я должен был что-то сделать, — он улыбнулся и заправил прядь длинных волос Баки за ухо, — особенно если я действительно мог. Баки хотел бы высказать все, что он чувствует к Стиву, это рвалось из него, рвалось так, что живот скручивало и сердце щемило. Но укладываться в слова оно никак не хотело. Поэтому он просто еще раз коротко поцеловал своего парня. — Раздевайся. Я пока расстелю кровать. Тебе дать сменную одежду? — предложил Баки, не став спорить насчет своей благодарности. — Ну, если тебя не смутит, что я сплю в одном белье… — проговорил Роджерс. — Смутит? Меня? — переспросил Баки, хмыкнув. На том и порешили. Они по очереди сходили в ванную умыться, и улеглись в кровать, обнимаясь. Стив заснул едва ли спустя секунду после того, как голова его коснулась подушки, а Баки еще некоторое время наблюдал за ним спящим, умиляясь. Кто бы мог подумать, что вот этот человек с ангельским лицом и практически таким же характером может запросто вырубить ударом в челюсть с ноги? Голове было удобно лежать на широкой груди Стива. В объятиях его было спокойно и хорошо, и Баки только сейчас почувствовал, как его отпускает напряжение сегодняшнего дня. *** Баки проснулся от ласковых лучей солнца, щекочащих его лицо. Стив сидел на кровати, уже одетый, и с улыбкой смотрел на него. — Руки чешутся тебя сонного нарисовать, — проговорил он, заметив, что Баки больше не спит. Баки широко улыбнулся, потягиваясь, и сказал: — Доброе утро. — Доброе утро, — ответил Роджерс, не переставая улыбаться. — Во сколько ты встал? — спросил Баки и нагло улегся головой на колени Стива. Тот не стал говорить ничего против. — С рассветом, как обычно. Правда, на пробежку решил не выходить. — И чем занимался целых три часа? — спросил Барнс, бросив взгляд на часы на прикроватной тумбочке. — Тобой любовался, — ответил Стив, принявшись перебирать волосы Баки. Обычно Барнс этого терпеть не мог, почему сейчас ему хочется жмуриться и мурлыкать от наслаждения? — Скучноватое занятие для трех часов. — Отнюдь. Ты забавно причмокиваешь во сне, — возразил Стив и чуть приподнялся, доставая телефон из кармана штанов. Покопавшись в нем, Роджерс повернул мобильный так, чтобы Баки мог видеть. На экране была фотография спящего Баки, обнявшего подушку и трогательно выпятившего губы, словно бы в момент чмокания. Реальный Барнс возмущенно цокнул языком и пихнул Стива в живот, вызывая его смех. — Вот уж не ожидал от тебя такой подставы, Роджерс! — Такой кадр грех было не запечатлеть, — сказал в свое оправдание Стив. — А ты, конечно, святой. Ладно, хоть не голым сфотал, — вздохнул Баки. Стив взорвался беззвучным хохотом, падая спиной на кровать и закрывая лицо ладонями. Баки же, наоборот, поднялся, чтобы как следует разглядеть это прекрасное зрелище. Смеющийся Стив — это действительно красиво. Сполна насладившись видом, Баки потянулся за телефоном и, припомнив, что на дворе вторник, отзвонился коллеге, объяснил ситуацию и попросил, чтобы тот сообщил начальству, по какой причине Баки отсутствует. Мама уже колдовала у плиты, когда Баки со Стивом решили спуститься к завтраку. Она весело о чем-то щебетала, а верным слушателем ей служил усевшийся за барную стойку с кружкой кофе Лео. — Доброе утро! — возвестил об их со Стивом присутствии Баки и подошел ближе к маме, чтобы чмокнуть ее в щеку. — Утречка! — поздоровался Лео. — Как спалось? — лукаво спросил он. — Оставь пошлые намеки, Джейкоб Леон Барнс, у нас кофейно-пирожный период, — отбил Баки, усаживаясь рядом с братом. Стив сел рядом. — Ты, кстати, давно меня в клуб анонимных сливолюбителей не звал, — обратился Баки к Стиву, не обращая внимания на недоумение Лео. — Я не виноват, что ты последнюю неделю только что не бегал от меня, — улыбнулся Роджерс. — Последнюю неделю? — удивилась мама. — Сколько же вы встречаетесь? — спросила она. — Официально меньше суток, — ответил Баки. — Но Наташа сулит нам совместную старость вот уже месяц, — добавил он. — Так и сказала? — с усмешкой спросил Стив. — Ага. А еще назвала тебя моим принцем. Лео предсказуемо взорвался громким хохотом, мама мило улыбнулась. — Я рада за вас, — сказала она, тепло посмотрев сначала на Баки, потом на Стива. Вернув взгляд на сына, женщина добавила: — Надеюсь, у вас все сложится хорошо. Баки улыбнулся ей в ответ, тем самым говоря, что тоже надеется на это. Стив взял его за руку, выражая свою в этом уверенность. К завтраку спустились все остальные домочадцы. Мама успела наготовить невозможное количество выпечки, так что трапеза вышла на славу. Стив легко отвечал на вопросы о себе, типичные в случаях знакомства с семьей партнера, запросто поддерживал словесные баталии со всеми тремя братьями Барнс, быстро нашел общий язык с мамой и Бекки, даже поддержал беседу с Тайлером и в целом (кто бы мог подумать?) отлично вписался в компанию. До аэропорта поехали на такси вместе с Лео и Рэнди. По дороге младший Барнс умудрился, во-первых, выпытать у Стива имя его друга, фактически сыгравшего ключевую роль в спасении Бекки, во-вторых, узнав, что это Тони Старк, договориться со Стивом о том, чтобы тот замолвил перед Старком словечко о стажировке в «Старк Индастрис» для Рэнди. Стив, конечно, согласился, сказав, что ему почему-то кажется, что Рэнди с Тони сработаются, и Баки уже заранее радовался за брата, потому что Тони Старк был едва ли не кумиром Рэнди. Уже сидя в самолете, деля со Стивом пару наушников, Баки думал о том, что и новая ступень отношений со Стивом, и то, что тот так легко подружился со всеми членами семьи Баки, заставляет Баки чувствовать себя… правильно. Так, будто он, наконец, нашел свое место в жизни. И это место рядом со Стивом, таким вот идеальным, совершенно невозможным, но почему-то реальным. В душе разливалось спокойствие и тихая радость за свою налаживающуюся жизнь. Баки потянулся к смотрящему в иллюминатор Стиву и легко чмокнул его в щеку, отвлекая от созерцания, безусловно, интересного вида на облака снизу. Стив посмотрел на него с теплой улыбкой, во взгляде у него отразилось так много, словно он душу раскрывал перед парнем, ничего не утаивая, и у Баки как-то само собой вырвалось простое, но такое почему-то абсолютно правильное: — Я люблю тебя.