Юный Страж

      Погода портилась — уже на подлетах к острову Берсерков ветер ощутимо мешал лететь прямо, а со стороны приближающихся низко-свинцовых туч все отчетливее слышались редкие раскаты грома. В воздухе приятно пахло морем и солью, резко оттеняя для Иккинга тот столь недавний смрад гари на самом деле недалекого побоища. Начинал накрапывать дождь.       Особо резкий порыв ветра, налетевший сбоку, заставил Иккинга неприятно покачнуться, в то время как летевшая немного впереди Громгильда, неловко взмахнув крылом, завалилась набок. Правда вот, помощь дернувшихся к ней двух Ночных Фурий змеевице не понадобилась: Гром неловко вывернула возле самой воды, едва чиркнув кончиком крыла по гребню волны и в несколько несильных взмахов поднявшись от нее чуть выше.       — Хэй, ты в порядке? — пристроившийся практически вплотную справа от нее Иккинг настороженно пробежался взглядом по телу змеевицы. Он прекрасно видел, с каким трудом махала крыльями дракониха последнюю сотню ударов сердца, однако надеялся, что у Гром удастся долететь до относительно безопасного Олуха. Но сил у нее на это явно не хватало. — Берите левее, остановимся на острове Берсерков.       — Все нормально, Иккинг. Я долечу, — Иккинг глухо зарычал, когда услышавшая его Громгильда ощетинилась, явно давая понять, что собирается стоять на своем до последнего. Только вот сейчас, в отличие от всех предыдущих ее возмущений, Иккинг отступать от своего решения не собирался.       —Если ты не заботишься о себе, Гром, пусть так и будет. А сейчас подумай о других, — обнажив клыки, Иккинг едва ли не насильно заставил змеевицу изменить направление полета в сторону едва различимых в предштормовой дымке острых уступов острова Берсерков. — Барс и Вепрь тоже едва крыльями машут, не говоря уже о Сардельке. И если ты хочешь рухнуть в море из-за усталости, то никто из нас не хочет того же. Так что поворачивай и лети к берегу. У нас будет привал.       Второй раз повторять Иккингу не пришлось — Громгильда с небольшой заминкой все же прекратила попытки облететь его, с тихим фырканьем беря курс на очертания острова. Остальные же с явным воодушевлением во взгляде взирали на недалекую сушу, обещавшую столь желанный отдых. Пусть даже до невозможности настороженный из-за соседствующего с ними поселения викингов.       Их отряд приземлился на небольшой опушке, с двух сторон укрытой от посторонних взглядов плотным подлеском из кустарника, а с двух других — нависающим каменным уступом. От все усиливающегося дождя это спасало мало, однако защищало хотя бы от крепчавшего ветра, заставлявшего низкие рваные тучи нестись по небу с невероятной скоростью. Гроза была уже совсем рядом.       Иккинг хмуро огляделся по сторонам, прекрасно понимая, что ночка обещает выдаться паршивой, в особенности без костра. А огонь разводить младшему Хэддоку не хотелось совершенно, ибо до окраин селения Берсерков было едва ли больше десятка ударов сердца — уйдя правее нескольких сигнальных огней на краю деревни, Иккинг приказал спускаться едва ли не сразу. Потому что вероятность наткнуться на кого-либо сумасшедшего, сунувшегося в лес в такую погоду, была ничтожно мала, а изматывать себя и остальных поисками другого места для ночевки Иккинг смысла не видел.       — Братец, посторожишь первым? — медленно подойдя к Беззубику, сидевшему несколько в стороне от остальных, Иккинг вопросительно покосился на него, попутно приваливаясь к его теплому боку. Глухо фыркнув в ответ, Беззубик согласно мотнул головой, продолжая молчать и всматриваться в серую чащу леса. — Спасибо.       Отвернувшись от брата, Иккинг прикрыл глаза, обращаясь в человека и тут же чувствуя, как бывший до этого просто неприятно-прохладным ветер первым же порывом пробирает его до костей. Так что бросив еще один взгляд на Беззубика за спиной, Иккинг поспешил прямиком к Кривоклыку, уже приподнявшему крыло — все-таки лучше Ужасного Чудовища в такую погоду согреть никто не мог. Чем, к слову, не побрезговала воспользоваться и Громгильда, свернувшаяся возле самой его спины.       А забравшись в теплый кокон крыльев, Иккинг с наслаждением прижался к едва ли не горячей шее Кривоклыка, позволяя себе наконец-то расслабиться и спокойно задремать. Ну, спокойно настолько, насколько позволяла внутренняя настороженность. И не зря…

***

      —Вставайте! — тихое, но от этого не менее эмоциональное рычание Громгильды донеслось до Иккинга приглушенно, словно через толщу воды. Нахмурившись, он негромко фыркнул, приоткрывая один глаз и недовольно щурясь на маячившую где-то спереди змеевицу. И лишь резкое движение поднимающегося на лапы Кривоклыка прямо над ним окончательно сбило сонливость, заставляя Иккинга вскочить и в немом вопросе обернуться к Гром. — Недалеко идут люди. Трое.       — Если сейчас взлетим — заметят? — задал первый и единственный крутившийся на языке вопрос Иккинг, напряженно перескакивая взглядом с драконихи перед ним на подлесок за ее спиной. Едва начинало светать, однако ливень, перешедший в мелко сеющий дождь, смывал все в подернутую тонкой мутной пеленой завесу, так что шансы на то, что получится относительно незаметно взлететь даже в полусотне локтей от викингов, были довольно велики.       — Нет, они далеко. Удар сердца, может дальше. Но… — понятливо кивнувший на ответ змеевицы Иккинг, уже собравшийся запрыгивать на спину Беззубика и рвать отсюда когти, вопросительно обернулся на ее заминку. Громгильда, неуверенно перемнувшись с лапы на лапу, все же негромко продолжила: — Запах, Иккинг. Там два Охотника…       — Охотники? Здесь, на острове? — нахмурившись, Иккинг переглянулся с Беззубиком и, запустив пятерню в волосы, немного растерянно уставился на Гром. — С чего ты взяла?       — Иккинг, запах. От них несет Драконьим Корнем даже в такой дождь, — как само собой разумеющееся ответила Громгильда, однако в следующее мгновение, навострив шипы, змеевица с резким движением обернулась к лесу, замирая на месте и с шумом втягивая носом воздух. Повисла тишина, нарушаемая едва слышным рычанием самой Гром. — А от третьей нет. Третья не охотник.       — Хорошо, тогда всем быть наготове и ждать моей команды, — обернувшись через плечо, Иккинг окинул взглядом стоявших позади него драконов, задержав его на Беззубике, после чего обернулся к змеевице. — Гром, отведи нас туда. Беззубик, ты с нами. Остальные ждут здесь.       За спиной недовольно фыркнул Кривоклык, что-то невнятно прорычав себе под нос, однако никаких более значительных возражений за этим не последовало. Поэтому, просто утвердительно кивнув обернувшейся на него Громгильде, Иккинг легким движением запрыгнул на спину брата, покрепче обхватывая его шею руками и тут же всем телом чувствуя, как заходили мышцы двинувшегося вслед за змеевицой Беззубика.       Прошли они немного — Иккинг все еще спокойно мог различить просвет в подлеске за своей спиной, когда удачный порыв ветра донес до него первый запах людей. А спустя еще шагов двадцать он смог вполне отчетливо разобрать глухой гортанный смех одного из мужчин, что-то эмоционально растолковывающего своим спутникам.       — … вслед за ней пойдем, — осторожно похлопав Беззубика по шее, Иккинг тут же беззвучно соскользнул с его спины, жестом прося идущую рядом Громгильду остановиться. Он не был уверен, что подбираться ближе вместе с двумя драконами было хорошей идеей — впереди явно угадывалось нечто, похожее на небольшой пригорок, лишенный практически всякого подлеска, а редкие кусты едва ли могли скрыть Беззубика или Гром от глаз внимательного охотника.       — А ты видел, что он нам вместо цепей выдал, а? Веревки засаленные! — пригнувшись, Иккинг за пару коротких перебежек подобрался чуть ближе к говорившим, ориентируясь на направление их голосов. К сожалению, в такую погоду это было все, что он мог себе позволить в обличье человека, потому что пропитанный влагой мох и постоянный шелест дождя по листьям скрадывали звуки любых шагов. И даже его драконьи уши, скрытые под длинной шевелюрой, не могли помочь. — А если сбежит она? Сами же тогда ее место займем. Нет, лучше уж башку ей проломить да в ущелье скинуть. А веревки сами подерем да у дерева бросим.       — А не заметят ли? Говорят, брат у Райкера умный, зараза. Читай, всю жизнь за этими чешуйчатыми охотится… — одновременно с последними словами послышался грузный звук падения чего-то тяжелого, сопровождаемый заглушенным стоном. Голоса на несколько мгновений затихли, а Иккинг, наконец добравшийся до парочки некрупных валунов, осторожно выглянул на прогалину.       Там стояли двое: одетые в привычно немаркие серо-зеленые рубахи Охотники лениво оглядывались по сторонам, стянув с голов шлемы. Лиц их Иккинг не видел — оба мужчины стояли спинами к нему, что практически сразу выдавало в них еще неопытных воинов, поскольку на памяти самого Хэддока правило не оставлять тылы без присмотра на любом из островов Архипелага прививалось одним из первых. И прививалось жестоко.       — Дык и мы, поди, не первый год их знаем. Или ты что, на арене мало бывал? — громко хохотнув, один из Охотников несильно толкнул приятеля в плечо, после чего наклонился вниз, коротким рывком поднимая с земли лежавшую возле его ног девушку. Покачнувшись, та осталась стоять на коленях. — Крови побольше из нее выпустим вокруг дерева, да и довольно будет.       Иккинг подобрался, чуть сильнее сжимая руку на валуне, на который опирался. Дело быстро обретало скверный оборот — никак не ожидавший такого расклада с заложницей, Хэддок был плотно выбит из колеи. Сзади синхронно зарычали Беззубик и Гром, судя по звуку, все же пробравшиеся едва ли ему не за спину. И с их приглушенным рычанием Иккинг был согласен — даже несмотря на то, что Берсерки всегда считались на Олухе ненадежными союзниками, сейчас все обстояло по-другому. И при выборе между Охотниками и ими…       — Так что сиди и не дергайся, тварь, — ухватив дернувшуюся в сторону девушку за волосы, Охотник размашисто ударил ее по лицу свободной рукой. Покачнувшись, та с ненавистью воззрилась на него, что-то невнятно пытаясь высказать через тряпичный кляп. Мужик же, хмыкнув, приглашающе кивнул своему спутнику. — Кончай ее.       Рукоять клинка неприятно скрипнула в ладони Охотника, когда тот, коротким движением вынув меч из ножен, поудобнее перехватил его в руке. Однако замахнуться им немолодой охотник не успел — маленький сгусток синеватой плазмы с приглушенным свистом мелькнул в воздухе, выбивая оружие из его руки.       В следующее же мгновение удар нанесла Громгильда, запустив один из своих шипов в руку державшего девушку охотника. Тот взвыл, однако времени на то, чтобы выхватить меч, ему не хватило — первой выпрыгнувшая из кустов Гром в один рывок добралась до него и, схватив мужика за плечи, рванула вверх.       Первого же охотника взял на себя Беззубик: в отличие от Громгильды, неспешно выбрался из укрытия и, тихо рыча, не спеша направился безоружному мужчине. Тот попятился, на ходу с доставая из-за пазухи нож, от чего Беззубик зарычал только громче, бросая игры и рванув вперёд, точно так же, как и Громгильда секунду назад, унося нерадивого охотника в небо.       Теперь настала очередь Иккинга — постоянно озираясь по сторонам, он меньше чем за удар сердца добрался до прогалины. Девушка же, увидев его, приглушённо замычала в кляп, отчаянно попытавшись рвануть в противоположную сторону. Однако, практически сразу уткнувшись в валун, лишь безысходно вжалась в него спиной.       — Тише! Спокойно, не дергайся, — замерев в двух шагах от девушки, Иккинг на пару мгновений замер, поднимая руки вверх. Он видел панику и ужас в её глазах, однако времени успокаивать её не было. Им нужно было срочно уходить отсюда, так как крики уносимых Беззубиком и Громгильдой охотников вполне себе могли слышать в селении.       На то, чтобы избавить девушку от пут на руках, у Иккинга ушло не больше полутора ударов сердца, однако стоило ему помочь ей вынуть изо рта кляп, как та вцепилась руками в его плечи.       — Ночная… Ночная Фурия… — голос девушки звучал хрипло, однако ужас и паника, которые вызывали эти два слова, были в нём прекрасно слышны. — Они… Хель… Я видела их…       — Хэй! — понимая, что времени у них и так в обрез, Иккинг перехватил руки девушки, сбрасываЯ их со своих плеч и теперь уже сам встряхивая её. Это возымело некоторый эффект. — Я знаю. Я тоже видел их. Поэтому давай, пошли. Нам нужно уйти как можно дальше отсюда.       — Да-да, ты прав.       Иккинг прекрасно видел как тяжело ей сейчас давались попытки взять себя в руки, и именно поэтому он медленно досчитал до пяти, прежде чем наконец потянуть её вслед за собой.

***

      До Поляны, на которой расположились Иккинг и остальные, они добрались без происшествий. Единственное, путь занял немного больше времени — не рискнувший идти по прямой Иккинг почти тридцать ударов сердца петлял по лесу прежде чем выбраться на поляну с совершенно другой стороны.       Было пусто. Похоже, Кривоклык с Барсом и Вепрем всё же ослушались его, рванув за Беззубиком и Гром. Сарделька же, по всей видимости, учуявшая, что Иккинг возвращается не один, благоразумно спряталась в чащобе. А это могло значить лишь то, что у Хэддока было несколько минут свободного времени до их возвращения.       — Хорошо, вроде бы всё спокойно, — зайдя под всё тот же нависающий над поляной обломок скалы, Иккинг наконец обернулся к девушке, которая, тяжело дыша, привалилась спиной к каменной стене. — Ты как?       — Сойдёт, — поморщившись от боли, она настороженно оглядывала поляну, повернув голову в сторону стоявшего в паре шагов от неё Иккинга. — У тебя вода есть?       Тот отрицательно покачал головой — носить при себе флягу с водой Хэддок считал излишним. Ему никогда ничто не мешало долететь до ближайшего ручья или реки, чтобы напиться, а на крайний случай для драконьего организма даже солёная морская вода был сносным вариантом.       — Здесь в сотне ярдов есть ручей, — кивнув головой несколько левее и получив в ответ короткое «ясно», Иккинг наконец позволил себе осмотреть столь внезапно спасенную им девушку повнимательнее.       Чёрные волосы, раньше, по всей видимости, заплетённые в косу, сейчас топорщились в разные стороны, закрывая большую часть её лица. Насчёт одежды все было еще печальнее, ибо местами порванная серо-зелёная рубаха, заляпанная грязью, да изодранная меховая накидка поверх были зрелищем откровенно жалким. А еще становилось понятно, что она местная: на одном из оставшихся наплечников отчётливо виднелся герб Берсерков.       А вообще, хоть со стороны девушка и выглядела сильно помятой, Иккинг не увидел у неё каких-то сильных травм за исключением пары синяков да ссадин на лице и руках. Кровью от неё также не пахло.       Тяжело вздохнув, он отвернулся от девушки несколькими мгновениями раньше, чем та подняла на него взгляд. Однако, дойдя до края нависающего над ними уступа остановился, оборачиваясь через плечо.       — Я принесу воды и дров для костра, — мазнув быстрым взглядом по черноволосой, Иккинг, не дожидаясь ее ответа, выскользнул под все усиливавшийся дождь, за пару больших шагов достигая окраины поляны и тут же исчезая за густыми кустами.       Сардельку он нашел практически тотчас — дракониха не спеша поедала некрупную груду валунов, оставшуюся здесь, по всей видимости, после одного из обвалов. Увидев Иккинга, она практически сразу направилась к нему.       — Они улетели, как только услышали крики охотников с вашей стороны! — Иккинг беззвучно усмехнулся искреннему возмущению в рычании Сардельки, однако сейчас у него были несколько более важные дела, чем это. Да и к тому же высказать все, что думает о непослушании, Кривоклыку и Барсу с Вепрем, он сможет позже.       — Все в порядке, — потрепав дракониху между стоящих торчком ушей, Иккинг коротко улыбнулся ей, уже слыша приближающиеся хлопки крыльев. — Присмотришь за нашей гостьей, хорошо? Только на глаза ей не показывайся, — и, получив утвердительный кивок, обернулся как раз к приземляющемуся рядом с ними Кривоклыку, обдавшему обоих холодным порывом ветра. — А ты сейчас идешь со мной.

***

      Дорога до ручья заняла чуть больше десяти ударов сердца — идя большим полукругом от необходимого направления, Иккинг попутно осматривал лес вокруг себя в поисках хоть чего-нибудь съестного — ягод, грибов, на худой конец, кореньев, которые были бы съедобны для обычного человека. Но только вот остров Берсерков подтверждал слухи о бедноте края, изобилуя разве что только Волчьей ягодой да жихлыми, водянистыми поганками.       Радовало хотя бы то, что едва слышный в этой чащобе шум деревни, — а лес действительно начинался едва ли не в полусотне ярдов от последнего полуразвалившегося дома, причем такой, что не каждый мужик проберется, — оставался довольно-таки мирным. Где-то на грани слышимости плакал ребенок да громко бранились мужики, изредка громыхало в кузне. Но что самое главное — сигнальный рог по-прежнему молчал.       Добравшись до ручья, Иккинг лишь обреченно оглядел немного ребристую поверхность медленно текущей воды, легко просматриваемую на всю глубину. Ручей, в контраст ручьям Драконьего Края, был совершенно пуст. Да даже на Олухе в голодные годы после налетов в любой речушке можно было наловить рыбы на ужин, если немного постараться. Здесь же, за исключением совсем мелких, размером не больше пальца, рыбешек, не было ничего.       Так что хорошего ужина им было, по всей видимости, не видать. Если только Беззубик или Гром по дороге обратно, проголодавшись, не задерут оленя или случайного кабана, старых следов которых в округе было полно. Хотя и рассиживаться здесь надолго было опасно: пропажу двух воинов, поведших пленницу в лес на казнь, заметят скорее рано, чем поздно. Так что убраться с острова Иккинг рассчитывал еще до наступления сумерек и, что еще важнее, до начала поисков деревенскими.       Так что, набрав воды в принесенную Жуткой Жутью, безбожно подранную и буквально воняющую затхлой плесенью флягу, Иккинг направился обратно. Впрочем, и на том нужно было сказать спасибо: шансы найти маленького дракончика, согласившегося бы украсть из селения необходимую Иккингу вещь, были маловероятны.       Кривоклык нашелся там же, где Иккинг его и оставил — Ужасное Чудовище старательно вылизывало мокрую от дождя траву, по всей видимости, всеми силами стараясь перебить таким образом ненавистный ему привкус смолы. А так как в округе росли лишь сосны вперемешку с елью, то выбор в заготовке дров для костра вынужденно пал на них. К тому же, это было прекрасной возможностью для Иккинга проучить самовольного Кривоклыка за ослушание приказа.       — Отмылся? — не удержавшись от саркастического комментария, Иккинг лишь улыбнулся в ответ на стрельнувшего в него до крайности раздраженным взглядом Кривоклыка. Ужасное Чудовище лишь что-то невнятно прорычало, одновременно с этим сплевывая остатки травы, мха и листьев из пасти. — Молодец. А теперь бери дрова и пошли на поляну. Беззубик и Гром уже должны вот-вот вернуться.       К опушке все возвращались молча. Кривоклык — потому что с набитой поленьями пастью рычать явно было несподручно, хотя недовольное ворчание с его стороны практически ни на мгновение не прекращалось; Иккинг — из-за напряженного опасения, нагнетаемого неизбежной предстоящей встречей его друзей и этой черноволосой девчонки, которую всю жизнь учили убивать таких, как они; Сарделька же — просто в силу своей природной молчаливости.       Только вот дойти до поляны он не успели. До светлеющей впереди границы деревьев оставалось едва ли больше двух десятков шагов, когда над их головами с тихим шелестом ветра промелькнули две тени. А спустя меньше чем четверть удара сердца оба дракона с громким хлопаньем крыльев приземлились за подлеском впереди. В спокойствии прошла лишь пара мгновений, а потом послышался короткий громкий вскрик, тут же перебиваемый рычанием Беззубика и Гром.       Беззвучно прокляв свою удачу, благосклонность богов, да и их самих тоже, Иккинг сорвался на бег. В том, что ни Беззубик, ни тем более Громгильда просто так не причинят безоружному человеку вреда, он был уверен абсолютно. Единственное, что его напрягало, так это реакция черноволосой девчонки. Да и, положа руку на сердце, лишний раз пугать и так пережившую невесть что девушку ему не хотелось.       Лес кончился резко, тут же открывая остановившемуся на его границе Иккингу всю картину происходящего. Беззубик и Гром, оба прижавшись ближе к земле, синхронно рычали на замершую у скалы черноволосую. Иккинг облегченно выдохнул: пока что не произошло ничего страшного, а в агрессивно выглядящих для случайного человека позах Громгильды и брата Иккинг видел лишь некоторую настороженность. Слабо улыбнувшись, он пошел вперед.       — Беги! — надрывно закричала та, стоило ему приблизиться, в следующий момент сама срываясь в сторону. Не ожидавший такого развития событий Иккинг остановился, удивленно-вопросительным взглядом следя за неровно, но так отчаянно бегущей девушкой. Драконы же отреагировали иначе: Беззубик зарычал чуть громче, правда вот, в рычании теперь слышалась и легкая насмешка, а Громгильда... Видимо, решив, что ловить девчонку в лесу будет делом не слишком удобным и приятным, дракониха просто метнула ей наперерез свои шипы. Воткнувшиеся в землю и ствол дерева, они явно отбили у той любое желание бежать дальше.       — Хэй! — предупреждающе поднял руку Иккинг, обращая на себя внимание обеих рептилий до того, как Громгильда успела выпустить второй залп, на который уже замахнулась. Резко обернувшись, драконы замолчали, с вопросом в глазах глядя на недовольного Иккинга. — Что за дела? Она не наша пленница. Почему к ней такое отношение? — уже подойдя практически вплотную к Громгильде, Иккинг указал рукой на вжимающуюся спиной в скалу девушку. — Шипы? Ты серьезно?       — Но… — недовольно взмахнув крыльями, попыталась было оправдаться Гром, однако Иккинг на это лишь отмахнулся. Сейчас было не время, да и не место выяснять отношения или разбираться в вопросах гостеприимства: они всегда успеют это обсудить где-нибудь подальше от деревни Берсерков. Поэтому, переведя взгляд на брюнетку, похоже, теперь боявшуюся сделать любое, даже малейшее, движение, Иккинг осторожным шагом направился к ней.       — Хэй, прости их за это, — стоило только ему заговорить, взгляд девушки тут же перескочил с драконов за его спиной на него. Панический страх, плясавший в ее глазах, на мгновение сменился на абсолютно искреннее непонимание происходящего, однако тихое фырканье Беззубика тут же вернуло маску ужаса на ее лицо. Иккинг поморщился, и не только из-за того, что теперь попытки убедить ее в их мирном настрое будут куда сложнее: липкий запах панического страха до невозможности неприятно щекотал нос.       — С-стой! — с явным трудом заставив себя разлепить губы, девушка еще сильнее вжалась в обломки скалы, стоило Иккингу сделать еще пару шагов в ее сторону. Хэддок послушно остановился, мимолетно поджав губы: он прекрасно слышал, как Кривоклык и Сарделька уже подходят к поляне, а их появление вряд ли добавит спокойствия девушке перед ним. К тому же Барс и Вепрь тоже были где-то рядом, так как Иккинг слышал их рычание за скалой. — Кто ты?..       — Иккинг, — сделав к девушке еще один шаг, Иккинг слабо улыбнулся, осторожно протягивая той флягу. И, видя, как она опасливо сглотнула, сделал еще один маленький шаг в ее сторону. — Меня зовут Иккинг…