Наёмница: Первый путь

      Зара почувствовала, что кто-то с силой поднял её за волосы, и, вскрикнув от боли и неожиданности, распахнула глаза. Ей тут же заткнули рот и так заломили руки за спину, что правая ключица отозвалась жуткой болью. Девушка оглянулась и увидела вокруг себя десятка два вооружённых до зубов людей, в которых она без особого труда признала вчерашних гостей Ярмилы. Трое из них держали Лара, лица у них были ожесточенные и решительные. С рассеченного лба парня капала кровь, волосы были спутаны, губа разбита — тут явно не обошлось без драки. Когда он увидел связанную наёмницу, его глаза полыхнули яростью, и он резко рванулся, пытаясь высвободиться, но силы были неравны. Двое мужиков пригнули его к земле, а третий с наслаждением пнул в живот. Купец захрипел, приморчанка замычала, пытаясь отвлечь их внимание на себя. И действительно — бьющий обернулся, и девушка увидела, что это был Нафанаил! В его глазах ясно читалось торжество.       Она посмотрела на него с такой лютой ненавистью, что Нафаня не выдержал и отвернулся.       — Ведите их, да смотрите, чтобы не вырвались! Колдуны, они коварные, — скомандовал он, и Зару с Ларом повели в деревню.       По дороге с ними обходились очень грубо — если они останавливались, с силой толкали в спину и ещё туже перетягивали запястья верёвками. С Бесстрашным вообще не церемонились — били по лицу, в живот и по голове, а он всё терпел, и его жёлто-карие глаза отливали несгибаемой сталью.       Наконец, этот путь, показавшийся девушке невероятно долгим, окончился — показалась деревня. Вскоре они достигли того самого дома, где им так и не удалось переночевать. К удивлению, их не заперли где-нибудь в сарае, а сразу повели на главную площадь.       Там уже собралось всё население. Когда они приблизились, бегающие туда-сюда ребятишки принялись кидать в пленников камнями и огрызками яблок.       — Отойдите! Колдуны могут вас сглазить! — Ярмила засуетилась, отгоняя детей. Женщина мельком глянула на приморчанку, и та увидела, как в её глазах мелькнуло что-то похожее на жалость. Девушка тяжело вздохнула. Магия давным-давно была узаконена, в Арниоре, столице Аиларда, процветает Академия магических искусств; но в провинциях и деревнях людей с волшебными способностями боятся, как и сотни лет назад…       Пленников вывели на середину площади, а местные плотным кольцом окружили их, воинственно размахивая вилами. Какой-то подросток всё же метнул камень, ударивший Зару по щеке. Заокеанская-Храбрая сморщилась от боли.       Но тут высокий старик с окладистой белой бородой, стоящий неподалёку от неё, постучал о землю длинной суковатой палкой, и все разом стихли. По-видимому, он был управителем.       — В чём обвиняются эти люди? — спросил он. Голос у старца оказался на удивление сильным.       — В колдовстве! — выкрикнул кто-то из толпы.       — Чем сможете доказать?       Толпа «выплюнула» из себя Нафанаила, который при управителе держался далеко не так нагло и уверенно, как в лесу. Он пригладил растрёпанную шевелюру и заговорил слегка дрожащим голосом:       — Они хотели остановиться в нашем доме, а когда мы предложили им поучаствовать в нашей игре, они убежали в лес. Чуть позже я прогуливался там и наткнулся на них. Когда я хотел подойти поближе, меня что-то отбросило, и я увидел, что их окружает круг из странных светящихся символов!       Старик долго думал, почёсывая подбородок «жезлом», и в конце концов принял решение:       — Я считаю доводы недостаточно вескими, чтобы считать этих людей колдунами, — Зара облегчённо вздохнула, но от последующих слов у неё упало сердце. — Но всё же я считаю необходимым, чтобы они прошли испытание. Водой или огнём, пусть выбирают обвиняемые.       Несчастным путникам развязали руки, вынули кляпы. Лар вытер кровь с лица и взял девушку за руку.       — Выбирай то же, что и я, — прошептал он едва слышно, а потом громко сказал: — Я выбираю испытанье водой.       — Смело, — сказал старик. — Ну, а ты? — он взглянул на Зару.       — Я тоже, — твёрдо сказала та и оглянулась на своего спутника. Тот улыбнулся разбитыми губами и подмигнул ей. Подобные ужимки, больше уместные на каком-нибудь балу, в такой обстановке вызвали у приморчанки истерическое хихиканье. Этого Нафаня не мог вынести. Он ринулся к ним, оторвал их друг от друга и закричал:       — Давайте свяжем им руки! Кто знает, мы не знаем точно, колдуны они или нет, но они могут снова сбежать или нанести вред кому-нибудь!       Деревенские подчинились: несчастных путников плотно связали спиной к спине, бросили в какой-то сарай и заперли там.       Зара проснулась от того, что кто-то открыл дверь, и солнце светило ей прямо в лицо. Она приоткрыла один глаз и увидела, что к ней идёт какой-то человек, но его лица не видно. Когда он подошёл ближе и сел рядом с ней на корточки, у девушки всё внутри оборвалось. Это был Нафанаил.       — Ну что, красавица, не захотела со мной быть? — ехидно спросил он.       — И сейчас не горю желанием, — отчеканила пленница, стараясь скрыть дрожь в голосе.       — А зря, дорогуша, — он ласково улыбнулся, и вдруг резко вынул нож и приставил его к горлу Лара. — А вот так?       — Ты не посмеешь, — прошептала наёмница. — Старейшина не простит тебе убийства невиновного человека.       — А ты не только красива, но ещё и очень умна, — Нафаня спрятал нож и продолжил: — Я могу освободить вас. Пойми, испытание вы пройти не сможете, а я совсем не хочу, чтобы такая милая девушка…       — Хватит комплиментов. Чего ты хочешь? — вскипела его собеседница.       — Немного. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.       — Что?!       — Тише, муженька разбудишь. Бедняга наверняка притомился. А ведь ты не хочешь его смерти, правда? Если станешь моей женой, отпущу его на все четыре стороны с условием, что он никогда не вернётся за тобой, и заживём вместе. Потом пойдут дети, и ты забудешь это всё, как страшный сон. Согласна?       Приморчанка чуть-чуть повернула голову и взглянула на Лара. Он спал мёртвым сном, но как оказалось, это было только на первый взгляд. Едва девушка случайно задела его прядью волос по щеке, он одними губами прошептал:       — Нет.       Это всё решило.       — Я отказываюсь от твоего оскорбительного предложения, — с достоинством сказала пленница.       — Ну что ж…ты сама сделала свой выбор, — Нафанаил попытался скрыть разочарование и ярость за злобной усмешкой. — Тогда поднимайся! Эй, вы, там, заходите!       Тут же в сарай вошли трое мужиков с топорами. Они грубо растолкали Бесстрашного, отвязали его от Зары и повели их обратно на площадь       В этот раз на площади была куча сухих дров, но людей столько же, если не больше. Нафанаил и компания подвели их будущему костру, в руке у Нафани откуда-то появился факел, и он подошёл с ним к несчастным пленниками.       — Вы всё ещё выбираете воду? Может, всё-таки огонь? — он приблизил факел почти к самому лицу Лара, чуть не опалив тому брови.       — Нет. Я же сказал: мы выбираем испытание водой, — не моргнув глазом, ответил купец, и Заокеанская-Храбрая в очередной раз подивилась его самообладанию.       Их привели в поле. Все деревенские собрались посмотреть на испытание, но в этот раз они шли молча, и старейшина был среди них. Внезапно пленники оказались у обрыва.       Это случилось так неожиданно, что Зара вскрикнула. Прямо перед ней расстилалась бурная река, не слишком широкая, но отовсюду торчали скалы, и добраться до противоположного берега было бы нелегко. Девушка затравленно оглянулась на Лара. Тот тоже был несколько удивлён сложностью испытания, но тут же взял себя в руки.       Охранники развязали их, и Бесстрашный принялся растирать одеревеневшие запястья. Приморчанка же стояла, сама не своя. Она побледнела, как полотно, все поджилки тряслись при одной мысли о том, что придётся прыгать в эту бездну.       — Вернёте им оружие, — вдруг скомандовал правитель. — Отсюда не убегут, но если выплывут, оно им понадобится, пока они доберутся до другой деревни, — его приказание с неохотой, но всё же было исполнено. — Я даже отправлю человека вниз с вашими лошадьми и имуществом, если справитесь. Я уважаю храбрость и стойкость.       — Благодарю, — Лар склонил голову в уважительном поклоне. — Можно начинать?       — спросил он. Старик кивнул, и все отошли на почтительное расстояние.       Лар подошёл к Заре поближе, неожиданно крепко обнял за плечи и шепнул:       — Не волнуйся. Всё будет хорошо, — затем, одной рукой продолжая обнимать «жену», парень демонстративно поднял глаза к небу и пробормотал несколько слов, якобы, молитвы, чем вызвал у толпы возгласы удивления, и вместе с девушкой ринулся в пропасть.       Та не смогла преодолеть чисто женского порыва и пронзительно завизжала. Он свободной рукой сделал несколько магических пассов, и в момент, когда они уже вот-вот должны были удариться о воду, появилось силовое поле. Конечно, из-за временной слабости колдующего, оно полностью не уберегло от удара, но существенно ослабило его.       Они плюхнулись в воду, но течение едва не увлекло их на скалы. Приморчанка прекрасно плавала, но даже ей пришлось нелегко. Сперва окунувшись с головой, она глотнула воды, отчаянно заработала ногами, вынырнула, закашлялась. Подгребая руками, чтобы не снесло, обернулась в поисках купца.       Он обнаружился в нескольких метрах по течению — ухватившись за камень, пытался восстановить дыхание. Завидев девушку, виновато улыбнулся:       — Извини, не рассчитал, что течение будет таким сильным!       — Плыви к берегу, вода холодная! — наёмница нырнула и начала грести изо всех сил, не останавливаясь, пока не нащупала ногами дно. Более или менее твёрдо встав на ноги, она снова обернулась, но её спутник всё ещё был в трёх метрах от спасительного берега. Он намертво вцепился обломок породы, торчащий из воды.       — Зара!.. Я не могу… Ноги не слушаются, всё онемело… Если отпущусь, меня унесёт. Помоги!       Заокеанская-Храбрая стрелой вылетела из воды, в панике огляделась. На берегу начинался лес, валялись какие-то ветки, но все они казались слишком тонкими и короткими… Девушка выбрала молодое деревце, достаточно тонкое, чтобы его можно было сломать, и при этом высокое.       Она выхватила меч и принялась рубить с лихорадочной поспешностью, едва не попадая себе по ногам. Лезвие, не предназначенное для такого обращения, быстро тупилось. Когда оставалось совсем чуть-чуть, Зара отбросила в сторону клинок и повисла всем телом на почти отрубленном стволе. С жутким хрустом последняя полоска древесины, удерживающая несчастное деревце от падения, сломалась.       Приморчанка схватила его за толстый конец, покачнувшись, подтащила к воде и опустила в воду по направлению к Лару.       — Хватайся! Ну же!       — Удержишь? — он чуть усмехнулся, пытаясь подобраться поближе. С бешено бьющимся сердцем девушка заметила, что у него посинели губы.       — А у меня есть выбор? Скорее! — она сама вошла в воду по щиколотку и остановилась, понимая, что если пойдёт дальше, сама не удержится. Увидев, что Бесстрашный кое-как сомкнул онемевшие пальцы на том, что ещё несколько мгновений назад было макушкой деревца, наёмница встала как можно устойчивее, вбив каблуки сапог в мокрый песок. — Приготовься, сейчас начну вытаскивать. Дыши глубже и постарайся шевелить ногами! — нужные слова как будто сами всплывали в голове, пока руки изо всех сил тянули на себя дерево и висящего на ней парня.       — Попробуй рывками! Иначе не получится, — посоветовал между тем тот. Купец честно старался помогать, перебирая руками по стволу и потихоньку приближаясь к берегу, но от долгого пребывания в холодной воде пальцы стыли и отказывались служить, толку этого было немного.       Заокеанская-Храбрая крепче ухватилась за свой конец, набрала полную грудь воздуха и на выдохе рванула. Тонущий приблизился на добрый метр, но девушке показалось, что у неё внутри что-то лопнуло. Она с трудом перевела дыхание и сделала ещё рывок, но в этот раз вышло гораздо слабее. Лар всё ещё далеко…       — Кажется, я сейчас отпущусь, — сказал вдруг парень почти виновато. — Может, выплыву как-нибудь, может, дальше течение не такое сильное… В любом случае, не поминай лихом, ладно?       — Не буду, — сквозь зубы пообещала Зара, напрягла последние силы и дёрнула ещё раз, обдирая ладони в кровь о шершавый ствол.       Из её груди вырвался слабый вскрик, но окоченевший Бесстрашный теперь оказался достаточно близко. Она с трудом отцепила одну руку, дотянулась до его ледяных пальцев и потянула — несильно, но этого хватило, чтобы он обрёл опору, нащупал под ногами дно и выбрался к ней на мелководье.       Приморчанка лежала на песке, прикрыв глаза и бессильно вытянув руки. Кажется, в ладонях засел с десяток заноз, придётся попотеть, прежде чем вытащишь их все, живот болит, в сапогах хлюпает вода, одежда промокла насквозь, — но они живы. Оба.       — Спасибо. Кажется, я всё-таки не зря тебя нанял, — пошутил купец, кладя руку ей на плечо. — Ты прекрасно плаваешь; и я, честно признаться, не ожидал такой самоотверженности от простой наёмницы, — он немного помолчал, — не думал, что будешь рисковать собой, спасая меня. Я найду способ отплатить тебе за это, обещаю.       — И в сколько золотых ты ценишь свою жизнь? — еле слышно фыркнула та. Лар в ответ рассмеялся и, потрепав её напоследок по плечу, убрал руку. Сразу стало холоднее, как будто ладонь парня была единственным источником тепла в мире.       — Слушай, ты не поверишь… Наши лошади здесь! — радостно-удивлённый возглас заставил Зару с неохотой разлепить веки, чтобы обнаружить Вихря и Рубинку, осторожно подходящих к хозяевам. — Ого, и сумки целы! И даже оружие! Старик не солгал! Единственный честный человек в этой деревне, да провалится она в преисподнюю… Вставай, нам нужно как можно скорее убираться отсюда. Мы и так потеряли слишком много времени. Оборотень может нас догнать.