Глава 8.
10 февраля 2018 г., 08:11
Разбудило Зару хлопанье крыльев. Сначала ей показалось, будто бы она всё ещё спит, потому что ей снился громадной кабан-оборотень с крыльями, который хотел подзакусить Ларом. Просыпаться не хотелось — два дня почти беспрерывной скачки после купания в холодной речке здорово вымотали приморчанку. Но когда что-то опустилось рядом с ней и принялось стучать клювом о что-то твердое, вроде камешка, девушка поняла, что это не сон, и открыла глаза.
Прямо перед ней сидел крупный чёрный ворон с гладкими ухоженными перьями. К его лапке было привязано письмо кроваво-красной ленточкой. Сонливость Заокеанской-Храброй как рукой сняло, и она тут же подскочила. Шутка ли, ей пришло письмо от самого короля, Изенлорда Мрачного!
Повелитель королевства людей был малоприятным человеком, черноволосым, с крючковатым носом и пустыми глазами. Многие с грустью вспоминали славные времена, когда правил его старший брат Валор Доблестный, а перед этим — их мать, королева Ариадна Великая. Но сейчас они оба были мертвы и покоились в семейном склепе, куда однажды заходила Зара, когда они с отцом ездили к нынешнему королю по особому приглашению. Воспоминания остались не самые приятные… Ну да девушка сейчас и не хотела про них думать — она возилась с вороном, который никак не желал даваться в её руки. Птица каждый раз ловко увёртывалась от неё, иногда даже вспархивала, но упорно не отдавала письмо.
— Какого демона! — наконец потеряла терпение наёмница. Она уже успела обежать всю поляну раз пять, а сейчас стояла под деревом на расстоянии нескольких метров от Лара. До этого восклицания купец безмятежно спал, а теперь, разбуженный, открыл глаза и недовольно потянулся.
— На кого ты там охотишься? — сердито пробурчал он. — Еда у нас ещё осталась, так что… Эй!
Со свистом пролетел нож, и письмо, наконец попавшее в руки девушки, оказалось пригвожденным к дереву, а парень быстрым шагом приблизился к нему.
— Что это было? — изумленно выдохнула Зара.
— Это моё письмо, — отрезал Лар, аккуратно вытаскивая нож. — Ворон не дается тебе в руки, значит, письмо мое, он специально обучен. И тебе не стоит читать чужие письма.
— С чего бы это вдруг? — обиделась приморчанка. — Ну ладно, а зачем ты в меня ножи метаешь? А если бы промахнулся? Не мог просто попросить отдать? — вопросы сыпались на Бесстрашного градом, а он ничего не слушал. Его золотистые глаза бегали по строкам, и с каждой прочитанной становились всё темнее. Когда он дочитал и поднял глаза на спутницу, они были чёрными.
— Я запрещаю тебе читать эти письма. Их наверняка будет несколько, но пообещай мне, что сразу же будешь звать меня, когда прилетит ворон. Обещаешь?
— Обещаю, — пробормотала наёмница, сбитая с толку.
— Вот и хорошо, — выдохнул Лар. Он вынул походное перо, вставленное в компактную чернильницу с узеньким горлышком, и, отвернувшись от спутницы, быстро написал несколько строк, затем поймал ворона, привязал к нему письмо и пустил птицу в небо. Несколько мгновений он смотрел, как ворон набирает высоту и отдаляется, затем сжал кулаки так, что ногти впились в кожу, а костяшки пальцев побелели, и внезапно сделал резкое и сильное движение, как будто что-то от себя отталкивал. С кончиков его пальцев сорвался огромный огненный шар, который ринулся к поваленному дереву и разбил его в щепки.
— Вот, — парень попытался улыбнуться, но вышло как-то неуклюже и неестественно. — Теперь можем ехать.
***
Прошло два относительно спокойных дня. Зара, боясь гнева своего спутника, каждое утро будила его и честно отдавала письмо от короля. Эти послания Лар читал, хмурился, быстро писал ответ и отправлял его. Но сегодня он, сделав это, похлопал девушку по плечу и весело сказал: — Всё, больше нам не угрожает оборотень! — Правда? Как здорово! А что произошло? — Вчера он был пойман теми самыми крестьянами, что едва нас с тобой не утопили, так что теперь он вряд ли выберется от них живым, и это очень радует, не правда ли? — Да! Наконец-то кончились бесконечные сумасшедшие скачки и боязнь отойти от дороги! — Заокеанская-Храбрая засмеялась, да и купец тоже улыбнулся, а потом добавил: — Так что я решил устроить нам небольшой отдых, благо, что до ближайшего города осталось каких-то два часа пути! Так что по коням! Выехав в полдень, путники уже после двух часов оказались в городе — перевалочном пункте на торговом пути между Арниорой и Бранстатом, королевством тёмных эльфов. Бесстрашный повёл Зару на местный рынок. У наёмницы глаза разбежались: столько интересных вещей она в жизни не видела! Прилавки с товарами из королевства лесных эльфов, Реквена: чудесными украшениями, дорогими тканями и прочими вещами, к которым так неравнодушны девушки, а также с оружием и знаменитыми кольчугами из Бранстата, сверкающими на солнце так, что смотреть было больно. Но, к сожалению, Зара могла себе позволить разве что посмотреть на них. Лар не обращал на всю эту роскошь ни малейшего внимания; казалось, он кого-то высматривал. Наконец, поиски увенчались успехом. — Подожди здесь, — попросил он, останавливаясь возле прилавка с пирожками. — Можешь пока поесть, но я ненадолго. Там старый товарищ отца, хочу поприветствовать и побеседовать, а тебе ни к чему слушать эти тоскливые разговоры о ценах на разных рынках, — не слушая возражений, купец вручил ей повод Вихря и словно растворился в толпе. Приморчанка рассеянно смотрела ему вслед, раздумывая, не купить ли ей пирожок с вишней из тех, что так аппетитно пахли и золотились румяной корочкой у улыбчивого торговца, когда почувствовала чье-то прикосновение к своему локтю. — Ой! — воскликнула от неожиданности девушка и обернулась. Перед ней стояла цыганка в живописном пёстром платье, с густыми чёрными кудрями и ярко-алыми губами. Она взглянула путнице прямо в глаза и спросила: — Кто тебе этот человек? — Какой? — не поняла Зара. — Тот, что оставил тебя здесь. — Это мой муж, — с некоторой запинкой ответила она. — Берегись его, он не тот, за кого себя выдаёт! Он может причинить тебе самые мучительные страдания из всех, что ты когда-либо испытывала. Он сделает тебя несчастной, если не покинешь его прямо сейчас! — выпалила цыганка на одном дыхании, вцепившись в руку собеседницы. — Что за глупости ты говоришь! — воскликнула та, отстраняясь. — Что тебе нужно от меня? Я люблю своего мужа и доверяю ему! — Зара сама удивилась, как правдиво ей удавалось лгать и какой искренней получилась интонация. — Значит, ты мне не веришь? — спросила кочевница, продолжая сверлить девушку зелёными глазами, горящими, как угли. — Нет, — отрезала та. Цыганка с сожалением и грустью покачала головой. — Он уже проник в твою душу… Что ж, мужайся, красавица. Когда-нибудь ты вспомнишь меня, — она повернулась и будто бы растворилась в воздухе. Путница хотела было поискать её и расспросить поподробнее, но тут подошёл Лар. — С кем это ты тут разговаривала? — весело спросил он. — Да так, цыганка одна милостыню просила, — невесть зачем соврала наёмница. Кажется, ложь начинала входить в привычку. — Надеюсь, ты не поверила ни единому её слову? — Да нет, ничего особенного она мне не сказала. — Это хорошо, но всё же, если к тебе ещё будут приставать подобные побирушки, зови меня — мало ли, что у них на уме. Договорились? — Договорились. — Вот и отлично, — парень подмигнул спутнице и бодро продолжил: — Я всё уладил. Теперь я бы хотел сделать ещё кое-что, — он протянул руку и осторожно взялся за нижний край кольчуги девушки. Попытался колупнуть ногтем, помял большим пальцем, с сомнением покачал головой. Заокеанская-Храбрая взирала на эти манипуляции с нескрываемым удивлением. — Нет, она совершенно никуда не годится! — Почему это? — обиделась приморчанка. — Очень даже годится! Мне родители выбирали. И брат, он в городской страже служит. Лучше у нас в городе не найти. — Верю, — Лар чуть усмехнулся и убрал руку. — Это, бесспорно, неплохая кольчуга для человеческих мастеров, а вот для темноэльфийских — так себе. Пошли. — Подожди, куда мы? — девушка едва поспевала за ним. Купец, казалось, не слышал; он целеустремлённо шёл вперёд, пока не достиг прилавка с кольчугами из Бранстата. Торговец изумлённо застыл, завидев его, но Бесстрашный торопливо наклонился к его острому уху и что-то сказал. Эльф понятливо кивнул и широко улыбнулся: — У меня только самое лучшее! Выбирайте, о цене не стоит беспокоиться. — Что это с ним? — Зара подозрительно сощурилась. — Ничего. Он просто знает моего отца, — поспешно, даже, пожалуй, слишком поспешно, оправдался её спутник. — Не стесняйся. Смотри сама, какая подойдёт, я в ваших женских размерах ничего не понимаю. Наёмница опустила взгляд на разложенные по прилавку кольчуги. Да, здесь было, на что посмотреть! Длинные и короткие, с плоскими в сечении и круглыми кольцами, с подкладками и отделками всех мастей. Наученная в своё время братом, девушка выбрала кольчугу с коротким рукавом, из плоских колец, которые лучше держат удар, без подкладки — ведь она всегда носила рубаху; однако, все металлы были ей незнакомы, поэтому она остановилась на кольчуге из тёмно-лилового материала, такой же, как у Лара: — Вот эту, пожалуйста. — Отличный выбор, — одобрительно хмыкнул эльф. — Завернуть или наденете? — Надевай! — парень легонько подтолкнул её к прилавку. — Давай же. Не хочу, чтобы тебя убили первые же разбойники. — Имеешь в виду — не хочешь тратиться на отправку тела безутешной родне? — тихонько огрызнулась Заокеанская-Храбрая, переодеваясь. Обновка села, как влитая, ладно обхватывая крепкое тело и даря ощущение надёжности. Торговец назвал цену. У наёмницы удивлённо округлились глаза, а Лар и глазом не моргнул, выложив на прилавок кошель: — У меня как раз столько. — Ты спятил! — возмутилась она. — Что же мы будем делать без денег? — Что-нибудь придумаю. Заработаем, в конце концов, — беспечно отозвался тот, увлекая её прочь от довольного эльфа. — Не спорь. Нам уже пора отправляться дальше. Девушка ещё какое-то время пыталась возразить, но быстро поняла, что это безуспешно; да и с каждым шагом коней рынок становился всё дальше и дальше. Оставалось только смириться с потерей и радоваться приобретению. Ехать было довольно скучно, поэтому Зара начала разговор: — Лар, а как ты смог разбить то дерево, что преграждало нам путь? Ведь тогда ты и не колдовал вовсе, шар сам вырвался из твоих рук! — У меня был сильный всплеск эмоций, — помедлив, ответил парень, поглаживая Вихря по шее. — Ведь магия, как ты знаешь, и есть всплеск эмоций. А почему ты спрашиваешь? — Да так, любопытно. — А если честно? — он пытливо взглянул на девушку из-под своих чёрных, как смоль, бровей. — А если честно… — она тяжело вздохнула и опустила голову, не сумев вынести этого взгляда. — Я не умею колдовать. — Совсем? — Уметь-то умею, но я не могу направлять магию на какую-либо цель. Она хаотична и может нанести большой урон не тому человеку, если не суметь направить её. — Тебя учили, или ты сама овладела ей? — Меня учила моя мать. Но педагог из неё получился не самый лучший, да и в магии она не слишком сильна. Хотя, может быть, это я неспособная ученица? — Перестань. Давай я научу тебя, — Лар с энтузиазмом потер руки, выпустив поводья своего коня. — Что, прямо сейчас? — удивилась Зара. — Разумеется. Прямо сейчас и прямо здесь! Давай, закрепи как-нибудь поводья, и приступим. У девушки дрожали руки. — Готова? Тогда слушай меня внимательно и выполняй, — начал парень. — Представь себе, что внутри тебя образуется шар…скажем, огненный. Языки пламени сжигают тебя изнутри, требуют выхода. Получилось? — Да, — трясущимися губами пролепетала «ученица», прижав руки к груди и пытаясь задержать внутри себя шар, рвущийся наружу. — А теперь представь, что шар вылетает из тебя и, к примеру, попадает в то дерево, поджигает его. — Не могу, шар вырывается! — запинаясь, пробормотала приморчанка. — А ты держи его, держи! Кто сильнее: ты или он? — сердито, почти гневно потребовал «учитель». — А теперь выпускай! Огромный огненный шар, вырвавшись на свободу, ринулся в сторону отдельно стоящего у дороги дерева, но погас, не долетев до него нескольких метров. Девушка тяжело вздохнула и опустила голову. — Не вышло. — Это был только первый раз, и вполне удачный, — подбодрил её Бесстрашный. — Попробуй ещё. — Я не могу! — Сможешь. Давай же. Она закусила губу, зажмурилась и сдвинула брови, сосредотачиваясь. Через несколько мгновений она распахнула глаза и сделала движение, как будто отталкивала от себя что-то. С кончиков её пальцев сорвался шар пламени. Он был не так велик, как первый, но, в отличие от него, достиг цели. Ветви дерева запылали, огонь в мгновение ока охватил значительную часть кроны. Парень быстро метнул в него водяной шар, и пламя погасло. — Отлично! — купец дружески хлопнул наёмницу по плечу, она шумно, с облегчением выдохнула и улыбнулась ему. — А ещё сможешь? И она попробовала ещё раз — получилось. Потом ещё раз, и ещё раз, и ещё раз.… А лошади всё шли и шли мерной неторопливой рысью, и как-то незаметно добрались до другого города. Издалека завидев его стены, Лар остановил коней и повернулся к Заре. — Значит так, последнее тебе испытание — и можешь спокойно при надобности колдовать. — Может, хватит? — взмолилась девушка. — Я ужасно устала! — Нет, именно этот, последний раз и покажет, научилась ты контролировать силу, или нет, — парень был непреклонен. — И никаких «но». Давай, сосредотачивайся, и представляй, как внутри тебя образуется огненный шар…ну же! «Ученица» снова зажмурилась, некоторое время просидела с закрытыми глазами, а потом сказала: — Всё. Куда пускать? — В меня. Представь, что он пролетает мимо меня — так близко, что опаливает жаром лицо, но всё же не задевает. — Ты свихнулся! — воскликнула Зара, открывая глаза. — Не буду я этого делать! Я ужасно устала, Рубинка не стоит смирно, да и вообще ты поступаешь очень глупо, доверяя свою жизнь мне ради какой-то тренировки! — Позволь мне самому решать, как поступать, — сказал Лар таким ледяным тоном, что среди жаркого дня у его спутницы мороз пробежал по коже. — И вообще, хочу тебе напомнить, что я тебя нанял. За крупную сумму, между прочим. — Ах, нанял, — пробормотала Заокеанская-Храбрая, но ничего возразить не решилась. Вместо этого она точным броском запустила огненный шар в спутника. Он с шумом пролетел мимо него, чудом не задев. Зара вытерла пот со лба и отрывисто сказала: — Теперь вы довольны? — Зара, ну что ты так сразу, — смутился он. — Я же пошутил. — Хороши шуточки, — девушка пришпорила Рубинку, но уставшая лошадь не хотела бежать рысью: рванувшись вперед, она почти сразу же перешла на шаг. Лар слегка ткнул каблуками бока Вихря. — Прости меня, — они уже ехали наравне. — Не прощу, — приморчанка стояла на своём. Если бы он с самого начала держал субординацию, такое поведение с его стороны было бы для неё в порядке вещей; однако, он вёл себя с ней по-товарищески, и теперь фраза про деньги прозвучала как «знай своё место». Это ранило больнее, чем бросок камнем в деревне Нафанаила, потому что сейчас девушка меньше всего ожидала удара. Некоторое время они молчали; каждый остался наедине со своими мыслями. Купец хмурился и, казалось, с каждой минутой становился всё мрачнее. Наёмница начинала чувствовать раскаяние. В конце концов, они действительно не старые друзья, даже вообще не друзья, и знакомы-то всего ничего! А она развела трагедию из-за случайно брошенного слова… Но вернуть время назад невозможно, а самой заговорить — выше её сил. Впрочем, Зара понимала, что ещё немного — и она сама будет просить прощения, искренне уверенная в том, что виновата. Ой, как не хотелось… Он, наверное, считает её такой глупой и неотёсанной! Некстати вспомнилось, что её мать — лучший телепат в Приморске. Вот у кого не возникло бы проблем в подобной ситуации: прочитал мысли — и всё сразу понятно. Кирена честно пыталась обучить дочь хотя бы азам этой сложной ментальной науки, но потерпела фиаско. Женщина даже подозревала, что Зара унаследовала антидар своего отца, Андрея, — полную невосприимчивость к телепатии: никто не мог ни влезть в его светловолосую голову, ни впустить его в свою собственную. Может, это и к лучшему, конечно, но сейчас девушке до боли захотелось обладать хотя бы толикой материнского таланта. Заокеанская-Храбрая честно попыталась выполнить все её указания, которые намертво отпечатались в памяти после множества неудачных уроков: сосредоточилась на ничего не подозревающем Ларе, даже зажмурилась, чтобы не отвлекаться, представила, как они становятся единым целым, как её разум проникает в его сознание, точно нож в подтаявшее масло… Сперва она, как обычно, ничего не почувствовала; собираясь уже бросить это бессмысленное занятие, приморчанка внезапно ощутила целый вихрь из сильных противоречивых эмоций, которые явно не могли быть её собственными. Свои эмоции ощущались как что-то близкое, родное, наподобие тёплого ветерка, обдувающего лицо, когда стоишь на побережье недалеко от Приморска. Эти же чувства казались чужими, резкими, порывистыми, как беспокойные ветра, иногда набегающие с востока. Здесь были и растерянность, и досада, и стыд, и смятение, но ничего похожего на осуждение или гнев. — Зара, ты в порядке? — голос Бесстрашного вырвал её из дебрей его же чувств, в которые ей каким-то чудом удалось попасть. Девушка встрепенулась, открывая глаза и тут же натыкаясь на его взгляд, полный искреннего беспокойства. — Да, всё хорошо, — наёмница улыбнулась, довольная тем, что сеанс телепатии хоть немного, да удался, а также его результатами. — Извини, я вспылила. Постараюсь больше так не делать, обещаю. — Я тоже хорош, — парень чуть усмехнулся, но по его лицу пробежала тень облегчения. — Мы оба больше так не будем.
