За семью печатями под руку с Судьбой

Кровь стучала в висках, лампы продолжали резать глаза своим оранжевым светом, рана на лице всё ещё напоминала о себе неприятным жжением, а где-то в районе коленей моментально появились ушибы и ссадины от рассыпанных по полу рубинов. Но всё это не шло ни в какое сравнение с тем шоком, который испытал Грей, подняв взгляд на не менее удивленного встрече парня с аналогично широко распахнутыми глазами, которые казались ещё более безумными из-за черного зрачка, мгновенно принявшего неестественную форму льняного семечка. Оба молчали до тех пор, пока шаги за спиной Фуллбастера окончательно не растворились в общей массе шума, доносившегося из холла. — Ты? — заторможено произнес еле оттаявший Грей и медленно поднялся с саднящих колен. Он много раз читал в книгах подобные ситуации, которые на момент знакомства с тем или иным произведением казались ему довольно нереалистичными, но теперь ему выпал шанс самому почувствовать себя в шкуре одного из героев какого-то приключенческого романа. — Я, — до ужаса глупо, тем не менее логично и даже слегка грубовато выговорили в ответ, и Нацу молча принялся развязывать тугие путы на онемевших руках, видя, что парень не может больше подобрать слов. И он действительно не мог. Пускай Нацу Драгнил не являлся призраком прошлого, зато он выступал ностальгическим напоминанием о тех временах, когда Хвост Феи был не просто торговой гильдией — это была целая арена для соревнований. Будучи зачинщиком бессмысленных споров и разносортных пари, он просто не давал ни одному его члену ходить спокойно в стороне и не обращать внимание на его предложения устроить соревнования: кто больше звёздной пыли насобирает, кто выполнит больше заказов на поставку за неделю или кто сможет поймать золотую рыбу в заповеднике Магнолии, не наткнувшись при этом на береговую охрану в лице легендарной Эльзы Скарлет. Вот и Грей, довольно быстро сдавшись на первом же месяце работы в гильдии, поддался искушению переплюнуть заводилу в охоте на местных кикимор и в итоге стал главному по «слабо» чуть ли не вторым братом. С этого момента пари не прекращались, а заказы улетали с доски с невероятной скоростью... Казалось, этих двоих не разлучит ничто: задания, заказы, выручка, походы в лес, охота, рыбалка, очередной втык от Эльзы, которая застукала их ночью за ловлей морских медуз в неположенном месте — всё делилось пополам. Но, как говорится, хорошего должно быть помаленьку. Вот и азартность Драгнила однажды не сыграла ему на руку, а завела в логово шулеров и там же благополучно потопила в долгах, без предупреждения навалившихся в один миг. Это были карты. И хотя Нацу порой сам искусным мухлежом добывал себе победу в кругу согильдейцев, те картежники были ему не по зубам. Соответственно, не по зубам были и сами долги, а это имело свои последствия. История умалчивала от Грея все подробности периода, когда его друг терпел угрозы и пытался каким-то образом скрываться, но результат в итоге оказался плачевным: в один день Нацу исчез. Неделю до этого печального события, повергнувшего Фуллбастера и всю гильдию в целом в шок, он почти не появлялся в Хвосте Феи, работая с утра до ночи, а как только получил деньги, оставил от себя лишь воспоминания и больше ничего... Грей даже не надеялся найти где-либо прощальную записку от своего друга, потому что знал его слишком хорошо: он бы ни за что не сказал, что просто сбежал от долгов и проблем, и в то же время никогда бы не стал просить материальной помощи от друзей. Все попытки уговорить Драгнила согласиться на поддержку со стороны гильдии заканчивались полным провалом. Итогом оказалось то, что Нацу был для всей гильдии пропавшим уже около трех лет. И вот теперь этот некогда заводной парнишка с улыбкой до ушей от очередного выигрыша предстал перед Фуллбастеро во всей своей красе. Он не мог не отметить, насколько Нацу изменился: возмужал, обзавелся даже некой грацией и каким-то особым блеском в глазах и научился в кое-то веки жёстко командовать, что очень плохо выходило в гильдии — но Грей все равно надеялся, что его жизнелюбие, то есть самое главное, осталось неизменным. Правда, его некогда родной и знакомый образ потерпел изменения. Даже этот взгляд был более величественный, чем тот, привычный... — Надеюсь, Стинг не переборщил, — Драгнил растеряно, совсем не так, как минутой ранее перед подчиненными, кивнул на верёвки, упавшие на пол, и почти виновато посмотрел, как Грей потер запястья, но всё ещё оставался слегка холодным, — я не ожидал увидеть тебя, — более тихо продолжил он и почесал затылок, не замечая тени разочарованной улыбки на лице друга. — А я не ожидал от тебя, — горько усмехнулся парень в ответ и поднял голову. — Податься в разбойники в обмен на гильдию... — в голове мгновенно возникло множество вопросов, но главный из них пришлось озвучить: — Почему? — Ты знаешь. Не заставляй меня говорить об этом, — Нацу нахмурил широкий лоб и посмотрел на свои крепко сжатые кулаки. Вспоминать свои ошибки всегда очень неприятно. Бывает даже противно, когда ты понимаешь, что так и не смог их исправить. — Если не скажешь сам, тогда скажу я: потому что ты поступил, как последний трус и твердолобый баран. Но это половина беды... Зачем нужно было так опускаться? — Это не я опустился, это люди много болтают, потому что не понимают ничего и пытаются оправдать явное своими глупыми россказнями. За эти годы многое изменилось, — Драгнил сжал зубы и мельком посмотрел на шумных людей внизу: женщины, мужчины, парни и даже девушки. Это был теплый взгляд, без презрения, в то время как Грей смотрел на них всех как на дикарей. — Я не хочу слышать оправданий, но мне просто интересно знать, что ты скажешь спустя столько времени. И мне плевать, что за это желание меня возможно повесят на ближайшей ветке, — вовремя вспомнив не так давно увиденную картину, выпалил Фуллбастер. На самом деле хотелось кинуться в объятья, опять по-дружески вмазать этому недотёпе, чтобы тот понял все свои ошибки и не строил перед ним серьезного предводителя, но было нельзя. Только не после всего этого. — Во-первых, если ты в скорейшем времени окажешься на ближайшей ветке, то только после меня, а во-вторых, не думай, что я оставил гильдию ради этого забытого Королем Духов места. — Но ты ведь сбежал, ничего не сказав, черт возьми, никому! — Фуллбастеру казалось, что его друг либо придуривается, либо на ходу придумывает отговорки. Он с шипением вытер с лица остатки не успевшей свернуться крови и сморщился, посмотрев на собственный мгновенно покрасневший рукав. — Я сбежал от проблем, и я этого не отрицаю. Но откуда мне было знать, что долги пойдут за мной? Они начали меня преследовать, — Нацу всё ещё пытался сохранять спокойный тон в отличие от Грея, поскольку понимал, что в данном случае ему не удастся направить разговор в такое русло, чтобы потом оказаться невиновным в подобном развитии своей жизни. — И ты решил... — Фуллбастер медленно протянул последний слог, глядя куда-то в потолок и позволяя другу продолжить. — Просто уйти в лес. Туда, куда даже такие грозные ребята не будут совать свои носы... — То есть к головорезам, — как бы подытожил коротенькую эпопею парень, скрестив руки, и на выдохе обреченно кивнул, но по лицу Нацу было чётко видно, что его рассказ не совсем закончен, а эти слова заставляют его неприятно морщиться. — Мы не головорезы, Грей. «Убийцы Драконов» — это древнее мирное племя, которое живет в лесу уже несколько сотен лет. — А, теперь понятно, — саркастически протянул Фуллбастер, — значит, это у вас там музей восковых фигур на верёвках возле деревни, — никак не желая слушать друга, не упустил возможности припомнить он. — Это долгая история, но если ты готов выслушать... — Я готов выслушать, если после этого ты отпустишь меня и девушку, — тут же потребовал Грей, ловя секундное замешательство на лице парня. Мало того, что его интересовало, какими судьбами его бывший согильдеец оказался в лесу Духов, теперь к этому добавилось ещё и любопытство по поводу той цыганки. — Это меньшее, что я могу сделать. Пошли, у нас не так много времени, — кивнул Нацу и быстрыми шагами вернулся на свой импровизированный трон, кивком приглашая сеть и Фуллбастера. Когда тёмно-синие глаза с интересом устремились прямо на предводителя, тот прочистил горло и выставил перед собой руки, скрестив их в замок. — Я знаю, что ты не веришь в магию вне звёздной пыли, но просто попытайся мне поверить и... по возможности, не смеяться, — на выдохе начал Драгнил. — Помнишь сказку про войну, которую Макао любил рассказывать Ромео будучи немного под градусом? — спросил он, ожидая очередного смешка, но в ответ лишь серьёзно кивнули. — В современных сборниках там упоминаются якобы храбрые рыцари, которые спасли Фиор от нашествия драконов, но на самом деле никаких рыцарей там не было. Ими оказались обыкновенные жители лесов, у которых была особая магия. И когда война завершилась, их племя стали называть «Убийцы Драконов». — Ну и где тут связь с тем, что люди говорят сейчас? — задал вполне логичный вопрос Грей, прекрасно понимая, что с теми «Убийцами Драконов» у нынешних нет ничего общего, кроме места проживания. А самое главное — каким боком тут сам Драгнил? — Сейчас ситуация немного изменилась... ну, как немного. Когда войны стали не нужны, их магия понемногу начала угасать, а последующим поколениям оставалась лишь малая часть от былой мощи. А когда началось массовое гонение магов и обвинение их в службе нечистой силе, племя вообще загнали вглубь леса Духов, потому что у некоторых еще оставалась сила убийц драконов. Каждый раз на них нападали, пытались искоренить, и в итоге пришлось заработать себе вот такую репутацию. Для странников и местных зевак мы жестокие убийцы, живодёры и вообще к нам лучше не приближаться — очередные сказки жителей ближайшей деревни. Видимо, стало некем детишек пугать, вот и взялись за нас, — Нацу пожал плечами, и после собирательного понятия «нас» Фуллбастер уже точно понял, что его друг причисляет себя к части остатков былого могучего племени. — Мы ставили ловушки и охотились, чтобы прокормиться, потому что в этой глуши мало что растёт, но иногда получалось и так, что некоторые местные храбрецы-болваны попадались в капканы... Ну, мы и повесили их по периметру, чтобы зря не болтались: хоронить-то негде — везде топь, земли нет, плюс ко всему ещё и дополнительное орудие устрашения, — подвел черту Драгнил, хотя и не смягчил таким образом раннее впечатление Грея об этих людях, но главный вопрос оставался неизменным. — Знаешь, это вроде бы похоже на правду, но как ты понял, что ты один из них? — всё ещё думая, что тут какая-то ошибка, неуверенно проговорил Фуллбастер. — Я не знал... Это была случайность. Когда я сбежал в Харгеон, я не догадывался, почему местные не ходят в лес — думал, боятся озера и духов. Это была идеальная возможность скрыться, поэтому я просто шел вперёд и в итоге попался в ловушку. Мне повезло, что это была всего лишь яма для кабана, а не растяжка — получился небольшой вывих. Потом меня нашли эти парни, которые поймали вас — Стинг и Роуг — и отвели сюда... — скомкано закончил Драгнил, посмотрев сквозь друга куда-то в прошлое, будто прокручивая перед собой старые картинки. — И всё вот так просто? — скептически нахмурился Грей, не понимая, как тогда можно за столь короткое время оказаться почти на вершине, но Нацу почему-то начал уходить в совершенно другое направление. — Помнишь, я говорил, что мать воспитывала меня одна? — без желания объяснять продолжил парень, зная, что его друг помнит это наверняка. После ухода Драгнила Фуллбастеру еще долго пришлось присматривать за этой женщиной, потому что она постоянно бредила одной фразой: «он нашел моего сына». Тогда этим явлением все пренебрегали, и, как выяснилось позже, зря. — Она сказала, что мой отец умер от неизлечимой болезни в моём младенчестве, но в итоге я встретил его здесь, встретил Игнила. Я никогда никому не говорил о нем. Он был предводителем племени, поэтому меня привели к нему, как и вас ко мне, чтобы решить, что делать дальше, но без всяких промедлений — они сразу узнали во мне потомка убийц драконов. Меня выдали глаза. Помнишь, ты постоянно говорил, что у меня глаза становятся, как у ящерицы, когда я злюсь? — он усмехнулся, припомнив, что ему говорили о сумасшествии и нечистом духе. — Это оказалось самым первым отличительным признаком племени. Тогда я вообще не догадывался об их существовании и не знал о своей родне почти ничего, поэтому сначала трудно было поверить, но затем отец показал мне мою силу, мою магию, — Нацу приостановился и задумался над тем, как бы корректнее преподнести шокирующую информацию Грею, который на протяжении всей своей жизни считал магов вымыслом и сам активно пропагандировал свою позицию поддерживающему его другу. — Нашими предками были огненные убийцы драконов из династии вождей. Я, черт возьми, мог спалить что угодно и не знал об этом всю жизнь, но, когда Игнил умер, его место пришлось занять мне. Знаю, звучит безумно, но это так. Это так же нереально, как для меня сейчас осознавать, что ты здесь. Я боялся встретить кого-то из гильдии, я вообще боялся своей силы и выходить в люди, поэтому решил, что так будет лучше, — затих Драгнил и посмотрел на Фуллбастера. Тот, казалось, вообще ушёл в астральный мир и просто пытался переварить всё то, что было огромной кучей вывалено на и без того потрясённый последними событиями организм. Нацу был прав — для Грея это оказалось полным сумасшествием, какой-то ошибкой, вымыслом или очередной сказкой друга. Он действительно слушал всё это, как выдуманную историю, которую мама читала перед сном, и не мог поверить. — Ты прав, это безумие, — наконец усмехнулся Фуллбастер и посмотрел на напряжённого Драгнила, который даже не подозревал, чем всё это закончится. — Тебе нужны доказательства? — Для убедительности да, но я тебе и так верю. Это удивительно, но я верю, — закивал Грей, хотя и осознавал, что эта мысль еще долго не уляжется в его голове. Возможно, если бы он благодаря Люси понемногу не начал убеждаться в существовании такой вещи, как волшебство (в частности то, которое помогло ему не попасть в руки настоящих убийц), всё бы выглядело немного иначе, но теперь шокирующее, слава Богу, уже не казалось таким неземным и нереальным. Правда, среди восторга и капли недоверия плавала еще и грусть, ведь Фуллбастер понимал, что Нацу уже больше никогда не вернётся в гильдию и эта встреча, возможно, будет последней. Вряд ли во второй раз ему дадут такую поблажку, ограничившись предупреждением. — Знаешь, я был зол на тебя, точнее я до сих пор злюсь, но почему-то не удивлен... Все это звучит действительно странно, но только не то, что в эту историю попал ты, — невесело усмехнулся Фуллбастер, и его улыбка тут же передалась парню напротив, так как тот уже понял, к чему все это движется. — Ты всегда находил столько приключений, что я уже не знаю, кем будут твои предки через десять лет. Может, викингами? — уже засмеялся он, понимая, что всё-таки действительно скучал и ему не хочется никуда уходить без Драгнила. Все эти истории были уже вторым планом по сравнению с этой встречей, которая, он думал, уже никогда не произойдет. — Да ты, я смотрю, не совсем сильно от меня отстал, — посмотрев на видок Грея, добавил Нацу. — Уж куда-куда, а сюда тебя занести не должно было. — Я бы сам не додумался, это все моя спутница непутевая и... гильдия, — вздохнул с долей негодования парень и сразу заметил, как новоиспеченный вождь напрягся при очередном упоминании Хвоста Феи. — Все скучают по тебе, — констатировал он уже более тихо, но взгляда не отвел. — Я не вернусь, Грей, — помотал головой Драгнил, став мрачнее тучи и не ожидая, что сказать эти слова одному из тех, кто был не последним человеком в твоей жизни, будет намного труднее, чем казалось три года назад. Он думал, что чувства по поводу недостатка друзей и знакомых дома всё-таки огрубели, воспоминания приобрели более тусклые оттенки, но оказалось, что лишь отчасти. — Я и не надеялся, — признался Фуллбастер, делая вывод, что его рассуждения всё-таки оказались верными. Если всё это действительно правда, куда сейчас пойдет Драгнил? О какой свободе может быть речь? — Просто хотел узнать по поводу гильдии. Мне сказать им правду? — Не думаю, что это будет хорошая идея, хотя я уже не забочусь о своем добром имени... Того, что я жив, будет достаточно? — Достаточно, — согласно кивнул Грей, хотя уже предвидел тут кучу торговцев, которая накинется на него с вопросами. — Но как же твоя... — Матери расскажи правду. Я знаю, что она сбежала из деревни на окраине, потому что не хотела, чтобы я рос изгоем, но только пусть не винит себя, — добавил Нацу, хмурясь от того, в какое положение поставил всех, но все-таки надеясь на понимание друга, и тот коротко кивнул в знак согласия. В конце концов, когда дело касалось слишком личного, Фуллбастер умел молча вникать и не задавать лишних вопросов. Это был один из тех случаев. Да, был соблазн вправить мозги и сделать все по-своему, но понимание того, что это не его жизнь, возвращало в реальность. — И да, как там Лисс? — неуверенно и будто не придавая значения этому вопросу, проговорил он, но услышать ответ, казалось... боялся? Тем не менее Грей ждал этого вопроса, уже теряя последнюю надежду на его оглашение. Лисс, Анна, Лисичка... Какие только уменьшительно-ласкательные прозвища Драгнил не давал юной Лисанне Штраус, питавшей к нему необычайно искренние чувства. Эта милая маленькая девушка, которая была так похожа на свою сестру и старалась во всём ей подражать, была чуть ли не его главным сокровищем, и этому самому сокровищу шёл всего лишь семнадцатый год, когда Нацу пропал из гильдии. Увидел бы он её сейчас, возможно, не поверил бы и застыл на месте, поскольку девушка была хорошенькой по мнению чуть ли не всей Магнолии. Возможно, из-за этого Штраус старшая так боялась отпускать её на праздники и прогулки без брата, даже когда той стукнуло больше восемнадцати. Раньше честь сопровождать Лисс перепадала самому Нацу, но времена опять-таки, как говорится, меняются... И как бы Мираджейн не распалялась по поводу того, что её сестричка ещё слишком мала для разгорячённого и ветреного Драгнила, его пропажа стала ещё большим ударом для Штраусов, поскольку Лисанна до сих пор иногда впадала в какую-то меланхолию по вечерам, хотя в гильдии старалась быть всё тем же светлым лучиком с тёплой улыбкой... — Она скучает за всех нас. Просто знай, — ответил Грей, и ему казалось, что этого достаточно, чтобы Нацу понял — ничего не прошло и вряд ли правды о нём девушке хватит для восстановления сил на поиски чего-то, что бы заполнило пустоту, образовавшуюся совсем не по её вине. Наверно, Драгнил ожидал другого, и это просматривалась по его отстранённому от мира лицу. Он надеялся, что прежнее позади, но оказалось наоборот. Будь у его возлюбленной кто-то другой, было бы проще забыть то самое лицо. Тот лик, который теперь только крепче засядет в его голове и уже никогда не постареет, так и оставшись вечно молодым и въевшись в изрисованный холст памяти прошлого теперь уже всего лишь слегка расплывчатым наброском. Но это было не то время, чтобы начать разбираться в себе. — Мне кажется, я теперь многого не знаю о гильдии, — задумчиво протянул Драгнил, языком жестов активно пытаясь донести до парня, что они не обязательно должны развивать эту тему, — и о тебе, — он медленно разжал кулак под столом и положил перед Греем ту самую цепочку, которая была так бесцеремонно сорвана им с шеи Люси. Без сомнения, эти маленькие симпатичные ключики принадлежали именно ей. На этом шаге Фуллбастер уже точно понял, что теперь выводить на объяснения начали уже его. — Не думаю, что после твоей эпопеи мой рассказ будет таким же интересным, к тому же нечего тут рассказывать, — он аккуратно пододвинул украшение к себе, зная, что эта на первый взгляд обычная драгоценность всё-таки несёт какой-то смысл для Хартфилии, и не забыл о тех рубинах, валяющихся на полу, которые тоже явно не являлись украшением для пола. Увы, его слова о простенькой судьбе для Драгнила прозвучали не слишком убедительно, поэтому тот недовольно скрестил руки перед грудью и откинулся на спинку кресла. Пришлось сдаться, ибо его нахождение за сотни километров от Магнолии вряд ли можно было объяснить чем-то на подобии «шёл — споткнулся — очнулся в лесу». И Нацу активно начал пользоваться этим шансом задать Грею парочку интересующих его вопросов о том мире не в лесу и его, Фуллбастера, нелёгкой судьбе. Что-то подсказывало Драгнилу, что до тех пор, пока он не решит свою дальнейшую судьбу, стоит на всякий случай запастись позитивными вестями из гильдии. Ведь обязательство быть вождем не освобождает от чувства тоски по любимым и друзьям... *** Люси не обратила никакого внимания на возню за дверью всё того же сарая, так как в неё уже давно скребли те странные кошки, которые постоянно вертелись рядом с людьми, важно виляя хвостами из стороны в сторону. Как ни странно, но её мысли больше занимала судьба Грея. Возможно, она бы соврала, сказав, что не считает его дураком, потому что у Фуллбастера, в отличие от неё самой, была карта на руках, а там красным по зеленому был нарисован знак перечеркнутого черепа. Такой поступок казался ей натуральным самоубийством, но в то же время вызывал крохотное чувство благодарности. Вряд ли кто-либо из тех людей, которых Хартфилия встречала ранее в своей жизни, был способен на такое, но девушка была уверена, что Фуллбастер шёл вовсе не за ней... Что ж, как бы там ни было, Люси с ужасом осознавала, что теперь это самое не достанется ни одному из них двоих — плюс маленький бонус в виде наказания от обитателей этой топи со страшной репутацией... Так Хартфилия думала до тех пор, пока полоска света, проникшая в сарай через открывшуюся дверь не перекрылась длинной тенью Грея, который без слов и с каменным лицом помог ей подняться с соломы. После этого Люси официально перестала понимать что-либо, также молча глядя на то, как слегка туповатый нож разрезает волокна прочного каната, делая из него горку верёвок на полу, уже непригодную для пленения кого-либо. Было бы неплохо додуматься бежать и от него, и от этого странного места, но спокойствие удава и даже некая печаль освободителя в кое-то веки подкупили цыганку. — Что это значит? Что случилось? Где все? — начала осыпать его спину вопросами девушка, чуть не забыв, сколько неприятностей доставила Фуллбастеру, и тут же удивилась, почему он вообще пришёл за ней. Да и как ему удалось выбраться? Дипломатические переговоры? Голова буквально пухла от неизвестности, но парень расставил приоритеты иначе. — Потом поговорим. Сначала доберёмся до озера, а потом я тебе устрою допрос с пристрастием, — шепотом проинформировал он, шикнув и спрятав нож в кармане взявшейся из ниоткуда тряпичной сумки. Свою собственную, со всеми её нетронутыми вещами, Люси нашла возле выхода. Как и ожидалось, парень уже забрал обе карты себе, чтобы у неё не возникало соблазна воспользоваться ими в своих целях. — Кстати, это тоже пока побудет у меня, — Грей показательно покрутил перед носом гадалки её черную жемчужину, тем самым намекая на недавний побег Хартфилии, доставивший им обоим множество, мягко говоря, неудобств. Правда, когда Фуллбастер направился к огромному подвесному мосту, ведущему на платформу с лестницей вниз, Люси не сдвинулась ни на миллиметр, таким образом требуя объяснений и не понимая, что каждая минута может быть на счету. К сожалению, ограниченное время, данное Драгнилом на побег в сопровождении его проверенного проводника, который должен был ждать обоих внизу, не позволяло выяснять отношения, поэтому Грей схватил девушку за запястье и потянул за собой, вполне ожидаемо наткнувшись на активное сопротивления. — Да что тебе от меня нужно? Они забрали их, — уже шепотом прокряхтела Люси, проклиная всех и вся, но справиться с его силой так и не смогла. — Что забрали? — нахмурился Фуллбастер, оглядываясь по сторонам в поисках подозрительных личностей, но вдруг вспомнил о цепочке, которая была щедро отдана ему Нацу. Он точно не знал, имела ли она под понятием «их» ключи, тем не менее отдать всё-таки стоило. — Ах, да, чуть не забыл, — не отпуская девичью руку, он порылся в кармане и вложил в грязную от пола ладонь Хартфилии сначала брякнувшую горстку угловатых рубинов, которые ранее рассыпались под столом, а затем и золотое украшение с одним вылетевшим звеном, зато с оставшейся на месте застёжкой. И если бы в этот момент Грея попросили описать лицо Люси, он бы наверно затруднился это сделать, потому что такого удивления он не видел наверно ещё никогда. — Но... — протянула она заторможено, подняв растерянный взгляд на Фуллбастера, и вдруг отшатнулась назад от испуга. Как парень понял секундой позже, причина такой реакции находилась прямо за его спиной. Отыграв тот же самый скачок неожиданности после поворота на сто восемьдесят градусов, он ошеломлённо уставился на длинноволосую девчушку, сидящую на ветке головой вниз и недовольно посматривающую на них обоих. Её темно-синие хвосты смешно болтались в воздухе почти перед носом Грея, а большие глаза в ожидании уставились на них обоих. Не услышав ни слова, юная особа наконец произнесла: — Я вас совсем заждалась. Вечерний сбор скоро закончится, так что не стоит сильно задерживаться, а поскорее бежать отсюда. Девчушка ловко сделала кувырок в воздухе, отпустила качнувшуюся ветку, распрощавшуюся с парой-тройкой листьев, и спрыгнула вниз, как пушинка приземлившись на обе ноги. Следом за ней из ниоткуда появилась и какая-то пушистая кошка с белоснежной шерстью, которая важно уселась возле её ног, снисходительно посмотрев на незваных гостей. Нездоровый интерес этих людей к кошкам уже начинал немного смущать и без того запутавшуюся Люси. Рост акробатки оказался настолько маленьким, что Фуллбастеру пришлось слегка отойти назад, чтобы рассмотреть её полностью: на лбу бандана, ноги в высоких сапожках, руки в потертых перчатках, а на поясе от штанов из грубой ткани — маленькая сумочка под компас и чехол от складного ножика. Парню было трудно поверить, что Нацу послал ему на помощь именно эту ловкачку, которая по бойкости напоминала ему Ромео, тем не менее прокашлялся, чтобы поинтересоваться... — Венди? — попытался вспомнить имя юной проводницы Грей, вопросительно приподнимая бровь, и та ответила ему довольно уверенным кивком. — Именно так, Венди Марвел. А вы Люси и Грей, — больше утвердила она, окинув обоих оценивающим взглядом, и недовольно покосилась на длинную цветастую юбку блондинки, совершенно не удивившись, почему она стала такой лёгкой добычей для стражников границ. Фуллбастер на её фоне был просто партизаном из королевской армии. — Ты отведешь нас к озеру? — на всякий случай неуверенно уточнил парень. — Именно так, — опять подтвердила Венди, — и советую пойти прямо сейчас. Если нас поймают, то каждому достанется с лихвой, — последние слова она произнесла, оглядываясь по сторонам. Впрочем, и Люси, и Грей решили не испытывать судьбу, а воспользоваться советом и направились прямиком за своей проводницей. Хартфилию заставили идти прямо перед Фуллбастером, поскольку опыт показал, что она имеет тенденции к пропаданию без выполнения обязательств, когда за ней прекращается пристальная слежка. — Что происходит? — оглянувшись через плечо, спросила девушка, когда вся крадущаяся тройка успешно спустилась на землю. Венди тут же начала ловко прыгать по камням и кочкам, минуя воду, а вот у остальных участников спасательной экспедиции перемещение вне влаги проходило с переменным успехом. Например, Грей в очередной раз промочил сапоги, когда отвлёкся на заданный вопрос и наступил мимо пенька, спутав широкий лист кувшинки, вокруг которого рос тростник, с возвышенностью. — Сейчас мы выбираемся из этого болота. И к тому моменту, когда у нас это получиться, у тебя уже должна быть придумана уважительная причина, почему ты вдруг решила собрать все свои вещички и отправиться в лес — а лучше две, — освобождая сапог от водорослей, раздражённо проговорил Фуллбастер и кивком сделал знак, чтобы она шла дальше и не задавала посторонних вопросов, не касающихся дороги. Честно говоря, Грею было слегка страшновато двигаться прямо за этой девчушкой, которая беззаботно шагала по какому-то виляющему маршруту и с полной уверенностью в том, что пушистый питомец её слушает, говорила своей кошке что-то увлекательное. Фуллбастер не знал, как Венди удавалось миновать все ловушки, которые они проходили, без особых усилий, ведь ему понадобилось для этого около двух часов. Видимо, говоря, что все маги его племени обладают очень развитыми органами чувств, Драгнил имел в виду именно невероятную способность без усилий определять источник опасности и ту же его миновать. Фуллбастера бы даже одолела зависть, если бы он не вспомнил, что эти способности загнали его друга вглубь одного из самых жутких лесов Фиора. Когда же полоса ловушек наконец-то подошла к своему концу, Грей осмелился поспрашивать Марвел о всякой всячине, на что та давала вполне конкретные ответы и не забыла упомянуть, что при другом раскладе вряд ли бы кто-либо разглашал такую информацию. Особенно трепетным оказалось отношение убийц драконов к их ближайшим соседям, живущим на деревьях — иксидам. Сначала ни Фуллбастер, ни Хартфили не могли понять, о каких крылатых существах, помогающих им собирать плоды деревьев с самых верхушек, где было достаточно солнца, вещала Венди. Но ответ вилял своим хвостом буквально у них перед носом. Своего гордого питомца проводница представила как Шарли и подчеркнула, что убийце драконов, который не имеет такого зверька, довольно трудно существовать в их деревне. Некоторая деятельность требует постоянных спусков на землю, а лестница во всей деревне существует лишь одна. С одной стороны, неудобно, но с другой — так им проще защищаться от отрядов королевской армии, которая периодически пытается стереть их поселение с лица земли. Эта информация, казалось, испортила настроение Грея ещё больше... За такими незамысловатыми разговорами прошел весь путь. Напоследок Венди настоятельно порекомендовала Люси приобрести менее броскую одежду во время её следующего визита в лес, но Хартфилия решила отложить этот поход на как можно более длительный срок. По крайней мере без Фуллбастера она туда точно соваться не собиралась. Доведя непутёвых путешественников до самого озера, где нетронутой лежала добрая часть вещей Грея, Марвел раскланялась, пожелала удачи, с опаской посмотрела на то, как к чаще начал подбираться поздний вечер, а затем с поразительной лёгкостью поднялась по сучьям на дерево и затерялась в верхушках сосен, попутно скидывая вниз распустившиеся шишки. Буквально через минуту был слышен лишь шум от скромного ветра, шевелящего зелёные иголки на коротких ветках. Только посмотрев на кусочек неба, где играли последние лучи солнца, Фуллбастер понял, что за этим приключением они потеряли почти целый день пути. Устало рухнув на поваленный ствол дерева, рядом с которым он еще в обед оставил свой инвентарь и немного сухих веток, Грей посмотрел на Люси укоризненным взглядом и начал молча разводить костер. После этого Хартфилия поняла, что сегодня они уже никуда не двинутся и парень на полном серьёзе решил заночевать в лесу. Впрочем, она спорить не стала, стараясь лишь не путаться под ногами... Какое-то непонятное выражение на её лице отдаленно напоминало стыд. Еще бы: Фуллбастер оказался довольно редким экземпляром среди людей — он либо был слишком уверен в своей интуиции и внутреннем чутье, либо действительно был настолько добр, чтобы дать второй шанс. Вскоре с источником тепла было наконец-то покончено; Грей вскипятил в котелке воду, а когда притащил немного разрубленных им же поленьев, Люси уже предложила ему кружку травяного чая, перед этим показательно попробовав немного. Так как пойманная им рыба уже успела превратиться в угольки, их ужин был донельзя скромным: немного печёной и, к счастью, солёной картошки, чёрный хлеб и в качестве сладкого утешения к чаю без сахара — ломтик вкусной халвы, который Фуллбастер купил на вечерней ярмарке в городе. Он не задавал никаких вопросов — просто ждал, когда Люси наконец-то немного придет в себя. Она непривычно тихо сидела возле костра в своей теплой длинной накидке, которую недавно вытащила из своих закромов, и отогревалась чаем. Когда же с трапезой было покончено, Грей наконец-то решился. — Спасибо, — вдруг произнесла Хартфилия и отставила пустую ёмкость в сторону, глядя на строгающего какую-то палку Грея сквозь развивающиеся язычки пламени. — Я не знаю, почему ты так поступил, но я благодарна, — тот сначала удивленно посмотрел на девушку, а потом продолжил своё занятие уже с улыбкой: буквально недавно она говорила, что он дурак. Что ж, прогресс налицо. — Всегда пожалуйста. Будем считать, что твоя жемчужина удачи работает и нам действительно повезло — их вождь оказался мои другом, — наконец, развеял все недопонимания Фуллбастер и отложил наточенную палку в сторону. — Ну и друзья у тебя, — в своей манере отозвалась Люси, немного вздрогнув, и оглянулась за спину, когда из чащи послышался чей-то протяжный вой. Парень же оставался на удивление спокойным. — Сам был в шоке. Вчера товарищ по работе, а сегодня уже вождь древнего племени, — саркастически прокомментировал своё негодование он и аккуратно убрал нож в чехол, предварительно вытерев его о грубую ткань черных штанов. На самом же деле за усмешкой скорее крылась безграничная печаль, нежели пренебрежение. — Впрочем, если бы не ты, кто знает, возможно, я бы никогда этого не узнал, — добавил он, на середине предложения прикончив свой заслуженный кусочек халвы, и расправился с остатками чая. — Осталось только понять, чем я тебе так не угодил, — подвел к основной теме парень и выжидающе посмотрел на Хартфилию. Её настрой было понять довольно легко: особенно скрещенные руки и сгорбившаяся спина выдавали нежелание что-либо говорить. — Я бы с радостью, но сама до сих пор не понимаю некоторых вещей. Почему ты шел следом, зная, что это опасно? — спросила Люси, и этот вопрос заставил его выпасть в осадок и задуматься. — На моем месте так поступил бы каждый, кто понимает свои приоритеты. Ты в первую очередь человек, а уже потом — та, которая чуть не обвела меня вокруг пальца, — нахмурился Фуллбастер, считая, что это очевидно, но у девушки, видимо, были другие соображения на этот счёт. Похоже, такое признание повергло её в шок. — То есть, всё так просто? — О нет, — усмехнулся Грей, разминая затёкшие пальцы, — ты бы знала, чего мне стоило не повернуть обратно. Тогда я еще не знал, что все обойдется относительно хорошо, так что твоё счастье. — Прости, я ошиблась в тебе, — Люси в очередной раз потупила взгляд в костер, желая, чтобы в нем сгорели все эмоции, гуляющие по её лицу. Отчего же ей было стыдно? — Может, я и не произвожу впечатление идеального попутчика из твоих грез о романтическом путешествии, но я хотя бы пытался быть терпеливым, — он неловко почесал лоб, хмыкнув, и вдруг понял, что недостаточно хорошо старался. — У тебя получилось, не сомневайся. Просто сегодня утром ты... — Хартфилия замялась, посмотрев на разорванную цепочку в своей руке, и резко замолчала, будто взвешивая причины «за» и «против» объяснения её странного поведения. — Ты всё не так поняла, — не дожидаясь ответа, вздохнул парень, но тем не менее всё еще искренне не понимал, для чего нужно было так неожиданно пропадать. Хотя Грей вполне логично предположил, что к таким сложным вещам, как выяснение сложившейся ситуации, Хартфилия была просто не готова из-за шока, поэтому при первом признаке опасности решила в очередной раз не испытывать судьбу и отойти от греха подальше. — Боюсь, мы думаем о разном, — поспешила поправить девушка. — Ещё утром я думала, что знаю, кто ты, поэтому сбежала, но сейчас я не понимаю ничего. Ты запутал меня своим поведением, — помотала головой она. Впрочем, состояние Грея было идентичным: он как час назад не понимал, почему ей в голову взбрело покинуть его в такой ответственный момент, так и сейчас не понимал — даже больше неё запутался. — Хочешь сказать, до этого утра ты не знала про меня ничего? — усмехнулся он, вспоминая и её поразительно точные гадания по руке, и ту информацию, которую он сам о себе рассказал. — То, что я принимала за знание, оказалось лишь вымыслом. Думаю, ты удивишься, если я скажу, что ещё пару часов назад я считала тебя приспешником банды пиратов-золотоискателей, — усмехнулась цыганка, и поднявшиеся брови парня по ту сторону от костра подтвердили правдивость её предположений. Теперь пазлы в его голове начали приобретать очертания. До разгадки было очень далеко, но теперь он хотя бы сумел сложить несколько кусочков вместе: пираты, золотые ключи, побег... Но с другой стороны, что-то всё ещё нагло пряталось в тени. — Это началось давно. Ты сказал, что идёшь на задание и что заказчик сам назвал меня. Уже подозрительно, не находишь? Будто вы оба что-то обо мне знали. К тому же утром у тебя в руках были мои ключи, ты смотрел на них вчера во время ужина, когда я спала, когда ты встретил меня впервые... Но вместо того, чтобы забрать цепочку себе, ты спас меня и вернул ключи. Выходит, ты даже не знаешь, с чем имеешь дело и тебе это неинтересно. Но так ли это? Кто ты, Грей Фуллбастер? — тихо сказала девушка и даже наклонилась вперед, желая узнать правду, которая, как оказалось, мучила её уже давно. Но его всё еще напрягал её угрожающий тон, на который она перешла настолько незаметно, что он даже не успел понять, когда начался допрос. Одно Грей понял точно: делая такие выводы, Люси точно знает, что является мишенью для пиратов. На самом деле золотоискатели были вовсе никакими не пиратами, а продавцами обычной звездной пыли и порой грешили волшебными зельями, запрещёнными в продаже. Эти ребята хоть и были весьма жуткой компанией, но заявляли о себе крайне редко и лишь тогда, когда наградой служила какая-нибудь волшебная вещица. Но неужели их интересуют всего лишь ключи? — Знаешь, — Грею почему-то стало смешно, — с того дня, как я сказал, что я обычный торговец из гильдии, ничего не изменилось. Ты можешь мне доверять… или хотя бы попытаться. — Выходит, то, что в Харгеоне ты купил золотую пыль у золотоискателя, — обычное совпадение? — прищурилась цыганка. — Видимо, да. И всё остальное, что ты себе придумала, скорее всего тоже. Но, постой… откуда ты знаешь того продавца? — вдруг нахмурился Фуллбастер и настороженно метнулся в её сторону. — Он был в числе тех, кто… скажем так, преследовал меня недавно. Зачем, по-твоему, я убежала тогда? — усмехнулась Хартфилия, и Грей понял, что в тот вечер она всё-таки соврала ему насчет беспокойства. — Вы полны сюрпризов, леди. Может, я чего-то не знаю и никакая ты не гадалка? Иначе зачем? — он вопросительно кивнул на обычную, но видимо чем-то полезную вещицу. — Это долго объяснять… — отмахнулась Люси, явно не желая дальше развивать эту тему. — Все-таки не доверяешь мне, — приподняв голову, сказал самому себе Грей и сложил руки в замок, отвернувшись от колющего огненного тепла. Пепельный дым поднимался высоко в небо и уносил за собой частички сгоревшего дерева. — Доверяю, — наперекор ожиданиям сказала девушка,— теперь доверяю, — уже более тихо добавила она. — Даже не собираешься сбегать? — закрыв на несколько секунд заслезившиеся от дыма глаза, с усмешкой поинтересовался он, но Хартфилия лишь застенчиво, что было странно, покрутила головой. Фуллбастер надеялся, что она вынесла урок, но и сам не собирался считать ворон. — Знаешь, если у нас будет немного времени в Клевере перед отправлением поезда, я отведу тебя в королевскую библиотеку… и ты многое поймешь, — серьезным тоном сказала Люси. — Что-то покажется тебе абсурдным, но отнесись с пониманием. Это очень важно Грей, и это касается не только меня, но и... более высокопоставленных личностей, — на последних словах она совсем перешла на шепот. Но Фуллбастеру было действительно сложно поверить, что она может быть каким-то непостижимым образом связана с баронами или даже королевским домом. — Тебе опасно находиться рядом со мной, но теперь я вижу тебя насквозь. Ты доказал свою… порядочность, если можно так выразиться. Человек слова, чести. Ты даже не представляешь, каким сокровищем считают тебя товарищи, — она отвлеклась на очередной вой в глубине чащи, совсем некстати добавивший атмосфере еще больше мистики, и посмотрела на мгновенно напрягшегося парня. — Ты должен поклясться, что не скажешь ни слова. — Чтобы что-то рассказать, нужно что-то знать. Но если это так важно, то еще опасней будет оставлять тебе одну. Зачем ты подвергла себя такому риску? — Я не выбирала свою судьбу и не прошу кого-то разделить её со мной, поэтому лучше быть одной, — она отвернулась и обняла себя за плечи, вздрогнув от подувшего ветра. Яркое пламя тихо всколыхнулось, и Грей кинул на растерзание горячим языкам еще одно полено. — Что ж, конечно, хорошо, что всё выяснилось до того, как ты решила извести меня или даже… убить, — неприятно поморщился Грей, — но теперь ты согласна помочь мне по-настоящему? Мы ведь идём в правильном направлении? —Ты уверен, что хочешь подвергать себя опасности, вот так просто разгуливая со мной по всему Фиору? — темно-карие глаза метнулись к лицу Фуллбастера, на котором беспорядочно колыхались тени. Оказалось, они оба пристально следили друг за другом. — Я никогда не искал легких путей. А если трудная дорога является единственным из возможных вариантов, то у меня просто нет выбора. Я не привык сдаваться. — Что ж, тогда это будет единственным способом отблагодарить тебя за помощь, — девушка даже слегка улыбнулась, и этой улыбке почему-то хотелось верить. Если разгадка тайны требовала от Грея терпения и веры другим людям, он был готов и подождать, и довериться. В любом случае неудача — тоже результат. Одно он знал точно: третьего шанса уже не будет. Доверие доверием, но если все это окажется очередным спектаклем, который подхватит его чувства и заставит пойти на необдуманные поступки, ему придется распрощаться с девушкой. Конечно, это в лучшем случае, а в худшем — с жизнью… — Тогда отправляемся в Крокус завтра утром, — подытожил Фуллбастер, радуясь тому, что часть туго завязанного клубка всё-таки распуталась, и встал на ноги, опёршись руками на колени. Хотелось поскорее лечь спать и не думать ни о чем. Благо, буквально натягивающая веки усталость могла позволить уйти в царство снов без предварительных размышлений обо всём произошедшем. Впрочем, Люси тоже была не в том состоянии, чтобы выкинуть что-нибудь эдакое. — А сейчас пора спать. Я надеюсь, ночью не будет дождя… — Не будет, — уверенно кивнула в ответ его размышлениям гадалка, посмотрев на просветы неба. Он конечно мог ошибаться, но выглядело это так, будто сами звезды только что шепнули ей что-то на ухо о предстоящей ночи. Грей конечно не рассчитывал на ночевку в лесу, но все же не зря прихватил из Харгеона пыльцу. Некоторые особые её виды были смешаны специально для охотников: если пропитать ею дерево, костер может гореть довольно долго, а дым будет отпугивать лесных хищников и змей. Так Грей и поступил, после чего Люси в очередной раз удивилась его находчивости. Затем Фуллбастер достал свой двойной плащ с теплой подкладкой, откатил прогревшееся бревно, на котором сидел, и немного почесал лоб, думая, как бы исхитриться, чтобы спать было как можно теплее. К тому же Хартфилия располагала лишь своей тёплой, но довольно узкой накидкой, которая могла послужить разве что одеялом. Был вариант, но он мог не понравиться Люси, несмотря на то, что она привыкла к не очень хорошим условиям проживания. Впрочем, выбирать было не из чего. Быстро натаскав к костру вместе с девушкой большую кучу мягких упавших веточек с хвоей, к счастью, не протыкающей теплую прослойку, он развернул плащ, постелил его с той стороны от костра, где не было дыма, и проверил, не пропускают ли ветки холод от еле освещаемой солнцем земли. Тонкого брезента едва хватило, чтобы соорудить подобие палатки. С интересом наблюдающая за всем этим и порой даже помогающая Хартфилия лишь в очередной раз мысленно отметила его сообразительность. — Это, конечно, не кровать, но лучше так, чем почки отморозить, — кивнув на самодельную перину, чтобы Люси ложилась с теплого края, сказал Грей и сел с другой стороны, в очередной раз отставляя мокрые сапоги сушиться. После этого процесс подготовки ко сну проходил в полной тишине, нарушаемой разве что шумом сверчков возле обрыва рядом с озером, разговором ночных сов и треском костра. Грей смастерил из сумки подушку, Люси свернула под голову свой платок, прикрыв уши волосами, и оба улеглись спинами друг к другу в молчаливой задумчивости. — Эм, спокойной ночи? — в последний раз прислушиваясь к тихому шипению пыльцы в костре, тихо сказала Хартфилия. — Да, — заторможено ответил тот с незаконченной интонацией, упирая взгляд в брезент, — и если будет холодно… — То мы поменяемся местами, — не дав ему закончить, сказала Люси и еле слышно усмехнулась. Конечно, она поняла, что речь вовсе не о нём самом, но видимо решила показать, что о ней беспокоиться не стоит. — Хорошо, — улыбнулся Фуллбастер и, уже будучи одной ногой во сне, почувствовал, как девушка накинула на него вторую половину своей тёплой накидки...