Часть 9
18 марта 2017 г., 20:53
— Джерар, ваша история звучит крайне убедительно, поэтому и я, и Лаксус готовы помочь, к тому же Грей наш товарищ, но вы точно уверены в своих словах? Он человек небогатый, — с подозрением и сомнением неуверенно протягивала слова Эльза, глядя то на своего собеседника, буквально подпрыгивающего со стула от желания понестись во все четыре стороны, то на мастера и его внука, что-то бурно обсуждающих после того, как она сообщила им неприятный донос от их крайне странного заказчика.
— Не поймите меня неправильно. У его спутницы есть очень ценная вещь, куда более важная, чем чешуя русалки. И, поверьте, эти люди не станут идти на компромиссы и следовать принципам. Если понадобится, они могут пойти на крайние меры, капитан, — с нажимом объяснял Фернандес, действительно ощущая, что сейчас подорвётся с места и отправится вслед за пиратами в одиночку.
Скарлет со вздохом несколько раз постучала по столу кончиками пальцев, взвешивая все «за» и «против», и посмотрела на часы: корабль до Харгеона отправлялся в путь по морю через час. Возможность догнать преследователей, если они таковыми являлись, была крайне велика, и упускать такой шанс было бы глупо. Тем более пираты-золотоискатели совсем подпортили репутацию и её команде, и всей береговой охране в целом. Отсылать письмо через почту и передавать это дело охране Харгеона было крайне рискованно из-за поджимающего времени, потому не оставалось ничего, кроме как отправляться сейчас. Единственная причина, притупляющая её решительность, сидела как раз напротив и вела себя очень странно для незнакомца, волнующегося за чужого ему человека. На вопрос о том, отправится ли он в это путешествие вместе с ними, крайне нерешительно и от того ещё более странно прозвучал отрицательный ответ, поэтому Эльза заподозрила что-то весьма неладное… Тем не менее бездействовать было нельзя. Решение принято.
— У меня будет к вам одна просьба… Не могли бы вы кое-что передать той девушке?..
***
Надоедливый сильный ветер беспрепятственно гулял по склону зелёного, но совершенно голого и скупого на количество деревьев холма, отчего высокие травинки пугливо трепетали при каждом порыве и кланялись с трудом идущей вверх по тропинке лошади. Видимо, волосы Люси нравились ему не меньше, поэтому при каждом дуновении она нехотя пряталась за широкой спиной Грея, чтобы те не лезли в глаза, развиваясь в разные стороны. Дорога была не такая уж и длинная, но от непривычки к седлу оное место уже начинало побаливать, так что оба не могли дождаться, когда из-за холма наконец-то покажется долгожданная Звёздная река. Особенно это желание усиливалось, когда ветер пронизывал ткань одежды и поднимал на дыбы стайку неприятных мурашек, заставляя морщиться. И хотя от спины Фуллбастера приятно веяло успокаивающим теплом, этого было недостаточно для того, чтобы согреться. По сравнению с предыдущими днями погода заметно ухудшилась: солнце не поднималось с самого утра, а тяжко и муторно тянущиеся над головой тучи уже как бы намекали, что проливной дождик не за горами. Наконец, последний шаг навстречу цели был сделан, и Грей ненадолго остановил их уставшего помощника на самой верхней точке холма, глядя на обманчиво спокойное течение широкой реки. Вода предупреждающе посерела, наталкивая на мысли о приближающейся буре. Впрочем, ничего необычного в такой резкой перемене погодных настроений не было — перед восходом звезды сегодняшней ночью небо должно освободиться от лишнего груза. Это означало, что осталось всего лишь восемь дней полнолуния до того, как озёрные русалки вновь залягут на дно и не появятся на поверхности до следующего сбора урожая. Чувства Люси были противоречивы: с одной стороны, больше половины пути было пройдено, а с другой — оставшаяся его часть была полна сюрпризов, и потемневшая гладь реки, несмотря на свою завораживающую красоту, заставляла её со всей серьёзностью отнестись к предстоящему путешествию. Ведь Сумрачная земля была едва ли не потерянным местом. Там нет дорог и путей — одни тропинки, и те протоптаны не добрыми людьми, а коварными кикиморами, заманивающими на болота. От одного взгляда на расположившиеся у противоположного берега дремучие леса хотелось вернуться в старый добрый Бальзам и заснуть под тихое мелодичное бормотание вечно кого-то привораживающей Минервы… — Этот там, — закрываясь от ветра, Хартфилия указала пальцем на подножье холма, и Грей увидел возле берега небольшую деревянную хижинку, расположившуюся рядом с деревянным самодельным причалом. К нему были привязаны широкие плоты с крепкими палатками, которые качались на небольших волнах и сносились в сторону от сильного течения, но мостик был слишком крепок, чтобы деревянные сваи качались в разные стороны. Неподалёку пристроились средних размеров конюшня и каменный колодец с красивой крышей и флюгером в виде разноцветного петушка. Заметив на мостике собирающего всякую рыбацкую утварь человека, Фуллбастер тут же подстегнул лошадь, и все трое мигом оказались рядом с обрывистым берегом, предусмотрительно ограждённым высоким, но жиденьким заборчиком. Как выяснилось позже, уговорить до скрипа зубов спокойного паренька, заправляющего причалом, чтобы тот дал им в аренду один из плотов на ближайшее время, было сложнее, чем отсидеть весь путь досюда. Предложение переждать шторм, который мог бы и не начаться, если бы течение унесло их подальше от сгустка туч прямо сейчас, было воспринято Греем в штыки, потому что на подобных ситуациях они порой теряли день пути, а то и больше. Тем временем дело приближалось к трём часам дня, тучи сгущались и Фуллбастер понимал, что такими темпами они отправятся только под вечер, когда в этой местности точно пойдёт дождь, но объяснить данный факт крайне заботливому сторожу удалось разве что с третьего раза. — За сколько мы доберёмся до Золотых гор? — ёжась от холода, раздраженно спросил Грей и, стараясь держать равновесие на краю плота, закинул на него всё добро, которое было прихвачено из деревни. Люси всё это время стояла на высоком мостике и пристально смотрела на вершину холма, с которого они только что спустились, будто ожидая появления кого-то с противоположной его стороны. — Если такое течение продержится всю ночь, то утром уже будете там, — поглядывая на тучи из-под козырька из своей ладони, ответил хозяин. — Хотя я всё еще придерживаюсь мнения, что вам стоит переждать ветреную погоду. — Благодарим за беспокойство, но нам нужно торопиться. Люси? — позвал он, не глядя на девушку, но та, будто не услышав, промолчала и посильнее сжала в руке связку болтающихся на поясе ключей. — Люси, всё в порядке? — проследив за взглядом Хартфилии, осторожно поинтересовался Грей и хмуро осмотрел холм — пусто. Лишь ветер отчего-то гонял туда-сюда сорвавшиеся с земли травинки и качал их на воздухе. — Да, нужно торопиться, — нехотя оторвавшись от чего-то невидимого, но от того не менее интересного и беспокоящего, торопливо пролепетала она и подошла к противоположному краю моста. Плот, не внушая никакого доверия, чуть покачивался на волнах. Благо, на реке они по определению не могут перевернуть всю эту грузную конструкцию, иначе всем путешественникам прилично бы нездоровилось. Протянутая Греем рука была вежливо предложена Люси в качестве опоры, и та, впервые не став отказываться от помощи, сначала опёрлась на неё, а затем и на его плечо, от какого-то непонятного Фулбастеру страха даже вцепившись в рубашку, когда вода качнула плот и заставила девушку упереться в его мощный корпус. Хартфилия не боялась воды, но ей не нравился этот завывающий ветер, так и норовивший отправить их в другую сторону. — Думаю, тебе стоит сесть, — увидев её побледневшее лицо, посоветовал он и, поблагодарив человека на мостике, принялся развязывать удерживающий плот возле берега крепкий канат. — Надеюсь, ночью ветер утихнет, — пробормотал себе под нос он и, понимая, что сейчас течение отбросит их назад, быстро оттолкнулся от сваи. Внушительных размеров деревянное сооружение тут же было подхвачено рекой и мерно унесено к её центру, где течение, подгоняемое разбушевавшимся ветром, взяло бразды правления в свои руки и быстро понесло путешественников параллельно берегу. По обе стороны от него раскинулись очень редкие леса, состоящие из маленьких деревьев, настолько тонких, что эта хлипкая преграда не спасала от холодного потока воздуха. — Грей, — Люси отвлекла его от сворачивания каната и натягивания палатки и кивком указала вверх, чтобы он увидел низко плывущую над ними серую тучу. Что-то подсказывало, что дождя всё-таки не избежать, — нужно убрать все вещи и накрыть дрова, чтобы ничего не промокло. — Может, пронесёт? — Если бы ты чувствовал изменения в погоде так же резко, как и я, у тебя бы не оставалось сомнений, — усмехнулась девушка, и над их головами секунду спустя сначала мелькнула вспышка света, а уж потом крепко и уверенно прогремел каменный гром, обрушившись на ушные перепонки тяжелым булыжником. — Хорошо, вопросов нет, — протараторил Фуллбастер, видя, как в нескольких десятках метров от плота на водную гладь обрушивается плотная стена из дождевых капель, и вместе с сумкой юркнул в укрытие, по пути кое-как защитив от влаги криво колотые дрова. Что ж, об идее развести огонёк в специальном углублении на плоту для костра, чтобы немного согреться, можно забыть. Не прошло и минуты, как капли затарабанили по высокой крыше палатки, держащейся на довольно надёжном деревянном каркасе. Внутри неё могли спокойно поместиться три человека, если бы не несущая балка, которую пришлось подпереть стоящей прямо посередине доской. Деревянный пол этого мини-домика выглядел чистым, как и брезентовые стены, а сырость, на удивление, отсутствовала; расстояние до крыши в полтора метра беспрепятственно позволяло сидеть на коленях и удобно передвигаться. В углу Люси наткнулась на огромные рулоны, завёрнутые в ткань, которые в последствии оказались тёплыми подстилками с густой шерстю, чтобы ночью можно было спать. Впрочем, по сравнению с тем, чем им пришлось довольствоваться в лесу, это было довольно прилично. Конечно, напрягал сам факт нахождения этого небольшого сооружения на плавающем плоту, но попадания воды в него стоило опасаться в последнюю очередь из-за довольно грамотной конструкции. Единственный способ развести здесь сырость — запустить дождь, чего крайне не хотелось, поэтому Грей плотно задёрнул вход в палатку и придавил низ маленьким поленом. — У природы нет плохой погоды, — скорее с сарказмом сказал парень, зацепляя крючок маленькой керосиновой лампы за каркас и поджигая фитиль. — Сегодня природа не принадлежит сама себе, — поправила Люси, ненадолго зажмурившись от тусклого света, неровно улёгшегося на лицо Фуллбастера, — она под властью мира духов. Король хочет умыть Землю перед восходом звезды, — она тихо вздохнула, глядя на огонёк, как на маленькое солнце, которого сегодня так не хватало, и услышала со стороны Грея тихий смешок. — Никак не могу привыкнуть к тому, что все твои метафоры на самом деле имеют смысл, — поймав на себе вопросительный взгляд, улыбнулся он и потянулся к свёрнутым в колбаску подстилкам. — Это хорошо? — спросила девушка. — Ну, что они имеют смысл… — Не знаю, — он пожал плечами, делая жест, чтобы та на секунду приподнялась, и развернул два тёплых коврика по обе стороны от той доски в центре, которая подпирала каркас. — Я просто верю, что это так, и это убеждение помогает мне преодолевать мысль, что ты сумасшедшая предсказательница, помешавшаяся на легендах, — Фуллбастер театрально закатил глаза, а Люси засмеялась, лишь сейчас осознавая, насколько глупо её тирада могла выглядеть со стороны, если бы на его месте был кто-то другой, не такой добрый и понимающий... И с каких пор он стал таким в её глазах? — А если честно, то я чувствую тревогу. Никогда раньше не думал, что всё живое будет зависеть от жизни одного человека… И я даже не знаю, почему говорю об этом только сейчас. Наверно, требовалось время просто ужиться с этой мыслью. Кроме того, чем дольше я об этом думаю, тем больше людей становятся к этому причастными. Теперь мне даже страшно за… — Грей поднял глаза на Люси и встретил изучающий взгляд на себе, который выпытывал у него продолжение этой фразы, — за тебя. Он тяжело вздохнул, даже не зная, с какой интонацией должен был это произнести. Тревога, страх или усмешка, за которой скрывается провальная попытка скрыть настоящие эмоции? А может, всё вместе? Вообще, Фуллбастеру стоило беспокоиться за себя. Рядом с этой девушкой он становился обузой для тех людей, которые охотились за сокровищем. Но по какой-то непонятной причине даже угроза жизни не могла заставить его отказаться от задания и просто вернуться в безопасную для него гильдию. И в кое-то веки он понимал, что жажда приключений здесь играет второстепенную роль. Грей не мог бросить эту почти что девчушку снаружи и взрослую девушку внутри посреди Фиора, один на один с пиратами и угнетающими до слёз мыслями. Порой он даже корил себя за совестливость, но если уж он выбрал такую философию, то будет следовать её принципам даже тогда, когда она позовёт его в сумасшедший и смертельный вихрь событий. До конца. И только так. Чтобы не сожалеть об упущенном. Именно поэтому Фуллбастер думал не о том, как свернуть путешествие, а о том, как действовать дальше. Ну возьмёт он чешую, принесёт Джерару — а потом? Что произойдёт? И хотя Люси не просила ни о чём, исключая просьбу поверить, Грей не выкидывал из головы эту мысль о будущем, что было ему весьма не свойственно. А будет ли это будущее вообще? Почему же столько вопросов из-за одной девушки? А из-за девушки ли?.. Над Хартфилией повисло удивлённое молчание, и от этого ему становилось не по себе. — Ты не должен думать об этом, — как-то через силу выдавила Люси, понимая, какой вопрос его начал интересовать. Нет, совсем не это хотелось сказать. — Учитывая то, куда мы направляемся, с каждым километром я всё больше думаю о том, как быть и что может произойти там, на озере. И от этого никуда не деться. Иначе я не понимаю, зачем ты так старалась заставить меня поверить тебе. Чтобы я понял, насколько всё серьёзно. Так зачем ты продолжаешь идти дальше, зная, чем это может обернуться? — Фуллбастер сам не понял, как пришел к этому вопросу, но он не мог слепо представить, что причина кроется только в благодарности за спасение. Было не похоже, что этот вопрос застал девушку врасплох, хотя вполне возможно, что она просто умело это скрыла. — Никто не знает, как всё повернётся. Я даже не знаю, опасно это для меня или нет, и никогда об этом не задумывалась, потому что сначала всё было не так серьёзно, — вспоминая свой первоначальный, но далёкий от реальности план, вздохнула Люси. — Я ведь не собиралась вести тебя на Сумрачную землю, думая, что ты очередной пират, которого интересует только дорога к озеру и ключи. Просто мне показалось, что ты слишком предусмотрителен, чтобы действовать опрометчиво быстро, поэтому я решила оставить тебя в лесу Духов без своей карты и специально вела тебя кривыми путями… Сейчас мне за это стыдно, ведь, кто знает, какого бы было нам обоим, если бы у меня получилось и… — Теперь это неважно, — мягко оборвал Грей, намекая на то, что зацикливаться на этом не стоит. По крайней мере не тогда, когда всё обошлось и урок был извлечён. — Может, ты прав… Просто тогда я осознала, что каждый наш разговор был искренним и тебе можно доверять, потому что каждое слово было правдой, как оказалось потом. Я не видела этого раньше, ведь у людей, живущих одним днём, очень размытые мысли, — она говорила это с таким удивлением и выражением лица, будто сама частично не верила, но против своих же слов трудно возразить. Грей даже улыбнулся краешком губ, потому что образ такой настоящей Люси показался ему довольно смешным. Она выглядела донельзя наивной из-за своих широко распахнутых и удивлённых глаз и радостной от того, что осознавала, насколько он был к ней добр. Радоваться тому, что рядом с тобой есть добрые люди… Смешно ли это? Возможно, над этим бы можно было посмеяться, если бы это не было так грустно… Будь их больше, Хартфилия не относилась бы к этому с таким трепетом и удивлением. И было больно думать о том, что её доверие когда-либо разбивалось о чьи-то говорящие за себя поступки. Правда, Люси, кажется, было всё равно, как она сейчас выглядит со стороны. — Ты не чувствуешь никаких оков, которые бы ограничивали тебя в действиях, и можешь сначала подумать об одном, а в следующую секунду решиться на другое. Поэтому ты очень храбрый и непредсказуемый, Грей. Я даже не в состоянии уловить, как быстро меняется твоя судьба сейчас, зато теперь я знаю, какой ты, и это все объясняет. Я здесь, потому что ты заслуживаешь помощи и, что немаловажно, ты в ней нуждаешься, — Люси вздохнула, боясь понять, что её слова не верны и её роль в этом путешествии не так уж важна. — Что ж, если это и правда так, то я рад, что ты здесь, — он на мгновение улыбнулся, и радостная эмоция зеркально промелькнула и на лице девушки. — Ну, а раз мы оба такие молодцы, то мы уж точно заслуживаем полноценный обед, — усмехнулась Хартфилия. — Скажи это дождю, — задев головой лампу, недовольно проворчал Фуллбастер, понимая, что греться придется одеялами и чая не видать до вечера…***
В котелке над костром тихо кипела вода, выпуская в вечернюю тишину маленький столб пара, который терялся в едком дыму, тянущемся от огня. Неподалёку от него стояли две пустые пиалушки из-под наспех сваренной гречки и сытной фасоли, а чистые кружки пока лишь дожидались положенную им порцию горячего чая. Их и много еще чего полезного Грей отыскал в небольшом сундуке, задвинутом в тот же угол, где прятались теплые подстилки. Когда дождь затянулся и оба уже устали развлекать друг друга непринуждённой беседой буквально ни о чём, под руку как раз очень удачно подвернулись сначала карты, а потом, когда победа Люси в каждой партии была уже очевидна и принята Фуллбастером как неоспоримый факт, в ход пошли шахматы, где преимущество было всё-таки у парня. Лишь к вечеру моросящий дождь наконец-то отступил, позволяя солнечным лучам впервые за день пробежаться по поверхности земли, но его тепла всё равно не хватило, чтобы полностью высушить сыроватую древесину плота и нагреть воздух перед прохладной ночью. Совсем скоро на горизонте почти потух розовый закат, а осколки вечера растворились в темноте, освещаемой лунной дорожкой на поверхности реки, и тусклым светом от огня, казавшегося по сравнению с ней маленькой свечой перед церковным образом. Далёкий берег, вблизи которого виднелись пышные плавающие венки со свечками в самом центре, изредка светился огнями не прекращающегося в деревнях праздника, в то время как противоположный, хранящий тайны Сумрачной земли, был не то зловеще, не то загадочно (Грей пока не решил) тих, тёмен и спокоен. Даже ветер там пугливо притих и несмело шевелил кроны лиственных деревьев. Именно поэтому Фуллбастеру больше симпатизировал их маленький уютный островок, рассекающий чёрное полотно водной поверхности и заполняющий незамысловатой мелодией кусочек тишины. — Браво, — поаплодировала Люси, когда Грей отстранился от губной гармошки, найденной всё в том же сундуке, и театрально поклонился, хотя ничего потрясающего в его весёлой песенке не было. — Ерунда, — с улыбкой отмахнулся тот, откладывая инструмент в сторону, — жаль, здесь станцевать нельзя. Под гармошку и бубен тоже можно придумать что-нибудь эдакое, — признался он, делая сноску на недавнее взрывное представление девушки и упуская тот факт, что для него не было никакого дела до сопровождения. Основную работу сделала сама Хартфилия. — Вижу, тебе понравилось, — усмехнулась Люси, замечая, что вода в котелке уже давно обиженно бурлит, и осторожно начала наливать кипяток в заранее приготовленные кружки. — А я думала, что ты у нас «гипнозоустойчивый», — добавила она, пытаясь не обращать его внимание на своё чувство удовлетворения и радости. — Гипноз тут не при чём, — украдкой улыбнулся Фуллбастер, и она, неловко поморгав ресницами, наконец отдала ему ёмкость с водой, в которой уже плавали маленькие чаинки, окрашивая её в тёмно-янтарный цвет. — Спасибо. — А что же тогда? — Люси сама не замечала, как начинала заставлять его рассуждать над тем, что, казалось бы, и так понятно. А для чего? — Даже не знаю, с чем сравнить, — Грей глянул наверх и неожиданно для самого себя встретился взглядом с миллиардами небесных глаз, снисходительно и холодно мерцающих на благородном полуночно-синем полотне. И когда день успел смениться ночью? Нет, не то. — Знаешь, говорят, можно вечно смотреть на огонь, воду или что-то в этом духе… Наверно, это из той же самой серии. Я не верю, что что-то может длиться вечность и когда-нибудь не надоест, но на т... это я бы мог смотреть очень долго, — подумав, подытожил он и аккуратно отхлебнул их кружки. — Как звёзды? — вдруг невзначай хмыкнула Хартфилия и пожала плечами. — Они ведь смотрят на нас уже очень давно. Им не надоело? — подумав о чём-то совершенно бредовом, спросила она и отыскала среди россыпи огней то место, где должно было сиять созвездие Водолея. Несмотря на то, что в её жизни были тысячи таких звёздных ночей, она продолжала каждый раз смотреть именно в тот пустующий кусочек неба в надежде, что в один прекрасный момент он заполнится мерцающей фигурой и успокоит её душу. И хотя это было невозможно до тех пор, пока ключ был в её руках, Люси продолжала хранить надежду, потому что эта ночь отличалась от всех предыдущих благодаря чему-то особенному или кому-то особенному… — По-моему, всё-таки надоело, но у них просто нет выбора, и этим мы не похожи на звёзды, — нахмурился в ответ Грей. — Мне кажется, что они слишком заносчивы, чтобы испытывать хоть что-то по отношению к людям, — он сам не заметил, когда начал олицетворять то, что, казалось бы, души иметь не может. И эта мысль попала прямо в точку. Будь у созвездий хоть немного сострадания, они бы не стали смотреть на всю ту боль, которой был заполнен мир людей. Видимо, лишь король Духов способен на такое милосердие. Но он и без того много сделал для тех, кто когда-либо жил, живёт и будет жить, так что остальные считают, будто этого достаточно. Впрочем, они не виноваты ни в чём из того, что происходит с людьми, и это выглядит довольно иронично на фоне выражения «так сложились звёзды». — А я смотрю на то, что хочу видеть, потому что я не равнодушен, и мне это не надоедает… — осознанно или нет, но Фуллбастер со вздохом обратил внимание на Люси и, видя, что та не замечает ничего, кроме бескрайних просторов, отпил еще немного чая, не отрывая от неё глаз. Даже в свете бледной луны её зрачки искрились каким-то огнем, который подпитывался самыми разными мыслями в голове девушки. Как долго это длится? Кажется, Грей всё же нашел то, на что можно смотреть вечность, и одна лишь мысль о том, что этому, возможно, придёт конец, заставила его нахмуриться. — Похоже, я плохо на тебя влияю, — выдохнула Хартфилия и усмехнулась, в то время как Грей удивлённо вытянул лицо, — кажется, ты начал думать о будущем, — ах да, как же можно забыть, что любая мысль в его голове через какие-то невидимые нити из космоса передаётся Хартфилии. — Я всего лишь подумал о том, что было бы неплохо, если бы ты осталась в Магнолии и… — теперь настал черёд Люси удивлённо уставиться на своего собеседника, — ну… возможно, вернулась в Хвост Феи, — девушка продолжала молча сидеть, прижимая колени к груди, что весьма настораживало. — Подумай сама, ты ведь уже работала в гильдии, много чего знаешь, можешь предсказать погоду, а как к тому же ещё и ходячая карта Сумрачный земли, — усмехнулся он. — Любая гильдия будет готова тебя с руками и ногами оторвать… Это ведь лучше, чем бродить по Фиору и бояться каждого встречного… — Нет, забудь, — категорично помотала головой Люси, отставляя в сторону чай, — я не могу подвергать Хвост Феи такой опасности. И хотя третья гильдия никогда не была моим домом, я знаю, каковы в ней товарищеские узы, и не хочу, чтобы она повторила судьбу своих предшественников. — А никто и не говорит, что её судьба повторится. Мы ведь не зря одна из самых крупных гильдий в Фиоре. Кто бы что ни говорил, но ни у одной гильдии нет таких прочных уз, какие есть у нас. Работая поодиночке, мы бы никогда не смогли добиться побед, потому что вместе мы можем многое. Ты это знаешь, и это то, чего тебе так сильно не хватает — работа в команде, Люси. Когда ты знаешь, что у тебя за спиной есть люди, которым ты помогал и знаешь, что они будут готовы ответить тем же, тебе не приходится думать о том, что завтра ты останешься в одиночестве… Хартфилия мечтательно смотрела вверх и мотала головой, ведь всё это было так сказочно и невероятно, потому что она уже и забыла, какие люди в Хвосте Феи. Были времена. Пожалуй, самые лучшие времена в её жизни. Но теперь воспоминания о них заставляют разве что периодически ностальгировать и желать того, чтобы упущенное и прошедшее вернулось в повседневную жизнь вновь. — Но зачем? — вопрос в голове Люси так удачно подошел под ситуацию, что она усмехнулась. Зачем возвращать прошедшее? Чтобы ходить по замкнутому кругу, как раньше испытывать вину и желать повернуть всё время вспять в надежде на то, что в следующий раз всё будет иначе? Вопрос заставил Грея задуматься, ведь всё, казалось бы, было настолько предельно ясно и элементарно, что не требовало никаких пояснений. Либо за этим скрывалось желание выведать что-то иное. И было сложно угадать, что же именно, поэтому парень шумно выпустил воздух и почесал лоб. — Это равносильно вопросу человека, у которого есть выбор между двумя разными избами за одну и ту же цену. И ты почему-то выбираешь покосившуюся сторожку, а не терем, хотя не теряешь ничего, — на пальцах пояснил Фуллбастер. Проще могли быть только рисунки на песке, но до берега далеко. — В жизни точно так же. — Но в конце концов мир не перевернётся, если в этом тереме поселится кто-то другой, — она попыталась непринуждённо пожать плечами, но Грей ей не поверил. Слишком равнодушно для правды, но достаточно, чтобы скрыть её. И Хартфилия вполне могла подозревать, что эта метафора подобрана парнем не зря. Но зачем кто-то другой? Кто-то другой… Звучит строго и незнакомо, чуждо и холодно. А есть ли вообще нужда в этом неизвестном человеке, если это не Люси?.. Существует ли вообще этот терем без неё? И что это за терем такой? Грей запутался. — А если перевернётся? — не отступал Фуллбастер, хотя понимал, что вероятнее всего они перевернутся на этом плоту, чем это решение изменит расстановку сил добра и зла в природе. Но никто и не говорил о таких масштабах. Было достаточно одного маленького мирка в голове одного человека. — Смотря о чьём мире ты говоришь, — усмехнулась девушка, не то сказав наугад, не то просто решив поставить Фуллбастера в тупик своей сообразительностью, хотя он всё ещё свято верил, что смог убедить её, что у одиночества всё равно намного больше минусов. —Ну и? Грей, казалось, тут же был готов выдать что-то эмоциональное и способное обезоружить любые аргументы Хартфилии и стереть сомнения в порошок, но затем почему-то сам себя заткнул изнутри и потупил взгляд вниз, на тёплую чашку. С лица девушки исчезла улыбка, когда она вдруг допустила мысль, что шуточная идея в её голове вдруг может оказаться правдой, и чем дольше её собеседник молчал, тем скорее хотелось услышать то самое, способное опровергнуть определённые выводы. Фуллбастер понимал, что сейчас не самое время уходить с головой в свою философию, всерьёз задумываться над чем-то абстрактным, но заданный вопрос заставил его представить себя через несколько дней в гильдии. Всё как обычно: кругом друзья, любимая работа, семья. Даже мир остался на месте, не покосился, не перевернулся и не стал альтернативной вселенной, но липкое ощущение, будто какого-то кусочка жизни не хватает, крепко вцепилось в одно единственное воспоминание и настойчиво пилит изнутри. Откуда это чувство взялось так рано? Ответа Люси так и не дождалась. Зависшее над плотом облако молчания хоть и не вгоняло в неловкость, зато заставляло тонуть в догадках. Так или иначе, Хартфилия лишь убедилась в своей правоте: против такого аргумента у Грея не нашлось слов. По крайней мере сам он надеялся, что именно эта мысль пробежала у девушки в голове, когда она устало вздохнула, поставив рядом с огнём нетронутый чай, и отряхнула подол от пары крошек, забравшихся в складки после почти что ночного ужина. — Вот видишь, — почти намекая на «я ведь говорила», вздохнула девушка. Она аккуратно поднялась на ноги и медленно шагнула к укрытию, балансируя на чуть покачивающемся плоту. Слишком сильным было желание закончить разговор на эту тему, не такую уж и важную, чтобы развивать её до препираний. Верно? Жаль, что Фуллбастер так не считал. — Спокойной ночи… Грей. Не забудь загадать желание, — Люси мимолётно улыбнулась и зачем-то на мгновение коснулась его плеча, не желая, чтобы её пожелание осталось без внимания. Тот замешкался на пару секунд, решая, стоит ли задеть тот факт, что она сбегает от чего-то и от него в том числе, но затем подумал, что у него есть ещё время. Только теперь он не будет тратить его на свои сомнения. — Приятных снов. Подняв голову к небу, он зажмурился от яркой вспышки, осветившей всё вокруг: среди россыпи падающих огоньков взошла урожайная звезда, отправляя в бескрайние просторы тысячи просьб, среди которых было и желание Грея...
