За семью печатями под руку с Судьбой

Образовавшееся над озером затишье заставило Эльзу нахмуриться и осмотреться по сторонам. Наверное, местная живность уже давно не видела такое скопление людей, если вообще имела представление о том, кто такие люди, поэтому разбежалась по разным сторонам. Сумрачная земля была слишком опасной для проживания в нём неподготовленному к тяжелым условиям, набегам оборотней и местной нечисти человеку, зато достаточно спокойной, чтобы флора и фауна жили здесь в гармонии и порядке. По какой-то непонятной причине Скарлет чувствовала вину за наведённые беспорядки и тревогу обитателей леса. Сумрачная земля не принимала их с должным гостеприимством, и девушка хотела бы уговорить Грея отказаться от углубления в её тайны, которые эта земля так тщательно прятала, несмотря на проделанный путь, но она понимала, что этого авантюриста уже ничто не остановит. И это была даже не жадность — скорее сама невозможность представить, что он бросит начатое. Прилетевший с берега камушек медленно утонул в озере, и Грей проводил его взглядом, полным сомнений и остатков недавно захлестнувшей его ярости. Минутами ранее ему казалось, что в его жизни что-то оборвётся, однако, несмотря на минувшую опасность, напряжение не уходило. Теперь он чувствовал опасность буквально отовсюду, но не мог попросить Эльзу о помощи. Пускай Лаксусу и его бескомпромиссным способностям, с которыми трудно поспорить, можно было доверить четырёх разбойников, но никто не застрахован от жизни и её неприятных сюрпризов. В конце концов, и Грей, и Эльза всю дорогу думали бы лишь о том, целым ли их товарищ добрался до Магнолии, в то время как в слаженном дуэте береговой охраны Фуллбастер был бы точно уверен. Посмотрев в ту сторону, где Лаксус связывал пиратов, а Люси, как-то странно жестикулируя, лепетала о его громовых перчатках и о том, как же он научился управлять таким волшебным предметом, Грей решил, что вопрос о его продолжении путешествия с Хартфилией не обсуждается. — Я рад, что вы оказались здесь, — искренне сказал он, даже не зная, как выразить свою благодарность. — Хотя, с другой стороны, кто знает, что бы могло случиться, не будь Джерар таким внимательным. Удивительно. Стоит сказать ему спасибо, когда вернёмся. — Поверь, кто знает, что бы могло случиться, не согласись мы ему верить. — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду, что это было странно — получить просьбу от человека, которого ты знал всего один день, а я встретила впервые. С чего бы ему беспокоиться о вас? Может, я стала слишком мнительной в последнее время, но мне он показался подозрительным. К тому же он отказался отправляться с нами, — вслух рассуждала девушка, пока скрывая своё главное подозрение, однако было видно, что чем-то Джерар ей не угодил. — А ты не подумала, что он просто мог беспокоиться за выполнение задания? Дорога нелёгкая, да и сумма говорит сама за себя. Видимо, дело весьма важное для человека, — предположил Грей, в принципе не находя здесь ничего сверхъестественного, однако Эльза не закончила. — Может и так, но как ты объяснишь это? — она протянула ему сверток с чем-то очень лёгким и небольшого размера. — Что это? — начиная разворачивать таинственный предмет, с недоумением спросил Фуллбастер и выгнул бровь, когда увидел перед собой небольшой амулет в виде капли, на котором был выцарапан красный символ. Парню казалось, что либо эту вещь, либо её деталь он уже видел где-то совсем недавно. Хотя с чего бы? — Джерар попросил передать это вот этой девушке. Люси, да? Если у тебя появился следующий закономерный вопрос, то, поверь, времени уточнять детали не было, поэтому я особо не вдавалась в подробности этой просьбы, — лаконично пояснила Скарлет и буквально лишила Грея любых догадок. Этим нехитрым способом ей удалось переманить друга на сторону тех, кто всё-таки считает парня странным. — Тебе кажется, что они знакомы? Но это исключено… когда мы разговаривали о задании, он не говорил о ней никаких подробностей, как будто видел лишь раз и то мимоходом, — припоминал Грей, хотя позже усомнился в точности этих предположений. Он знал её настоящее имя, из деталей внешнего вида назвал митенку на руке, видимо, зная, для чего она нужна; ключи, имеющие для девушки слишком большое значение; а также цвет глаз. Будучи незнакомцем, проходящим мимо, мог ли он случайно выделить именно это? — Я верю тебе Грей, я не доверяю той авантюре, в которую ты ввязался. Гильдия за тебя волнуется, так что будь… — Я знаю. Осторожен…

***

— Ты готова? — закидывая сумку на плечо, спросил Грей, когда они проводили товарищей и пиратов, и развернул перед собой карту Сумрачной земли, чтобы найти новый маршрут, который проложила Люси, как и обещала. Судя по всему, отправившись к озеру и завернув не в то ответвление в пещере, они удлинили себе путь. — Да, — совсем скромно отозвалась девушка, будто стараясь не попадаться ему на глаза, и завязала на голове платок. Это был один из тех случаев, когда в произошедшем была весомая доля её вины. Грею было бы действительно логично злиться и винить Хартфилию в том, что она не послушалась и в итоге подставила под угрозу и его, и свою жизнь, однако это желание пресекалось радостью, так как всё обошлось. К тому же в глубине души он понимал: она бросится в бой при любом раскладе. Люси же казалось, что в этом путешествии она лишь балласт, который тянет продолжительность дороги как резину, попутно отягощая и без того нелёгкий путь. Но она ведь предупреждала! Правда, это было так давно, поэтому она и забыла, что сказала это скорее со зла, чем действительно предполагая подобные происшествия. — Я знаю этот взгляд, Люси, — с укором в голосе, но с улыбкой на лице протянул Грей и подошел поближе. Как же он желал перевести эту неловкость в обычное русло, где нет зажатой Хартфилии. Она нравилась ему живой и бескомпромиссной. — Брось, всё в порядке, — на секунду нахмурившись, попыталась отмахнуться она и безошибочно направилась в нужном им направлении. — Значит, как в моей голове копаться, так в любое время суток, а как о себе рассказать, так всё в порядке, — согласный с тем, что времени терять не стоит, отправился следом Фуллбастер, но напирающего тона не сменил. — Такое чувство, будто ты сам не понимаешь, что кое-кто вляпался в неприятности и тебя с собой прихватил. Даже в голове не укладывается, почему Эльза спасла меня, она ведь мне не доверяет, — недоумевала она, но в её голове видимо не укладывалось, что дело могло быть совершенно в другом. — Откуда ты..? Ах, ну да, прости, забыл. Вот, о чём я говорил! — всплеснул руками Грей, коря её за невозможность сохранить любое чувство в секрете, хотя... — Впрочем, тебя не должно это волновать. Мы в безопасности... относительной безопасности. А Эльзе просто судьбой предписано относиться ко всем с недоверием — работа у неё такая, — он пожал плечами, ведь это была правда, которая порой мешала Скарлет жить спокойно. — К тому же, они оба просто не смогли бы стоять в стороне и наблюдать. — Но это не отменяет того, что всё могло закончиться куда хуже для нас обоих, а я не смогла этого предвидеть, — Люси казалось, будто её сейчас бросит в слёзы от своей теоретической бесполезности, потому что раньше она никогда не чувствовала такого оттока своих сил предвидения. Возможно, Грей слишком расслабил её своей защитой, которой ей так не хватало в прожитой в страхе жизни. Возможно, Сумрачная земля перестала принимать её за свою. Так или иначе, она привыкла заглядывать на страницу дальше и знать исход событий ещё до того, как произойдёт непоправимое. В последнее же время все её похождения с Греем были похожи на «к чёрту, на месте разберемся». — Люси, — Фуллбастер решительно остановил Хартфилию, положив ей ладонь на плечо, и развернул к себе лицом, недовольно сквасившись от того, что хитрые глазёнки оказались прикрытыми чёлкой. Вдруг его лицо как-то по-доброму смягчилось, и он многозначительно выдохнул, будто собираясь с мыслями. Ему не приходилось прежде сталкиваться с такой проблемой. Такой дерзкой, непослушной и неисправимой, но чертовски привлекательной проблемой. — Мне очень жаль, что ты пережила многое из того, чего не заслуживаешь. Эти люди не должны были так с тобой поступать. Люси подняла голову и удивлённо уставилась на пыхтящего от переизбытка эмоций Грея, но не перебила, наоборот: вытянула шею, чтобы лучше слышать. — И я не прошу тебя забыть прошлое, потому что ты сделаешь это, когда придёт время. Я хочу попросить тебя на оставшуюся часть дороги притвориться обычным человеком, если тебя пугает отсутствие твоих.. видений, или что там у тебя. Это не так сложно. Люди умеют выживать в невероятно ужасных условиях, и для этого им не нужно быть ясновидящими. Мы ведь до сих про движемся вперёд в нужном направлении, и всё это благодаря не магии, а твоим знаниям, — он выделил последнюю фразу особенно настойчиво, указав пальцем на неё. — Я доверился тебе, я поверил, что ты приведёшь меня к цели. Поверь и мне, что я смогу защитить тебя, потому что это моя забота. Со своей обязанностью ты справляешься прекрасно и иногда даже берёшь на себя то, чего делать не обязана, — он вспомнил то, с какой неожиданной заботой эта, на первый взгляд неотзывчивая девушка, сдувала с него пылинки, когда увидела последствия путешествия по пещере. — Если ты о ране, — смутилась Хартфилия, — то это мелочи, на которые способен любой на моём месте. — Но никто, кроме тебя, больше не сможет сделать это с такой... — Фуллбастер проглотил свою навязчивую идею и смешно сморщил нос, — с такой заботой. — Забота лишь в качестве благодарности за... за всё, — в духе собеседника промямлила Люси. — Надеюсь, рана заживёт до того, как мы доберёмся до русалок. Ещё я на всякий случай взяла с собой лечебную воду из озера, если понадобится, конечно... — Эх, Люси, спасибо, — бодро хохотнул Грей, помотав головой, и медленно зашагал по уже обозначившейся тропинке с улыбкой на лице. — Кстати, у меня есть для тебя кое-что очень интересное, а так же — пара вопросов, — спохватился он, тут же начав хлопать себя по ещё не высохшим до конца штанам и рубашке. Подарок от Джерара нашёлся в боковом кармашке сапога. Оттуда-то загадочный свёрток и перекочевал в ладонь Хартфилии, как всегда отнёсшейся скептически к новому предмету. Она покрутила его в руках, подержала между ладоней, но так и не развернула, будто заведомо зная, что там находится. — Что это? Где Эльза это взяла? — наконец взволновано выдала девушка, но подарку явно не обрадовалась. Так сразу Грей ответить не смог, так как не ожидал, что она весьма быстро догадается, кто держал его в руках до него. — На самом деле я думал, что ты ответишь мне на этот вопрос, — заразился подозрительностью Фуллбастер, уже не надеясь, что существует нечто такое, способное удивить её в хорошем смысле. — Ты знаешь владельца этой вещи? — Я… не уверена, что знаю наверняка. Я могу ошибаться, но мне кажется, что знаю, — Хартфилия помяла предмет ещё немного и, перебирая свёрток из руки в руку, развернула края грубой ткани. Амулет даже не блестел и не отбрасывал никаких бликов на солнце. Это был обычный кусок не гниющего, как Грей успел заметить, дерева — кажется, лиственница. Внутри каплеобразной формы был выведен красный символ, опять знакомый, но настолько потёртый в процессе путешествия по воспоминаниям, что и не запоминался как будто. — Это для тебя попросил передать заказчик чешуи. — Но это невозможно. Он знает меня? И зачем? — будто что-то вспомнив, накинулась Люси, но Фуллбастер, к сожалению, не мог ей помочь, так как сам не понимал толком ничего. — В такие подробности Эльза не вдавалась, — он пожал плечами, и удовлетворения тоже не почувствовал. — Может, ты знаешь, что значит этот символ? Она нахмурила брови, кажется, как-то смутилась, но затем отвела глаза и помотала головой. Грей, увы, не поверил. Ему казалось, теперь между ними не должно быть места секретам. Особенно в те моменты, когда дело касается их безопасности. Люси почему-то предпочла промолчать. — Кто заказчик? Мне нужно знать. Это очень важно, — вдруг выпалила она и в ожидании приблизилась к Фуллбастеру. Казалось, ей по гроб жизни нужна эта информация. — Я ведь говорил, что рассказывать об этом кому-либо постороннему запрещено. — Даже когда это напрямую связано с тем, что с нами происходит? — прищурилась Хартфилия, вопросительно приподняв бровь, чему Грей очень сильно удивился. Но ведь в таком случае она тоже не должна скрываться за неловкими фразами. — Это бы очень помогло нам. — Прости, но до тех пор, пока ты скрываешь от меня что-то очень важное, я не могу тебе ничего поведать. Возможно, это даже касается амулета и его хозяина. Будет очень обидно, если ты что-то поймёшь, а я как всегда буду гадать, не очередная ли это попытка меня обмануть. — Но тогда мы оба не получим желаемое. — Что же, так тому и быть. В конце концов, для чего-то же этот амулет нужен…

***

Лес сгущался, и его крепкие объятия из жёлто-зеленых превращались в бирюзово-голубые, заставляя путешественников ментально ощущать холод по телу и чьи-то недовольные взгляды у себя на спине. Грей был уверен, что буквально три часа назад солнце ещё было в зените, однако верхушки сосен и ёлок были настолько тесно сплетены между собой увесистыми лапами из иголок, что редкие лучи еле пробивались сквозь них и это утверждение можно было поставить под сомнение. Парень полностью доверял Люси, к тому же по пути они натыкались на её старые пометки на подобие цветных насечек на деревьях или привязанных к стволам белых кусков ткани. Казалось, кроме неё из людей здесь никто ранее не ходил, так как никто не додумался соорудить указатели, однако это только на первый взгляд. Большинство просто попадалось в ловушку местной нечисти и только Хартфилии удавалось отличать её собственные отметки пути от коварных подделок кикимор и вовремя поворачивать в обратную сторону. От указателей по тем же причинам не было бы никакой пользы. С такими подлянками Грей сталкивался впервые, так как нечисть в лесах Магнолии боялась торговцев и береговой охраны по той простой причине, что они являлись потенциальным товаром. К тому же там леса были не настолько огромны и необитаемы, как в этом месте. Всё здесь дышало свободой, и свободой действий в особенности. Фуллбастер понимал, что перед отправкой перерыл бы все библиотеки Магнолии в поисках полезной информации о Сумрачной земле, если бы отправился один, однако он так же адекватно оценивал свои шансы выжить здесь без помощи опытного проводника. Что-то подсказывало ему, что это было бы его последнее путешествие. — Это здесь! — неожиданно поставила точку Люси, замерев на вершине какой-то кочки, и повесила свою сумку на самый ближайший сучок. В метре от неё как от боли скрючилось какое-то старое маленькое дерево, наверняка совершенно трухлявое внутри, но всё ещё каким-то образом удерживающее равновесие. Видимо, оно-то и послужило девушке знаком к остановке. Грей покорно последовал её примеру, почему-то обрадовавшийся такому неожиданному привалу, и с блаженством плюхнулся в мягкий коврик из высокого мха, с завидным терпением ожидая от своего личного путеводителя объяснений и дальнейших указаний. Ах, как же он соскучился по такой же мягкой, как эта природная перина, кровати. Даже койки на корабле, на котором он путешествовал несколько месяцев, казались не такой плохой альтернативой хвойным веткам и земле. — И что это значит? — наконец опомнился Фуллбастер и посмотрел туда же, куда пристально смотрела гадалка — в чащу — но ожидаемо ничего интересного там не увидел. Может, у неё опять сдвиги по фазе, будто за ними кто-то охотится? — Это значит, что мы на границе с Черёмуховым болотом и настало время пополнения подручных средств, а так же особых инструкций, — она бросила ему карту, чтобы тот убедился в том, куда они направляются. Грей со всей возможной на тот момент серьёзностью отнесся к услышанному, так как ему самому не нравилось это место и тон девушки говорил сам за себя, хотя он и не понял, что такое «инструкция». Может, этот термин применим только к местной территории? — Черёмуховое? — уточнил он, отряхивая волосы от мха, и подумал, что слишком уж как-то глупо для обычного противного местечка. — В болоте чёрная вода, — пояснила Люси, поморщившись, — она ничем не отличается от обычной и не несёт болезни, однако эффект от неё непредсказуемый. Обычно можно отделаться галлюцинациями. И да, я знаю, что проще уж было назвать болото чёрным, но ты ведь знаешь этих картографов — они умрут без поэзии и метафор в названиях. Поинтересоваться тем, как картографы выбирались живыми отсюда, он не решился. На этом плеяда вопросов закончилась, медленно перетекая в действия. За некоторое время оба обзавелись длинными деревянными палками, предусмотрительно закинув на самый их верх все вещи от греха подальше; Люси подвязала юбку, чтобы не испачкаться, а Фуллбастер расправил подвёрнутые края сапогов и намотал на ладонь шнур от компаса. Мысль о чём-то весьма зыбком и чавкающем заставляла его лицо периодически застывать в какой-то кислой мине. По натуре ему были ближе хруст снега или шум волн, но никто и не говорил, что будет легко. — Сейчас у нас есть последний шанс взглянуть на компас и обозначить направление, потому что через сто метров он сойдёт с ума, — на вопросительно поднятую бровь Грея Люси лишь утвердительно кивнула, как бы говоря, что он вскоре сам в этом убедится. — Здесь не глубоко, но передвигаемся от дерева к дереву, от кочки к кочке. Никаких тропинок; назад не оглядываться — это важно; ступать по моим следам, и ещё кое-что… — Хартфилия сняла с шеи маленький мешочек на верёвочке, встряхнула его и вложила в ладонь Фуллбастера. — Это защита от насекомых, поэтому лучше не снимай. — Я конечно не произвожу впечатление храбреца, но нападение парочки пауков переживу, — усмехнулся в ответ он, скептически посмотрев на довольно резко пахнущее средство. Вообще множество из того, о чём она говорила, парень и сам знал, просто решил подыграть, лишь изредка кивая, однако последнее ему было непонятно. — Это, конечно, не моё дело, но что-то мне подсказывает, что ты изменишь своё мнение, когда увидишь комаров, — пожала плечами она, потуже завязывая платок на голове. — Не слышал о такой нечисти, — Грей почесал лоб, стараясь что-то припомнить, однако в чертогах памяти совпадений не возникло. Что ж, знать всё на свете действительно невозможно. Хартфилия рассмеялась. — Знаешь, хоть комары и не являются нечистью, я бы не стала рисковать и идти с голыми руками прямо в их логово. Они размером с ноготь на мизинце, но, если их много, они принесут больше неудобств, чем те же самые лешие. Ну и в качестве приятного дополнения — их укусы очень сильно чешутся,— кратко ввела в курс дела Люси и настоятельно порекомендовала воспользоваться советом. Фуллбастера два раза просить не нужно, хотя этот мешочек источал какое-то совершенно неземное сочетание стойких запахов. — Идём? — Говоришь так, будто у нас есть выбор, — хмыкнул с подозрением Грей, но чисто на всякий случай. В конце концов, на нём есть сапоги и волшебный мешочек. Волновался он только за ноги Люси, хотя, судя по тому, с какой лёгкостью она бегала босиком по лесным тропинкам, шишкам и крапиве, о ней беспокоиться не стоило. — У нас есть вариант пойти в обход, потерять время и заночевать в лесу с оборотнями, — подтвердила девушка, ведь не врать же ей, что другого пути нет. Неважно, что он тоже весьма сомнительный, но всё-таки Фуллбастер одним взглядом отдал своё предпочтение походу через болото. — Итак, где у нас юго-восток? — поинтересовалась она у Грея, захватившего компас, и приметив дерево в этом направлении, уверенно зашагала к нему, вселяя настолько ценную сейчас уверенность и в Фуллбастера. Совсем скоро он почувствовал, где началась топь, и, к счастью, Люси не обманула насчёт глубины, потому что сапоги едва проваливались до уровня голени. Этого было мало, чтобы требовалась большая помощь опоры, однако достаточно, чтобы прилично замедлить скорость их передвижения. Изредка на пути попадались целые мостики из трухлявых стволов деревьев, поваленных сыростью, где можно было отдохнуть и пройти нормальным шагом. Иногда болото разрывалось огромными сухими территориями, на которых можно было делать привалы, однако ненадолго, потому что над путешественниками очень быстро сгущались настоящие тучи кровососущих насекомых, чей писк при таком огромном скоплении превращался в фальцетное гудение роя пчёл. Постепенно верхушки деревьев рассасывались, позволяя Грею убедиться в том, что он не сошел с ума и солнце ещё не село за горизонт. Однако это оказалось половиной беды. За спиной скрипели стволы деревьев, булькала вода, и ему казалось, будто он один это слышит, так как Люси, шедшая впереди, даже ни разу не повела ухом, чтобы поинтересоваться обстановкой. Однако, кто-то всё равно очень настойчиво шлёпал по поверхности воды и ломал сучья с глухим треском. Несмотря на любопытство, Фуллбастер продолжал действовать по плану: он смотрел то на ноги девушки, то на её затылок. Вдруг Хартфилия боковым зрением заметила несильное движение и резко повернула голову в сторону, где уже пропало что-то серо-болотное весьма внушительных размеров. На коре ближе всего стоящего дерева заблестела странная слизь, к которой прилипла мокрая трава. Из-за этого же дерева вдруг что-то глухо крякнуло и будто ушло на дно болота, выпустив пузырьки воздуха на поверхность. Девушку передёрнуло — болотница… — Люси, — с отдышкой начал Фуллбастер, вытаскивая палку из трясины и вытирая пот со лба внутренней стороной рукава рубашки, — ты ничего не слышишь? Если нет, то я, похоже, где-то случайно глотнул чёрной воды и уже не уверен начёт того, не стоит ли мне оборачиваться, — Грей усмехнулся, стараясь таким образом скрыть лёгкое беспокойство. Уж с топором под подмышкой он тут вряд ли кого-то боится. Жаль, Люси было не смешно. — Не волнуйся, мы оба это слышим, но мог бы не напоминать, — так же тяжело ответила она спустя какое-то время со странным напряжением в голосе. — Можешь не верить, но мне вообще-то тоже страшно. А, как известно, чем сильнее страх, тем больше соблазна обернуться, — призналась она, отдышавшись, и встала на месте, вдохнув в лёгкие побольше воздуха. Даже для её ног эта прогулка с препятствиями была испытанием. Мышцы уже слегка тянуло, а спина крючилась от ходьбы в полусогнутом положении. — А ещё мне немного не по себе от того, что я не вижу тебя, — Фуллбастер выдал смешок. И что это значит? Хотя, на самом деле, ему самому было немного не по себе видеть лишь спину Люси и слышать за спиной все эти провокационные шумы, так и манящие к себе любопытных путешественников. — Но я ведь здесь, на меня же можно смотреть? — дойдя до девушки, он тоже остановился, но та не двигалась и даже не вертела головой. Видимо, её наставление не оборачиваться было действительно чем-то большим, чем просто предрассудком. — Эй, с тобой всё в порядке? — Если это ты конечно… — протянула Хартфилия, но парень в ответ лишь ещё больше удивился. — Понимаешь, местные умеют имитировать голоса людей, и я, кажется, забыла об этом напомнить… — как-то совсем неуверенно сказала девушка уже тише, и от полученной информации стало совсем не по себе. Грей хотел немного разрядить обстановку разговором, однако, как оказалось, до того, как он открыл рот, Люси было намного спокойнее, о чём говорила её нервно задрожавшая рука, ещё недавно крепко сжимающая палку, которую она воткнула в трясину. Фуллбастер даже не знал, что в таком случае нужно говорить. Тело пробрала дрожь, и с Хартфилией, видимо, произошло то же самое, так как она неестественно дёрнулась, немного сгорбившись от повисшего напряжения и зажмурив глаза. — Грей? — прошептала она, напуганная одним молчанием, и бразды правления уверенностью в их команде вдруг внезапно перешли к парню, но тот ещё даже не осознал масштабов той трагедии, которая могла произойти, если бы Хартфилия подумала, что за ней идёт не он. — Грей, если это ты, не молчи, — ещё тише прошелестела Люси, хотя понимала всю глупость этой просьбы, и гудящие кровопийцы никак не способствовали нормальному распознаванию слов. Она даже не чувствовала поблизости запаха хвои, который обычно был неотъемлемым отличительным знаком Грея, так как травы в мешочке перебивали абсолютно любые ароматы, включая запах воды, тины и сырой коры деревьев. — Так, сейчас главное не паникуй, всё хорошо… В десяти метрах от Хартфилии зашевелилось что-то серо-коричневое, опять неуклюже и бесшумно спрятавшись за дерево, и Грей, заметив это движение, но не обнаружив реакции девушки, понял, что та закрыла глаза от страха его самого. Кажется, какая-то неизвестная тварь затеяла хитроумный план, и Фуллбастер сразу понял, что теперь, когда это что-то знает о страхе Люси, оно воспользуется своими талантами пародиста, чтобы запудрить ей голову. Кажется, если поймать взгляд одного из них, оно тебя увидит. — Люси, что бы ни случилось, не открывай глаза! — предупредил он, дёрнувшись вперёд, но получилось не сразу, так как за то время, пока он стоял, его вес тянул его вниз. Проклятое дно засасывало сапоги. Или это не трясина?.. — Откуда ты знаешь? — заикнулась девушка и сделала шаг вперёд, почувствовав чьё-то приближение сзади. Только это был Грей, и он хотел помочь. — Оно сзади, беги! — неожиданно послышалось слева от Люси, и та, даже ни секунды не думая, что её напарник не мог без предупреждения так быстро оказаться в другом месте, слепо повиновалась от безысходности. За такое Грей уже был готов убить это нечто, которое пользовалось его же голосом в своих злых целях. «Ну уж нет!» — подумал он, когда сапог наконец-то с противным чавканьем вылез из плена, заставив что-то весьма недовольное с костлявыми руками зашипеть под его ногами. Грея резко повело вперёд, как падающее под тяжестью урагана дерево, поэтому он успел одновременно поймать Хартфилию за талию и закрыть ей глаза одной рукой. Крик девушки прокатился по болоту и выгнал с веток стайку птиц, наблюдавших за тем, что происходило внизу. Объятия выдернули её из себя настолько неожиданно, что испуг превратился в настоящую панику, велевшую вырываться и не переставать кричать о помощи. — Люси, это я! — Грею хотелось бы её перекричать, однако та беспорядочно пыталась двигать руками, нанося сильные удары по животу, груди и ногам, поэтому получалось лишь что-то кряхтеть в перерывах между вспыхивающей и угасающей болью. Ужасней всего было то, что Хартфилия кричала так, будто её резали живьём, а заодно резали и ушные перепонки Фуллбастера. — Грей, — просипела она, делая попытку вырваться из его же хватки. Как и ожидалось, её тонкого голоса хватило совсем ненадолго, поэтому неудивительно, что после нового вздоха вместо громкого возгласа вырисовался лишь потухающий на воздухе хрип. Даже несмотря на все меры предосторожности, испарения от воды затуманивали разум и вводили девушку в очень сонное состояние. Когда тело сковала слабость и грудную клетку сжали крепкие тиски, Хартфилии на секунду показалось, что её сейчас утопят живьём, как топят ничего не представляющие из себя серые камни. Огромное их количество идёт ко дну, потому что маленькие дети кидают их в речку. С подобным легкомыслием от неё могли бы избавиться и сейчас, но смерть при таких обстоятельствах казалась Люси настолько глупой. Именно поэтому, вместо того, чтобы почувствовать, как сгибаются колени, она поняла, что её с силой тянут вверх и пытаются поставить на ноги. На те самые ноги, которые неумолимо начинает засасывать в болото, а кто-то упорно надрывается, чтобы не потерять её. — Соберись, чёрт возьми! Люси, не спать, — чертыхнулись где-то над ухом, заставляя вынырнуть из сумрака в страшную реальность, где кто-то обдавал тёплым дыханием ресницы и прижимал к себе так сильно, что лёгкие отказывались выполнять свою функцию. Хартфилия распахнула заслезившиеся глаза и, наконец убедившись, что её душит не болотная тварь, а всего лишь Фуллбастер, взяла себя в руки. — Рано ещё тебе откидываться, — похлопав ту по щекам и поставив её на ноги, протараторил Грей и снял с палок, крепко застрявших в дне, их скудные пожитки. — Вокруг нас как минимум бродит две твари, одна из которых точно прячется в воде. Я отпугнул одну, но вторая прячется где-то впереди. У нас очень мало времени. — Это болотницы, — не отрывая взгляда от поверхности затянутой растительностью воды, оповестила девушка и подхватила свои вещи из рук Грея. Почва под ногами почему-то стала слишком зыбкой и мягкой, и ей это не нравилось. — Это плохо? — с опаской огляделся тот и, теперь уже исходя из печального опыта, сжал в ладони её кисть, больше не собираясь отпускать её до конца их пути по болоту. Возражать она не стала, однако не считала этот жест таким уж обязательным. Разве что, так было намного спокойнее. — Они нерасторопны и к тому же слепы, если не смотреть на них, но я бы всё равно исчезла отсюда как можно скорее, — призналась Хартфилия, теперь уже сама подталкивая парня, лишь бы тот начал двигаться хоть куда-то, но не успела сделать и шага… — Чёрт, нога, — взвыла она негромко и дёрнулась вниз под тяжестью ухватившейся за её лодыжку нечисти. Даже предплечье внезапно начало ныть от того, как резко Грей среагировал на малейшее отклонение от плана. — Меня затягивает, — её нога застряла в трясине по колено, но на этом болотница останавливаться не собиралась. — Хватайся, — буквально приказал Грей, выставляя вторую ладонь, и упёрся ногой в торчащий корень дерева, чтобы самому ненароком не отправиться следом. Впрочем, главное не упасть и не нахлебаться этой чёрной воды, иначе для них обоих всё будет окончательно потеряно. — Топор, Грей! Топор! — начала кричать она, заметив костлявую тонкую руку, больше похожую на куриную лапу, которая показалась над поверхностью, стараясь ухватиться и за того наглеца, который мешал ей осуществить свой страшный замысел. — Как говорит Эльза, — воспользовавшись советом Люси про топор, прокряхтел Грей и снял инструмент с ремня, — только не в мою смену! — он яростно кинул лезвием в то место, откуда начало выкарабкиваться существо, и потянул её на себя, не собираясь никому отдавать. Сразу же после этого Хартфилию отпустила болотная трясина, заставив её налететь на Фуллбастера и прижать его к удачно росшему сзади дереву. Вместе с выдохом изо рта вырвался подавленный стон боли, который выбила ещё незажившая рана на спине, и Люси вновь почувствовала укол совести. Только кольнул он почему-то куда-то в лодыжку, которую так яростно утаскивали под дно. Хартфилия виновато отстранилась, но тут же схватилась за широкие плечи обратно, когда поняла, что правая нога её совсем не держит, и зашипела в тон пропавшей болотнице. Последняя оставила после себя лишь серые пузырьки на поверхности воды, и даже топор теперь канул куда-то в лету. Его рукоятка медленно исчезла в пучине чёрной воды… — Что случилось? — кинулся выяснять Грей, присаживаясь на корень и поддерживая Люси плечом. — Ничего, немного нога болит, я справлюсь, — девушка показательно выпрямилась, но идти не спешила, и Фуллбастер всё понял. — Поверь, когда ты не можешь ходить — это серьёзно, но скоро пройдёт. Потерпи, — поправил он нравоучительным тоном, бесцеремонно вручил свои вещи Люси и с усилием вытащил из болота одну из палок, с помощью которых они передвигались. Последняя тоже отправилась в руки остолбеневшей Хартфилии. — Кажется, дальше почва не такая рыхлая, — вслух начал рассуждать он, но она всё ещё ничего не понимала. — Долго ещё? — Меньше километра, — оглядываясь на всякий случай, ответила Люси, и с шипением отшатнулась от выступивших над водой пузырьков. — Мы выберемся отсюда, — внушая эту мысль самому себе, кивнул Грей и немного присел перед девушкой. — Крепко держи вещи, — дал последнее наставление он и рывком сгрёб девушку в охапку, перекидывая её себе на плечо, которое оказалось настолько широким, что талия Хартфилии без труда там поместилась, не создавая дискомфорта. — Ты утонешь — здесь слишком рыхлое дно! — начала протестовать Люси, при этом чуть не выронив свои золотые ключи, и затрепыхалась, но затем осознала, что, если она будет колотить его по ране, они точно никуда не сдвинутся. К тому же всё было бы не так плохо, если бы не осознание, что перед лицом спасителя мелькают её обтянутые юбкой ягодицы и голые ноги. — Предлагаешь мне оставить тебя здесь? — обхватив ноги девушки в районе колен обеими руками, прокряхтел Фуллбастер и ожидаемо вразумительного ответа сразу не услышал. — Или, может, ты хочешь, чтобы мы оба тут остались с этими жабами? — он выдохнул и с возможной в такой ситуации скоростью двинулся в направлении ещё одного корявого дерева вдалеке. — Мне казалось, ты ещё слишком молода, чтобы вот так вот заканчивать свою жизнь. Да и я, кажется, не ровесник Макарова. Нам ещё столько нужно успеть: любовь, деньги, разочарования… Ух! — Я хочу тебе сказать, что ты выбрал неудачное время для таких рассуждений, — упрекнула девушка и удачно отпихнула палкой ползущую за ними болотницу, чья покрытая мхом макушка выплыла на поверхность. — В тяжелые моменты жизни мне всегда хочется думать о будущем или представлять себя в безопасности и комфорте, как будто я уже там. Мне это придаёт сил, поэтому я не останавливаюсь перед трудностями, зная, что потом меня ждёт вознаграждение за упорство. Тебе стоит попробовать, — посоветовал Грей, часто дыша, и переступил через корень. — Кстати, я хоть правильно иду? — Ох, если ты думаешь, что у моих пяток есть глаза, то, спешу тебя огорчить — их там нет, — возмущённая до глубины души, фыркнула Хартфилия, но посмотреть на дорогу так и не смогла — чёрные взлохмаченные волосы закрывали обзор. Спустя некоторое время, когда земля под ногами перестала напоминать мягкий бисквитный пирог, Фуллбастер с облегчением выдохнул, но передвигался с той же скоростью, так как бег по болоту его изрядно вымотал. На ходу парень успел туго забинтовать ногу девушки оставшимися от его перевязки бинтами, а так же немного сбиться с намеченного курса. На тот момент несколько шагов значения не имели, по сравнению с задачей выбраться поскорее на открытое пространство или хотя бы к окраине леса. С задачей Грей справился, однако частично, потому что деревьям не было ни конца, ни края, и забрели они к какому-то пруду. — Так больно? — заставив Люси присесть на очередной ковёр из мха, спросил он и несильно надавил на предполагаемое место ушиба. Девушка слегка дёрнулась, но, на удивление, не из-за боли: кажется, Фуллбастер был слишком осторожен и едва скользил пальцами по коже, поэтому было скорее щекотно. — Нет, не больно. Я же сказала, что всё пройдёт через несколько минут, — она, опомнившись, одёрнула подол юбки и взбодрила его холодным взглядом, хотя сама боролась с желанием спросить, не сильно ли он приложился спиной о дерево. В конце концов, даже целебная вода не настолько волшебна, чтобы решать все проблемы мгновенно. — В нашем с тобой случае лучше переволноваться, чем недооценить ситуацию, — выкрутился Грей, но быстро поник. — Жаль, но теперь придётся обходиться без топора. Кажется, я утопил его, когда вытаскивал тебя. — Прости… Нужно быть ещё более осторожными, — вздохнула Люси виновато. — Кажется, мы оба плохо друг на друга влияем, — усмехнулся Фуллбастер в ответ и начал копошиться в сумке в поисках чего-то. — Я становлюсь более осторожным, а у тебя обостряется чувство вины. — Не волнуйся, всё под контролем, пока твоего оптимизма хватает на нас обоих. А я точно знаю, что хватает, потому что любой другой на нашем месте уже бы забросил всё это, — Люси сама не поняла, то ли она съязвила, то ли пошутила. Грей воспринял это весьма неоднозначно, поэтому, решив, что пора менять кампанию, сказал, что было бы неплохо развести костёр и пожевать чего-нибудь, и оставил её наедине с собой. Сам он, по дороге собирая сухие ветки, направился к пруду, так как пот катился градом по лицу и скапливался на подбородке. Казалось, теперь им более ничего не угрожало, однако Люси так не считала. Чтобы окончательно избавиться от неприятных ощущений, Хартфилия в отсутствие Грея пропитала свой бинт на ноге водой из источника, но оставила и для него самого. Осознанно или нет, но она почему-то продолжала о нём заботиться, а мысль о том, что с ним может что-то случиться, была отчего-то невыносимой. Люси понимала, что в процессе передвижения им придётся полагаться друг на друга и помогать друг другу, независимо от симпатии, однако она и не подозревала, что будет делать это по причине личного отношения к Грею. К нему было невозможно подобраться со слабой стороны: он либо был прав, либо делал всё возможное, чтобы сложившиеся обстоятельства никак на их путешествии негативно не отразились. И это позволило ему полностью обезоружить Хартфилию. Через некоторое время Фуллбастер вернулся, но почему-то уже без веток и с помятым побледневшим лицом, спотыкаясь о корни и разгребая кусты в разные стороны. Через секунду на него с таким же волнением, будто отражение в зеркале, смотрела и Люси, даже подскочив с места. — Что-то слу..? — В этом лесу водятся волки? — шепотом перебил Грей, зачем-то зашнуровав свою сумку, будто уже собрался уходить. — Какие волки? О чём ты? — не приходила в себя Хартфилия, ещё не отошедшая от прошлых приключений. В этот же момент Фуллбастер как-то одновременно сумел изобразить ужас вперемешку с нервным смешком. — Такие двухметровые, с коричневой шерстью и красными глазами... — уже прекрасно осознавая, на кого нарвался, пояснил он. — Ты видел оборотня? Что произошло? — взорвалась Люси, уже подворачивая юбку обратно, и тот понял, что ногам очередной разминки не избежать. — Я заметил что-то лохматое на утёсе по ту сторону пруда. Я конечно ни разу на оборотня не охотился, но мне кажется, что мы... Рассуждения прервал непонятный лай, донёсшийся откуда-то со стороны болот, и оба переглянулись. Вопрос о способности болотниц изображать звуки волков оставался не озвученным, но чутьё подсказывало, что дело вовсе не в этих существах. — Мы на его территории, — закончила предложение Люси. — Нам срочно нужно к границе леса с полем. Бежим сейчас! — она схватила Грея за руку, задавая направление, но тот не сразу сдвинулся. Сначала Фуллбастер пристально просверлил взглядом уже пройденную ими чащу, а затем, лишь увидев коричневую морду среди кустов вдалеке, начал пятиться назад, хотя где-то на подсознательном уровне понимал — поздно. Слишком много происшествий случилось за этот день. Опасности с первого дня прибытия так сильно ударили по голове, что ни Грей, ни Люси не успели опомниться. Заставляя себя из последних сил передвигать ногами, мчаться, куда глаза глядят, они думали лишь об одном — поскорее бы этот чёртов день закончился, но этого всё никак не происходило. Заканчивались только силы, так как вечер уже наступал на пятки, а долгожданная передышка даже не появлялась на горизонте. Казалось, так тяжело ещё не было никогда... Ступня Люси немного побаливала, не давая нормально бежать, да и распустившиеся шишки на дороге прелести не добавляли, кажется, даже оставляя царапины на пятках. Чувство страха ужасно ело изнутри, не давая контролировать тело и то и дело подкидывая фантазии о том, как сейчас что-то их остановит и разорвёт на кусочки. Всё закончилось намного быстрее, чем они ожидали: выбежать к окраине леса удалось, однако путь им преградила широкая речушка, а сзади затрещали сухие ветки, позволившие Люси и Грею понять — они пойманы. Посмотреть в глаза страху было не просто. Зверь возвышался над кустами и травами, когда показался из леса, с каждым шагом приминая своей массой молодую зелень. Вечерняя роса цеплялась за мягкую коричневую шерсть на мощных когтистых лапах. Грей и Люси их не видели из-за травы, но знали, что они там явно есть и не маленькие. Морда оборотня была очень лохматая, однако даже шерсть не мешала видеть мимические морщины, появившиеся, когда тот зарычал, раскрыв пасть с выпирающими клыками. Ноздри активно раздувались при каждом вздохе, будто волк принюхивался, а красные глаза, чуть прикрытые нависшими нахмуренными бровями, сверлили сжатые до бледности костяшек руки Люси и Грея. Хартфилии было больно уже от того, как её ладонь сжимали в тисках, не давая окончательно потерять рассудок, но она всё ещё думала, что выхода нет. Фуллбастер даже пытался прикрыть её собой, не делая особо резких движений, однако в одну секунду замер, когда оборотень пригнулся к земле, будто верно, но медленно готовясь к длинному прыжку. Однако что-то остановило его. Что-то или кто-то, выбежавший из леса, который держался за всё подряд, спотыкаясь о корни и падая на землю. Из-за широкой фигуры волка этого кого-то не было видно, но он пронзительно что-то крикнул, тем самым напугав Люси, которая споткнулась и упала в мокрую траву. — Гажил, остановись! — раздалось позади эхо, мерно растворившись в прохладном вечернем воздухе, и оборотень навострил мохнатые уши, покорно отступив от Люси и Грея на несколько шагов. За его спиной неуклюже проскользнул очень низкий силуэт в капюшоне, неловко ступавший по земле и направляющийся в их сторону…