Проект "Энигма"

      В ресторане было довольно многолюдно, и Всеволод поначалу расстроился — он обещал Элле тихий ужин в компании близких друзей, но выступление победителя конкурса роботов-гитаристов сбило ему все планы. Послушать музыкального биоробота собралось не менее ста человек, и это было чересчур.       — Не кисни, — засмеялась Элла, поправляя высокую прическу. — У нас праздник или нет?       — Праздник, — вздохнул Всеволод, стягивая пальто и отдавая его роботу-официанту.       По просьбе Эллы он был в парадном мундире, и за столом на секунду воцарилась тишина, когда звезды на его погонах блеснули золотом. Ким присвистнул.       — Когда это ты всё успеваешь? — многозначительно спросил он.       — Оно как-то само, — Всеволод на всякий случай снял китель и повесил его на спинку стула. — Давайте лучше выпьем?       Норн вытащил из ведерка шампанское и разлил по бокалам, официанты принесли салаты.       — Выпьем, ребята, — весело сказала Элла. — Давненько мы не сидели все вместе. А этот робот-гитарист совсем неплох даже.       — Года два не собирались, — припомнил Ким. — Кстати, Севка, ты знаешь, что Вертер ушел из Института Времени? Сказал, что без Полины ему там нечего делать, и он попробует найти себя в поэзии.       — Серьёзно? — огорчился Всеволод. — Жаль, мне его будет не хватать.       — А что ты делаешь в Институте Времени? — удивилась Элла, и Всеволод под столом лягнул Кима ногой.       — Крокодил в Космозоо выжил, — быстро перевел тему Ким. — Он сейчас живее всех живых, плавает — дай бог всякому. Алиса обещала научить его выражать мысли связными образами, говорит, подаёт надежды.       — У неё получится, — кивнул Норн. — Думаю, скоро и Сеня начнет гастролировать по ресторанам с сольной программой, в паре с Борькой.       — Они подружились?       — Теперь не разлей вода.       — Как Алиса вообще?       — Работает, — пожал плечами Норн. — Она человек дела.       — Жаль, что выбрала космобиологию, — сказал Всеволод. — Я не отказался бы от такого сотрудника.       — А ты перемани, — предложил Ким. — Время еще есть.       — Не умею я, — тоскливо ответил Всеволод. — Валерку вон который год уговариваю. Молодежь тоже к нам не рвётся, говорят, романтики маловато, приключений нет, то ли дело глубокий космос… Вот ты, Кимка, думал чем займешься, когда летать бросишь?       — Я не брошу, — Ким засмеялся. — Я на одном месте сидеть не могу, ты же знаешь.       — Это даже я знаю, — поддержала его Элла. — Абсолютно бесполезный номер. Ты лучше его «Чайку» на работу возьми, он без нее никуда.       Капитаны расхохотались. Робот-гитарист закончил одну медленную песню и начал другую.

«Я боюсь твоей любви, то холодной, то горячей, Я боюсь твоей любви, то слепой, то слишком зрячей, Я боюсь твоей любви, как огня боятся люди, Я боюсь твоей любви, и боюсь, что ты разлюбишь»

      — Посмотрите-ка, кто там сидит, — вдруг сказал Ким, указывая головой влево от их столика.       Всеволод посмотрел в указанную сторону и поперхнулся — за одним столиком сидели Ракан, Глан и Полина. Оба отца обнимали её за плечи каждый со своей стороны, и казалось, им не было дела ни до кого в мире, настолько счастливыми были их лица.       — Ну, стало быть, на Дессе дела идут прекрасно, — констатировал Норн.       — Они подали заявку на полное членство в Галактическом Союзе, — машинально кивнул Всеволод. — Со дня на день её должны рассмотреть и удовлетворить, так что у нас скоро появится новый участник цивилизованной Галактики.       — Подожди, Десса давно уже член Галактического Союза, — недоуменно сказала Элла. — Почти сто лет. Ты что-то путаешь.       Пришла очередь Кима энергично пнуть Всеволода под столом ногой.       — А ты был на Дессе? — спросила его Элла, неправильно истолковав его жест.       — Проездом, — честно ответил Ким. — Так за что мы пьём?       — За дружбу, — предложила Элла. — Тебе повезло с друзьями, Севка.       — С женой он тоже не промахнулся, — вставил Ким.       Стаканы со звоном сошлись, и все четверо одновременно выпили. Элла раскраснелась и развернулась в сторону сцены, где покачивались парочки, потом положила салфетку на стол. Норн немедленно поднялся и подал ей руку.       — У эмпатов преимущество, — сказал он Всеволоду. — Не щелкай клювом.       — Ладно, но следующий танец мой, — предупредил тот.       Глядя на то, как Норн танцует с его женой, Всеволод снова налил себе вина и одним махом выпил, несмотря на то, что это было шампанское, которое полагалось пить медленно. Ким сунул в рот виноградину из вазы и задумчиво сказал:       — Знаешь, о чем я думаю все время?       — Откуда же мне знать, — ехидно ответил Всеволод. — Меня эмпатии не учили, только стенки прошибать.       — Почему Селена так странно себя вела? Я ведь её подозревал в сговоре с туманом, если честно.       — Ну ты даешь, — поразился Всеволод. — О чем они могли сговориться-то?       — Чтобы «Астра» гостей увезла, — признался Ким. — Передать что-то вроде вируса, которым туман планировал захватить новые территории. А та пообещала, а потом начала психовать, что не может заставить Степана выполнить обещание, начала форсировать отлет, с тобой вот поругалась…       — Все было куда проще, — отмахнулся Всеволод. — Беременность.

«Мне бы не забыть, не сжечь Память тех лучших дней. Только слова, как смерч, Жгут всё больней, больней…»

      — Как же ее к рейсу допустили? — помолчав, спросил Ким.       Всеволод усмехнулся.       — Да, видишь ли, по словам Степана до рейса ничего такого не было.       — Беременность наступила на корабле?       — Не факт. Могли врачи проглядеть, такое тоже бывает, говорят.       — А ты уверен…       — Уверен, — оборвал его Всеволод. — Ребенок здоров и абсолютно нормален, и генетически, и умственно, и физически. Вот только никаких способностей не передалось ему от отца. Моим, впрочем, тоже. Видимо, четыре поколения — предел.       Всеволод похлопал гитаристу вместе со всеми, Норн подвел Эллу к столу и передал ее руку Всеволоду. Робот начал новую песню, от которой все три капитана непроизвольно вздрогнули.

«Пришел туман, постучал в дома Шалью синею обнял сад. Так уж было раз в предрассветный час Было несколько лет назад...»

      — Пойдем? — подняла на мужа ожидающие глаза Элла.       Всеволод повёл её на танцпол, попутно перехватив взгляд Полины, которую пригласил неизвестно откуда тут взявшийся Вертер. Они не обменялись ни словом, сделали вид, что незнакомы, только губы Полины тронула легкая улыбка.

«Пришел туман, он как трав-дурман, Ох, как кружится голова. Так уж было раз у двоих у нас, Все слова одни, все слова…»

      Кружа Эллу, Всеволод вдруг испытал странное чувство присутствия аномалии прямо в зале — в какой-то момент Глан и Ракан, сидящие за столиком, раздвоились и разделились в пространстве, пока он не сообразил, что одна из двух белых голов принадлежит Норну, а вторая черная — Киму, которые одинаковыми парами сидят за соседними столиками, и в этой зеркальности виноват слишком быстрый танец. Он засмеялся, тряхнул головой и отогнал наваждение, обнимая жену и вслушиваясь в слова исполнителя.

«Пришел туман, постучал в дома, Уходи, туман, уходи! Все давно прошло, На душе светло и печали все позади»