Bad Night

      Укус средней коралловой змеи, выпускающей нейротоксический яд, происходит циклами, действие это называется «жевательные движения». Некоторое количество яда впрыскивается в кровоток, и последствия зависят от того, насколько долго коралловая змея кусает жертву. Яд может привести к нечленораздельной речи, двоению в глазах и параличу мышц.       Яд может привести к дыхательной недостаточности.       Потом сердце перестаёт биться.       И это от одной крошечной змеи.       Тони не был крошечной змеёй. Он был размером с человека и производил яд пропорционально своему весу, хотя тот и не был более токсичен, чем обычный яд коралловой змеи. Он просто вырабатывал много яда. Брюс уже начал собирать его как обычный яд коралловой змеи и рассылать его тем немногим исследователям, кто помогал в поисках противоядия.       У Стива был гипер-метаболизм, что делало большинство болезнетворных микроорганизмов, ядов и снотворных бесполезными, пока он сам не чувствовал каких-либо последствий, и так было с ядом Тони. Однако, если Тони когда-нибудь укусит кого-то из своих друзей (кроме Дэдпула, который переварит смертельный яд в течение часа), они должны немедленно принять огромную дозу противоядия. Следовательно, отправляя его яд на анализ, они хотели получить огромное количество противоядия. Но яд может быть и полезным, если научиться использовать его как нечто метательное для костюма.       И так началась очень долгая ночь работы над прототипом змеиной брони.

***

      Тони сонно сопел в плечо Стива, пока тот выносил его из мастерской обратно в постель. Самый кончик хвоста подрагивал немного и шуршал, пока волочился за ними по полу.       — Не устал… — промычал Тони, уткнувшись носом в нежную кожу на его шее. — Я должен закончить свои расчёты.       — Ты работал над своим новым костюмом в течение шестнадцати часов. Пора взять перерыв, — сказал Стив, поправляя одной рукой обвившийся вокруг его талии хвост. Тони проворчал что-то про суперсолдата, из которого сделали страшного суперняня, но вырываться он всё равно не стал. Стив же был хорошо осведомлён в том, что Тони был против таких акций и мог бы спокойно ускользнуть.       — Очень короткий сон, — сказал Тони, когда Стив уложил его на кровать. Он стоял и ждал, когда тот перестанет возиться в своём коконе из одеял, прежде чем уйти. — Нет, вернись. Я хочу обниматься.       Стив не мог сказать на это предложение «нет», если подарком будет спящий Тони. После того, как он поднял температуру в комнате до уровня, способствующего сну Тони, но приносящего себе немного неудобств, скользнул в постель. Тони тут же передвинул его в подходящее для объятий положение, и он принялся перебирать пальцами волосы на его голове.       — Засыпай.       — Разбуди меня через двадцать минут, — сонно попросил Тони.       — Конечно.       — Я имею в виду ровно через двадцать минут! — проворчал он, и Стив кивнул, прекрасно зная, что не собирается будить его как минимум шесть часов.       Он, конечно, планировал попросить Сэма пробежаться с ним попозже и обучить остальных Мстителей вместе с Наташей рукопашному бою, но если он выпутается из хвостатого кокона, обнимающего его, то это приведёт лишь к беде. Поэтому он расслабился и позволил себе уснуть. Он мог поймать быструю дрёму и подождать, пока Тони потребуется сменить положение, чтобы самому без труда уйти. Но он проснулся тогда, когда Тони соскочил с постели.       — Тьфу, потный, — проворчал он. — Глупый горячий суперсолдат. Как я могу потеть? Змеи ведь не потеют.       Стив приподнялся на локтях как раз вовремя, чтобы увидеть полусонного Тони, стягивающего влажную рубашку, тут же полетевшую на пол.       — Бр-р, какая гадость! — продолжал ворчать Тони, вытирая пот со лба, и откинул мокрую чёлку назад.       Кожа, покрывавшая его живот (особенно в области груди… господи, он что, пускает слюни? Стив ощутил, что и правда готов пустить слюну), поблёскивала в лучах послеполуденного солнца, капли пота, стекающие по вискам, мерцали, и было видно блестящую чешую. Красивый как поток огня. Стив почувствовал, как пламенеют щёки. Обычно Тони прятал верхнюю половину тела за большими футболками и толстовками Стива, даже после того как они снова начали встречаться. Даже когда между ними происходили спарринг-тренировки, он надевал облегающие майки, купленные ему Наташей. По крайней мере, она сказала, что купила их. Правда, одна из кредитных карт Тони неожиданным образом испарилась в тот же день, когда она их ему принесла. Но вот его хвост был безнадёжен, когда дело доходило до выбора одежды, к сожалению Тони.       Тони наконец заметил, что Стив смотрит (боже, пускает слюни), и рефлекторно потянулся за рубашкой. Стиву показалось, что он сдувается (он ненавидел заставлять Тони смущаться, но не мог не смотреть), и Тони бросил её на пол. Эта была потная, так или иначе.       — Э-э-э… тебе ведь больше не холодно? — спросил Стив, пытаясь нарушить неловкое напряжение.       — Почему ты так смотришь на меня? — спросил Тони тихо, слегка склоняя голову набок.       — Как «так»? — переспросил Стив, медленно двигаясь, выпутываясь из простыней.       — Как… как будто… я… — Тони не находил слов.       — Прекрасен? — выдохнул Стив, подступая на шаг ближе.       — Я хотел сказать… как до всего этого. Будто я тот же самый человек, — он смотрел на него, разрываясь от желания шагнуть и отступить, и боялся, что этот хрупкий момент разрушит самая малая оплошность.       — Я знаю, что ты не веришь мне, когда я говорю это. Но это ты… — сказал Стив, глядя ему в глаза, даже не дрогнув. — То, что произошло, несправедливо, но это не меняет того, кто ты есть. Это не меняет моего к тебе отношения. Это не изменит твоей привлекательности… для меня.       Тони выглядел так, будто сейчас расплачется, а Стив не мог это вынести, так что подошёл ближе к нему и крепко обнял. Он ведь не видел большую часть кожи на его груди с той самой ночи, когда нашёл его плачущим в ванной, наверное, поэтому и смотрел столь жадно. Руки Тони в ответ плотно обвились вокруг него, и Стив почувствовал, как его сердце стучит ему в грудь.       — Могу я… поцеловать тебя? — спросил он, понимая, что Тони может ответить «нет». Они ещё не целовались, не считая редких чмоков в щёку и поцелуев в уголок рта, с того момента, как это случилось. И Брюс пока не был в состоянии доказать и убить все сомнения по поводу того, что Стив неуязвим для воздействия яда. Поэтому Стив принял одну из особенностей Тони на свой страх и риск.       Тони ничего не сказал, но отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть на него. Он искал любой признак отвращения, нежелания, чего-либо негативного. Он немного наклонился, и их губы встретились. Стив мягко коснулся его щеки одной рукой, а вторую обвил вокруг талии. Чешуйки на нижней части спины были гладкими и тёплыми из-за того, что впитали тепло, и Стив чувствовал, как они двигаются с каждым лёгким движением Тони. Их целомудренный поцелуй вскоре превратился в более горячий, и Тони провёл ладонями по спине Стива, а потом обвил его шею руками. Он чувствовал… он чувствовал, что готов взорваться. Этого всего было слишком много для его кожи. Стив глотнул воздуха первым, и это было впечатляюще, так как Тони знал, что он может задерживать дыхание в течение трёх минут. Он дёрнул его за рубашку, и Стив начал её снимать.       Тони поймал этот момент и прижался к бьющейся жилке жизни. Вне его контроля и очень бесстыдно его раздвоенный язык несколько раз лизнул кожу, щекоча шею. Он замер, не зная, заметил ли Стив.       — Ты… ты… Ты только что… попробовал меня? — спросил Стив, и смех мелькнул в его глазах. — Хорошо, что я принял душ.       Тони хмыкнул и начал отступать. Ему не нравилось, когда его сторонние штучки неожиданным образом проявлялись сами по себе, особенно рядом со Стивом. Это было ещё одним напоминанием того, что не этого хотел Стив в самом начале.       — Нет, нет, — Стив вернул его назад. — Ты очень милый.       — Я не милый.       — Ты милый, — сказал Стив, сверкая своей идеальной улыбкой «Капитан Америка».       — Змеи не милые, — Тони закатил глаза.       — Змеи еще и сексуальные, — добавил Стив, и его улыбка стала более развратной.       — Как угодно, дедуль, — Тони снова закатил глаза и позволил ему поцеловать кончик своего носа.       — У тебя будут морщины, если ты будешь хмуриться.       — Почему ты вообще рассматриваешь что-то со мной? — спросил Тони. — Посмотри на меня… Я не знаю даже… не знаю, как это всё работает.       Контраст между его кожей рептилии, бледным животом и точёным телосложением Стива был ещё более поразительным, когда они оба оказались без рубашек.       Стив отстранился, чувствуя, что Тони нужно некоторое пространство, но тем не менее оставаясь в пределах лёгкой досягаемости, и хвост тут же обвился вокруг себя. Это было привычно для змеи. А Тони и без того часто поражался новым уровням привязанности, близости и бодался, изучая сложившуюся между ними ситуацию. Стив и не возражал, ведь ему тоже пришлось принять, что ему нравится мужчина, и, как он уже говорил, он мог быть очень терпеливым.       — Тогда ты должен делать то, что делаешь лучше всего, — сказал Стив, осторожно касаясь его щеки. — Исследование возможно, пока ты не поймёшь всего. У тебя даже есть испытуемый прямо здесь и сейчас.       — Разве ты не устал ждать? — поинтересовался Тони. — Поскольку я… очень.       Что-то изменилось в его лице, он резко схватил Стива и потянул на себя.       — Хочешь изучим наши ощущения в постели? — ухмыляясь, спросил он. Стив притворился, что рассматривает это предложение, постукивая пальцами по подбородку.       — Да… да, давай сделаем это.