for angels to fly

Первая вещь, которая потревожила Луи, когда он проснулся на следующее утро, была легкая боль в висках. Он застонал и перевернулся на живот, желая уткнуться лицом в подушку. Луи никогда и ни за что не покинет эту кровать. Разве только чтобы убить Зейна. Когда поиски подушки вслепую прошли неудачно, он неохотно поднял голову и приоткрыл один глаз. Второй он открыл тогда, когда понял, что находится в безопасности от утренних лучей, которые частенько любили пробираться в его комнату сквозь неплотные занавески. Сейчас же по окну барабанил дождь, и Луи был несказанно ему благодарен. Медленно осмотрев комнату, он опустил взгляд на пол, где валялись не только две подушки, но еще и одеяло. Ничего не понимая, он нахмурился и сел. И только тогда заметил, что всё это время был совершенно голым. В этот момент воспоминания прошлого вечера начали мелькать у него перед глазами. Снова застонав, он упал на голые простыни и прикрыл лицо руками. Гарри. Это было похоже на легкий туман воспоминаний; горячая кожа, бьющиеся в унисон сердца и низкие стоны. Луи помнил, как занервничал, когда увидел голого Гарри. Как нервы уступили место приятным ощущениям, стоило им только обняться, а Луи оказаться внутри мальчика, чувствуя близость, какую никогда не чувствовал раньше. Невинность, которую Луи приметил, когда они с Гарри встретились, оказалась далека от реальности. Она нисколько не сравнится с тем, как кудрявый шептал ему на ушко непристойные слова; как опустился на колени и взял его член в свой мокрый, горячий рот, не переставая ухмыляться. Луи переспал с проституткой. Точнее… с проститутом. У него никогда и в мыслях не было - просто взять и переспать с кем-то. Каждый раз он готовился к такому случаю и не начинал, пока не был убежден, что девушка тоже готова и счастлива. Луи нравились прелюдия: крепкие объятия, успокаивающие слова и нежные прикосновения. Он хотел, чтобы каждый его опыт был приятен для обоих участников. Шатен никогда раньше не спал с парнем. Но находясь в том такси, когда они направлялись к нему домой, Луи понял, что в этом не было ничего плохого. «Приятным» этот опыт никак не назовешь. Ни один из них не был нежен и аккуратен; у каждого прикосновения было свое намерение. Луи помнил, как ногти кудрявого царапали его кожу на спине, и как длинные пальцы дергали за волосы. Не было никаких ласковых слов на ушко (за исключением «тебе лучше трахнуть меня так жестко, чтобы завтра я не смог ходить») и нежных объятий. Всё было грязно и грубо и заставляло Луи стонать и умолять о большем. «Умопомрачительный». Именно так бы Луи описал этот случай. Секс с Гарри стал для него абсолютно нереальным опытом, но он так же стал для него самым лучшим сексом в его жизни. Если бы парень знал, что всё случится именно так, то, не задумываясь, снял бы все деньги с банковского счета. Итак, Луи переспал с парнем. И нет, с этого момента он не стал геем. Просто человеком, который берёт от жизни всё. И в этом не было ничего плохого. Луи не переживал о реакции Зейна на новости; брюнет больше будет смеяться над тем фактом, что мальчик оказался проститутом. Зейн и Луи дружат с восьми лет. Когда они открыли общую любовь к «Могучим рейнджерам», шатен понял, что не сможет просто так избавиться от брюнета. Всю среднюю школу они проучились вместе, после чего переехали в Лондон, как только Луи исполнилось девятнадцать. Сначала они вместе снимали квартиру, теперь же живут в одном комплексе. Поэтому нет, Луи совсем не переживал по поводу реакции друга на свою новообретённую сексуальную ориентацию. И всё же присутствовало на задворках ума то, что не давало ему покоя. Это было не сожаление, нет, ведь сожалеть о таком сексе просто невозможно. Единственное, о чем Луи жалел — это о своих словах, которые слетели с губ сразу после того, как он пришел в себя после самого лучшего оргазма в своей жизни. Гарри тогда сидел рядом и зажигал сигарету. По какой-то причине Луи почувствовал острое желание рассказать мальчику о том, что вот уже полтора года он живёт в Лондоне, а в университете учится на учителя драмы. Стоило ему только все это сказать, как он почувствовал себя идиотом. Но младший парень лишь посмеялся и ответил простое: «Рад за тебя». Луи не мог думать о том, каким свободным, крутым, собранным и совершенно невозмутимым был Гарри. У шатена только что был лучший секс в жизни. Его «разбили» на своей же кровати и заставили болтать о планах на жизнь. Было что-то в этом мальчике, что делало Луи менее собранным, и он это ненавидел. Вот что его беспокоило, что приносило дискомфорт в районе груди. А не то, что Гарри - парень и что ему платят за секс с незнакомцами. Всё дело в Луи и в его чувствах, когда он увидел парня — такого красивого, невинного и молодого. Но для младшего это был просто рабочий день. Гарри ушел, оставив Луи одного в кровати, и как ни в чем не бывало продолжил жить своей привычной жизнью. Об этом было странно думать. Еще вчера он переживал о том, как и где достать денег, чтобы оплатить счета за свет, как сегодня его мысли уже крутятся вокруг того, о чем он никогда в своей жизни не думал. But she caught me on the counter It wasnʼt me. Звонок телефона отвлек Луи от мыслей. Парень перекатился на другую сторону кровати, ища на полу джинсы. Saw me banging on the sofa It wasnʼt me. Он расстроенно осматривался по сторонам, пока не наткнулся на стоящую на письменном столе лампу. I even had her in the shower- Не желая знать, как именно его штаны туда попали, Луи покачал головой и, достав из кармана телефон, заранее зная, кто ему звонит, резко ответил: — Что тебе надо? — Ты всегда таким тоном приветствуешь парней, которые держат в руках очень крепкий стаканчик кофе с твоим именем? Да, и поосторожней: я могу подумать, что ты меня совсем не любишь, — произнес веселый голос брюнета. — Боже, да, — застонал Луи, садясь на край кровати. — Я искренне извиняюсь за свою грубость. Где ты? — Только что зашел в лифт. Вот решил позвонить и убедиться, жив ли ты там еще. — Что ж, могу предположить, ты больше обо мне не заботишься. Я только хотел позвонить тебе и наорать за вчерашний вечер. — За что это? — невинно спросил Зейн. — Не смей говорить со мной таким тоном, Малик, я слишком хорошо тебя знаю. Думал, если хорошенько меня напоешь, то сможешь уйти с какой-то там девкой? Как непростительно. Зейн засмеялся, и в этот момент Луи услышал знакомый звук открывающихся дверей лифта. — Прости меня, дорогая, но сейчас я на твоем этаже, поэтому оденься и приготовься на меня кричать. — Обязательно, — сказал Луи, отключая вызов, и, кинув телефон на подушку, встал с кровати, чтобы найти свои боксеры. Не прошло много времени, как прозвучал знакомый звонок в дверь. Дойдя до гостиной, Луи быстро надел старую толстовку и открыл дверь. На пороге стоял темноглазый парень, держа в одной руке поднос с двумя стаканчиками кофе, а в другой — коричневый бумажный пакетик. Привычная чёлка прилипла к мокрому лбу, с плеч стекали капли дождя. Без слов брюнет впихнул в руки Луи пакетик и, пройдя в гостиную, плюхнулся на диван. — И тебе доброе утро, милый, — саркастично пробубнил Луи, закрывая дверь и присоединяясь к другу. Последний поставил стаканчики на кофейный столик и осмотрел комнату в поисках пульта. — Чувак, мы только что с тобой разговаривали по телефону. И вообще, я вышел на улицу в эту ужасную погоду только за тем, чтобы принести тебе кофе и сладости. — Никак не могу с этим поспорить, — улыбнулся Луи и, открыв бумажный пакет, почти простонал от приятного запаха свежей булочки. — Ты мой лучший друг. Зейн закатил глаза, но улыбнулся. — Да, конечно. Он включил телевизор, нашел музыкальный канал и расслабился на диване, пока Луи наслаждался своим завтраком. — Так… — брюнет сделал глоток горячего напитка, — что произошло с тобой вчера вечером? Луи усмехнулся и покачал головой. — Нет, нет, я уверен, твой вечер прошел намного интересней, чем мой. Что в конечном итоге случилось с той девушкой в клубе? Он пытался вести себя как ни в чем не бывало. Да, утром он пришел к выводу о том, что Зейн несильно будет беспокоиться о всей этой ситуации с Гарри. Но сейчас, когда они действительно начали об этом говорить, Луи понял… что не особо хочет рассказывать о кудрявом мальчике. По каким-то причинам ему захотелось оставить это в секрете, в своём безопасном месте. На протяжении всего его размышления Зейн внимательно за ним наблюдал. На секунду сузил свои шоколадные глаза и спросил: — Ты прямо сейчас что-то пытаешься от меня скрыть? Луи лишь вздохнул и откинулся на спинку дивана. — Да. — Ты просто ужасно хранишь секреты, — засмеялся Зейн. — Знаю, — Луи замолчал, потягивая висящие нитки на краю толстовки и пряча глаза. — Ты никогда, ни в какие ближайшие тысячи лет не догадаешься, что со мной произошло. — Хорошо… — медленно произнес Зейн, подсаживаясь ближе к шатену. — Тогда почему бы тебе не рассказать мне? С красным лицом Луи поднял взгляд на друга. — Только если пообещаешь не смеяться. — Клянусь, — торжественно кивнул брюнет. — Ладно. В общем вчера, после того, как я покинул клуб, я, как бы так сказать… подцепил кое-кого на улице. Зейн усмехнулся и покачал головой перед тем, как его выражение лица стало удивленным, а брови нахмурились. — И что в этом такого? Я часто так делаю. Луи закатил глаза. — Конечно, делаешь. В общем… это был парень. — Парень, — безэмоционально повторил за ним Зейн, не успев донести стаканчик с кофе до губ. — Прямо… парень. — Да, — неуверенно ответил Луи. Мгновение они просто смотрели друг на друга. Единственное, что было слышно в комнате - это какая-то популярная песня по телевизору. — Наверное, мне нужно рассказать тебе всю историю, а не один пролог. Дело в том, что он был не простым парнем, а, как бы так сказать, еще и… проститутом. Зейн продолжил на него смотреть со странным выражением лица. — Проститутом. — Да. — Не проституткой, а проститутом. — Да, — более решительно повторил Луи. — Парень, которому платят, чтобы он занимался сексом с другими людьми. — Ага. — Вчера ночью ты вышел на улицу, подцепил проститута и… переспал с ним. — Именно. Луи почти расслабился — хоть реакция друга и была странной. Но тут Зейн резко согнулся пополам и издал удушающий звук. — Зейн! Друг, что такое? Поговори со мной, в чем дело? И в эту секунду он осознал, что странными звуками, исходившими изо рта брюнета, являлся просто напросто смех. — Ты должно быть шутишь, — Луи лишь безнадежно смотрел, как Зейн медленно сползал с дивана на пол, запрокинув голову назад, держась за живот и неудержимо смеясь. — Ты серьезно трахнул проститута? — спросил брюнет весело, теперь уже сидя на полу. — О, друг, это лучшее, что я слышал в своей жизни. Просто бесценно. Я и не знал, что в тебе такое есть. Обязательно скажу твоей маме при встрече. Да и не только ей, скажу всем, кого знаю. Луи около минуты просто сидел и хмурился, после чего нагнулся и ударил друга по плечу, когда тот перешел с громкого смеха на хихиканье. — Зейн. Я признался тебе в кое-чем очень важном, а ты смеешься? Где твоя поддержка, друг? Брюнет залез обратно на диван и вытер слезы. — Кому какое дело до того, что ты теперь гей? — Я не гей! Точнее, не совсем. Не знаю… — Значит, би. Слушай, это все равно ничего не меняет. Теперь у тебя есть больше возможностей наслаждаться жизнью, если ты понимаешь, о чем я. Это же гениально. Луи покачал головой и слабо улыбнулся. — Так тебе действительно все равно? Зейн фыркнул. — Самая веселая вещь в том, что тебе пришлось платить. Я и не думал, что ты был в таком отчаянии. Глаза брюнета сверкали, поэтому Луи только щелкнул его по носу и вернулся к своему завтраку, радуясь, что все закончилось на такой хорошей ноте. — Так ты мне расскажешь, что случилось с той девушкой? Несмотря на то, что разговор начал не Луи, ему пришлось уделить внимание другу на подробное описание его вчерашнего вечера. Он осознал, что мысленно блуждает по воспоминаниям прошлой ночи, зажимая коленку рукой каждый раз, когда имя кудрявого мальчика приходило ему на ум. В действительности это уже становилось немного смешно. Не было никакой веской причины так зацикливаться на этом. Да, ночь была веселой. Да, Гарри невероятно горячий парень. Но он так же проститут. И Луи никогда его больше не увидит, поэтому не стоит тратить время и вспоминать, что Гарри умеет делать со своим языком или же как он хватает голову Луи двумя руками, когда целует его, словно хочет поглотить… Луи с опозданием осознал, что Зейн остановился на полуслове. Он покачал головой, вскидывая брови вверх и выглядя совершенно невинно. — Ты прямо сейчас думаешь о сексе, — обвинил его Зейн. Луи лишь пожал плечами. — Потому что ты прямо сейчас о нем говоришь. — Да, но ты выглядел странно: облизывал губы и прикрывал глаза. Боже, друг, вообще-то это немного обидно. — Ничего подобного я не делал. — Делал, делал. Честно, я на секунду подумал, что ты сейчас бросишься прямо на этот стаканчик с кофе. Серьезно, — Зейн протянул руку и отобрал стаканчик от Луи, не обращая внимания на протесты, — вот о чем я говорю. — Ты такой грубый. — Так тебе и надо. Это за то, что думал о сексе с каким-то парнем вместо того, чтобы слушать, как твой лучший друг пытается рассказать тебе кое-что очень глубокое и важное. — О да, Зейн, ты очень глубокий, — саркастично пробормотал Луи. — Именно поэтому у тебя так много волос на голове; они полны философских высказываний. Так парни добродушно препирались друг к другу в течение десяти минут, во время которых Луи ни разу не вспомнил о кудрявом мальчике. Совсем. Ни на секунду. До конца дня его мысли были абсолютно невинными и легкими. Стоило ему только сказать себе не думать о Гарри, как воспоминания о нем перестали мелькать у него перед глазами. А что, если поло Зейна, спрятанное под джемпером, в точности такого же оттенка зеленого, как глаза Гарри? Луи абсолютно точно контролировал свои мысли. Вечером же всё было иначе. Когда Зейн уехал домой, заявив перед этим, что пораньше встанет утром, Луи смотрел на кухне телевизор и неожиданно понял, что все мысли вертятся вокруг Гарри, а не передачи про кулинарию. Интересно, чем он сейчас занимается… Проституты работают по воскресеньям? Или у них сегодня выходной? Стоит ли он сейчас под ливнем на той улице? Или уже находится в какой-нибудь квартирке и трахается со старым богатым мужиком? — Блять! — расстроенно воскликнул Луи, ударяя рукой о столешницу. В какой же нелепой ситуации он сейчас находится. Не то, что он заботился о мальчике или что-то типа того. Ему просто было… интересно. Гарри был интересен. Как молодой парень довел себя до такой жизни? Луи не мог представить ни одного сценария, если бы с ним такое случилось; мама бы просто не позволила. Она до сих пор звонит ему каждый второй день, а иногда секретно перечисляет деньги на его банковскую карту, объясняя, что это «на всякий случай». Кроме того у Луи есть Зейн, много друзей, сестры, кузины; даже дальние родственники, которых он никогда не видел, но которые всегда готовы его приютить и помочь. Думая о ком-то молодом, как Гарри, у которого никого не осталось, Луи становится грустно. В любом случае ты ничего не можешь с этим поделать, твердо сказал он себе. Поужинай, посмотри пару серий «Жителей Ист-Энда» и ложись спать. Это не твоя забота. Луи решительно кивнул. Всё равно шансы встретиться с ним еще раз были нулевыми.