for angels to fly

Несмотря на то, что целый год Луи прожил один, после ухода Гарри квартира стала ощущаться нелепо пустой. Поискав кудрявого мальчика на кухне и в ванной, Луи раскинулся на кровати, чувствуя в груди не что иное, как разочарование. Он, хоть и отказываясь принимать, расстроился от того, что Гарри ушёл тайком, даже не попрощавшись. Особенно после того, как заявился на его пороге с жалкими попытками объяснить своё состояние и глупыми глазами, в которые Луи против своей воли был втянут. Воспоминания прошлой ночи были чёткими и яркими. Луи ясно помнил горячее дыхание Гарри на своей шее, мягкое прикосновение его ресниц и тихие сопящие звуки. Сколько раз перед сном он мечтал быть прижатым к Гарри Стайлсу, но ничего из этого не сравнится с тем, что действительно произошло. Луи застонал и положил голову на подушку, пытаясь надавить на возрастающее в груди чувство. Почему Гарри решил прийти именно к нему? Он же ясно дал понять, что не хочет больше иметь с ним никакого дела. И ещё кое-что… Какого чёрта он имел в виду под словами «напоминание того, чего у меня никогда не будет», сказанные явно в сторону Луи? Его оправдания не имеют никакого смысла. Как он вообще может «испортить» Луи? И что это значит? Если бы это был не Гарри, то Луи подумал, что всё придумано специально, дабы подвергнуть его пыткам. Но слова и действия кудрявого действительно были искренними. Луи и подумать не мог, что Гарри может быть таким уязвимым и хрупким, и это его встревожило. От воспоминаний о состоянии мальчика в животе завязался тугой узел гнева. Картинки ушибленной щеки, порезов, кровоподтёков и морального истощения в зеленых глазах были слишком яркими. Он был разбит и из всех мест в городе выбрал квартиру Луи. Помимо злости на мальчика из-за его состояния и боли, которую ему причинили, шатен почувствовал странное тепло от мысли, что Гарри решил поехать именно к нему. За теплотой последовало непонимание: что с ним происходит в последнее время? Неожиданное появление Гарри в его жизни навело в его голове беспорядок. Он постоянно был уставшим, напряженным. Несмотря на то, что он пытался оставить Гарри в покое, забыть обо всём, что случилось, включая ошеломительный сексуальный опыт, мысли о кудрявом мальчике не собирались исчезать из его головы. Словно они там укоренились. Луи вспомнил, как Лиам предупредил его о Гарри и о его чудесной способности очень легко вливаться в жизни людей. Ужасное ощущение, когда кудрявый, посапывая, так комфортно лежит на его диване. Харизма была дана ему от природы. Луи был уверен, что Гарри мог с лёгкостью очаровать любого прохожего. В Луи же не было ничего особенного. Гарри просто понадобилось место, где остановиться, вот и всё. Перемещаясь из спальни в кухню, чтобы сделать чашку крепкого кофе, Луи не мог избавиться от жужжащего на задворках разума беспокойства за Гарри — без проблем ли он добрался до дома. Ему явно пришлось идти пешком, а это около часа. Что, если ему было очень больно? Луи ведь не знал, может быть лицо являлось не единственной пострадавшей частью его тела. Ему бы не помешало обратиться к врачу по поводу синяка на щеке. Беспокойство не покинуло его даже после того, как он принял душ, оделся и вышел из квартиры. Он намеревался сходить в супермаркет и немного пошопиться; но вместо этого, будучи на пол пути к автобусной остановке, он осознал, что идёт совсем в другую сторону. Может быть, он мог бы добраться до здания, где живёт Гарри, и спросить у кого-нибудь, видели ли они его сегодня утром. Луи покачал головой и остановился. О чём он думает? Не его дело куда пошёл Гарри и чем сейчас занимается. Он ничего ему не должен. Но что, если ему нужна медицинская помощь? Что, если он лежит сейчас где-нибудь у дороги? Только от одной мысли по спине Луи пробежали мурашки. С Гарри всё хорошо. Он большой мальчик и сам может о себе позаботиться. Луи понимал это, но не мог не обратить внимание на мелькающий в голове вопрос: если он его не проверит, то кто? Сомневаясь и конфликтуя с самим собой, он так и стоял посреди тротуара. Он не знал, почему его так волновал Гарри. Просто было в нём что-то, что заставляло сердце биться чаще, а живот тянуть вниз. Ноги начали двигаться перед тем, как было принято решение. Он просто проверит, дома ли Гарри, в безопасности ли он, не замёрз ли где-то у дороги. Поездка заняла примерно пол часа на автобусе. Всю дорогу Луи нервно дёргал ногой и тревожно игрался со связкой ключей, не переставая говорить себе: «Расслабься». Улицы в этот день казались другими. Парочка открытых магазинчиков и много людей. При свете дня Луи не чувствовал себя, будто на него все смотрят. Он просто был парнем, который куда-то шёл, без скрытого мотива и чувства вины. В кармане зазвонил телефон. Достав его и увидев на экране номер Зейна, Луи заколебался. У брюнета была сверхъестественная способность вынюхивать то, что шатен хотел от него скрыть. Луи не мог ответить на звонок и не сказать другу, куда и зачем пошёл. Понимая, что выглядит глупо, уставившись в экран под любимую песню Шэгги, тихо раздающуюся из динамиков, он вздохнул, мужественно нажал на «ответить» и произнёс: — Как дела? — Привет. Я у тебя дома. Ты где? — ответил Зейн. — Я, эмм, не дома, — сказал Луи… — И где ты тогда можешь быть, милый? — Гуляю… Вышел погулять. — Луи, — предупредил его Зейн. — Ты самый кошмарный лжец на земле, серьёзно. Где ты? Шатен вздохнул. — Я в центре. На другом конце трубки наступила пауза, после чего послышался смех Зейна. — О, друг, твоя сага никогда мне не надоест. — Ненавижу слово «сага». Слушай, вчера вечером он заявился ко мне домой и был совершенно не в себе, поэтому я решил его навестить, жив ли он, понятно? Ничего такого здесь нет. — Оу, как мило, — голос брюнета стал приторно сладким, — вы только посмотрите на него, весь из себя такой джентльмен. — Это просто человеческая добропорядочность, — сухо сказал Луи. — То, что тебе, конечно, не известно. — О нет, мишка Лу, я что, задел твои чувства? Ты просто не так понял. Я полностью поддерживаю вашу любовь. Луи нахмурился. — Заткнись. — Ты обязан будешь рассказать мне потом все подробности, — засмеялся Зейн. — Ты же сказал, что не хочешь ничего слышать? — Да, — он многострадальчески вздохнул. — Но голова говорит мне «нет», а сердце кричит «да». Наверное, я просто романтик. — Скорее, идиот, — проворчал Луи. — В общем, я на месте, позже перезвоню. — Удачи, дорогой! Главное, не нервничай. Уверен, он встретит тебя с распростёртыми объятиями, — драматично воскликнул Зейн. Луи повесил трубку, закатив глаза и засунув телефон в задний карман штанов, подходя к дверям красного кирпичного здания. Очевидно, оно было одним из самых старых. На главных дверях было нарисовано граффити, и у Луи, если быть честным, пропало желание прикасаться к ручке. Но, глубоко вздохнув, он открыл дверь и зашёл внутрь. В холле было тускло. Единственный свет проходил через маленькие окна, расположенные близко к потолку. Ковёр в некоторых местах был порван и испачкан. По правую сторону от Луи было два лифта, но парень не решился им довериться, поэтому воспользовался лестницей. Он направился туда до того, как осознал, что понятия не имеет, на каком этаже живёт Гарри. Потерянно оглядевшись, он надеялся, что где-нибудь будет знак, куда ему идти. К счастью, передняя дверь открылась и в холл зашла девушка, покручивая на пальце связку ключей. Увидев Луи, она остановилась. Пухлые губы превратились в ухмылку, а полуоткрытые глаза засияли. — Привет. — Эм, привет, — неловко ответил шатен. — Не могла бы ты мне помочь? — Конечно, — кокетливо произнесла девушка, подходя ближе. — Что такое? — Я ищу одного парня… — Луи пришлось замолчать, так как девушка фыркнула, облокотилась на перила и закатила глаза. — Кто бы сомневался. Как он выглядит? — У него, ох, кудрявые волосы. Зеленые глаза. Живёт с двумя другими парнями. Не уверен точно на каком этаже. Она вскинула брови вверх. Из-за большого количества косметики на щеках её глаза казались тёмно-синего цвета. — И девяносто процентов времени ухмыляется как маньяк, да? Луи удивился себе, когда понял, что улыбается. — Полагаю, это он и есть. Она оценивающе оглядела его с ног до головы. — Обычно я ничего такого не делаю. Но ты мне кажешься нормальным. Тем более, я не думаю, что Гарри разозлится, если к нему в номер придёт такой горячий парень, как ты, поэтому тебе нужен четвёртый этаж. Прости, я не знаю какая комната. Луи с облегчением выдохнул. — Спасибо. Она махнула ему и начала подниматься по лестнице. Луи последовал за ней. — Пустяки. Мгновение они шли в тишине. Луи было неловко, поэтому он попытался найти тему для разговора. — Так вы с Гарри друзья? Девушка пожала плечами. — Не совсем. Просто здесь все друг друга знают. Хоть он и хороший парень. Они дошли до второго этажа, и девушка остановилась, поворачиваясь к Луи. — Продолжай подниматься по лестнице, и доберёшься до его этажа. А я пошла спать. Развернувшись на пятках, она направилась вдоль коридора, ни разу не посмотрев на Луи на прощание. — Ещё раз спасибо, — прокричал он, и когда девушка не ответила, пожал плечами и пошёл дальше по лестнице. Чувство безотлагательности, которое появилось в автобусе, резко увеличилось, заставляя Луи быстрее передвигать ногами. Когда он схватился за перила, чтобы ненароком не упасть, те зловеще заскрипели, отчего Луи автоматически их отпустил. Дойдя до четвёртого этажа, он тяжело дышал и немного вспотел, поэтому решил отдохнуть, прислонившись к стене в начале коридора. На этаже было примерно семь дверей, на которые Луи со страхом посмотрел. У него не было желания стучать в каждую из них и беспокоить живущих в номерах людей, которые с лёгкостью могли надрать ему задницу. Чувствуя себя настоящим идиотом, он прислонился ухом к первой двери. Абсолютная тишина. Нахмурившись, он подошёл к следующей двери и услышал смех иностранных девушек: испанок, скорей всего. Вычеркнув эту комнату из списка, Луи подошёл к третей двери. Еле-еле он услышал болтовню с ирландским акцентом, но разобрать слова не смог, поэтому решил вернуться к этому номеру позже. Так он прошёл весь коридор, пока в списке не осталось три двери: две, за которыми была тишина, и одна, за которой, возможно, мог быть особенный голос Найла. Выбрав последнее, он поднял сжатую в кулак руку к двери и три раза постучал. Затем быстро засунул руки в карманы, отчаянно пытаясь выглядеть как можно более беспечно. Дверь открылась, и Луи расслабился, когда понял, что не ошибся номером, но сразу же напрягся, чувствуя в животе спазм и колотящееся сердце. Перед ним стоял Найл в одних лишь боксёрах и широко улыбался. Голубые глаза сияли. Он скрестил руки и, ожидая, когда Луи заговорит, хихикал. Шатен же в это время неловко переминался с ноги на ногу. — Привет, — он всё ещё хотел казаться беспечным, но писклявый голос его выдал. — И тебе привет, Луи, — Луи не нравилось, как улыбался блондин, будто услышал самую смешную шутку на земле и изо всех сил пытался сдержать смех. — У тебя способность такая — появляться в странных местах? Луи подыскивал соответствующий ответ, но ничего не нашёл и просто пожал плечами. — Найл, кто там ст… ох, — появился Лиам с обмотанным вокруг бёдер полотенцем и мокрыми волосами. Лишь секунду на его лице присутствовало удивление, после чего он произнёс: — Так и будешь держать его на пороге? В невинном жесте Найл развел руки в стороны и отошёл, позволяя Луи нерешительно зайти внутрь. Номер был маленьким, таким маленьким, что Луи сделал пометку больше никогда не жаловаться о размерах своей квартиры. Он находился в квадратной комнате с выходом в небольшую кухню и полуоткрытой дверью, за которой, как Луи увидел, находилась такая же небольшая ванная. На полу в углу комнаты лежал огромный матрас с подушками и одеялами. Сам пол был завален разной одеждой, книгами и прочей ерундой, включая лежащий в другом углу мешок фасоли. В комнате не было ни дивана, ни телевизора. Луи заметил ещё одну дверь, но она была закрыта. На этом всё. Несмотря на беспорядок, в номере чувствовалась пустота. Найл и Лиама во все глаза наблюдали за шатеном, который осматривался и не знал, что сказать. «Здесь очень мило» было явно не к месту. — Знаешь, я, наверное, должен быть очень удивлён тому, что ты здесь, но я совсем не удивлён, — в конечном итоге сказал Лиам, проходя мимо парня к груде одежды на полу. Он скинул с себя полотенце, Луи поднял взгляд к потолку. Он чувствовал, как краснели щёки, а потом и всё лицо, когда Найл засмеялся над ним и плюхнулся в кресло-мешок. — Эмм, да… простите, что пришёл без предупреждения, — заикаясь, сказал Луи, продолжая не смотреть на наготу Лиама до тех пор, пока не увидел парня в серых спортивках. Найл фыркнул. — Не стоит. Ты — самая интересная вещь, которая произошла с нами за последнее время. — Рад помочь, — съязвил Луи, неловко перемещаясь по комнате. — Так, ах, Гарри здесь? Взгляд Лиама был задумчивым. — Я думал, что ты бросил эту затею. Луи почти засмеялся. — Да, что ж, все мои действия сейчас, так сказать, принудительные. — Он всё ещё спит и бесится, когда мы хотим его разбудить. Видимо, прошлая ночь была очень удачной, — подмигнул Найл и кивнул головой на закрытую дверь. — Мы собираемся пойти погулять. Поднимешь нашу принцессу, ладно? — Да, я просто… — Луи замолчал, решая не рассказывать мальчикам, что прошлой ночью Гарри был с ним. Он уже сейчас едва ли мог выдержать ликование на лице Найла; ни к чему хорошему не приведёт распространение этой информации. — Удачи, — сказал Лиам, ухмыляясь. Из-за плотных занавесок на маленьком окне в комнате было темно. Луи пришлось несколько раз моргнуть, чтобы глаза привыкли к темноте, аккуратно закрывая за собой дверь. Ещё один матрас, на этот раз поменьше, так же лежал в углу комнаты с кудрявым парнем на нём. Луи сделал глубокий вдох; именно этого вида он лишился сегодня утром. В одних лишь боксёрах Гарри лежал на животе, запутавшись ногами в простыне и тихо похрапывая. Луи присел на корточки и увидел его расслабленные черты лица. Одна щека лежала на подушке, губы розовые, рот слегка приоткрыт. Луи никогда не видел его таким умиротворённым, несмотря на всё ещё фиолетовый синяк и многочисленные царапины. Чёрт возьми, он выглядел очаровательно. Луи поднялся и просто беспомощно стоял. Он не хотел беспокоить мальчика, который, скорей всего, отчаянно нуждался во сне. К тому же он сделал то, зачем пришёл сюда. Гарри дома, спит, и с ним всё хорошо. Теперь со спокойной душой и чистой совестью он может сходить в магазин, сделать необходимые покупки и вернуться домой. Луи развернулся, собираясь уходить, как Гарри выбрал нужный момент издать очень тихий и мягкий стон, который заставил шатена замереть и оглянуться через плечо. Но мальчик только сменил позу и продолжил тихо похрапывать с упавшими на лицо волосами. Несмотря на то, что здравый смысл кричал Луи открыть дверь и покинуть это место, он снова подошёл к матрасу и сел рядом, прямо у того места, на котором лежала голова кудрявого. Он немного простонал, наблюдая за мальчиком, опустив голову на колени, и стараясь не рассматривать то, как сильно выгибалась его спина. Что с ним происходит? Одно дело, когда ты проявляешь человеческую заботу, но совсем другое, когда ты сидишь и как маньяк наблюдаешь, как другой человек спит. Раздался стук в дверь, заставляющий Луи поражённо обернуться. — Ой! Гарри, прошу прощения за то, что отвлекаю и прерываю то, что у вас там происходит, но не мог бы ты уже встать? Клянусь Богу, мы уйдём без тебя, — раздался приглушённый голос Найла. — Найл! — последовал голос Лиам и звук похожий, будто кто-то кому-то дал подзатыльник. — Имей хоть немного совести! Гарри раздражённо застонал. Луи повернулся к нему лицом и застыл как вкопанный, чувствуя тревогу. Всё, что он видел, это макушку кудрявых волос, когда Гарри уткнулся лицом в подушку. — Заткнись, — проскулил он. За дверью Найл начал припевать «Гаааааррииии!», и Луи улыбнулся бы, если бы не ждал, затаив дыхание, когда мальчик заметит его присутствие. Гарри задвигался на матрасе, стаскивая одеяло вниз до тех пор, пока оно полностью не упало на пол, и лёг на бок. — Найл, уходи. Луи замер, ничего не решаясь сделать, кроме как наблюдать, как глаза напротив медленно открылись, а зелёная радужка увеличилась. Гарри несколько раз расфокусировано моргнул, после чего его взгляд упал на Луи. Секунду они просто смотрели друг на друга, потому что Гарри был сонным и расслабленным. Но вот его глаза расширились, и он быстро подскочил. — Луи? — его голос был глубже, чем обычно, от чего у Луи по спине пробежали мурашки. — Эм, привет. — Что ты здесь делаешь? Гарри поражённо смотрел на него, а Луи просто сидел, понятия не имея, как объяснить своё присутствие. Взгляд прошёлся по торсу кудрявого, замечая парочку небольших синяков на груди. — Я просто, эм, проверял тебя? — наконец сказал он, пожимая плечами как будто в знак извинения, и снова посмотрел на Гарри. Внезапно на лице кудрявого проявилось понимание, и он поднялся. Луи последовал его примеру. — Слушай, ты, наверное, вчера не так меня понял. Я не имел в виду ничего… такого, ясно? Не понимая, Луи нахмурился. — Что? Гарри вздохнул и запустил руку в волосы. — Очевидно, что тебе пришло в голову, будто это, я не знаю, «Красотка» или… — Стоп, стоп, стоп, притормози, — Луи встревоженно поднял руки вверх. — Во-первых, ты не такой сексуальный, как Джулия Робертс, даже не смей сравнивать. А во-вторых, ну прости, пожалуйста, что мне просто захотелось убедиться, не умер ли ты случаем. Не моя вина в том, что ты сам заявился ко мне домой! Гарри закатил глаза и сделал пару шагов по направлению к двери, стараясь держаться от парня как можно дальше. — Я совершил ошибку, признаю, прости за беспокойство. Но именно ты сказал мне остаться! Даже настоял, я бы сказал. — Ох, ничего подобного, — фыркнул Луи, не осознавая, в каком бешенстве был Гарри. — Да, конечно, но, двигаясь дальше, мне не нужна твоя помощь. Или что там ещё ты хочешь мне предложить, — вскинув брови вверх, Гарри пришлось остановиться на секунду, чтобы перевести дыхание, но этого времени хватило, чтобы Луи сделал выводы. — Агх, Господи, ты серьёзно? Я пришёл сюда не потому, что думал, будто ты собираешься меня трахнуть! Он даже не пытался следить за громкостью своего голоса, хоть и понимал, что так Найл и Лиам услышат каждое произнесённое им слово. Внутри возрастала злость, ярость, от которой ему просто хотелось кричать и терять над собой контроль. — О, правда? Тогда зачем ты здесь? — Гарри тоже кричал, выпуская злость наружу. — Идиот. Какой же ты идиот! Ты правда думаешь, что я такой ужасный и не могу прийти, чтобы просто узнать, как ты себя чувствуешь? Утром у меня же не выпало такой возможности, ссылаясь на то, что ты сбежал! — Что ж, прости! Прости, что посчитал избавить нас обоих от этого разговора. Этого глупого, неловкого и ненужного разговора. Почему ты просто не оставил это в покое? Почему ты всё ещё здесь? — Луи показалось, что под «этим» Гарри имел в виду не только сегодняшнюю ночь. — Класс! Я ухожу. Прошу прощения, что пытался быть приличным человеком и переживал за тебя! Как только он это сказал, комнату окутала тишина. Руки плотно сжаты в кулаки, стук сердца отдаётся в ушах. Только тогда он осознал, как громко всё-таки кричал. Гарри открыл рот, чтобы ответить, но замер. Когда он наконец заговорил, его голос стал совсем другим — более тихим и мягким. — Ты, эм… переживал за меня? Луи остановился. Атмосфера в комнате резко поменялась. В груди что-то потянуло, в животе — запорхало. Он неожиданно почувствовал себя чертовски глупо. Пытаясь избавиться от неприятного чувства и симулируя беспечность, он засмеялся, избегая пристального взгляда кудрявого. — Слушай, я проявил бы заботу к любому человеку, явившемуся ко мне домой ночью в побитом состоянии. Я, эмм… извини, что оказался в твоей комнате без твоего разрешения. Когда он снова поднял взгляд на мальчика, выражение его лица утратило какую-либо злость и напряжение. Луи не мог не облегчённо выдохнуть. — Да, что ж, не волнуйся об этом, — пробормотал Гарри. — Прости, но мне нужно собираться, я должен кое-куда съездить, поэтому… — Конечно! Да, Найл об этом упомянул… я пойду. Луи прошёл мимо мальчика к двери, отчаянно пытаясь не допустить их прикосновения. Замерев, держась за ручку двери, он произнёс: — Пока. — До встречи, Луи. Луи не повернулся, хоть и хотел проверить, совпадало ли выражение лица кудрявого с его тоном в голосе. Он просто открыл дверь, чуть не сбив на пороге Найла и Лиама, которые явно подслушивали, и, попрощавшись с ними, с трясущимися руками направился к входной двери номера. Когда под ногами оказался асфальт, а в лицо подул свежий воздух, Луи почувствовал, как легче стало дышать. Он сделал пару глубоких вдохов и попытался успокоиться. То, что произошло, очень расстроило и ошеломило его. Но что именно произошло? Он потерял контроль над собой, что, конечно, было очевидно. Но винить себя он не посмел, потому что любой может сойти с ума от того, как глупо повёл себя Гарри. От одной только мысли о том, что сказал кудрявый, в животе скрутился узел злости и Луи направился к автобусной остановке. Вспоминая произошедшее, он понял, что ему приятен тот факт, что он смог заставить Гарри тоже потерять контроль. Что под маской полной уверенности и развязного кокетства скрывалась такая же нерешительность и эмоциональность, какая была присуще Луи. Но после этого, когда наступила тишина, на долю секунды всё стало таким спокойным и закрытым. Словно сердце Луи вот-вот готово было выпрыгнуть из груди. Почему всё казалось таким странным? Его эмоции превратились в настоящий кавардак. В любом случае, сейчас всё прошло. Конец. Это был последний раз, когда он имел дело с Гарри и его глупым лицом, а так же глазами, голосом и отвратительно очаровательными ямочками. Придя на остановку, Луи молча договорился с собой, что неважно — каким сильным был накал его сексуальной потребности и чтобы не говорил голос на задворках ума, он никогда больше и близко не подойдёт к Гарри Стайлсу. Но у вселенной были другие планы. *** В восемь часов вечера послышался стук в дверь. Луи только вышел из душа и был одет в спортивки и мягкий свитер с мокрыми волосами. Он сидел на диване и поднял взгляд на дверь, как стук повторился. Пришлось поставить футбол на паузу. «Это уже не смешно», — подумалось ему, когда он встал и подошёл к двери, смотря на ручку так, словно она хочет его укусить. Удивление было мизерным, когда на пороге он увидел Гарри с руками, засунутыми в карманы толстовки, и широко открытыми от страха глазами. Синяк на щеке выглядел менее болезненно, да и на лице совсем не было крови, вот только его нынешнее состояние не сильно отлично от того, в каком он заявился в эту квартиру ночью. — Мне кажется, или у меня дежавю?.. — сказал Луи, облокачиваясь на дверной угол. Гарри улыбнулся, и Луи пришлось закусить губу, чтобы безнадёжно не улыбнуться в ответ. — За исключением, знаешь, крови на лице и застенчивости. Плюс сейчас не три часа ночи, и ты не разбудил меня, когда мне снился такой прекрасный сон, поэтому, очевидно, я достаточно бдителен, чтобы прогнать тебя с порога. — Так и поступишь? — беспечно спросил Гарри. — Смотря за чем ты пришёл. Если дело в раскаянии, извинениях и, знаешь, подарках за моё благородство, то кто знает? Возможно, я даже приглашу тебя внутрь. Но если ты здесь, потому что хочешь, чтобы я пустил Иисуса в своё сердце, то, скорее всего, мне придётся отказаться… — Луи запнулся, увидев морщинки вокруг зелёных глаз и лёгкую улыбку. — Что? — Ты ворчишь. — Да, ворчу, причём очень часто. Знаешь, у многих людей это что-то вроде нервного тика. У меня же это просто способ общаться… В этот момент Гарри ринулся вперёд, соединяя их губы и заставляя Луи навсегда замолчать.