for angels to fly

Луи вспомнил тот раз, когда они с Гарри впервые поцеловались. Каким же он был пьяным… Вспомнил вкус губ мальчика, когда они, путаясь в ногах, перемещались по спальне. Вспомнил, как Гарри засмеялся ему в губы, как звук вибрацией отдался глубоко в груди, и как кудрявый своим языком вытворял такие вещи, что Луи потерял все нити с реальностью. Это случилось не так давно, и всё же сейчас, чувствуя губы мальчика на своих и то, как длинные пальцы держали его голову, ему казалось, будто это было в первый раз. Целуя Луи, Гарри не колебался. Не был мягок и нежен. Он исследовал его рот с намерением, проводя рукой от затылка вниз к пояснице и залезая под свитер. Он целовал его так, словно боялся, что если остановится, Луи его оттолкнёт. Луи же, в свою очередь, лишь издавал приглушённые удивлённые звуки, а после позволил Гарри всё контролировать, уставившись в его закрытые веки. Сердце стучало в ушах, руки безжизненно висели по бокам. Он не мог осознать, что то, о чём он грезил по ночам, чего так желал, на самом деле происходило. Гарри стал целовать его настойчивее, ожидая ответной реакции, но голова Луи была заполнена вопросами и смешанными мыслями, поэтому он дальше продолжил стоять, словно парализованный. Мальчик понял, что происходит с шатеном, и выбрал другой метод. Движения стали нежными, поцелуй замедлился. Подушечками пальцев он начал вырисовывать круги на его бедре, а потом переплёл их языки. В голове Луи совсем стало пусто. Внизу живота стало тепло, а по спине пробежали мурашки. Всё, что он понимал в данный момент, это то, что его обуздало неожиданное и ослепляющее желание. С таким же усердием Луи начал отвечать на поцелуй. Гарри издал тихий победный стон и повёл их внутрь квартиры, захлопывая за собой дверь. Луи ухватился за его плечи, чтобы не упасть, в конечном итоге обнимая его за шею, пальцами зарываясь в тёмные, мягкие волосы. Между ними возникло чувство срочной необходимости, и они, не отрываясь друг от друга с переплетёнными ногами, упали прямо на диван. Гарри провёл ногтями по коже Луи, отчего тот почти зарычал, наклоняя кудрявую голову ближе к себе и оставляя горячие поцелуи на пухлых губах. Ему не нужно было осторожничать. Гарри излучал энергию, с рвением толкаясь вперёд, навстречу шатену. Последний протестующе заскулил, когда кудрявый отстранился, но тут же взял себя в руки, потому что Гарри сделал это, чтобы избавиться от своей, потом от его футболки, быстро возвращаясь к тому, на чём остановился. Он продолжил оставлять горячие, мокрые поцелуи под подбородком шатена, отчего тот тихо застонал и приподнял голову, давая больше доступа к своей коже. Гарри проложил путь языком и зубами от челюсти Луи к его ключицам и вернулся обратно, не переставая водить рукой по его груди. Луи уже был болезненно возбужден, заманчиво прижимаясь бедрами к бедрам парня. Возможно, он бы постеснялся своего энтузиазма, если бы в течении трёх недель не был холостяком и мог разумно соображать. Руки Гарри продолжали исследовать тело Луи, когда губы вернулись к губами напротив. Луи весь дрожал. Сердце колотилось, кожа горела. Он с напором поцеловал мальчика в ответ. Их языки сражались за главенство до тех пор, пока Луи не начал задыхаться, а Гарри отстранился, одним легким движение сдернув его спротивки вниз. — Постой, — хриплым голосом произнёс Луи. — У меня нет… Гарри улыбнулся и сполз вниз, по дороге прикусывая и целуя каждый открытый участок желанного тела. Луи пришлось упереться на локти, чтобы озадаченно на него посмотреть. С самодовольной ухмылкой Гарри сидел на его ногах и держал в руке презерватив и смазку, которую, как предположил Луи, достал из кармана своих джинс. — Всегда прихожу подготовленным. Луи закатил глаза и начал хихикать, пока Гарри обратно не налетел на него. Губами чувствуя улыбку на губах напротив, Луи прервал поцелуй и переместился на его шею, улыбаясь в кожу от того, как младший парень задрожал. — Знаешь, у меня здесь есть очень хорошая кровать… — пробормотал он, торжественно усмехаясь тяжелому выдоху Гарри, послужившему ему в качестве ответа. Кудрявый простонал перед тем, как слез с него и дернул за запястье, призывая встать. Луи пытался не смеяться, когда его чуть ли не силой потащили в спальню. Гарри бросил перед ним смазку с презервативом и, сняв с себя штаны, удобно устроился на чужой кровати. От представленного вида у Луи задрожали колени. Когда он забрался на мальчика, не дожидаясь призыва, тот выгнул спину, прижимаясь к его коже своей. Луи снова начал глубоко его целовать, опуская руку вниз и просовывая её между их телами, чтобы ухватиться за его член. Гарри издал приглушенный звук ему в губы, отчего у Луи в животе стало очень тепло. Он начал дрочить ему, немного неловко из-за их положения, не прекращая поцелуй, пока Гарри не скорчился и нетерпеливо ухватился за его плечи. Он потянулся вверх, царапая нежную кожу над ухом, и зашипел: — Трахни меня уже. Луи не нужно было просить несколько раз. Воспоминания о их первой ночи были неточными и, как будто, нереальными. Но этот раз очень ясно запомнится у него в голове. Жар в теле был до боли знакомым, что Луи почти себя сдерживал, двигаясь медленно и давая Гарри время абстрагироваться. Он не мог даже думать. В голове было пусто, за исключением сфокусированной необходимости быть ближе, глубже и полностью потерять контроль. Когда Гарри выгнул спину под ним, зацепился ногами за его бедра и тяжело начал умолять: «Еще, глубже», Луи плюнул на свою сдержанность и, прошептав: «Боже, да», сильнее толкнулся вперед. Он закрыл глаза, когда сдавленный стон соскользнул с его губ, и сжал бедра кудрявого. Но тут парень произнёс его имя. Он посмотрел на него — голого, открытого и смотрящего на него в ответ своими тёмными, наполненными желанием, потребностью и намёком на отчаяние глазами. Именно тогда Луи полностью потерял контроль, заходя в мальчика на всю длину. Они оба вскрикнули в одно и то же время. Луи начал двигаться быстрее, погружаясь в тепло, а руками скользя по гладкой коже. Вместо поцелуев они рвано дышали друг другу в губы, прислонившись лбами. Когда Луи изменил угол наклона, задевая глубоко внутри чувствительное место, мальчик снова откинул голову обратно на подушку, болезненно царапая спину шатена ногтями. Сердце молотком колотило по рёбрам. Ничего не соображая, Луи трахал его — глубоко и так, так хорошо, пока Гарри не заскулил и не кончил ему на живот. Удовольствие подошло к пику. Луи толкнулся раз, два перед тем, как тугой узел в животе развязался и он ослаб, сильно зажмурив глаза. Гарри держался за него, когда приходил в сознание после оргазма. Нежные пальцы поглаживали спину, как бы извиняясь за царапины, которые в скором времени, Луи был уверен, появятся. Еще минуту они просто лежали. Единственное, что было слышно в комнате, это тяжелое дыхание парней. Луи не хотелось двигаться. Слишком тепло и комфортно. Но тут Гарри заворочался под ним, поэтому ему пришлось перекатиться и лечь на спину. — Так что… ты меня выгонишь? — спросил мальчик хриплым голосом. Луи почти задрожал, фыркнув на вопрос и уставившись в потолок. — Посмотрим. Он думал, что голова будет разрываться от интересующих его вопросов, но за последние недели он ни разу не был так расслаблен, как сейчас, и ничего для него не имело значения, кроме одной вещи, которую он всеми фибрами своего тела желал знать. — Это значит, что ты хочешь остаться? Уголками глаз он увидел легкую улыбку кудрявого. — Ну, у тебя тут очень мило, Луи, — Гарри перекатился на живот и, опираясь на локти, взглянул ему в глаза. — Хороший диван. Прекрасный стол. — Если ты хочешь сказать, что это произвело на тебя впечатление, то ты просто обязан увидеть кухню, — соблазнительно произнес Луи. Гарри засмеялся, долго и открыто, пока Луи просто смотрел на него, наслаждаясь тем, что это происходит. — Как я могу отказаться от такого предложения и уйти? — улыбнулся кудрявый, когда прекратил смеяться. Глаза его светились. Мгновение они смотрели друга на друга и улыбались, со стороны, скорее всего, выглядя, как полнейшие идиоты. Но Луи было слишком хорошо, чтобы об этом думать. Гарри собирается остаться. Он не знал, почему его так сильно волновал этот факт. Наверное, потому что он думал, будто кудрявый сразу же поднимется с кровати, поблагодарит его за отлично проделанную работу и уйдет. Вот уже вторую ночь Гарри приходит к нему домой, а Луи всё ещё пытается понять, почему он хочет, чтобы мальчик остался на ночь. Скорей всего, из-за обычной вежливости, да? Оборвав все свои мысли, он перекатился на кровати и поднялся. — Что ты делаешь? Луи посмотрел сначала на себя, затем на Гарри. — Не знаю, заметил ли ты, но ты навел тут небольшой беспорядок. На лице Гарри появилась широкая улыбка, и он снова откинулся на подушки, пока Луи, закатив глаза и пряча ответную улыбку, направился в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Справился он быстро, так как поскорее стремился вернуться в спальню. Если он долго будет держать мальчика одного, то может подкинуть ему причины уйти. Но ему не нужно было волноваться. Вернувшись, он увидел Гарри в той же самое позе — на спине с закрытыми глазами и полуулыбке на розовых губах. Простояв на пороге пару секунд и просто смотря на мальчика, он в неком роде протрезвел. Вопросы, которые таились на задворках его разума, всплыли наружу. В конце концов, Гарри, абсолютно ненасытный и желанный, заявился к нему домой субботним вечером и поцеловал. Вполне естественно, что при таком раскладе у него появится немного вопросов. Хоть он и приписал свои мотивы к бешеному желанию и полному безумию, Гарри являлся для него неразрешимой загадкой. В этот момент он осознал, что Гарри тоже смотрит на него сонными зелеными глазами. — Что такое? — Сегодня суббота, — ответил Луи, перемещаясь на край кровати. — И…? — Гарри принял сидячее положение, а Луи попытался скрыть улыбку от того, как сильно кудрявые волосы торчали во все стороны — полный беспорядок. — Мне просто… — Луи замолчал, подбирая правильные слова. — Ты здесь вместо того, чтобы… делать то, что обычно делаешь. Сегодня же суббота. Разве она не предполагает большую ночь? — Наверное. Не поняв интонацию кудрявого, Луи повернулся к нему, внимательно сканируя лицо. — Нет же ничего плохого в том, что я чувствую вину? Я ведь могу заплатить, знаешь. В этот момент Гарри очень заинтересовался рисунками на покрывале, избегая пристального взгляда. — Луи… я здесь, потому что хочу этого. Ну и что это, чёрт возьми, за объяснение? — Если тебе станет лучше, то воспринимай это в знак благодарности за прошлую ночь. Луи ощутил, как атмосфера между ними стала хрупче, и почти пожалел о всех сказанных словах. — Останешься на ночь? Ему было неловко говорить это. При том что Гарри до сих пор не поднял на него взгляд. Но вот он посмотрел, сдвинув вместе брови. — Могу уйти, если ты хочешь. — Нет! Нет, это не то, чего бы я хотел. Прости, я так ужасен в разъяснениях. Тебе всегда рады в этом доме. Просто не хочу, чтобы ты думал… будто обязан мне или что-то вроде этого. Луи смущенно почесал затылок, краснея от испытующего взгляда кудрявого. Но затем мальчик улыбнулся, и было такое чувство, будто вся комната снова озарилась светом. — Я останусь. Только для того, чтобы увидеть кухню. Он снова поцеловал его, и Луи неожиданно понял, что ласкать тело мальчика своими губами и руками было куда приятней сидящих на задворках разума вопросов.

***

Проснулся Луи с отдыхом, которого не было у него, наверное, целую вечность. Потянулся, не открывая глаза и чувствуя счастье в теплоте и любимом месте. Солнечный свет проникал через занавески и отражался на его коже, так приятно и тепло, что можно было понять — сейчас, примерно, девять часов утра. Он перекатился на живот, зарывшись лицом в подушку и довольно вздохнув. Сегодня воскресенье, означающая то, что Луи может спать столько, сколько пожелает. Под резкий звук, будто что-то разбилось, и тихое ругательство, исходившее из кухни, он вскочил с кровати. Что за херня? Он замер, прислушиваясь, и тут на него словно нахлынуло. Он не мог не заулыбаться, вспоминая прошлый вечер и ночь. Последний раз, когда Луи бросал взгляд на часы, было два часа ночи. Гарри кусал его за ключицы, и тогда он полностью потерял счёт времени. Воспоминания мягкой кожи под его теплыми ладошками пронеслись перед глазами. С широкой улыбкой на лице он надел вчерашние спортивки и направился через гостиную в кухню. Гарри стоял спиной к нему, но тут же обернулся, стоило Луи зайти и увидеть его большие напуганные глаза. — Я… я разбил твою кружку. Осколки синей керамики валялись чуть ли не по всему полу. — Я вижу. — Я куплю тебе новую, — пообещал Гарри и развернулся к столу, на котором стояла ещё одна кружка. Когда кудрявый снова показал свою спину, Луи заметил, как напряжены его плечи. Это навело его на мысль, что, возможно, он не так сильно был застрахован от неуверенности, как могло показаться Луи в первый и, наверное, второй раз. Ни секунды не раздумывая, он прошел через кухню, аккуратно наступая на пол, и обнял Гарри за талию, грудью прижимаясь к его спине. Кудрявый вздохнул и расслабился. — Что делаешь? — мягко спросил он. — Кофе, — пробормотал Гарри. Быстрым взглядом Луи увидел прикрытые глаза и начал водить круги на его животе. Он тоже был голым. Стоял в одних лишь боксерах, которые, скорей всего, принадлежали Луи. — Прости, что разбил твою кружку. Луи пожал плечами. — Она все равно мне не нравилась. Он отстранился, отчего Гарри издал тихий стон протеста и повернулся к нему лицом. Луи уперся руками о столешницу прямо рядом с бедрами мальчика и нагнулся вперед. — Знаешь, что смешно? — Что? — подразнил его Гарри с улыбкой на устах и сияющими от солнечных лучей глазами. В них была смесь зеленого с серым, что заставило Луи прийти к заключению — Гарри, должно быть, был самым красивым существом на планете. — При свете дня ты выглядишь совсем иначе. В этот момент его улыбка превратилась в полномасштабную усмешку, и он цокнул. — Идиот. — Возможно. Внутри Луи просто сиял. Гарри стоит у него на кухне и с растрепанными кудряшками заваривает кофе после целой ночи крышесносного секса. Даже когда это все казалось нереальным, Луи был слишком рад тому факту, что мальчик остался. Остальное могло подождать до того раза, когда он не будет таким счастливым. Луи отошел от него, чтобы открыть холодильник и заглянуть внутрь, осматривая содержимое. — Что думаешь насчет омлета? — спросил он, посматривая на кудрявого через плечо. Тот в наигранном раздумье приподнял голову, после чего ответил: — Думаю вполне позитивно. — Прекрасный ответ, потому что я готовлю шикарные завтраки, — сказал шатен, хватая продукты и кладя их на стол. Пока он жарил два омлета, Гарри скакал вокруг него, как маленький щенок, поглядывая ему за плечо и комментируя все, что он делал. Наконец, ему дали задание — подать лопатку, что он и сделал со словами: «Никому не нравятся запасные повара». Как выяснилось, Гарри очень хорошо готовил. Луи пораженно наблюдал, как он выкладывает перед ним на стол их завтрак, сопровождаемый горячей кружкой кофе. Сначала он потянулся к напитку, делая глоток, пока Гарри усаживался рядом, переодетый уже в свои вещи. Луи потребовалось мгновение, чтобы понять, каким ужасным был кофе, но он заставил себя проглотить жидкость и поставить кружку на стол. — Много пьешь кофе? — спросил он обыденно, приступая к омлету и одобрительно хмыкая от того, как это было вкусно. Гарри пожал плечами. — Не очень. Просто подумал, что ты из тех, кто его любит. — И как это понимать? — Ну, ты просто такой… активный. Луи фальшиво вздохнул. — Какое нахальство! Гарри только вскинул брови, и Луи решил сдаться, не собираясь упоминать об ужасно, ужасно сделанном кофе в кружке. Позавтракав, они оставили тарелки в раковине и провели утро за просмотром ситкома «Переростки» по телевизору. Луи подумал, что такое времяпровождение можно было сравнить с посиделками с Зейном, если бы только по коже не бегали мурашки каждый раз, когда Гарри что-то говорил или ближе пододвигался к нему. Утром было так легко просто взять и прикоснуться к нему, будучи в полудреме после ночи. Но, даже не смотря на их спокойную беседу за завтраком и то, как они сидели на диване, не касаясь друг друга, но так, так близко, и смеялись над шутками по телевизору, Луи чувствовал всё то же сомнение и нерешительность. Он пытался подавить желание узнать о всём том, что сейчас с ним происходит. Почему ему так важно это понять? Почему это просто не может происходить? Гарри, видимо, не переживал, как подумал Луи, так как привык к своей не совсем обычной жизни, кардинально отличавшейся от жизни Луи. Парень существенно переживал об их крохотном расстоянии между телами и то, как рука Гарри лежала на диване прямо рядом с его бедром. В этот момент кудрявый посмотрел на него, видимо, чтобы разделить смех над тем, что произошло в сериале, внимание которому Луи совсем перестал уделять, и, должно быть, заметил его напряженное выражение лица, потому что перестал улыбаться. В его глазах промелькнула неуверенность. — Наверное, мне нужно идти. Его слова вырвали Луи из потока беспокойных мыслей, и шатен повернулся к нему всем телом. — Ты не должен. Гарри пожал плечами, вставая. — Если я в скором времени не приду, парни начнут волноваться. Такая вот у них прискорбная привычка. — Я могу проводить тебя до остановки, если хочешь, — поднялся Луи, следуя за кудрявым к двери. Тот пошарился по своим карманам и взглянул на Луи. — Черт, — пробормотал он, — я оставил дома телефон. — Его глаза встретили другие голубые, и он быстро произнес: — Нет, нет, не волнуйся. Я лучше прогуляюсь. — Уверен? Могу вызвать такси. Гарри не мог не улыбнуться. — Правда, Луи, все хорошо. Луи нахмурил брови, потому что внутри просто разрывался. — Отсюда далеко идти. — Знаю, ходил уже. И ничего со мной не стало. Он вздохнул. — Хорошо. Гарри посмеялся, показывая свои белоснежные зубы. — Ты почти как Найл и Лиам. Луи не понял — воспринимать это замечание как комплимент или же оскорбление. Ему не хотелось называть то, что он чувствовал в этот момент, отчаянием, но небольшая неловкость от того, что Гарри уходил, присутствовала. Не то чтобы он ожидал, будто Гарри навсегда собирается остаться в его квартире, но им всё ещё было о чем поговорить. Хорошая идея пришла к нему на ум. — Подожди секунду, — дождавшись от кудрявого кивка, он поспешил на кухню. Взял ручку в одном из ящиков и вернулся к кудрявому. Он ни минуты не сомневался, когда взял его за руку. Гарри был удивлен, но потом на его лице появилось понимание, когда Луи написал на внешней стороне его ладошки номер телефона со смайликом в конце. Закончив, Луи неловко прочистил горло и отпустил руку кудрявого. Если быть честным, ему дико хотелось еще немного ее подержать. Когда их взгляды встретились, он увидел что-то мягкое в глубине зеленых глаз и выдавил «на случай, если тебе что-то понадобится» без каких-либо других мыслей. Гарри хмыкнул и открыл дверь. — Я пойду. Луи облокотился на дверной косяк и наблюдал, как мальчик начал спускаться по лестнице, напоследок кидая через плечо легкую улыбку. Спустя примерно час после того, как Луи закрыл дверь и вернулся на диван, загудел телефон, оповещая о новом сообщении. До скорой встречи, Луи.