Desert rose

В таком темпе минуло около двух лет, на протяжении которых мы продолжали тренироваться, расти, ходили на миссии, зарабатывая себе неплохую репутацию в кругу местных шиноби. На нашем счету числилось восемь миссий ранга А, девять ранга В и парочка простых С, на которых мы попросту помогали сажать лекарственные растения в теплицах, ставили барьеры против песка на дома обычных людей, провожали купцов до места торгов и обратно. До ранга S мы ещё не дотягивали, практики всё же маловато, но через пару лет перспектива встретить нукенина и одолеть его намечалась весьма неплохая. Будь я менее ленивой и более смелой, уже сейчас бы потащила мелких получать ранг, но внутренний страх не давал раньше времени вести ребят сдавать экзамен, всё же до судьбоносного оставалось чуть больше двух лет. Целая жизнь, если не просиживать штаны, уповая на хорошее развитие событий. Я старалась впрягаться в тренировки по максимуму, разучивать всё, что только доступно благодаря ресурсам библиотеки, воспоминаниям прошлого Шукаку и джинчурики, приставленных к нам Расой шиноби и им самим. Казекаге потихоньку оттаивал, изредка даже позволяя себе улыбку в сторону собственных детей, ко мне же стал относиться нейтрально. Ему вроде бы претило, что демон стал частью семьи, проводя с его отпрысками практически двадцать четыре на семь триста шестьдесят пять дней в году, а вроде как даже удобно было, ведь те всегда под присмотром взрослого человека. То, что я именно таковой и являюсь, Собаку но-старший понял сразу же, стоило нам ещё пару раз перетереть. Может быть через годик-другой я добьюсь в его глазах статуса друга, хотя бы приятеля, но пока что ситуация такова. С тех пор, как я впервые вышла с Гаарой на глаза людям, прошло более пяти лет, первый год из которых был крайне сумбурным. Ещё бы, ведь рядом с прокаженным деревни появилась мелкая сопля, во всю демонстрирующая дружелюбие и откровенно не любящая, когда её друга обижают или хотя бы просто косо смотрят. Старейшины деревни в начале не знали ничего о моём происхождении, Раса решил скрыть до поры, до времени, у них там свои тёрки и интриги, скандалы, расследования, в которые лезть себе дороже. Когда же те прознали, Казекаге пришлось идти на поклон, выглядя при этом так, будто идет на эшафот, после чего в кратчайшие сроки по Суне разнеслись слухи о болезненной дочери того, скрывающейся от мира с рождения. Пустили легенду, мол, у Каруры-сан родились двойняшки, но так как в одного запечатали биджу, второй на протяжении цикла беременности был крайне слабым и должен был вообще умереть. Не вышло, родилось двое детей, один из которых лишь недавно встал на ноги. Версия была неплоха, я в какой-то момент и сама начала верить, пусть и были дыры: как бы они запечатали биджу в Гаару, если внутри был ещё кто-то? Да, такое вполне возможно, когда-то даже пробовали с одним из других демонов, но в таком случае логичней было бы разделить Шукаку на две части и сделать двоих носителей. Инь и Ян, добрый и злой, я и Гаара. И ведь хорошо звучит, можно сразу объяснить все наши силы, проблемы с контролем у мелкого до шести лет, большой запас чакры и тд. Проблема только вот в том, что может возникнуть ситуация уровня Каге, то есть много джинчурики на одну Суну, пусть и от одного демона. Эта политика стран касательно живых орудий довольно странная, я не особо вникала, но когда-то у Ветра было два биджу, один из которых был похищен Кумокакуре во время второй мировой войны шиноби, пока Суна была занята войной с остальными странами. Двухвостая кошка Мататаби изначально была продана Сенджу Хаширамой в Облако, но спустя двадцать лет оказалась в Ветре. Или же её похитили? Кто знает, история довольно мутная, а встретиться с кем-то из биджу я ещё не успела. Не считая Девятихвостого, конечно. С этим парнем пришлось повозиться больше, чем со всеми суновцами вместе взятыми. Понятия не имею, Мудрец Хагоромо ли придумал эту ерунду или же люди, запечатывающие зверей в детей, но при заключении биджу в печать тот практически теряет свою личность, оставляя большую часть звериной сущности. Мы ведь ёкаи, изначально разумные существа, каждый из которых обладает своей индивидуальностью. За годы заточения она ушла куда-то на второй, а то и пятый план, оставив лишь тех самых монстров, которых люди и боятся. Взять хотя бы меня, я — тануки, мистическое животное, символизирующее счастье и благополучие, а что вышло в итоге? Сделали убийцей, психом и тем ещё маньяком, засунули в ребёнка, отобрав мать, печать кривую наляпали сверху, в результате чего у первого Ичиби крыша и потекла, затопив по пути несколько сотен, если не тысяч, душ. С квартирантом Узумаки дела обстояли иначе. Кицуне у местных считается палкой о двух концах, то есть они их вроде как почитают, а вроде конкретно так боятся. Курама сам по себе довольно колоритный персонаж, они с Шукаку испокон веков собачились, всячески соперничая, а в последние лет шестьдесят и вовсе ненавидели друг друга. Мне удалось найти память Шукаку о разделении Джуби, те самые первые минуты и часы, когда Рикудо Сеннин наказывал своим хвостатым деткам не шалить и любить друг друга. Именно Курама первые года защищал тануки, оберегал и всячески лелеял, обожая младшего братика, это потом уже, гораздо позже, Шукаку стал бесноваться и выводить лиса из себя, но я ведь всё теперь знаю, помню так, будто прожила. И Раса знает, потому что копались в архивах под резиденцией мы вместе, пытаясь найти сохранившиеся свитки с момента формирования деревни, рассказывающие о жизни первого джинчурики до вселения в него Однохвостого. Я вообще активно пыталась расшевелить занятого деревней и собственной депрессией мужчину, приобщить к общественным работам, показать свою заинтересованность в дружбе с ним. Всё же я официально считаюсь его дочерью, живу в его доме и всё ещё на свободе, было бы минимум некрасиво оставить данные жесты без ответа. Паранойя, увы, лечится не так быстро. Стабильно мы бывали в Конохе хотя бы раз в месяц, благодаря чему шаткие послевоенные отношения Листа и Суны плавно выравнивались, возможно и не будет в последствии никакой масштабной операции захвата с активным участием одного змеиного саннина, трупика Четвёртого и, возможно, Сасори. Не отпускает мысль, что и в этот раз Скорпион сунулся бы к Казекаге, как-то просто Расу в каноне Орочимару вынес, даже не вспотев. Я этот момент долго вспоминала, третировала собственную память, а после спустилась во внутренний мир и открыла себе Америку — мои воспоминания канона хранились здесь же, сияя новизной свитков и чистотой полок шкафов. Чем старше они становились, тем сильнее ухудшалось состояние свитков и их полочек, на особо древних паутина лежала таким слоем, что страшно касаться, благо её можно убрать, прочитав написанное. Наруто за это время вытянулся и подрос, становясь вровень Гааре. Мине, мой песчаный мини-клон, единолично развлекала мелкого почти полгода, прежде чем мы смогли проделать ту же штуку с моим джинчурики. Мини-Гаара, возникающий рядом с Мине, когда хочет поговорить с другом, вызывал умиление. Дать клону сознание мелкого не вышло, всё же он человек, а не сгусток чакры, но вот эту самую чакру влить в песок смогли, используя тот, что всегда хранится в тыкве. Она сейчас такая аккуратная, размером с вазу, всегда весит у Гаары на поясе и ни капли не напоминает ту бандурину, что он таскал в шесть лет. До сих пор дергаюсь креститься, стоит представить моего ребёнка с ней, а ведь в богов я не верю даже после реинкарнации и мне не стыдно. Канкуро стал чунином. В один из дней они с Баки пришли и объявили, что он, как старший мужчина детского сада имени Собаку но, должен защищать нас, поэтому через полгода отправляется в составе специально собранной команды на экзамен в Ивагакуре но Сато. Сказать, что мы охренели, не сказать ничего, Темари и вовсе достала тэссен, раскрывая сразу на две луны. Бежал старший братец так, что пятки сверкали, Баки лишь иронично вскинул бровь ему вслед. Мы все знали о желании сестрицы стать чунином, она была старшим ребёнком в семье, занимая на пару со мной место хозяйки дома, управленца, а иногда и матери. В моменты, когда становилось лень совершенно всё, обычно после тренировок и занятий по каллиграфии, в другое же время материнскую роль отводили уже мне: уборка, стирка, готовка и прочие мелочи жизни. Нет, я не занималась этим с утра до ночи, упаси меня Ками, просто распределяля обязанности между жильцами, гонять Канкуро на рынок или лично выбирать овощи на обед, иногда давать какие-нибудь советы дельные, о мальчиках или девочках говорить тёмными вечерами, о косяках взрослых. Мне не трудно, а детишкам легче, социальная жизнь не просто так нужна для всестороннего развития, особенно в бытности шиноби. Можете назвать это глупостью, но мне хотелось встретиться со всеми своими братьями и сёстрами, обретёнными после становления Однохвостым. Увидеть их в живую, потрогать может, обменяться воспоминаниями и опытом. Я откуда-то знала, что они поймут изменение души, это буквально первая мысль в ассоциации, только было всё равно не по себе. Конечно же, я не могу просто так взять и уйти из деревни на встречу приключениям, по крайней мере без Гаары, с которым мы чуть ли не как близнецы сиамские, и без Баки. Нас Раса вообще не выпускает толком за пределы квартала без сопровождения, опасается попыток суицидников отдать свои жизни "на благо деревне", избавившись от монстров. С тех пор, как старейшины прознали о моём существовании и появлении, не оставляют попыток нанять мало-мальски сильных шиноби за нашими головами. Безрезультатно, как вы понимаете, зато нам с мелким хорошая практика. Причем я даже не уверена на кого тыкать пальцем, старичья там навалом, чуть ли не треть деревни, каждый является потенциальным заказчиком. Сделать с этим ничего нельзя, официально я дочь Расы и покойной Каруры, а не воплощение духа песка, добровольно выпущенное из печати и пекущее печенье по выходным с перерывами на уборку от грязи. О, это отдельная боль моей жизни. Если вспомнить Суну в каноне, можно уловить момент с полным уничтожением клановой подготовки шиноби за неимением этих самых кланов, молчу уже про бесклановых детишек. После уничтожения Узумаки и страны Водоворотов все близлежащие территории, ранее связанные договорами о поставках печатей всех видов и сложностей на разные случаи жизни, остались ни с чем. Логично, Водоворот был уничтожен во время последней Великой Войны, а другие мастера фуина попросту не дотягивали до аловолосых дьяволов, да и цены задирали втрое. В Суне были и свои люди, я уже упоминала их, клан Акасуно, но, опять же, не тот уровень. Из-за сурового климата у людей банально не получалось строить нормальные здания и полигоны: адские порывы ветра сносили всё к чертям, забивали каждую щелочку песком, пылью и просто портили плодоносные земли, коих на территории страны Ветра не то чтобы много. Для того, чтобы защититься от природы, использовали два метода: первый, когда шиноби рисовали внушительную печать на всю стену и активировали ее подобно обычному фуину, в результате чего ни песок, ни ветер уже не представляли опасности. Здания отражали все нападки стихии, а если еще и барьер ставили сверху, то можно было даже техниками бомбить вплоть до В-класса. Второй метод был более затратен и спросом пользовался у высокопоставленных лиц, богачей или кого-то с влиянием дайме. Для этого требовалось потратить невероятное количество труда, чакры и времени, используя около ста печатей барьерного типа, завязанных на разные функции. Не вдаваясь в подробности, где-то четверть из них отвечали за внутреннюю сохранность стен, еще треть за поддержание барьера, другие же шли на защиту и прочие функции по мелочи. Их было просто море и маленькая лужица — Узумаки в своем деле шагнули далеко вперёд, опережая прогресс лет на тридцать. Загвоздка только в том была, что многие печати нужно было устанавливать при непосредственном строительстве зданий, а не после. Там уж красноволосые что-то мудрили, соединяли все закарючки между собой и получалось в итоге не здание, а настоящая крепость. Что-то подобное, к слову, сейчас имеется в сокрытом заброшенном квартале Узумаки в Конохе. Меня эта идея давно не оставляла в покое, не могло ведь так быть, чтобы Кушина Узумаки и Минато Намикадзе, Четвёртый Хокаге между прочем, своего ребёнка без последней рубашки оставили, без наследия или хотя бы без нормального жилища, не говоря уже про средства на существования. Как минимум должен был быть открыт счёт в банке на наследника, Кушина была далеко не мимопроходящей барышней, за ней когда-то стояла целая страна, пускай и маленькая. Так что на третий визит в Коноху я решила создать клона и под хенге отправить изучать улицы, авось наткнется на что-то интересное. Предсказуемо, ничего никто в тот раз не нашёл. Я приняла вызов, по самые уши закопалась в свитках библиотеки, мешая Гааре спать пару недель, после чего решила идти от обратного. Если гора не идёт к Ками, то Ками идёт к горе. Стала думать и вот что вышло: со времени смерти родителей Наруто прошло более десяти лет, что говорит нам о долговечности маскировочного барьера, а точнее его природе. Если я не накрутила себя, выставив дедушку Третьего с его шайкой полными свинотами, а в этом я сомневаюсь, барьер должен был быть завязан на природной чакре, еще и накопительного типа. Такие барьеры ставились на наиболее важные здания, например тайная библиотека Узушио, за которую лет двадцать-тридцать назад народ шел стенка на стенку. Естественно остался с носом, своё отдавать никто не любит, так и сгинула она вместе с Водоворотом. Или же так все думают, тут как знать. Так вот, барьер. Накопительный тип создан по принципу "всё своё ношу с собой и твоё не забуду прихватить". Изначально вливается какой-то определённый объём чакры, завязанный на аналогии родового камня, что-то типо алтаря, на нём же и идут последующие закрепления: кого впускать, кого не выпускать, когда позволять добавлять людей в пропускной список, а когда гнать взашей. И, самое главное, такой барьер сам вырабатывает для себя энергию, поглощая частички выбрасываемой людьми чакры из атмосферы, собирает природную энергию, перерабатывая в нужную. Стоять такая вещь может столетиями, если ничего внутри не разрушится раньше времени, те же чернила со временем блекнут и теряются. Перед уходом тогда я наказала Наруто погулять по деревне, идти туда, куда тянут ноги, душа и прочее. Может быть взыграет в нём кровь клана фуинмастеров, приведет к дому. Спустя месяца два я довольно потирала ручки. Нашел, солнышко моё голубоглазое, дом своих родителей, заглянув в неизведанный ранее уголок деревни. Сказал, что земли не сильно много, буквально пара домов, но это уже было подтверждение существования мини-филиала Узушио в Конохе, возможно что интересное и осталось в закромах. Об этом я, к слову, рассказала мелкому всё через Мине, лишь имена его родителей оставила на потом, решив обсудить столь деликатную тему с глаза на глаз. Наруто информацию понял, принял, начал обмозговывать, а после обмолвился, что обосновалась Кушина аккурат возле клана Учиха, чуть ли не соседи. Набрёл он на земли родные и не заметил даж как, в одно мгновение оказавшись совершенно в другом месте. Оно и понятно, барьер-то маскировочный, для этой цели и создавался. Остается надеется, что пропуск можно будет получить до совершеннолетия наследника. Барьеры клановых домов обычно повязаны на крови, а так как какие-либо родственники у Наруто отсутствуют в данный момент, он возможно единственный, кто вообще сможет находиться там. Хотя, я скорее всего также пройду защиту, взяв того за руку, чтобы барьер засчитал нас как одного человека. Если не начну всасываться внутрь для дальнейшей переработки, вот будет пик комедии. Тем временем мы с Гаарой во всю экспериментировали со своими возможностями. Итогом долгих тренировок я сумела понять механизм преобразования обычного песка в песок Шукаку путём вливания в него концентрированной чакры стихи магнетизма. Берем ветер, берем воду — вот вам и магнетизм. Просто на первый взгляд, Гаара проделывает подобное на инстинктах, я же пыталась вникнуть в процесс в надежде познать какую-нибудь тайну вселенной и создать себе супер-технику невиданной силы или хотя бы освоить печать Пустынного Многоступенчатого Императорского Погребения, способную удерживать даже Сусано. Это было бы слишком просто, учитывая, что я не взяла в дано свои навыки при решении задачи. Они были, навыки эти, но до настоящей силы ещё пахать и пахать, а это ещё и вкупе с врожденной способностью Однохвостого управлять песком. В общем, работы было много, я налегала на техники стихии Ветра, выбрав для тренировок простейшие модификации дайтоппы и сасандана. Великий порыв требовал хорошей концентрации чакры в лёгких, чем-то напоминая мне огненный шар Учих, но был капризен на количество чакры, которую я в него вливала: слишком мало и струя воздуха не пошевелит даже подвешенные мной брёвна, добавишь слишком много и снесет он вместе с целью парочку рядом стоящих деревьев, не говоря уже про перенапрягшиеся чакроканалы. Неприятная вещь, поэтому приходится разрабатывать, добавив к этом дополнительно тренировку лёгких на расширение объёма. В идеале, когда-нибудь я смогу выделять стихию даже из воды, а если нет, то хотя бы не захлебнусь сразу. Может ли биджу умереть так? Или я просто вернусь в печать зализывать раны? Проверять пока не тянет. Песчаная дробь давалась легче, за что ей отдельное спасибо. При исполнении данной техники я использовала сразу две стихии: ветер и землю, вторая покоряется без особых проблем, разве что печати складывать учиться. Ещё пара недель тренировок и можно переходить на каменные пули, в моём случае песчаные. Залью песочек чакрой, пропитаю подобно воде, после чего спрессую и начну стрелять. Шиноби обычно делаю это ртом, потому что поток чакры наиболее интенсивен, но я поставила цель научиться выпускать чакру руками, а точнее пальцами. Огнестрельного оружия в этом мире ещё не изобрели, что довольно странно при существующем телевизоре и радиотехнике, но всё равно будет довольно пафосно стрелять из пальцев. Гаара не отставал, всячески третируя Баки-сенсея всякий раз, стоило тому попасться на глаза. Не то чтобы тот был против на самом деле, ему было приятно и несомненно льстило, что ученики хотят внимать его словам, только времени у него как у джонина и доверенного лица Казекаге было не шибко много даже с учетом официальной закрепленности на нашей команде. Хотя после получения Канкуро ранга чунина он уже не так необходим, как прежде, всё же мы больше не четвёрка генинов, среди нас имеется вышестоящее лицо. Очень гордое собой лицо, хочу заметить, во всю осваивающее прелесть техник кукловодов и макияжа. О, сколько криков было, когда братец дорос до желания выделиться боевым раскрасом, это случить аккурат перед его уходом в Иву. Выбрал время, конечно, хотя мы с Темари и Гаарой здорово повеселились, особенно когда краска не закрепилась до конца, а Канкуро отправился спать. Стирать постельное бельё и собственное лицо пришлось не менее двух часов, а после оказалось, что там какой-то специальный состав сверху наносится, чтобы держалось дольше — Баки-сенсей просветил, застав ту забавную сцену. Сенсей у нас отличный, пусть с виду на булочку с корицей не похож. Он и внутри не похож честно говоря, но добрый, терпеливый, внимательный, а что ещё нужно в мужчине? Вот и я посчитала, что нужно знание техник ниндзя, и не прогадала. У него была лишь одна стихия ветра, но что это была за стихия! Сенсей знал около двадцати различных техник и ещё парочку их модификаций. Те же земляные пули, которые мне пока не давались, можно было с легкостью адаптировать на вакуумные, сменив природу чакры. Особенно мне понравились его лезвия ветра. Шикарная вещь, требующая хорошего контроля, но результат того стоит: уклониться почти нереально, разве что бегать быстрее ветра или поставить сильный щит. Наш с Гаарой песок, к примеру, пока что не выдерживает, хотя это не касается абсолютной защиты мелкого. Канкуро не может защититься от них, спасается только путем стратегического отступления внутрь Карасу, Темари же упорно пытается отбиваться собственными порывами, но пока что не очень получается. В один из дней мы с мелким решили поставить эксперимент и попытались создать теневых клонов. Не вышло, как бы мы ни старались, складывание печати ни к чему не привело. Со стороны кажется, будто техника не стоит внимания, выполняясь на раз-два, но на деле оказалось несколько сложнее. Ранг В не за красивое название присвоили, так что пришлось пораскинуть мозгами, но тут помог всё тот же сенсей, вовремя наставивший на путь истины. Всё оказалось проще, мы просто не туда отправляли чакру: нужно было действовать от очага, а не в ручную печати, как это происходит обычно. Итогом стало четыре клона Гаары и пятнадцать моих, которых пришлось стратегически быстро развеивать, заработав мигрень. Полезная техника, в будущем обязательно пригодиться кое-кому, но на этом наши с джинчурики эксперименты не закончились. Мы решили адаптировать теневиков под песочных клонов, сделав им общим мысленных канал. В принципе, тоже самое, что было с Мине, но без использования моего собственного песка. Целью было возможность создания клона в любой момент со способностью теневика, который сможет продержаться дольше, чем один прямой удар. У обычных земельных или песчаных клонов не было той самой общности сознания, когда один развеивается и передает информацию остальным, так что мы принялись за работу. Месяц планировали, обсуждая идею с сенсеем, еще полтора ушло на воплощение. На выходе появилась неплохая такая техника ранга В с возможностью перехода на А, если сможем повысить долговечность. Одного из первых удачных клонов мы наградили внешностью Канкуро и пустили гулять, засекая время. Продержался он примерно полчаса, после чего принял изначальный вид. Стоит ли говорить, что у Темари чуть сердце не разорвалось, когда её вполне живой и здоровый брат резко рассыпался на песчинки песка. Выглядело эпично, но огребать сковородкой от взбешённой сестры было не очень приятно. В ходе исследований, анализов и доработок было установлено, что убить такого клона труднее теневого, а уж рядом с постоянным источником материала, то есть песка или земли, и вовсе напряжно. Не невозможно, к сожалению, но довольно близко. Части тела, которые мы отрывали, прирастали обратно или собирались новые – клон отращивал их так, как отращивают себе хвост ящерицы. Выглядит, правда, жутковато, клоны ведь все в оригинал, а, значит, и чувство юмора у них такое же. Бедного Канкуро пришлось отпаивать травяной настойкой после того, как он застал в гостиной собственного двойника без нижней части тела, чисто по бедра. Эта зараза песочная, гогоча, отращивал себе недостающие фрагменты со всей анатомией, мышцами и органами. Такие клоны держались, как уже говорилось, довольно долго, самый старый прожил больше двух недель. Чакры уходило, правда, немереное количество, чуть ли не половина резерва, но если приспичит, я отдам и больше. Хороший козырь, когда нужно будет уйти куда-нибудь из деревни незамеченным или хотя бы с алиби. Но откат потом — закачаешься, разом в голову ударяют все минуты жизни клона, новая информация попадает волной, не давая сосредоточиться. В первый раз я потеряла сознание и очнулась уже во внутреннем мире на коленях головой у Гаары, который с паникой в бирюзовых глазах собирался отвесить мне пару пощечин. Новые свитки нашлись тут же неподалёку, пришлось читать. После этого я смогла доработать эту часть и больше не отключалась, сумев сделать так, чтобы новые воспоминания сразу же оказывались в библиотеке, а не попадали мне в голову. Еще год понадобился для обретения навыка выуживать необходимую информацию непосредственно из кучи того, что было собрано за существование клона. Жаль, что я не могу оставить во внутреннем мире ещё одну личность, которая будет всё это сортировать, отсеивая и уничтожая лишнее. Может ли быть у шизофрении своя собственная шиза? Курама сказал, что Мине уже можно за неё считать, но это не точно. Курама! Этот блохастый комок моих потраченных нервов, оказавшийся на деле той ещё ехидной заразой. Где-то в промежутке между нахождением Наруто дома родителей и нашего с Гаарой эксперимента Раса выдал на руки миссию ранга В в Коноху, обещавшую затянуться минимум на две недели. Нужно было передать какие-то бумаги, отнести которые вызвался кто-то из старейшин. В совет Суны входят десять старпёров и двое высокопоставленных джонинов, один из которых наш сенсей, а второй — Юра, тот самый шпион Скорпиона Сасори. Мне было искренне интересно в какой момент он был завербован, возможно ли, что во время похищения Четвёртого, ведь тогда моя теория заговора станет реальной, потешив самолюбие. Жаль, что вызвался не он, а какой-то Тоджуро-сама, предпочитающий передвигаться строго в закрытой повозке и прятать лицо. Внутреннее чутьё говорило, что мужик гнилой, но я не спешила с выводами, всё же конкретно мне он ничего пока не сделал. Как говорится, пока не вечер. Стоило нам с Наруто очутиться внутри его квартала, пройдя впрочем без особых проблем — Мине два месяца копалась в библиотеке, когда Узумаки спал, вбрасывая мне отрывки происходящего с ними. Мы регулярно обменивались воспоминаниями, чтобы быть в курсе всего и сразу, держа ухо востро. В Конохе, что удивительно, не прознали про наши делишки, то ли халатно относясь к заданию следить за джинчурики, то ли эти два шустрика отлично шифровались. Будучи мной, но меньших размеров, эта зараза стала пинать Наруто тренироваться, подтягивая контроль чакры и меткость, чем могла привлечь чужое внимание, совершенно не нужное никому из нас. Тренировались, слава Кушине-сан, за барьером, а в Академии Наруто свои силы особо не демонстрировал, пусть и бесился с этого невероятно. Его ведь обходил Саске Учиха, тот самый единственный красноглазик без близких, живущий сейчас официально в одном из общежитий на другом конце деревни, а неофициально проводящий почти каждую ночь в клановой особняке. Мурашки по коже от осознания, что десятилетний ребёнок умышленно живет в месте, где произошло убийство всей его семьи родным же братом. Я хотела бы когда-нибудь встретиться с Итачи в теории, он всегда привлекал меня своим упорством и преданностью выбранного пути, но на практике опасаюсь лишиться жизни. Всё же парень в двенадцать вырезал на пару с одноглазым психом целую толпу шиноби, что всё равно звучит крайне нелепо, не верится мне как-то, что самовлюбленные Учихи так просто полегли от двух соклановцев, пусть и сильных. Не только же Итачи был джонином, не только у него был развитый шаринган, тот же Шисуи получил мангёко, а ведь их таких было штук сто человек. Нелогично всё это, коробит меня узнать правду, знать бы только каким образом. Так вот, вернемся к Кураме. Наруто с Мине что-то наваяли, сделав нам пропуск в барьер, но вот наличие Девятихвостого за пазухой не учли. Стоило пройти буквально метров пятьдесят, как от блондина повеяло такой злющей КИ, что мы разом вздрогнули. Это был первый раз, когда кто-то смог повлиять на меня, и я струхнула. Сильно так, отскочив в сторону с боевой стойкой и печатями дайтоппы, готовая напасть в любую секунду. Дети рядом поступили аналогично, Темари и вовсе раскрыла тэссен на две луны. — Сохраняем спокойствие и не поступаем необдуманно, — Мине вскинула руки и оказалась парящей аккурат между нами с Наруто, у которого глаза сменили цвет на алый, а значок стал вертикальным. — Мы не будем драться, потому что жить хочется всем. — Какого черта ты припёрся, Шукаку? — пропитанный злостью голос лиса изо рта десятилетки звучал бы смешно, не будь мы так напуганы. — И что с тобой стало? Дала себе пару секунд на принятие ситуации, успев невзначай так встать перед детьми. — Великое перерождение, Кьюби, — выходит как-то пафосно, но сойдет. — Очнулась почти шесть лет назад, осознала себя другим биджу. Житейские развлечения папочки Рикудо. — Что за чушь ты несешь и почему говоришь себе в подобном роде, — недоумение в голосе понизило градус ярости, что совершенно не мешало моим коленкам мелко трястись. — Ты... Сразу же появилось ощущение, будто меня просматривают насквозь. Глаза лиса скользили от меня к Гааре и обратно, ощущение переместилось в голову, отдавая пульсацией в висках, а в следующую секунду я очутилась перед клеткой Девятихвостого, стоя по щиколотки в воде. Что сказать, картина была знакомая, разве что у него не было алтаря, а просто давящие на психику стены и депрессивный антураж. — А ты больше, чем я помню, — вырывается невольно, стоит заметить очертания хвостатого братца в темноте, лишь два алых глаза горят. — И неадекватней. — Как ты смог выбраться из печати, — прогрохотал Курама, заставляя меня отступить назад. — И почему выглядишь таким слабым? Признаться честно, я продумывала наш разговор пару раз, но каждый из них заканчивался или моей смертью, или тупиком. Я понятия не имею, что сказать этому комку ядрёной чакры, а ведь он добрая половина. Что было бы со злой даже думать не хочу, и так страшно. — Всё началось после того, как я очнулась в собственной тюрьме...