Взгляд Императора

Гравициклы мчались быстрее ветра, чуть не достигая скорости звука, меж башнями окрестных городов-ульев, закованных в броню, их памфлеты свистели мимо солдат, заставляя их иногда инстинктивно пригнуться. Кустодес лучше пристегнули свои одеяния, чтобы они, развеваясь, не могли зацепиться за что-либо в полете. Золотые орлы на носу мощных устройств рассекали воздух своим клювом, словно меч Императора – глотку лжецов, ксеносов и предателей. Глаза их смотрели вперед, а крылья чертили линии в завихрении потоков, несущих солдат к цели. Фабулюс счел этот способ передвижения самым быстрым, с чем Максимус, как бы он не хотел, не мог не согласиться. Гравициклы были неприхотливыми зверюшками столичных магосов, которые всегда словно рвались в бой, готовые пролететь полмира и разбиться вдребезги во имя воли Омниссии и Его Величества. Но им была уготовлена другая судьба. Мощные двигатели ревели, с легкостью вынашивая на себе восемьсот килограмм чистого веса кустодиев в полной боевой амуниции. Шлем скрывал от ветра и холода, а также показывал с помощью рун, что солдаты преодолели последний рубеж Императорского дворца и оказались над жилыми районами старой Терры. Эти города-улья были самыми древними из сохранившихся, поэтому их оборона была одной из самых сложных задач на тот момент. Но пока примарха Дорна волновали иные проблемы – Дворец, как последний бастион защиты Императора и Сынов Его, был важнейшим стратегическим объектом во всей Галактике, потерять который значило потерять Империум. Это обязанность лежит на воинах Кустодес. Они не могут пустить врага внутрь. Несмотря на потрясающую скорость гравициклов, все путешествие продлилось не менее полутора часов, прежде чем вдали показалась армада хребта Махалангур-Химал. Снег на его вершинах сиял, скрывая в ложбинах и горных перевалах огромные купола и сам массив невероятного Астрономикона, бывшего одним из величайших инструментов Императора по освобождению галактики. Он прятался возле высочайших горных вершин, покоясь вблизи дремлющей Джомолунгмы. А внутри него, под тяжелыми слоями земли, в железных залах медленно умирали в муках пленные псайкеры, отдавая свои души и силы Императору. Пролетая меж шпилями, кустодианцы подверглись сканированию местной системы ПВО, которая в считанные секунды определила их как своих. Под толщей льдов здесь повсюду были раскинуты ракетные шахты, скрывающие мощные боеголовки, способные пробивать навылет тяжелые линейные крейсеры. После Луны это место было лучше всего защищено от воздушной угрозы, хотя здесь силовые щиты были заменены на многокилометровую толщу породы. - Ваш позывной, - раздался тихий, но властный голос в шлемах Фабулюса и Максимуса. Видимо сейчас, в военное время, простая вокс-связь стала еще одним способом самоидентификации. Невозможно предугадать, на какие подлости способны предатели. Возможно, угон гравициклов также входит в их число. Максимус уже было открыл рот, чтобы заткнуть надоедливого коллегу именем самого Валдора, но его опередил самоуверенный голос Олана: - Санктум Империалис. Спутники Императора, с визитом в Кангба Манву. Прошу открыть доки для посадки. Несколько секунд раздавалось шипение статики, прежде чем формальное «принято» раздалось в ушах преторианцев. Олан и Кит тем временем приближались к золотым шпилям, постепенно замедляясь и снижаясь, готовясь проникнуть в одно из святилищ Имперского гения. Со стороны их полет был абсолютно синхронным, словно автоматические машины были запрограммированы загадочным духом Омниссии. Два солдата плавно и ловко снизились, приблизившись к изукрашенным рунами воротам, что были несколько метров толщиной, и почти остановились, когда массивные замки защелкали и загудели и двери сдвинулись с места. Стартовав сначала резко, двери выпустили наружу воздух, пропахший металлом, а затем медленно раздвинулись, пропуская кустодиев внутрь. Пролетая мимо сетей коммуникаций, Кит старался не смотреть на тяжелые плазменные батареи, установленные уже внутри доков. Дула этих грозных орудий были направлены на солдат все время, пока они пролетали мимо. Спустя еще десяток секунд, впереди показался посадочный модуль и небольшая площадка с уже собравшейся группой охранников. Объятые керамитом перчатки держали рунические Копья Хранителя, а красные плащи ниспадали на пол, хорошо подхватывая скопившуюся там пыль. Гравициклы остановились практически одновременно, почти беззвучно опустившись на металлическую поверхность палубы. Первым ступил на нее Олан, оглядывая присутствующих через свои визоры. Восемь человек стояли спокойно и дисциплинированно. Весьма опасные противники. Очевидно, Легио Кустодес исполняли свои обязанности безукоризненно и твердо. Подойдя к ним, Олан снял свой шлем и стукнул себя кулаком в грудь. - Брат Фабулюс из Санктум Империалис. Это, - он указал на замешкавшегося Кита, глушащего своего коня, - Брат Максимус, приписан ко мне. Мы с поручением, связанным с заключенными. Про себя Максимус снова отметил раздутую гордость Фабулюса. «Однажды это сыграет с ним злую шутку» - подумал Кит, но промолчал, и просто оглядывался, принюхиваясь к запаху горелого прометия в помещении. Вперед вышел один из солдат, единственный без копья, и снял шлем в ответ. В свете люминаторов было обнажено лицо древнего и мудрого воина. Лицо было испещрено морщинами и шрамами, нос изогнут и сломан, молочного цвета волосы были аккуратно приглажены, небольшая бородка вычурно огибала рот. Глаза были живыми, но усталыми. Воин грустно улыбнулся, отчего его лицо, как ни странно, стало еще суровее. Тембр его же был хриплым, но очень глубоким, будто он говорил сквозь металлическую трубу: - Я знаю вас. Генерал-капитан известил меня, - он перевел взгляд на Кита, - Мое имя – Заиль. Я глава офицерской стражи. Вы попали в настоящее пекло. Добро пожаловать в Кангба Марву. Фабулюс ухмыльнулся и заметил: - Пекло начнется, когда Хорус будет здесь. Заиль печально вздохнул и протянул: - Наша жизнь - война. И мы исполним свой долг. - Во имя воли Его, - почти прошептал Олан. Заиль кивнул и сделал пригласительный жест в сторону ворот в сам комплекс: - Прошу, прямо за мной. Они шли через внешние секторы безопасности и распределения этой огромной системы. Едва ли Кангба Манву был сравним по размерам с Имперским Дворцом, но все же это тоже был крупный город-улей, сплошь кишащий сервиторами, военными лицами и кустодесами. Место это было куда мрачнее палат, в которых выросли Кит и Олан, не было и следа от широких проспектов и вьющихся золотом арок, стекающихся вокруг тебя. Холодная сталь и камень здесь служили чисто и практично. И хотя снаружи все это сверкало чистым золотом, внутри атмосфера напоминала полевой военный лагерь, который готовится к атаке, что должна вот-вот начаться. Заиль распустил стражу, призванную как подчиняться, так и охранять его, хотя Кит был уверен, что даже если они вместе с Оланом попытаются устранить старика, то их попытка оборвется быстро и жестко этим грозным солдатом. Подвигами этот человек был отнюдь не обделен, и имя его, должно быть, столь длинное, что тело под его весом сгибалось в агонии. Но несмотря ни на что, он был весьма бодр, хотя и казался несколько дотошным. - На нижних уровнях царит полный хаос, - протянул Заиль, по пути кивая одному из высокопоставленных магосов. – Там мы не имеем полного контроля над ситуацией. Кит и Олан по пятам следовали за своим проводником, порой прикладывая значительные усилия, чтобы протиснуться сквозь покрытую рябью движения толпу. Постепенно количество Кустодианцев вокруг стало увеличиваться, и посланники Валдора осознали, что они прибыли к лифту, ведущему в никуда. Лифт этот не был покрыт золотом, литаниями или хотя бы Аквилой или Молнией Императора, но он был чисто функционален и практично оформлен, хоть и выглядел потрепанным. Он был скоростным, предназначенным на несколько человек в силовой броне. Чуть поодаль, под охраной из Легио Кустодес в вычурных шлемах, находился грузовой лифт, способный пронести внутри Лэнд Рейдер, что, видимо, припасено на случай масштабных мятежей. Отдав последние распоряжения, Заиль кивнул одному из техножрецов, дабы тот занялся регулировкой систем лифта, потому как тот по сложности настройки напоминал скорее космический челнок, чем простой подъемник. Когда, наконец, двери с шипением схлестнулись и он начал стремительное движение вниз, Заил обернулся к спутникам: - Я вас покину на Дальнем Рубеже. После этого вы предоставлены сами себе. На ваших картах я отметил камеру, где содержится Далмот Кин, - Заиль на несколько секунд призадумался, а затем продолжил. – Похоже, что у него имеется своя собственная свита. Мы неспособны повлиять на ход действий нижних уровней без применения силы. Они уже десятки лет ведут себя спокойно, хотя в последнее время стали озабочены безопасностью Терры. Кит и Олан под шлемами удивленно подняли брови. - Да, я не знаю, каким образом, но информация о предательстве просочилась даже в самую глубокую нору на Терре. И они весьма, можете мне поверить, неспокойны от этого факта, хотя что им может угрожать в такой яме, я не могу представить. Пока он говорил, отметка на гололите подсказывала, что солдаты опустились уже ниже уровня моря, а значит, блокпост был близко. Слова Заиля, хоть и были сказаны спокойно, несли в себе нотки настороженности. - А что с нашим объектом? – решился спросить Фабулюс, - Кто он, насколько он опасен? Глава стражи сверился с данными встроенного в доспехи когитатора и начал отвечать: - Далмот Кин, рожден приблизительно 150.М28, плюс-минус четыреста лет… - Четыреста? – пораженно воскликнул Олан, в то время как Кит лишь покачал головой, - Но почему такой разброс? Старик поднял на него взгляд, полный раздражения и еще чего-то, что Максимус не мог прочесть. Выдохнув, Заиль продолжил: - Более точную оценку дать невозможно в связи с повальной аугментацией с использованием энергией Варпа, которая, к счастью, безопасна для окружающих. По сути он представляет из себя ссохшийся труп, подключенный к машине и отдавший ей свою волю в обмену на долголетие. Человек, заставший Войну за Объединение, воевавший с Императором и лично сражавшийся с Ним, не будет церемониться с вами двоими. Несмотря на свой жалкий вид, он очень опасен, так как обладает выдающимся интеллектом, заметным ораторским мастерством и необъяснимым даром убеждения. Я знаю, что ваша воля несокрушима, но не давайте ему спуску. Не забывайте про его подчиненных, что свободно бродят вокруг, они – не ровня вам, но остерегайтесь подлостей. Мы не хотим повторить зачистку Айбеса. Максимус почувствовал застывший в глотке Олана вопрос, но тот его задавать не стал, а значит, простого трепа сегодня будет немного меньше, ведь впереди их ждала беседа с одним из самых безумных людей Империума. *** «Давай же, побежали!» - весело воскликнула девочка с огненно рыжими волосами, с удивительными ямочками на щеках. Она была в белом платье, что развевалось на прохладном ветру, обдувавшем эти холмы. Лето здесь было холоднее, чем на юге континента, но парад звезд был просто неисчерпаем. Двое непослушных детей выбрались из плена города-улья по системам воздуховодов, схему которых знала, казалось, только эта удивительная девчонка. Воздух на холмах был на порядок чище, потоки воздуха уносили ядовитые испарения прочь от детей, которые карабкались наверх, пытаясь отыскать самое красивое место для наслаждения красотами космоса, висящими в холодном пространстве вокруг них. Земля была голой и холодной, несмотря на палившее на нее целый день солнце, и мальчишка цеплялся за редкие ростки, что пробились сквозь эту неприветливую кору. Они нашли обломок старого бака-резервуара, с гладкой металлической поверхностью, на которую, помогая друг другу, им удалось забраться. Спутник, крупнейший из огней в небе, приветливо им светил, пока дети самозабвенно лежали на баке, пытаясь вспомнить созвездия из школьных уроков астрономии. Покуда им это не удалось, дети пытались придумать свои собственные сочетания звезд, то угадывая в них очертания диких зверей, то силуэты родного улья. Они провели так полчаса, пока девчонка не заметила какой-то яркий и рыжий, словно ее волосы, свет, что пробивался через заслонку ближайшего к ним холма. Свет объял окрестные земли, рождая и удлиняя тени, он переливался, сверкая оттенками алого и золотого. Девчонка удивленно вскинула бровь. «Что это? Рассвет?» – спросил мальчишка, когда тоже приметил странное явление и присел, как и его подруга. Свет все расползался, и даже тот металлический обломок, на котором дети сидели, уже отражал этот странный отблеск. Девочка медленно покачала головой, и попыталась приглядеться, встав на бак, но даже с такого положения ей не было видно, что за холмом. «Пойдем глянем, что это!» - сказала она со своим постоянным энтузиазмом, глядя мальчишке в глаза. Тому не оставалось ничего, кроме как кивнуть. Удовлетворенная ответом, девочка ловко спрыгнула с бака, который был вдвое выше нее. Мальчишка нехотя последовал за ней. Пока они карабкались на самый крутой из всех холмов, типичная прохлада ночи начала сменяться теплотой, а затем и жаром, который стал все усугубляться к вершине. Изрядно подустав, мальчишка обогнал подругу и первым влез на холм и увидел, что было источником света. Прямо перед ним, в низине, расположенной в большом отдалении от города-улья, стоял старый собор, в котором проходили службы по языческим богам, что издревле охраняли эту планету. Собор этот, хоть и обветшал, но все еще работал для желающих присоединиться к молитвам. И сейчас он, разваливаясь на куски, пылал. Огромная армада деталей вваливалась внутрь, здание трещало и распадалось на части. Огонь охватил мертвую и сухую траву вокруг, и весь этот пожар разрастался все шире, покрывая окружающую землю всполохами и слоем удушливого черного дыма. Жар огня дышал в лицо, заставляя глаза слезиться. Мальчик услышал лопающиеся звуки где-то вдали, и обернулся, чтобы увидеть, как группа циклонных торпед, с визгом ворвавшись сквозь заслон темных облаков, пробила обшивку их родного города-улья, чтобы вырваться наружу огромными всполохами огня, рождая ночное солнце на небосклоне и убивая всех до единого внутри. *** Кит очнулся, когда Олан шлепнул его по плечу, предлагая ему пройти первым. Огрызки детских воспоминаний, а может быть и чужеродных галлюцинаций, вновь промелькнули в его мозгу, заставив на миг отречься от окружающего мира. Чертовы всполохи огня все чаще затеняли память этого солдата. Максимус шагнул вперед, чувствуя шаги товарища за спиной. Количество солдат вокруг них резко увеличилось вшестеро, сервиторы с тяжелыми орудиями стояли по периметру, составляя собой отнюдь не первый периметр обороны. Мимо шагали целые отделения Кустодес, держа наготове свои копья с болтерами. Они прошли через несколько кордонов, несколько ворот, по толщине готовых тягаться с дверями архивов в Имперском дворце, вышли через прилегающую к коридору арку в помещения для персонала, прошагали через детекторы и оказались в крупном круглом помещении, в котором царила таинственная полутьма. Посреди помещения разместился большой гололит, соединенный с мощным когитатором и уходящий своей конструкцией далеко в пол. Вокруг сновали сервиторы, стараясь привести в порядок оборудование. К слову, они были лишь по пояс громыхающим войнам в золотых доспехах, и Киту на секунду подумалось, что один его нечаянный шаг способен раздавить бедное существо. Но это не было бы большой проблемой, так как почти все здешние сервиторы были созданы на основе контингента тюрьмы. А таких личностей хватало. Заиль подошел к стойке управления, коснулся податливого экрана и комнату залил мягкий синий свет. Гололит проецировал в воздух схематическое изображение Кангба Марву, на которой были отмечены места содержания преступников и некоторая статистика. Про себя Максимус отметил, что даже столь огромное количество стражи затмило почти стократное превосходство заключенных, содержащихся здесь. Заиль приблизил участок 212 уровня, самого нижнего из всех, и указал пальцем на сектор, находящийся недалеко от Дальнего Рубежа: - Далмот Кин содержится здесь. Двадцать седьмая камера. Самая крупная из всех, надо сказать. Но он почетный пожизненный гость в этих стенах, так что немного роскоши ему позволительно. – Заиль ухмыльнулся, - Я думаю, вы сами найдете способ разговорить его. Пойдемте. Старик, как и обещал, покинул солдат у Дальнего Рубежа. Последний из кордонов представлял собой укрепленный бункер, ощетинившийся турелями с тяжелыми болтерами и лазпушками. Постоянный гарнизон состоял из десяти кустодиев, сорока человек ударной пехоты и отряда Сестер Безмолвия. Дальний рубеж был закрыт мощнейшим силовым полем, питаемым ядром тюрьмы. Когда солдаты миновали его, перед ними предстал удивительно высокий коридор с множеством колонн и арок. Свет здесь шел от люминаторов, что слабо гудели откуда-то с колонн и еле доставали до земли своим блеском. Здесь пахло сыростью и затхлостью, металл стен во многих местах почернел или выделялся слоями ржавчины. Пол был покрыт столь древней плиткой, что она уже совершенно истерлась под ногами здешних пешеходов. Олан вгляделся наверх – потолка не было видно, а в темно-синей пустоте над головами, казалось, были различимы звезды. Кит же напряженно всматривался в значения ауспекса, что заметно росло с каждым шагом. Вокруг было тридцать душ… Нет, пятьдесят… Нет, сто… Двести… - Кит, - Олан кивнул шлемом куда-то в сторону, и Максимус, приглядевшись, заметил огромную металлическую дверь с надписью «27». Отключив ауспекс, он подошел к двери и посмотрел на своего товарища. Тот замер и прислушался. Кит, тоже почуяв неладное, сжал рукоять силового меча, что лежал в ножнах. Олан предупредительно поднял руку, и ответил спустя секунду: - Генератор. Энергия питает то, что находится внутри. Кит кивнул, но руку с меча не убрал. Фабулюс выдохнул и приложил карту доступа к считывателю, раздался короткий сигнал, и гидравлика зашипела, выпуская воздух. Затвор сместился, и тяжелая стальная дверь двинулась в сторону, открывая вид на крупный зал, зловонный в своей затхлости и ароматом озона, что сочился из генераторов у стен. Они источали фиолетовое свечение и низко гудели, отчего стены чуть ли не дрожали. Система эта была сделана века назад, но все детали, судя по всему, отлично функционировали, в то время как показатель воздействия сил Имматериума на костюм резко подскочил. Генераторы работали на незаконной и загадочной энергии, что неслыханно на Терре, но Император сделал исключение для этого человека, ведь он слишком стар и знания его слишком ценны, чтобы бросать его на утеху смерти. Час его пришел. Он понадобился самому Императору. Он ждал тысячу лет. Помещение было узким и длинным, шаги отдавали колким эхом. В конце этот импровизированный коридор расширялся и выходил в широкий и просторный зал, неприятно напоминающий храм. Услышав голоса, Кит крепче сжал рукоять силового меча, что искрился у него в ножнах, готовясь резать и убивать. Но этого не потребовалось. Зал был заполнен людьми – все они были одеты в ветхие плащи с капюшонами и стояли на коленях, вполголоса читая некую молитву. Взгляд их был направлен на идола, что венчал помещение и, словно бог, возвышался над всеми. На высоком постаменте, окруженном ступенями, стояло древнее и жуткое устройство, состоящее из большого сосуда, заполненного проводами, приводами и механизмами и торчащей из потолка громады кабелей, трубок и стабилизаторов. Технологии, позволившие создать это устройство, были давно утеряны, так что довольно обширные технические познания Кустодес не позволяли идентифицировать хотя бы одну деталь. В этот механизм, который можно было бы считать троном с некоторыми оговорками, был встроен человек. Явно давно и надолго. Выглядел он так ветхо, что его шансы выжить вне этого устройства были равны нулю. Нижняя часть его тела была спрятана от глаз в переплетении проводов огромного сосуда. Обнаженный торс его был виден для всех, крупные кабели выходили прямо из кожи и соединялись с устройством на потолке, подавая кровь и другие жизненные соки человеку в тело. Само тело было невероятно худым и практически безжизненным, покрытым татуировками, а лицо человека было скрыто за респиратором. Глаза же его, живые и хитрые, постоянно двигались и буравили новоприбывших взглядом. Каждая часть тела была закреплена или проткнута, кисти рук, расставленных в стороны, прятались в устройствах, позволяющих ему, видимо, контролировать некоторые процессы этой системы. Череп человека был вскрыт и соединен с потолочным механизмом тысячей проводов, скрепленных с нейронами и тканью головного мозга. Это был Далмот Кин. Люди, молившиеся своему божеству, никак не отреагировали на прибытие солдат, склонившись в унизительных позах перед стариком. Кустодес медленно шли между рядов людей, которые даже не глядели на них. Ауспекс предупредил о сотне невооруженных культистов в зале, который, к слову, имел больше десятка выходов, кроме того, через который пришли солдаты. Низкий гул распеваемой в унисон молитвы удивительно сочетался с гулом варп-генераторов. Шаги трехметровых солдат были тихими, но эхо вплетало их в песню, словно задавая ритм молитве. Слова эти были ни на высоком готике, ни на низком. Это был языческий диалект техноварваров, гавкающий язык, один из сотни царствовавших когда-то на Терре. Он был прост, гениален в своей грубости и цепок в своих выражениях. Эти люди жили в тюрьме многими поколениями. Для них это лишь очередной город-улей. Без золота и простора, но с тьмой и богами. Олан шел правее своего товарища, разглядывая людей под собой, а когда он наконец поднял голову, то увидел огромного война в устрашающих черных доспехах, что был высок даже для Кустодеса. Проклиная себя за наивность, он вытащил сверкающий меч и направил его в сторону врага. Кит последовал его примеру. - Стоять! – раздался громоподобный голос, десятикратно усиленный металлом машины. Кустодес замерли. С этим словом молитва прихожан резко оборвалась. Они подняли головы на своего повелителя, встроенного в механизм и удивленно заморгали. - Все вон! – прозвучал новый приказ, и люди, секунду спустя, повскакивали с пола и начали расходиться. Кустодес продолжали стоять в защитной стойке. Техноварвары поспешно разошлись, не издав ни звука и тихо шурша своими босыми ногами. Кит направил лезвие меча в сторону Далмот Кина. Между ними было метров двадцать, но в броню его правой руки было встроено мощное скрытое мелта-оружие. В любом случае техноварвару не нужно было об этом знать. - Опустите оружие, - сказал Кин уже более спокойно, - Мой доспех, - он повел глазами в сторону грозного черного война, - Он обесточен. Олан только сейчас заметил в полумраке помещения, что черная как смоль адамантиевая броня стояла за стеклом. Рост ее был не меньше четырех метров, все части ее было дополнительно укреплены, в сочленениях виднелись увесистые гидравлические двигатели. Очень древняя система. Каждая рука костюма оканчивалась длинными грозовыми когтями, способными рвать металл как масло. Олан перевел взгляд на Лорда-Техноварвара и медленно убрал меч в ножны. Чуть помедлив, Кит сделал то же самое. - Ты и есть тот самый король дикарей? – без прелюдий спросил Фабулюс, медленно подходя к лорду. - Не груби мне, щенок, - холодно ответил металлический голос, звучанием похожий на изречения дредноутов. Осознав свою ошибку, Олан снял свой шлем, отражая бритой головой мрачный свет люминаторов. - Позвольте представиться. Олан Фабулюс, член Легио Кустодес, личной гвардии Императора. Далмот одарил его оценивающим взглядом. - Кустодес. Я знаю, кто вы такие и чего вы стоите. Быть может, вы достойны своего звания, но вы слишком самоуверенны, - откашлявшись, он продолжил, - Я был когда-то правителем огромной державы, что охватывала целый континент. Вы знаете, кто я. Меня можно величать по-разному. Но даже Император называл меня Лорд. - Ты встречался с Императором? – спросил Олан, пока Кит двинулся ближе к темной броне по левую руку от Кина. Стекло скрывало мрачного великана, который, вероятно, не двигался уже больше пятисот лет. Что-то в нем было неправильное, чужое. Он пах по-иному. Лорд хмыкнул. - Я принял бой с Императором, - ответил он горделиво, - Я был последним, кто стоял между ним и полностью подвластной ему Террой. Я был единственным, кто осмелился поднять руку на вашего вождя. И я стал последним памятником тех времен. Каждый вздох Лорда сопровождался тихим шипением искусственных легких, в которые подавался чистый кислород. - Ты сражался в этом? – Олан повел взглядом в сторону гиганта, - Это твой доспех? - Да. Лучшие техники моего Совета собирали эту броню по частичкам в течение десятилетий, и когда ваш монарх вторгся на мои земли, я был полностью готов к любым угрозам. Казалось бы, ничто не может остановить эту мощь и эту силу. Но это не проблема для Императора. Кит обогнул броню, чтобы получше разглядеть провода, идущие в механизм обеспечения Лорда. Тем временем тот продолжал: - Когда я лично убил нескольких из ваших собратьев, моя армия была практически разбита, Император вызвал меня на поединок. И я принял вызов. Он пришел в мой тронный зал, облаченный в золотые доспехи, что сверкали ярче солнца, над головой его сиял нимб, а меч в его рукой горел безумным, потусторонним пламенем. Я чувствовал его силу, я знал, что он также читает и использует могущество варпа, но не доверяется ему. Мы, - он глянул на свой доспех с оттенком ностальгии в глазах, - Были на равных, и даже рост наш был примерно одинаков. Но все это было дело техники, я же прятался в брюхе этого монстра и мысленно им командовал. Император… Он не поднял меча, пока я не атаковал его. Лорд закрыл глаза, и помещение медленно погрузилось в темноту. Глубокая пещера, что была прибежищем для узника, начала обретать черты величественного тронного зала. Генераторы у стен обратились в статуи, литании на штандартах – в гобелены, украшенные узорчатыми гербами. Пахло здесь не сыростью, а благовониями и огнем. - Каждый его шаг – бесконечность, каждый его замах – математически точен. Он не сделал ни одного лишнего движения. Он велик, и он знает о своем величии. Его меч закален его волей и решимостью. Он пылает холодным гневом и жаждет хоть капли крови. Черные когти доспехов Далмот Кина были обагрены кровью трех Громовых Воинов, что Император послал за ним. Тела, располосованные и разорванные, лежали грудой у его ног. Оружие Кина мерцало и искрилось. Он стоял полубоком к выходу, когда в проходе появилась огромная фигура. Неспешно ступая, в залу прошел огромный золотой воин. Он был так величав и светел, что, казалось, само его тело состояло из огня. Доспехи божества были украшены со столь большой любовью и настолько искусно, что Кин почувствовал невольный укол зависти от их ослепительной красоты. Золотой орел гордо расправил крылья на его груди, тяжелый алый плащ, вытканный лучшими мастерами, слегка развевался за его спиной. Но больше всего в этом божестве выделялся его лик. Черные как смоль волосы, украшенные золотым лавровым венцом, ниспадали ему на грудь, обрамляя удивительно красивое лицо. Оно было по-мужски суровым, четко очерченным, с тонкими губами и бровями. Глаза война выражали невероятную мудрость, спокойствие и уверенность. Величественный, необыкновенный образ намертво опечатывался в мозгу, запоминаясь ослепительной силой и привлекательностью. Настоящий бог в человеческой плоти. - Император, - презрительно сказал Кин, разворачиваясь к своему противнику, - Какая честь. Золотой воин дошел до середины залы и остановился, глядя на непривычно высокого техноварвара, так что их глаза оказались на одном уровне. Меч в его руке пылал пламенем его воли, нимб над головой горел светом его величия. - Лорд, - властно сказал Император голосом, который пронзал своей мощью и внутренней силой. Обычные люди падали ниц от его слов. Но не Далмот Кин, сын Оруха Кровожадного, последний лорд Хи Бразилии, - Я пришел сюда, - он замолчал на секунду, - Чтобы подчинить эти земли Империуму. - Я слышал про твои завоевания, - сказал Кин, нагнувшись, чтобы вытереть кровь с когтей об одно из лежащих у его ног тел, - Про твои убийства и геноцид. Я слышал, что ты вырезал целые народы, не жалея ни стариков, ни детей. Император сокрушенно покачал головой. - Вы обмануты, Лорд. Вас кормили ложью. Вы жили во тьме, не видя истинного света. Сила богов загнала вас на пятачок этого материка, а сила же Науки, - он указал когтем на мерцающий под потолком глобус, - Склонила ко мне весь мир. Кин сделал шаг в сторону противника, оценивая свои шансы. - Империум погрузил мир в войну! – воскликнул он, - Ты принес разрушение на Землю! Это был его последний бой, Лорду не устоять против мощи Императора, и последний знал это. Но золотой правитель был слишком верен традициям и чести, поэтому у Кина есть коварное преимущество. - Терра – лишь крупица огромной цивилизации людей. Они раскинуты по всей Галактике, мой друг. И я хочу объединить их. Снова сделать человека решающей силой во Млечном Пути. Я хочу показать им Правду. Я хочу, наконец, дать им мир. Присоединись ко мне, Лорд, и тогда мы вместе соберем людей под знаменем прогресса! – ответил правитель Империума будто бы заготовленной речью. - Если ты приносишь мир огнем и смертью, то я лучше умру, но не покорюсь тебе, - мрачно ответил Кин. Император печально вздохнул. - Да будет так. Противник еще не договорил последнее слово, как Лорд двинулся вперед. Гидравлика костюма придала ему мгновенное ускорение, так что через секунду Кин преодолел половину расстояния до врага. Император тем временем медленно поднял меч, готовясь отбить первый удар. Когда до него оставались считанные метры, Кин усилием воли прорвал ход в варп и телепортировался за спину захватчику. Не снижая скорости, в треске имматериума о реальный мир Лорд рванул вперед, замахиваясь смертоносной атакой в спину Императора. Этот подлый маневр, безусловно, застал противника врасплох, но он был слишком проницательным воином, чтобы позволить Лорду так себя атаковать. Он мгновенно развернулся, взмахнув источающим жар мечом, и отбил удар. Искры ударили в каменный пол зала, когда адамантий Лорда соприкоснулся с неведомым металлом, из которого был выкован меч Императора. От рывка противника Кин пошатнулся, но тут же сделал новый выпад, почти моментально приблизив сверкающие когти к боку Императора, но тот свободной рукой спокойно парировал удар и пинком ноги откинул противника на несколько метров. Системы черных доспехов были готовы таким ударам, и калибровочный автомат быстро вернул Лорду вертикальное положение. Император же, оценив врага взглядом, зашагал к нему. Кин, приняв боевую стойку, обдумывал план атаки, или, на худой конец, защиты. - Ты изворотлив и хитер, Лорд. Несмотря на твою подлость, я признаю твою силу и авторитет и снова призываю тебя присоединиться ко мне. Довольно кровопролития. Секунды. У Лорда были секунды. Осознав свое положение, он направил всю свою силу на доспехи, благословляя их и сводясь с внутренним компьютером. Император неповоротлив, силен и тверд духом. Так что не стоит рассчитывать на мощь. Скорость. Скорость – его друг. - Я везде, - шепнул Кин с улыбкой и силой мысли погасил все пламя в зале, погрузив его во тьму. Растворившись в тенях, Лорд прикрыл себя Пустотой и начал обходить золотого война. Даже во тьме нимб Императора сиял, отражая свой свет от доспехов и вместе с пламенем от меча, создавая яркое пятно в густой тьме помещения. Император выставил меч перед собой, стараясь не столько увидеть или услышать противника, сколько почувствовать его. Кин осторожно глушил свои шаги, сливаясь с тенями и завихрениями энергии. Мягко ступая, Император закрыл глаза, стараясь уловить малейшее движение как в варпе, так и на поверхности Терры. Но все было тихо. Удивительно тихо. Император уже начал задумываться, а не сбежал ли его противник, когда острые когти с невероятной скоростью просвистели около него, направляясь к его позвоночнику. Император отступил в последний момент, и силовое оружие Лорда срезало его багровый плащ, который тут же тяжело упал на пол. Золотой воин быстро взмахнул мечом, бегло высвечивая силуэт противника во тьме, но не задевая его. Миг – и Кин снова растворился. «Очень неплохо» - мысленно сказал Император, глядя на свой плащ, - «Немногим удавалось достать до меня оружием» Лорд ухмыльнулся. «Ты слишком самоуверен» - ментально ответил ему Кин и тут же осекся, осознавая, что выдал себя. Сверкающий меч молнией пронесся по воздуху, отсекая когти на левой руке Кина. Тот отпрыгнул, пытаясь скрыть себя в тенях. Император сделал еще несколько взмахов, чуть не разрубив Кина пополам, но тому удалось ускользнуть только благодаря гидравлике. Император выпустил шар пламени из своей ладони, на краткий миг освещая пространство, но от противника было видно лишь тень. Защита Кина была все слабее, и ему стоило нападать, чтобы окончательно не растерять силы. Вздохнув, он разогнался и подпрыгнул так высоко, как только мог, выставляя перед собой уцелевшие когти. С хлопком скрывшись в варпе, он с боевым криком вылетел прямо над Императором, чувствуя скрежет тысяч демонических лап по своей броне. С огромной скоростью занося руку, Лорд готовился к удару, но его не последовало. Вместо этого золотой воин отпрыгнул в сторону и, как только Кин коснулся земли, золотая перчатка Императора схватила его за варп генератор, что торчал у Лорда со спины, питая доспехи, и рванула его на себя, вырывая с корнем. С безумным грохотом Далмот Кин рухнул на пол в обесточенной броне, сдавленный ее несравнимым весом. В ту же секунду в зале загорелся свет, освещая величественного Императора, застывшего над поверженным противником. Взглянув на питаемый варпом блок, Император с отвращением раскрошил его в руке, а затем отбросил в сторону. Секунду спустя он вложил меч в ножны. Обернувшись, он увидел верных ему Громовых Повелителей, что входили в тронный зал, разглядывая поле боя и поверженных товарищей. - Глядите, братья, - сказал Император, поднимая с пола стонущую тушу Кина, - Это, - резким движением руки он сорвал шлем с головы Лорда-техноварвара, обнажив болезненное, бледное, покрытое морщинами и татуировками лицо, - Последний житель Терры, что противостоял мне. Внемлите моим словам: никто не уйдет от Имперской Истины, ни на этой планете, ни на любой другой! Громовые Повелители склонили головы и ударили себя в грудь в знак почтения. Император наклонился к поверженному врагу: - Варп сгубил тебя, псайкер. Но я жалую тебе жизнь. Отныне ты – мой узник, и я позволю тебе увидеть величие Империума! С этими словами Император ударил по шее своего пленника и зал вновь погрузился во тьму. Некоторое время не было слышно ничего, кроме гудения генераторов, как сквозь веки Максимуса стал просачиваться ровный пурпурный свет. Он почувствовал озноб в теле, как после телепортации, или проникновения варпа в голову. Знакомое ощущуение чужого присутствия вернулось, настоящее перестало мешаться с видениями. Правая рука Кита заныла от того, что слишком долго сжимала рукоять меча. Он нехотя отпустил ее, чувствуя жжение в ладони. Пот выступал на его лице, пока он делал это. Недалеко от него, разделяя те же ощущения, стоял Олан, ошарашено глядя на Лорда-техноварвара. Тот улыбался, казалось, совершенно искренне и не понимал поражения воинов-Кустодес. Переведя дух, Фабулюс нашел в себе силы сказать: - Ты… Ты альфа-псайкер…. Император запретил… Лорд хрипло рассмеялся, и его булькающее уханье перекрыло то, что собирался сказать солдат. - Император запретил много чего. Но, как видишь, я все еще здесь, - он закрыл глаза, - Вступить в схватку с самим правителем Империума, при этом не только не пострадать, но еще и получить его милость – я думаю, что мало кому так везет. Внезапно кое-что вспомнив, Олан вновь надел свой шлем, что был способен снижать влияние губительных сил имматериума на мозг. Лорд это заметил, но не придал значения. - Мне уже две тысячи лет. Я являюсь частью машины, как ваши хваленые дредноуты. Я не воюю, нет, но я слушаю. Слушаю то, что мои слуги и сыновья шепчут мне. Эти люди, - Кин сделал паузу, - Потомки той моей свиты, что была посажена здесь, со мной, в эту камеру. Они ничего не могут знать о моей стычки с Императором, об Имперской Истине, и уж тем более о каких-то там примархах и проклятых легионах. Они просто живут, живут тем, что им рассказываю я. Я пичкаю их идеей, что когда-нибудь все изменится, и мы будем жить по-старому, что я снова буду ходить среди них, и что я сделаю их бессмертными. Это ложь, но только так людей можно защитить от вестей сверху и от варпа, что вы так ненавидите. Олан поднял мрачный взгляд на старика: - Ты большой знаток его исчадий. Лорд покачал головой. - Что сейчас за время. Сейчас вы ходите по струнке за вашим лидером и боитесь всего темного, неведомого и крылатого, - он усмехнулся под маской, - А когда-то нам требовалось собственноручно вызывать демонов, чтобы увидеть, чего они стоят, и как с ними бороться. - Здесь? На Терре?! – воскликнул Олан, но тут же осекся, усмиряя себя. Лорд смерил его взглядом. - Да. Я владею очень обширными знаниями, но ничего не смыслю в перелетах и Галактике. Я думаю и управляю в масштабах Земли. Хоть я уже давно не видел солнечного света, но память во мне живет и поддерживается, - он перевел взгляд на Максимуса, - Демоны ходили здесь в незапамятные времена. Ужасные, огромные, безумно жестокие. Они не преследовали другой цели, кроме убийств. Им нужна была кровь, нужно было уничтожение. Они не разбирали, кого убивают, чем больше крови - тем лучше. Их бог состоял из ненависти и жажды разорения. И я видел их. Он сфокусировал взгляд на Максимусе: - Меньшие твари, с уродливым и кривым телом, в их черных когтях были зажаты мечи, казалось, что они уже десятки тысяч лет используют те же орудия убийства, - он осекся, - Мелких тварей победить было легче, они слабели с каждой секундой, отдаляясь от своего дома, но там… Там было нечто гораздо более жуткое. Оно не было дико. Оно было умным, оно знало, кто мы, и зачем оно призвано. Красное, бугристое тело было облачено в бронзовые доспехи, что носили люди еще в древние времена. Кожистые крылья, которыми он пренебрегал, огромные руки, что могли перевернуть танк, чистая ненависть и особый рунический меч в железной хватке. Он источал дыхание ада, он знал, что такое Преисподняя и был ее обитателем; это был сам Сатана, как говорили люди, но я знал, что это лишь посланник варпа, злобный и жуткий предвестник бури. Олан и Кит переглянулись, затянутые причудливой манерой речи Лорда. - Он был той чистой яростью, что скопило человечество за тысячи лет. Он был символом и плодом их разложения. Он был отмщением, что нес варп. - Но вам же удалось победить демона? – спросил Олан. - Да. Каждый вызов был чреват жертвами, но в тот день ужас из преисподней вырезал половину двора и всех солдат, что должны были защищать нас. Но я был готов – священники, что процесс контролировали, дали мне благословение и меч, что был покрыт божественными литаниями. Постоянно бормоча молитву очищения, я вышел на бой с демоном, что почувствовал мою силу. Мой меч, мало того что силовой, но и освященный и питаемый моей энергией – искрился огнем и стоил демонического меча, что был направлен на меня. Я кричал на него, поминая нашего Бога, и все то, что отдаляло человечество от раздора и похоти. Я парировал удар за ударом, чувствуя бурлящую ярость в варпе. Мой доспех гудел от напряжения. Запрыгнув ему на спину, я срубил ему одно крыло, и, когда тот взревел, пытаясь меня стряхнуть, я пронзил его клинком в затылок. Лезвие прошло через его тело, углубляясь в его груди, наружу вытекала не кровь, но едкая субстанция, варево варпа. Я орал заклятие изгнания, пока он корчился в муках и рассыпался подо мной, - Кин взял паузу, - И я сразил его силой Веры. Не науки, но Веры. Вот оно. Вот то, чего у вас нет. Веры. Вам нечего противопоставить ярости демонов – и вы обречены. Быть может, у вас есть машины, быть может вы сокрушите ваших бывших братьев, но перед мощью демонов вам не устоять. Ваше оружие их не возьмет, пока оно не пропитано Верой. Лорд оглядел своих гостей. Он чуял под их шлемами презрение, мрачное осознание, чувство долга, чувство собственной правоты, уверенность в своих способностях и глубоко затаенный первобытный страх. Два воина перед ним боялись непостижимой угрозы, что нависла над ними. Но не своя шкура их беспокоила. То, что никак не могло унять их тревоги – это чувство Долга. Его нельзя не выполнить. Это невозможно. Это хуже любой смерти. Это хуже предательства. - Помяните мое слово, Кустодес. Тьма идет на Землю, миллионы погибнут в смертоносном смерче, кровь снова заполнит высохшие океаны. Все ваши преграды и заслоны прорвутся. Все ваши опасения подтвердятся. Все, что вы так стремитесь защитить, падет и обратится в пепел. Но феникс восстает именно из пепла. Чтобы выжить, вам нужна вера в долг. И вам нужны друзья. Нужны все, кто способен оборонять Землю. Если она падет – человечество сгинет. Вы – последний его оплот. Идите же, и сделайте все для вашего господина, ибо скоро все ваше золото обратится в смольную чернь. Сказав так, Лорд смолк. Затем, всем своим видом выказывая мрачную серьезность, шепнул прямо в головы солдатам, пробив все защиты от варпа: - Уходите.