Взгляд Императора

Личная келья Максимуса была расположена на двадцатом уровне базы Кустодес, в западной части Внутреннего Дворца. В отличие от Астартес, личная гвардия Императора могла себе позволить десять тысяч келий для десяти тысяч солдат. При гибели одного из гвардейцев его место заменял другой из неофитов, поэтому число кустодианцев всегда было одинаковым и кельи никогда не пустовали. Убежище Кита состояло из двух комнат, одна из которых являлась оружейной для чистки и проверки доспехов и вооружения, а вторая предназначалась для сна и личной гигиены. Также здесь у каждого из кустодианцев был шкафчик с некоторым количеством трофеев и памятных предметов с битв. В случае Максимуса это было несколько вещей. Одна из них - лихо закрученный клинок с кампании на Дэймосе – 3, отобранный у одного из тамошних жрецов. Лезвие его не тупилось, ручка была украшена бисером и кожей. Он использовался для жертвоприношений и горел синим цветом, когда разрывал плоть и покрывался кровью. Это был заговоренный, магический предмет, и хранить подобное запрещалось любому человеку, но не солдату Кустодес. Другим примечательным трофеем был шлем наемного убийцы, что совершил покушение на Константина Валдора больше сорока лет назад. Глава Легио Кустодес был без доспехов или оружия. Но у Кита оружие было. Убийца был экипирован в черную защитную броню, шлем с усилителями чувств и нес с собой целый сборник смертоносных устройств. Кроме того, он оказался превосходным фехтовальщиком. Киту потребовалось семь секунд, чтобы обезвредить заговорщика, при этом получив несколько порезов на броне. Валдор тогда по праву оценил его искусство владения мечом. Вздохнув, кустодианец снял с себя высокий шлем весом в двадцать килограммов и поставил его на подставку. Конский волос торчал вверх из макушки шлема и ниспадал сзади вниз по всей его длине. Внутри был вокс, чувствительные микрофоны, датчики температуры, ауспексы, радары, датчики движения, психосенсорная система и система эхолокации, благодаря которой кустодианец видит даже с разбитыми визорами. Воздействие варпа, магии, или иллюзий также детектируется этим хитроумным устройством и устраняется полностью или частично. Шлем был украшен рубинами и другими камнями. Сложность создания этого устройства сравнима со созданием хорошего танка на основе забытых технологий. И ценность у него соответствующая. Следующим пунктом в снятии брони были наплечники, каждый из которых был исписан литаниями и выгравированными гербами и рыцарскими крестами. Они отстегивались долго и тяжело, поскольку были самой тяжелой частью доспехов, и, следовательно, надежно крепились к телу. После этого снять плащ, нагрудник и другие части доспехов не было проблемой. Проделав все это, Кит разложил доспехи на подставки и вздохнул полной грудью. Повернувшись, он разглядел себя в зеркало. Перед ним был человек в специальном плотном комбинезоне, с темными каштановыми волосами, небольшой бородкой и усами, с внимательными глазами, выражавшими внутреннюю сосредоточенность. У него были впалые щеки и высокий лоб. Он имел оливковую кожу, как и многие из Кустодес, и покрыт татуировками. Прическа его была хаотической, и считалось длинной для кустодия, потому как большинство его братьев любили стричься очень коротко или бриться налысо, как Олан. Но Кит предпочитал этот неряшливый вид всем остальным вариантам. Это очеловечивало его, придавало некоторую индивидуальность. Сменив свой комбинезон на просторную тунику и штаны, Кит хорошенько умылся и отправился чистить доспехи. Взяв с постамента шлем, он присел за рабочий стол и поставил его перед собой. Достав инструменты, он поддел крючком зажим сбоку шлема, и отсоединил лицевую маску, увенчанную имперским орлом. Визоры изнутри блестели красным, мягкая кожаная подкладка обрамляла силуэт головы, респиратор содержал фильтр, что мог очищать воздух, насыщая его кислородом, а мог полностью перекрывать воздухозаборники, пользуясь встроенным дыхательным контейнером. Вытащив небольшую мягкую щеточку, Кит начал осторожно очищать внутренности шлема от пыли и грязи. В тот момент, когда зазвучал сигнал, Максимус уже перешел к наплечнику, смазывая пазы и разъемы внутри него для плавного движения. Неохотно отложив свою работу, он встал, подошел к двери и посмотрел на экран гололита. Снаружи стоял Белатар Гифус, его давний соратник и друг. Это был ветеран Кустодес, служивший в этом ордене со дня его основания, и потому весьма почитаемый в среде местных гвардейцев. Если бы они служили в Имперской Армии, то Белатар, безусловно, был бы офицером и прямым начальником Максимуса, но они были частью Легио Кустодес, а, следовательно, были равны между собой. Тем не менее, при общении с ним никто не забывал о пяти сотнях подвигов, каждый из которых оставил печать на его доспехах в виде гравировки. Не мешкая, Кит ткнул на руну активации, управляющую замком. Зажегся зеленый индикатор, дверь с шипением отодвинулась, и умудренный воин шагнул внутрь. Оглядев обстановку, он удовлетворенно кивнул и обратился к хозяину кельи: - Максимус. Ревущее Лезвие. Ты занят? Кит пожал плечами и показал на разложенные на столе доспехи. - Понятно. Прости, что отвлекаю, но там внизу, на арене, проходит День Схватки. Я знаю, что ты не придаешь значения таким мероприятиям, но не хочешь ли ты поучаствовать? Видеть тебя в бою – настоящее удовольствие, но это должно быть полезно и для тебя. Давно ты разминался с настоящим противником? Тебе не помешает немного разогреться. Максимус хотел что-то ответить, чтобы отвертеться от подобной затеи, но Гифус опередил его превентивным ударом: - Пошли со мной, посмотришь на сражающихся. Если не захочешь принимать участие, просто уйдешь. Я не стану настаивать. Вздохнув, Максимус кивнул. Он не был намерен сопротивляться Белатару. Пройдя в оружейную, он, подумав, взял со стойки один из мечей и пошел к выходу. По пути на арену Максимус вдруг вспомнил слова старого Далмот Кина, что разговаривал с ними две недели назад. Все это было как будто в тумане. Псайкеры всегда были головной болью для него. Он их просто не любил, даже самого Малькадора. Но слова лорда-техноварвара заставили его задуматься. Кит много раз повторял их себе за эти дни. Все ваши опасения подтвердятся… Ваше золото обратится в чернь… Что он скрыл за этими словами? Неужели Кустодес не смогут выполнить свой долг? Неужели исчадия ужаса будут пожинать плоды победы на их костях? Он знал, что ни один из Кустодес не отступит от своего долга. Не один из них не предаст любовь Императора, никто не шагнет назад, держа в руках оружие. Только мертвый кустодианец пропустит врага. Но убить его более чем сложно. Только масса может сделать это. А масса, целая толпа космодесантников расчищает себе путь на Терру. До Внутреннего Дворца доберутся лишь жалкие огрызки от их армии. Но их будет достаточно, чтобы свалить каждого из Кустодес. От этой мысли по спине Максимуса пробежал холодок. Пройдя через широкий коридор, устланный клумбами с плакучими ивами, они подошли к лифтам, где Гифус ткнул сенсорный экран, и пневматическая машина зашипела, пригоняя к ним кабинку. Максимус пригляделся к своему оружию, что было выковано специально под его ладонь мастером кузни Валенсом десятилетия назад. На блестящем лезвии, прошитом генератором силового поля, на высоком готике было выгравировано: Именем Императора, я дарую смерть. Именем Императора, я дарую покаяние. Его воля течет в моих жилах. Его честь обогревает меня. Его гнев направляет меня. Раздался короткий сигнал. Кит обернулся и шагнул в лифт. Стеклянная переборка, пока они спускались, позволяла им видеть Нижний Зал, заполненный тренировочными аренами. Сам зал имел колоссальные размеры, дальний его конец. На самой большой из арен, что была предназначена для групповых боев, проводились импровизированные соревнованиия фехтовальщиков. День Схватки нигде не был зарегламентирован, он не считался официальным мероприятием или праздником, никто его не назначал и не запрещал. Он был традицией, небольшой данью варварским обычаям древних племен Терры. И он проходил так давно, что никто уже и не помнил, кто придумал собирать вместе столько воинов Кустодес. Арен здесь было не меньше двадцати, и каждая из них была обнесена прозрачным бронепластеком, позволяющим зрителям насладиться воинским мастерством. На некоторых аренах обычно тренировались с сервиторами, но сегодня друг против друга выступали только живые противники. Куда ни глянь – везде было много народу, все стремились показать себя и посмотреть на других. Золото мешалось с обнаженными торсами, мускулы блестели в контраст с доспехами. - Сегодня необычайно много солдат, Кит, - протянул Белатар, задумчиво глядя на толпу, - Такое я вижу впервые за все годы. Я думаю, это связано с войной. Все оттачивают свое мастерство. Кит кивнул, ощущая лишь холодный адамантий своего клинка. Лезвие было необычайно острым, и, стоило лишь слегка провести по его кромке, как кровь сразу выступала на коже. Но если включить силовое поле, это оружие будет способно крушить металл, камень, и все, что стоит на пути у солдата Кустодес. Меч был специально облегчен и хитроумно заточен, по персональному заказу Максимуса. Это его Фабулюс выхватил во время их стычки у Архива. С шипением гидравлические двери отворились, являя двух солдат шуму огромного зала, в котором эхо разносилось по всему пространству, будто окружая тебя стеной звуков. Обычно в этом зале тихо, и только звуки сходящихся клинков нарушали тишину. Но сегодня все было по-другому. Хладнокровные воины Кустодес сгрудились вокруг арен, жестикулируя, что-то обсуждая, смеясь и делая ставки. В воздухе витала атмосфера азарта, трехметровые солдаты напоминали болельщиков в скрамболл где-нибудь в закоулках Терры. Кит и Гифус шагнули в толпу, обходя большие группы солдат и протискиваясь через целые толпы зрителей. Апотекарии дежурили возле каждой арене, поскольку случаи потери сознания и получения глубоких порезов были нередки на таких мероприятиях. Максимус не любил толпы, он всегда считал себя одиночкой даже среди эгоистов-Кустодес. Он не терпел большого скопления людей, а больше всего ненавидел направленных на него взглядов. Он не боялся опозориться перед товарищами, поскольку вполне был способен не ударить лицом в грязь, но само навязчивое присутствие сотен других людей сбивало его с толку и мешало концентрироваться. Впереди них маячили стены самой большой из арен. По периметру от них стояли перила, на которые навалились могучие войны, стараясь разглядеть происходящее внутри. Со стороны входа было свободнее, там был установлен стол с вооружением, на скамьях сидели претенденты на сражение. Кто-то брал на себя инициативу регистрировать бойцов, и у главной арены это было двое безымянных солдат в закрытых шлемах, так что понять, кто это, не представлялось возможным. Белатар шел впереди, расталкивая зазевавшихся зрителей, отвоевывая себе метр за метров на пути к арене. Он шел не спеша, хотя по меркам обычного человека его походка могла показаться быстрой трусцой. - Пустите меня, идиоты, я стоял на этом месте девятнадцать лет! – гаркнул он на кого-то, и несколько человек сдвинулось, проявляя должное уважение к ветерану Кустодес. Схватившись за перила, Гифус обернулся, - Мы пришли, Кит, вставай здесь, рядом. Максимус встал возле него, направляя свой меч вниз, чтобы никого не ранить. На арене было пусто, и лишь несколько капель крови на полу напоминали о предыдущем сражении. Обычно после боя победитель оставался и сражался со следующим претендентом, и так до выявления самого стойкого. Десять побед подряд обычно считалось безоговорочным успехом, и герой, получив в качестве приза позолоченный лавровый венок, под аплодисменты уходил с арены. Но сейчас, видимо, что-то пошло не так. Из обрывков фраз стоящих рядом солдат Кит понял, что предыдущий бой закончился ничьей – оба противника одновременно ранили друг друга в шею, что считалось залогом проигрыша. Сейчас решался вопрос о повторном матче либо дисквалификации обоих бойцов сразу. Один из старших офицеров, как только сейчас заметил Кит, о чем-то жарко препирался с самим Валдором, что стоял недалеко от входа на арену. Максимус поразился смелости и самоуверенности солдата, что посмел перечить воле самого генерала-капитана. Он упорно что-то доказывал, активно жестикулируя перед носом своего командира. Человек этот обладал, судя по всему, безупречной репутацией, поскольку Константин терпеливо выслушивал все его доводы, качая головой. Воин указывал на двух запыхавшихся бойцов, протиравших шею тряпочками. Они были по пояс голыми, стояли босиком на холодном полу и мрачно переглядывались друг с другом. - Нет, так они никогда не договорятся! – воскликнул Гифус, наблюдая за ними, - Мне определенно стоит вмешаться. Максимус схватил старого кустодия за запястье, но тот вырвался и пошел в сторону конфликтующих солдат. Кит вздохнул и поплелся за ним, прихватив свой меч. - В чем дело? – спросил Белатар, растолкав несколько солдат в полном боевом облачении. Валдор, нахмурившись, повернулся к нему. - Гифус. Приветствую, - сухо ответил он, жестом осаждая напирающего спорщика. - Я вижу, ты не пользуешься правом командующего в споре. Почему ты его не заткнешь? – сказал старый солдат, вставая рядом с ними, - Вы спорите по поводу взаимного ранения? - Да! – ответил спорящий солдат с пылом разъяренного орка. Теперь было видно, кто это был: Капитан Петбе собственной персоной, прозванный Белым Львом за буйный нрав. Едва ли он был младше Гифуса, и наград у него было не меньше. Но все боялись с ним общаться, потому что его вспыльчивость больше подошла бы воину Пожирателей Миров, чем хладнокровному кустодию. - Да! Это спор! – повторил он, на мгновение взглянув на Кита и вновь встретившись взглядом с Белатаром, - Константин не хочет признавать повторный матч! Они должны довести дело до конца! - Они уже это сделали, - спокойно ответил Валдор, - Оба бойца потерпели поражение. - В поединке всегда должен быть победитель, и ты это знаешь! – воскликнул Петбе, указывая на Валдора. - Я потому и не пользуюсь правом командующего, потому что правил на этот счет нет, - сказал генерал-капитан, почесывая шрам на правой щеке. - Бойцы за повтор матча! – сказал Петбе, не отходя от своего, - Дай им шанс, в конце-концов! - Каково твое мнение? – спросил глава Кустодес у Белатара. - Если они горят желанием, почему бы и нет, - пожал плечами старый солдат, - Они хотят разорвать друг друга. Дай солдатам возможность посмотреть на это. Валдор посмотрел на двоих обнаженных по пояс солдат и вздохнул. - Это будет единственный раз, - ответил он, подумав, - Когда тебе удалось переубедить меня, капитан Петбе. Это заслуга старого Гифуса. Выходите на бой. Завершите его сейчас, - крикнул он бойцам. Кустодианцы поклонились ему и пошли на арену. Их встречали бурные овации зрителей. Мечи блестели в их руках. - Благодарю, - буркнул Петбе и удалился. - Константин, смотри, кого я привел тебе, - сказал Гифус, кивнув на Кита, - Прославленный боец, не так ли? - Максимус. Ты нечасто бываешь на Дне Схватки, не так ли? – спросил Валдор. Кит сделал шаг вперед и поклонился генерал-капитану. - Оно и видно. Ревущее Лезвие. Ты всегда был одиночкой. Но ты прекрасный дуэлянт. Максимус развел руками. Так, мол, говорят люди. - Я сам видел тебя в бою. Ты ужасно скромен, и это хорошо. Скоро настанут тяжелые времена… Один из кустодианцев в полном боевом облачении ударил в гонг, что был установлен у арены. Это прослужило сигналом к атаке. Максимус, развернулся, чтобы лучше разглядеть сражение. По удару гонга два солдата рванулись друг на друга, скрещивая мечи. Металл свистел в воздухе, когда полутораметровые лезвия очерчивали пируэты вокруг бойцов. Легио Астартес могут быть невероятно сильными и выносливыми. Они могут быть намного более сплоченными. Но им никогда не сравниться в скорости с солдатами Легио Кустодес. Удары сыпались градом, каждый блок подкреплялся контратакой, бойцы наскакивали и отпрыгивали. Тем не менее, Максимус заметил, что они сражаются слишком скованно, не открываясь и не подставляясь, не рискуя подставить свою шею. По меркам Кита, их битва проходила весьма вяло. Заблокировав удар слева, один из бойцов получил кулаком в лицо, потеряв на секунду ориентацию, чем противник тут же воспользовался. Ловко вывернутый меч тут же уткнулся в шею солдата, вновь распарывая только что сросшуюся кожу. Поверженный солдат вскрикнул со злости и бросил свой меч на пол. Тут же снова прозвучал гонг и толпа подняла шум, поздравляя победителя. Тот вскинул руку с клинком в победном жесте и прокричал: - За Императора! Толпа бесновалась. Валдор, усмехнувшись, проводил проигравшего солдата взглядом, а затем повернулся к Киту. - Тебе нужно поучаствовать. Все хотят видеть тебя на арене. Ты сокрушишь их. Кит отступил и покачал головой. Ему не хотелось светиться перед целой толпой. - Послушай, - сказал подошедший Гифус, - Это, возможно, последний День Схватки в истории. Ты же не откажешь всем этим солдатам? Они должны видеть, какие войны сражаются среди них. Все они безупречны, но ты просто бог среди равных. Масимус встретился со стальным взглядом Валдора, который выражал лишь холодную волю. В них была такая сила, что он не смог перечить воли своего командира. Тяжело вздохнув, он глянул на свой меч и, в конце концов, кивнул стоящим перед ним солдатам. Он прошел к арене, где снял свою тунику и ботинки и остался в одних штанах, являя миру свое совершенное тело, испещренное шрамами и татуировками. Затем, перехватив лезвие, он шагнул на арену, где его уже ждал противник и тысячи жаждущих глаз. Оглядев огромную аудиторию, Максимус нахмурился. Он ненавидел быть в центре внимания. Противником его был молодой воин, еще моложе Максимуса, но ужасно заносчивый. Глаза у него горели холодным гневом, но он был неопытен, и было видно, что он ничего не знает о репутации Кита. Он не осторожничал, ходил из стороны в сторону, как обозленный зверь. Было понятно, что это несдержанный солдат, готовый сорваться в слепую атаку в случае чего. Оборона была для него ненужной мелочью, которой можно было пренебрегать. Максимус размял плечи и встал в боевую позу. - …Силовое поле клинков должно быть отключено. Использовать можно только одно оружие. Касание лезвием шеи или головы – безоговорочная победа. Раунд продлится до востребования, - тем временем процедил один из охранников-кустодианцев через встроенный в шлем громкоговоритель. Через секунду раздался удар в гонг. Максимуса не просто так прозвали Ревущим Лезвием. Он был известен среди соратников как выдающийся дуэлянт, поскольку его изворотливость и скорость не знали себе равных. Он любил кружиться, совершать пируэты, резко менять направление удара и подло бить в спину. И да, меч его свистел в воздухе так, что было слышно, как само пространство рвалось от напора солдата. Лезвие двигалось так быстро, что его не было видно. По удару гонга противник точно так же, как и в прошлом раунде, скакнул вперед с выпадом, оттолкнувшись от правой ноги. Максимус, моментально сдвинувшись влево, небрежным движением отбил выпад и в мгновение ока ударил противника мечом по спине, повернув его плашмя. Толпа ликовала. Не хотелось ранить такого соперника. Обернувшись, противник в гневе начал усыпать Кита целыми сериями ударов, совершая по два-три взмаха в секунду, что казалось Максимусу не более чем тренировочными движениями. Отбивая удары, он думал о том, что однажды огромная толпа кинется на него одного и пожрет его, пожрет без остатка, смяв и вбив в землю его золотистые доспехи, которые он так любил. Однажды противник достигнет охраняемых им площадей и в силу своей массы срежет сотню Кустодес. Кит удивился своей пессимистичности. Неужели вмешательство старого лорда-техноварвара так на него повлияло? Противник проверял прочность обороны, выбивая искры из закаленного адамантия, но так и не достигнув своей цели. Максимус легко скакал вокруг него, подгибался под его широкими взмахами и картинно отпрыгивал при самых яростных его атаках. Но вскоре такая игра ему надоела и он, ловко закрутив меч, вывернул руку своему оппоненту, заставив его выпустить оружие. Через долю секунды металл снова холодил шею недавнего победителя. Кит стоял над ним с абсолютно непроницаемым лицом, безмолвно подтверждая свою репутацию. Гонг раздался как всегда внезапно и воин взревел от досады, но все же пожал руку удивленному Максимусу, когда уходил. Кит кивнул ему и сотворил знамение Аквилы. Следующие противники Кита почти не отличались друг от друга, действуя слаженно, организованно, точно и недостаточно быстро. Меч Максимуса со звоном рассекал воздух, заставляя их пятиться и уходить оборону. Ему не нравилось возиться со слабыми соперниками, но он позволял каждому чуть-чуть задержаться на арене, чтобы хоть немного проявить свое мастерство. Но все такие все эти яркие солдаты просто меркли перед способностями Максимуса. Все это было лишь танцем для него. До того момента, пока он не услышал знакомый голос. - Привет, Кит, - раздалось у него за спиной, и он обернулся, - Я тоже решил поучаствовать. Максимус ошалел. Олан? Почему он? Боевой брат был также в одних штанах, а вооружен он был Копьем Хранителя с отключенным силовым полем. Болтер на его конце не имел обоймы, так что пуль в спину ждать не приходилось. С другой стороны, вес конструкции также сместился. Фабулюс буквально источал самоуверенность и героизм. Заметив удивленный вид товарища, он произнес: - Не ждал меня? Ну не мог же я стоять в стороне и смотреть, как ты лупишь этих мальчишек. Кит нахмурился. Кого Фабулюс прозвал «мальчишками»? Опытных ветеранов? Солдатов, чей героизм был сравним с рвением примархов? Но гордыни у Олана не отнять, так что дискуссию разводить не требовалось. Проблема была в том, что Фабулюс был ему равным противником. Его сила была под стать силе Максимуса, его скорость была ничуть не меньше, но напор и стиль ведения боя у них кардинально различались. Олан был совершенным тактиком и великолепно оборонялся. Он просто не позволял себя атаковать. А победа для него – дело времени. Кит напрягся. Этот бой не дастся ему легко. Он бы спокойно признал поражение перед сильным противником, но это был уже девятый бой и Олан никогда не устанет напоминать, если победит его. А их постоянно ставили вместе, и игнорировать его было невозможно. К сожалению, измотать солдата Кустодес было практически нереально, поэтому Киту стоит только импровизировать. Прозвучал гонг, и битва началась. Олан не сдвинулся с места. Он стал в защитную позу, готовый отбить любой удар. Он предоставил Максимусу выбор. И тот его сделал. Отойдя на несколько шагов назад, Кит ринулся на врага, выставив меч для колющего удара. Олан ухмыльнулся, но позы не переменил. В паре метрах от соперника Кит резко прыгнул вниз, и, прокатываясь под копьем, сделал рубящий удар справа. Олан отпрянул, явно не ожидая такого маневра. Отлично, Максимусу уже удалось его удивить, и он не собирался останавливаться. Пока Фабулюс перехватывал копье, Кит вскочил и рубанул по его древку, стараясь выбить оружие. Металл выдержал удар, более того, Олану удалось оттолкнуть противника, и направить на него лезвие. Настал его черед атаковать. Удары были быстрыми, широкими и мощными. Промахнувшись, Олан мгновенно корректировал атаку. Киту еле удавалось уворачиваться от его взмахов. Отбивать их не было смысла: четырехметровое Копье Хранителя, помноженное на силу Фабулюса, не давало ему подойти к врагу вплотную, где кроется брешь в его обороне. Пока лишь Максимусу приходилось отступать, перекатываться и делать короткие контрвыпады в сторону грозного соперника. На лице Олана все время играла полуулыбка, которая выражала то ли иронию, то ли самоуверенность, то ли скепсис. Пока Кит рассуждал про себя на эту тему, его враг подошел опасно близко, и, пользуясь случаем, сбил Максимуса с ног. Он бы легко поднялся назад, но соперник наклонился над ним с копьем, занося его для удара. Максимус в последнюю секунду откатился в сторону, но за ударом тут же последовал второй и третий. На четвертый раз Киту удалось вывернуться, взмахнуть мечом и ранить противника в ногу, располосовав его штаны. Толпа вскрикнула. На арену закапала кровь. Олан едва заметно скривился, но не ослабил натиска, становясь все ожесточеннее. Кит, наконец, вскочил на ноги, пытаясь подойти поближе и использовать свое преимущество на короткой дистанции. Но все его попытки оказались тщетны. Фабулюс как будто предугадывал его движения, безмолвно продолжая свой нечеловеческий натиск. Отклоняясь от очередного выпада, Кит вдруг заметил, как вокруг стало тихо. Все кустодианцы с округи собрались поближе, чтобы посмотреть на этот занимательный поединок. Все голоса были приглушены, все были заворожены мастерством двоих воинов. Над Оланом и Китом витал какой-то сервочереп с пикт-кастером, по-видимому, запечатлевая их сражение. Максимус только было подумал, как будет смотреться поверженным на пиктах, когда вездесущее копье Олана достигло своей цели и прорезало грудь Кита. Длинная полоса от плеча до плеча начала гореть пламенем, пока покрытие арены багровело от капель крови. Максимус чувствовал, что порез глубокий и оставит шрам, но не собирался отвлекаться от сражения. Воспользовавшись замешательством, он сделал серию дерзких выпадов, направляя каждый удар в голову Олана. Тому пришлось уклоняться, поскольку копье уже не имело своей силы на такой дистанции. Один из ударов был настолько внезапен, что Фабулюс едва не лишился головы и получил значительное ранение в плечо. Отпрянув, он вскрикнул и резко пнул Максимуса, в ярости отбросив свое оружие. Кит рухнул на пол, выронив меч. Подбежав к нему и придавив коленями, Олан начал бить противника в лицо, каждым ударом вызывая сноп искр в глазах Кита. Мир вокруг замедлился и покрылся пеленой, а звуки стали глухими, как из бочки. Максимус почти не понимал, что происходит, пытаясь оттолкнуть противника, но тот был в той же мере силен, что и он. Кит так и не осознал, что произошло, когда Валдор лично вышел на арену и оттащил ничего не слышащего Фабулюса от него. Когда туман рассеялся, Кит поспешил встать и вдруг осознал, что все его лицо, грудь и руки были покрыты кровью, равно как и тело Олана. Он заметил, как лицо Фабулюса за несколько секунд растеряло свой запал гнева, пока генерал-капитан что-то тихо говорил ему. Тот нехотя кивнул и подошел к Киту с протянутой рукой. Тот, помедлив, все же пожал ее. Выдохнув, Олан повернулся и зашагал к выходу, где его уже ждали апотекарии. Валдор подошел к удивленному Киту и похлопал того по плечу. - Ты молодец, - сказал он, - Олан – сильный противник. Жаль только, что бой выдался очень странным. Ты отлично сражался, но победителей в этом бою нет. Ни ты, ни он. Понятно? Максимус кивнул, вытирая кровь с лица. - Отлично. Иди, подлатайся. Отдохни пару дней. Это моя тебе награда. Кит снова кивнул и направился в сторону выхода, подхватив свой меч. Толпа извергала овации. Константин поднял руки, призывая всех к тишине. Добившись своего, он громогласно объявил: - Насколько вы знаете, над Дворцом нависла угроза. Угроза галактического масштаба. Нам угрожают не обычные люди, а целые легионы Астартес. Они хотят прийти сюда и сжечь дворец. Они хотят станцевать на наших костях и повергнуть Императора. Но мы были созданы, чтобы этого не допустить. Я хочу, чтобы каждый из вас был готов выполнить свой долг. Вам придется убивать. Убивать врагов тысячами. Только так мы сможем противостоять той силе, что восстала против нас. Не щадите. Не жалейте. Не раздумывайте. Воля нашего Отца – наша сила. И мы защитим его, ибо в этом наш долг. За Императора! - За Императора! – воскликнули в ответ тысячи кустодиев.