Взгляд Императора

Спустя три дня флот противника оказался в радиусе действия терранских радаров. Это фактически означало, что Хорус прибыл на Терру. Сотни судов лояльного флота выстроились в оборонительном порядке с ориентировкой на состав армады Воителя. Разведсоединения оставались в стороне, объединившись с флотилией кораблей-невидимок. Достигнув радиуса в четыреста тысяч километров от Терры, противик приглушил двигатели и остановился. Многочисленные боевые баржи и суда поддержки передислоцировались, формируя эшелоны для проведения комплексной атаки. Находясь вне предела действия орудий, лояльный флот вынужден был ждать, наблюдая за маневрами врага. На Терре было объявлено военное положение, что критически ограничило транспортную систему, а также дало в руки Астартес почти неограниченную власть в введенных им регионах. Значительная часть населения покинула планету, отправившись с гуманитарными кораблями в сторону Венеры – безопасной гавани недалеко от важнейших точек варп-перехода. В случае поражения лояльные силы могли бы отправиться на восток Империума. Той же части населения, что не смогла покинуть Терру, были предоставленным места в убежищах и бункерах, что находились глубоко под поверхностью земли. Однако некоторые секторы планеты фактически не были защищены, и людям приходилось переезжать в более безопасные области. Гималайские же убежища были наполовину загружены, и население постепенно прибывало, сознавая всю угрозу будущего сражения. Дав указания своим легионам, примархи покинули их, чтобы занять свои места в центральном тактическом штабе. Дорн проинструктировал офицерский состав насчет мер безопасности, определяя роль и обязанности каждого члена командования. Прослушав доклад механикум, он потребовал с них готовности включить силовые щиты над Дворцом по первому приказу. Фабрикатор Кейн уверил примарха, что система сработает безошибочно. Получив данные о расположении сил Хоруса, Главнокомандующий связался с адмиралом и запретил ему первому ввязываться в бой. Тот полностью разделял мнение своего командира. — Следи внимательно за всеми его передачами. Будь осторожен, если он попытается выйти на контакт. Враг может использовать вирус скрап-кода, отослав его вам. У нас нет защиты от подобного оружия. Штаб аналитиков работает в полную силу, но дешифровка таких сигналов может занять годы. — Я понял вас, милорд, - ответил Макариос, - Я учту это. Связь прервалась. Адмирал смотрел на главный экран, который передавал теперь лишь статику. Множество голограмм и дисплеев вокруг него выдавали информацию: схему системы, расположение кораблей, сведения о состоянии установок орбитальной обороны Луны, а также данные о течениях варпа от хора астропатов. Ничто из этого не давало полной картины. — Мы не можем расшифровать передачи противника, - объявил он во всеуслышанье. — А что насчет Хоруса? Он перехватывает наши данные? – спросила первый помощник у него за спиной. — Все возможно, - качнул головой Макариос. Между тем господин Орото, лорд-просекутор Луны, сообщил о готовности оружейных систем к предстоящей атаке. По его словам, система наводки и обнаружения была протестирована и отрегулирована, и теперь Луна со всей ясностью могла отслеживать перемещение не только вражеских, но и лояльных судов. В случае приближения противника орудийные платформы могли дать залп по его силам, не задев при этом ни одного корабля флотилии Императора. Проблема была лишь в том, что количество снарядов было весьма ограничено, поскольку ежегодные поставки ракет с Марса неожиданно прервались в связи с подлым предательством Келбор-Хала. Так что время, которое спутник Терры мог провести в осаде, определялось размером флота предателей. А он был ох как огромен. Сознавая огневой потенциал Луны и ее слабости, Макариос под руководством Дорна разместил флот так, чтобы покрывать все участки возможного наступления, при этом уделяя особое внимание потенциальным контратакам и отступлениям. Большая часть дивизии Терры располагалась на высокой орбите полукругом под прикрытием кораблей Имперских Кулаков. Среди них находился и «Буцефал». Быстроходные суда Белых Шрамов заняли свои позиции по флангам, играя роль наступательной кавалерии. Тяжелые осадные корабли составляли костяк обороны, находясь на промежутке между Террой и луной, окруженные целым облаком судов поддержки, призванных отвлекать и разобщать противника. У Луны были сконцентрирован оборонный флот, собранный из выделенных Макариосом и Орото кораблей плюс дивизия Кровавых Ангелов. В целом расстановка была проведена так, чтобы пресекать любое приближение к сердцу Империума. С точки зрения передовых кораблей на рубеже флотилия Хоруса визуально напоминала молекулярную туманность, блестящую серебром. Отдельные корабли разглядеть не представлялось возможным, но такое их скопление было заметным даже с Терры. Дорн внимательно сортировал данные, получаемые с разведсоединений, которые делали все возможное для обеспечения Главнокомандующего информацией. Абракс в передачах не раз упоминал, что, несмотря на условия чрезвычайной секретности, разведсоединения не были сюрпризом для Хоруса. Он, мол, давно следил за ними, но по каким-то причинам не предпринимал попыток их устранить. Дорн приказал больше не говорить на эту тему, но сказанное Абраксом взял на заметку. Четыре дня назад корабли-невидимки объединились с разведсоединениями, образуя единый флот. Радары противника не могли их засечь, и только прямой визуальный контакт мог раскрыть приближение подобных судов. Это должно было стать прикрытием для крупных кораблей-бомбардировщиков. По данным, собранных за время перемещения эшелонов Воителя, так и не удалось установить расположение «Мстительного Духа», но, вероятно, он находился среди флотилии Сынов Хоруса, что была в самом центре атакующих сил. Зато было определено расположение других флагманов – «Завоевателя» Пожирателей Миров, «Гордости Императора» Детей Императора, «Стойкость» Гвардии Смерти. Все они были окружены огромным количеством союзных судов, так что подобраться к ним не предстояло возможным. Десантные же корабли, груженые полками бывшей Имперской Армии, находились ближе к концу флотилии, прикрытые десятками линейных кораблей. Суда-невидимки должны были сконцентрировать все свое внимание на них. — Всем экипажам быть бдительными, - передал Дорн по общей связи, - Враг коварен и хитер. Вам никогда не противостоял столь серьезный соперник. Он не будет играть по правилам. Он не собирается никого щадить, он не будет брать пленных. Его задача – уничтожение. Готовьтесь и будьте исполнительны. Козырем врага будет абордаж. Не спускайте глаз с десантных кораблей и авианосцев. Вы меня поняли. Спустя два часа перестроений флот противника приобрел окончательную форму. Подобно обороняющейся армии, флотилия Хоруса также поделилась на легионы. Командная цепь работала отлично, но во всякой составной армаде истинная сплоченность существует только внутри одного легиона. В то время, как все эшелоны врага оставались на месте, от его общей армии отделилась небольшая группа кораблей, и двинулась в сторону Терры. Вскоре радары планеты определили их численность – десять штук. Судя по передачам разведсоединений, это были легкие быстроходные корабли для патрулирования. Опознавательные знаки их решительно не читались – возможно, они относились к поставкам с Марса, но точнее сказать было невозможно. — Хорус отправляет своих дипломатов? — Может, это он сам летит на переговоры? — Он отвлекает наше внимание. Он, очевидно, что-то задумал. Офицеры тактического штаба не умолкали. Все внимательно следили за перемещением противника, но никто не мог с достоверностью сказать, что происходит. Дорн медленно почесал подбородок и поднял глаза на Ангела: тот ответил ему задумчивым взглядом и пожал плечами. Кулак посмотрел на Хана: тот вглядывался в данные гололитов, выстукивая дробь пальцами по рукояти меча. Примарх Белых Шрамов не выказывал ничего, кроме недоверия. Предатели были способны на что угодно, и любой жест мог иметь большое значение. В конце концов, на кону был Империум. Ягатай вздохнул и произнес: — Эти корабли не представляют угрозы. Но за ними кроется нечто куда более устрашающее. Следи в оба, брат. Дорн нахмурился. Информация с разведсоединений его ничуть не радовала. А подозрения внутри росли с каждой минутой. — Флот противника точно не движется? – спросил он у Абракса по закрытому каналу. — Так и есть, милорд. Они выстроены в боевой порядок, но движения не происходит. Их двигатели работают вхолостую. — Черт побери, следи за ними, Павел. Если хоть чуть-чуть сдвинутся – дай знать. — Есть, сэр. Махнув рукой, командир разведсоединений обрубил канал. Ему совершенно не была понятна тактика противника. Из-за воздействия скрап-кода сигналы повторялись и искажались, так что надежностью здесь и не пахло. — Что-то мне жутко от этих кораблей. В них что-то странное, - подал голос помощник капитана, стоя рядом с ним. — Мне будто бы знакомы эти корабли, - ответил Абракс, - Но если мои опасения подтвердятся, то все гораздо страшнее, чем нам кажется. — Враг приближается к зоне обстрела Терры, - бесцветно произнес дежурный сервитор. — Император, защити нас, - тихо выдохнул капитан. — Дай общую связь, - приказал Дорн, когда группа кораблей противника оказалась неудобно близко. Вокс офицер округлил глаза: — Открытый канал, сэр? На эти корабли? — Именно. Я хочу знать, кто к нам приближается, прежде чем разнести его в щепки. Офицер кивнул и начал вводить комбинации в когитатор. — Четыре минуты на крейсерской скорости до предела действия ракет, - объявил магос, работавший за терминалом. — Сигнал отправлен. Ожидаю соединения. Дорн кивнул. Алые руны на голограмме системы, что парила перед ним, неумолимо двигались к планете. Остальные же индикаторы замерли на месте, готовые к рывку. — И, эм… Сигнал принят. Канал открыт. Можете говорить, сэр. Кулак приблизился к микрофону и звучно произнес: — Говорит Главнокомандующий силами Империума. Вы вторглись в космическое пространство Терры. Назовите себя. Связь транслировалась на общих частотах, так что эту передачу слышали на всех кораблях. Некоторое время был слышен только звук статики. Затем он прервался, и на той стороне канала раздался медленный вздох, и ужасно знакомый голос произнес: — Приветствую, милорд. Удивительно, что вы меня не узнали. Макариос, стоя на мостике «Буцефала», судорожно выдохнул, потеряв дар речи. Он не хотел верить своим ушам. — Тебе тоже показалось? – воскликнул помощник капитана, - Этого же не может быть! — Вполне может, - мрачно произнес Абракс. Худшие его опасения подтвердились, - Чем бы это ни объяснялось, наш старый друг вновь вернулся. — С вами на связи капитан первого ранга Джером Эссос, командир разведсоединений группы Солар. Я вернулся, милорд, как и обещал. И привел мятежников с собой. Было слышно, как скрипнули зубы Ягатая. Офицеры вокруг него уже в открытую обсуждали происходящее, игнорируя всякую субординацию. Джимулан, один из доверенных капитанов Белых Шрамов, сжал кулаки и оскалился, обнажая острые клыки. Сангвиний повел крылом, словно бы оно отягощало его. Дорн покачал головой. Он хотел бы ошибаться, но слух не обманывал его. Если это и была уловка, то правдоподобности ей было не занимать. Примарх решил не выражать общего мнения. Взмахом руки приказав соблюдать тишину, он произнес в микрофон, вкладывая вес в свои слова: — Слушай меня внимательно, Эссос. Если это и правда ты, ты только что объявил себя и своих подчиненных изменниками Императора, подвергая их всех анафеме. Мне наплевать, какого рода этот обман. Я не собираюсь с тобой играть. Если ты сию минуту не объяснишься, я прикажу уничтожить Сигма-Шесть до единого человека, не оставив никого в живых. Ты понял меня? — Почему вы так жестоки к нам, милорд? – вопросил Джером, выдержав паузу, - Насколько я понимаю, я лишь являюсь посредником между военными сторонами и, как и вы, заинтересован в мирном урегулировании вопроса. — Мирное урегулирование?! – взревел Хан, вынимая свой меч наполовину из ножен, - Что ты только что сказал, мелкий сопляк?! Твердая рука Ангела остановила движения бушевавшего Хана. — Кого ты собрался здесь рубить? – спросил он шепотом. Вперившись в брата разъяренным взглядом, Ягатай медленно успокоился и вновь вложил лезвие назад. Военные, окружавшие его, сбежали, боясь попасть под горячую руку примарха. — Ты понимаешь, что пересек запретную черту, Эссос? – угрожающе произнес Дорн, глядя на изображения кораблей на голо-экранах, - Что ты назвал «мирным урегулированием»? Как можно решить вопрос с глобальным и шокирующим предательством, потрясшим сами устои Империума? — Именно миром! – убежденно произнес Джером в ответ, - Понимаете, Воитель совершенно не заинтересован в кровопролитной войне и опустошении Терры. Все, для чего он прибыл сюда – это ответы. — Ну да, а эта армада в семьсот кораблей – лишь его эскорт… - произнес Азкаэллон, стоя по правую руку от Сангвиния. — Отчитайся, чем ты занимался последние две недели, капитан, - приказал Главнокомандующий тоном, который не предполагал неповиновения. — Милорд, мы здесь не за этим… — Как раз за этим. Еще раз спрашиваю. Где находилось соединение Сигма-Шесть последние две недели? Эссос долго не решался отвечать на этот вопрос. Судя по голосу, не он сам избирал свою судьбу: — В составе 63го Экспедиционного флота. Лицо Дорна было непоколебимым. Он ожидал чего угодно, только не этой циничной шутки. — 63го Экспедиционного флота больше не существует, - сквозь зубы произнес он. — Что же, пусть так, но я не намерен это обсуждать, - голос самозваного дипломата разносился по палубам сотни кораблей, - Но у лорда Хоруса есть лишь единовременное предложение. И мне было приказано передать его вам. — Я не заключаю договоров с изменниками, - отрезал Дорн. — Послушайте меня, это критически важно, - размеренно отточил Джером, - Этот компромисс способен спасти миллионы жизней… — Мне все равно, чем завлек тебя Архипредатель. Я не собираюсь идти ему навстречу, только если это не будет военный трибунал. — Воитель предупреждает… Бронированный кулак обрушился на бронзовую панель, вминая ее в терминал. Члены тактического штаба вздрогнули. Дорн разозлился не на шутку. — Я не буду слушать голос жалкого прихвостня предателей, возомнившего себя дипломатом! Ты никто и ничто! Ты уже давно мертв! Главнокомандующий поднял было руку, чтобы оборвать связь, но тут раздался второй голос, пригвоздивший его к полу. Спутать его с чем-либо было невозможно. — Возможно, мой голос взбодрит тебя, братец. Когда-то глубокий и терпеливый голос Хоруса теперь обрел жуткие и неуловимые нотки. Сердце стремилось угадать в нем старого друга, верного соратника и брата, но разум чувствовал враждебность и потусторонность в каждом слове Воителя. Ясно было одно – владелец такого голоса был потерян уже навсегда. — Хорус… - выдохнул Кулак, не веря своим ушам. — Именно так, Рогал. Я давно ждал этой минуты, так что не заставляй меня жалеть о проделанной работе. Властный и всепроникающий тембр приводил всех слушателей в оцепенение. Опытные ветераны и стойкие офицеры с тревогой переглядывались, пригвожденные к полу. — Зачем? Ради чего? – только и произнес Дорн, вглядываясь в безликую спектральную диаграмму, отображенную на одном из экранов, - Почему ты втоптал Империум в грязь, бросил его, предав своего отца? — Моего отца? – хохотнул Хорус, - Рогал, ты не прав насчет меня. Твои представления об этой войне крайне ограничены. Но да, ты заслуживаешь ответов. Так же, как и я заслуживаю своих. Так что я честно расскажу тебе обо всем, если ты выполнишь мои условия и мы… встретимся при иных обстоятельствах. — Разрушив сотни миров на своем пути, убив моего брата, ты теперь предлагаешь решить все миром? Воитель вздохнул, словно бы проявляя свое олимпийское терпение. — Именно так, Главнокомандующий. И я уверен, ты не меньше моего ждешь развязки этой конфронтации. Разве тебе не интересно узнать, что и почему происходит? Разве ты не хочешь услышать слов Фулгрима, Мортариона, Магнуса, Лоргара и других, что поддержали меня? Разве ты не хочешь узнать, почему они враждебны Императору? — Я хочу лишь знать, почему их головы не насажены на пики. Напряженные лица наблюдали за примархом Кулаков. В нем бурлила энергия, и видно было, что его устами говорит Отец. Взгляд золотых глаз пронзал безликие экраны, словно бы сквозь них можно было увидеть Хоруса. — Рогал, дорогой мой брат. Ты всегда был жесток. Так позволь же грозному Архипредателю взять инициативу и решить все миром – разве не этого ли жаждет народ Терры? Неужели ты хочешь обречь их на страдания и муки? — Ты перестал быть мне братом, когда сжег собственные легионы в горниле Истваана. Все, ради чего ты существовал, разрушено. Империум ненавидит тебя, Воитель. А я позабочусь о том, чтобы он смог благополучно тебя забыть. — Слушай внимательно, Главнокомандующий. Я привел сюда флотилию, перед которой не устоит ни одна армия, ни один генерал и ни одна раса. Ни одно укрепление и ни одна схема не способна сдержать такой силы. И ты это сознаешь, Рогал. Недаром ты окружил Дворец кольцами обороны и миллионами солдат. Ты не надеешься остановить меня. Твой оборонный флот будет уничтожен, и ты не способен повлиять на это. — Император знает, что я тебя остановлю. И я всецело разделяю его мнение. — Император… - прошипел Хорус, - Он не тот, за кого себя выдает. И ты узришь это, Кулак. О да. Я скажу, как все произойдет, брат-примарх. Если ты хочешь, чтобы Терра осталась нетронутой и твой отец – живым. Ты пропустишь меня. Я спущусь на планету. Передо мной откроются двери всех твоих крепостей. Ты лично проводишь меня за створки Врат Вечности, где я встречусь с Императором, и тот ответит за все. Если он покорится мне, то в Империуме вновь воцарится мир. Мы закончим амбициозный захват галактики и человечество станет могущественнее, чем когда-либо. Дорн молча слушал его, шумно выдыхая воздух. Пространство вокруг него пылало жаром, и каждый присутствующий чувствовал невероятное напряжение. Примарх призвал всю свою непоколебимость, чтобы сдерживать свой гнев перед лицом первого из отступников. — Мы бы добились всего этого, Хорус, если бы не твое предательство. Император наделил тебя наивысшей властью, и ты упустил свой шанс стать кем-то великим. Титул Воителя навеки канул в лету вместе с твоим именем. — У Императора всегда были свои плану на эту галактику, брат. И мы всегда были лишь его инструментами на пути к величию. — Не смей называть меня братом… — Помнишь Громовых Воинов, Рогал? Ты помнишь, что Император сделал с ними после Объединительных Войн? — Твои уловки не действуют на меня, изменник. — Они все мертвы, Кулак. Все до одного. Не осталось ни одного героя той войны. Только Император. И ты думаешь, нас не постигнет та же судьба? — Твои речи уходят в пустоту. Если это все, что ты хочешь мне сказать, я разочарован. Хорус выдержал паузу, видимо, обдумывая слова брата и свой следующий шаг. — Я предложил тебе мир, но ты отверг его. Я прочил процветание человечеству, то ты отринул его в слепой вере в Императора. Я предлагал тебе жизнь, но ты выбрал смерть, Кулак. Ты сознаешь, что обращаешь Терру во тьму? — Я сделаю то, что должен, - мрачно ответил Дорн. — Да будет так, - констатировал Хорус и прервал связь. Голос его потух и остался звоном в ушах слушателей. Люди, захваченные врасплох этим разговором, не могли сдвинуться с места. Внезапная тишина обрушилась на них, на краткий миг запечатлевая выражение шока на их лицах. Дорн поднял глаза на Ангела и заметил его задумчивый, очень знакомый Кулаку взгляд. Он часто уходил в себя, но такие моменты не проходили бесследно. Примарху Кровавых Ангелов, как и прочим сынам Императора, были доступны видения грядущего, минувшего и настоящего. Пренебрегать этими видениями было бы глупо. — Что такое, Сангвиний? – спросил Рогал. Нарушив тишину, он прервал оцепенение солдат, и те нехотя вернулись к своим обязанностям. Ангел глянул на него как-то растерянно. Татуировка в виде слезы под левым глазом придавала ему скорбящий вид: — Я думаю, я не один почувствовал это… — О чем ты? – вмешался Хан, знаком приказывая своим капитанам отправиться по делам. — Это варп. С нами говорил не Хорус, но что-то другое… Будто кто-то общался с нами через него. — Сангвиний, - сказал Дорн, - Я явственно общался с Хорусом. Я знаю его манеры. Он знает, где надавить, чтобы вывести меня из себя. Он стал жестоким, деспотичным, циничным, но это он. И я узнаю его. Как бы ни хотел бы поверить в иное. — Хорус всегда был превосходным дипломатом, - добавил Хан, - И сегодня он попытался сыграть по своим правилам. Но это Терра, и правила устанавливаем мы. Что бы ни происходило, ему придется подстраиваться под нас, а не наоборот. — Вы меня не поняли, - произнес Ангел, - Да, это был Хорус. Но слова были не его. Мне все чаще думается, что эта воля была ему навязана. Что его выбор не был выбором вовсе. — О чем ты толкуешь? – нетерпеливо спросил Рогал. Офицеры столпились вокруг него, желая проинформировать его и получить распоряжения. Он вынужден был игнорировать их, чтобы выудить информацию из брата. Сангвиний твердо посмотрел в глаза Главнокомандующего: ̶ Я имею в виду, что Хорус – это лишь пешка. Он велик, его талант никто не оспаривает, но он лишь инструмент. Дорогой и функциональный, но инструмент. Силы, которые стоят за ним, способен обуздать лишь Император. Изначальное Разрушение проявило себя в открытую, и Воитель стал его проводником в этом мире. Я уверен, что он лишь слуга, хотя думает иначе. Невольные слушатели разговора напряженно вглядывались в лицо Ангела. Ягатай, смотря куда-то перед собой, медленно покачал головой. Капитаны рот переглядывались, наблюдая за реакцией друг друга. Лишь Дорн не изменился в лице. — Чем бы ни была твоя догадка, - начал он, обращаясь как бы ко всем присутствующим, - Она сейчас нам совершенно не поможет. Реальная угроза – это предатели и их флот. И если мы их не остановим, истина станет бессмысленной. Так что, дорогой мой брат, давай сперва займемся обороной. Кровавый Ангел кивнул, соглашаясь с братом, и заговорил с Азкаэллоном, снабжая того инструкциями. Дорн потер переносицу и подал знак говорить вокс-инженеру, что подоспел к нему с планшетом данных. — Милорд! — Да. — Первый эшелон противника отправилась в атаку. — Началось, - ответил Главнокомандующий, оглядываясь на тактический экран. Вскоре ему предстояло отдавать первые боевые приказы.