Взгляд Императора

Кассий лежал на холодном каменном полу, мелко дрожа. Он смутно помнил прошедшие дни, прошитые вспышками боли и стыда. Его допрашивали несколько раз, но он не мог явственно вспомнить, что от него требовали. Хмурые люди глядели ему в глаза, не давали спать, обвиняли и хотели ответов. Обердин не знал, что им сказать. Возможно, они пытали его, но как и как часто – сложно было вспомнить. Они причиняли ему боль, но он не чувствовал ран на своем теле, и не истекал кровью. Быть может, это лишь только мигрень. Но даже такую боль было сложно вытерпеть. Летописец закашлялся и схватился за голову. Память перемешалась у него в голове, обрывки фраз и осколки образов всплывали и снова тухли. Вычленить что-то определенное не представлялось возможным. И больше всего раздражал этот жуткий, въедливый озноб. Кассий открыл глаза. Он был не один в камере. Рядом с ним находилось две фигуры – невысокий человек в военной форме, сидящий на табуретке и сверкающий бронзой медицинский сервитор с кучей трубок, иголок и манипуляторов. Человек лениво наблюдал за корчащимся летописцем, водя пальцем по лезвию боевого ножа в своих руках. Как давно они были здесь? Мог ли он успеть забыть об их присутствии? — Обердин – прозвучало как-то совсем отдаленно и едва уловимо, - Ух и намучились мы с тобой. Кустодии считают, что ты что-то скрываешь. Сервитор что-то прошелестел на бинарном коде и едва заметно завибрировал. По его трубкам потекла мутная жидкость. — Но пока что за время нашего общения ты отвечаешь или полный бред, или наглую ложь. Обердин что-то прохрипел в ответ и с трудом перевернулся на бок, чтобы лучше видеть надсмотрщика. Тот был одет в темно-серую форму с позолоченными наплечниками и блестящей Аквилой на груди. Заметив лезвие в руках человека, летописец дернулся. — А Дорн не перестает требовать результатов, - продолжал тот, - Он устроил мощный разнос самому Сигиллайту! Мы допросили всех летописцев, что смогли найти. Мелиссу, Косака, Айнедиль, Эйбуса. Все клянутся, что никак не замешаны в предательстве. — Айнедиль… - пораженно прошептал Обердин. — Именно. Что удивительно, все они склонны скидывать вину на других. Все они подозревают тебя и пропавшего Проуна в совершении преступлений. А ты в ответ только плетешь противоречивую чепуху. Тебя поймали во Внешнем Дворце, Обердин, в компании преступника-рецидивиста. Не это ли повод тебя подозревать? — Они… Они… - летописец приподнялся на локте и снова рухнул на спину, - Они помогают Императору, - Затем он осекся и замолчал. Айнедиль подозревает его? — Да что ты? – безэмоционально произнес надсмотрщик, - Снова лживая чушь? Думаешь, мы не слышали от тебя этого? — Я не думаю, - опустошенно ответил Кассий, глядя в потолок, - Я не знаю… — А я знаю, - ответил солдат, указывая на него ножом, - Что с тобой поработал предательский псайкер. И до точной информации невозможно докопаться. Где бы ты ни был все это время, ты сделал это зря. Обмануть доверие преторианцев, или самого Императора! Как же можно, черт тебя подери! Летописец не отвечал. Соображалось ему очень туго. — Поэтому у нас есть лишь один выбор. Придется идти на крайние меры. Человек подошел к Кассию и присел на корточки около него. Острие ножа тускло сверкнуло в его руке. Летописец забился и захрипел, пытаясь отползти от мучителя, но тот крепкой рукой удержал его на месте. — Спокойно, пиктограф. Не мешай мне работать, - протянул он и взмахнул лезвием. Нож ринулся вниз и вспорол грязную рубашку летописца от запястья до плеча. — Что? Заволновался? – ухмыльнулся солдат, - Тебя нужно поставить на ноги. Давай, - сказал он уже сервитору. Аппарат, лишь едва напоминающий человека, склонился над летописцем и просканировал его руку, удерживаемую солдатом. Затем он вогнал в нее одну из своих иголок и пустил какой-то препарат по вене. Кассий вяло пытался сопротивляться, но это не возымело никакого эффекта. Секунд через двадцать летописец почувствовал эффект препарата и резко сел, вырвавшись из хватки солдата. Солдат улыбнулся и вытащил катетер из руки. Пораженно глядя на него, летописец пытался отдышаться, чувствуя в груди безумно колотящееся сердце. Холодное лекарство растекалось по венам и артериям, наполняя мышцы энергией, но в то же время прочищая голову, выбивая из нее любые мысли. Все тело бурлило. — Что это? – воскликнул пиктограф, пока солдат поднимал его на ноги. — Маленький имперский коктейль. Арипипразол, триптамин, амиодарон, кодеин и еще пару веществ. Чтобы ты немного взбодрился. Кассий неуверенно поднялся на ноги, осторожно пробуя пол. С поддержкой солдата он сделал два маленьких шага и снова упал на колени. — Осторожнее, летописец. Ты нужен мне живым. Надзиратель вновь поднял его, завел руки за спину и нацепил наручники. Несмотря на них, Кассий почувствовал себя удивительно свободным. Безумное давление на голову и мешанина мыслей ушла. Кристально чистый разум. Слишком чистый. — Тебя отведут на личную встречу с Сигиллайтом. Только его проницательный ум сможет отличить твою правду от твоей лжи. Солдат нажал на вокс-бусину в ухе, затем назвал свои позывные и потребовал открыть дверь. Через несколько секунд звуконепроницаемая металлическая заслонка отъехала в сторону, являя взору серый бетонный коридор. Снаружи Кассия ждали трое вооруженных охранников в той же форме, что и солдат из камеры. Повертев головой, летописец не смог охватить взглядом края коридора – а по всей его длине виднелись пронумерованные камеры. Сам он находился в камере 106. Сколько же всего узников у Кустодиев? Надсмотрщик распорядился о конвоировании Кассия в зал заседаний для встречи с лордом-регентом. Один из солдат пошел впереди, показывая дорогу, за ним шел летописец, а за его спиной шли солдаты, держа лазганы на изготовке. Спустя десять минут ходьбы они остановились у камеры под номером 212 и один из конвоиров набрал комбинацию на панели доступа. После этого дверь раскрылась, и за ней показался лестничный пролет. Обычный проход был замаскирован под очередную камеру, для отвода глаз. Спустившись на два этажа, солдаты вышли через похожий проход в узкий и длинный зал, залитый солнечным светом из круглых окошек под потолком. Стены были испещрены нишами с боевыми сервиторами, а через каждые десять метров распологались автоматические турели, выискивающие врагов. Система сенсоров определила дружественные единицы, и турели пискнули, отводя стволы автопушек от солдат. Пройдя через весь зал, конвой остановился у небольшого окна с дежурным, что находился у выхода. Первый из солдат убрал лазган, чтобы заполнить некие бумаги. После проверки и выставления печати, дежурный нажал на руну на своем терминале, и тяжелые магнитные замки открылись, позволяя путникам пройти в следующее помещение. Кассий с интересом наблюдал за окружавшими его интерьерами, поражаясь обилию оружия и защитных систем. Неудивительно, если в стены были встроены дополнительные сканеры, изучающие ДНК проходящих людей. Было невозможно обойти подобные системы, что и подтверждало важность содержавшихся узников. Если что и могло проникнуть в эти стены, то только глобальная война. И она была уже на пороге. Солдаты впихнули задумавшегося летописца в небольшую комнату для переговоров и закрыли за ним дверь. Один из них успел сказать что-то вроде «жди прихода регента». Пройдя к ближайшему креслу за овальным столом из лакированного дерева, Кассий присел на его край, разглядывая помещение. Стены были увешаны абстрактными картинами в простых рамках, под потолком висела серебряная люстра с узором. На столе было много сколов и царапин, как будто в зале нередко бывали споры с применением холодного оружия. Кассий потер руки, сжатые тугими наручниками. Мысли постепенно наполняли опустошенную голову. «Увидеться с самим Сигиллайтом. Мало кому выпадала такая честь. Особенно это интригует, когда он столько раз отказывал летописцам в визите. Сколько раз я подавал заявку, три? И лишь теперь, после предательства, он захотел встретиться со мной». Летописец пытался извернуться, продев закованные руки через ноги, но ему это не удавалось. Тогда он встал и начал пристально рассматривать картины, стараясь выискать смысл в неуклюжих модернистских мазках. Размытые квадраты, бесформенные пятна. Бесконечные спирали. Едва ли Император одобрял такой вид творчества. Спустя несколько минут дверь отворилась и внутрь шагнула высокая фигура в черной мантии и капюшоне. Кассий почувствовал бурление энергии вокруг себя, едва уловимую вибрацию. Вошедший был псайкером, и притом немалой силы. Запах варпа буквально исходил от него. — Милорд, - неуклюже поклонился пленник, - Мы, наконец, свиделись. Человек откинул капюшон. Кассий не сразу опознал его. Молодое лицо, угловатые черты, короткие черные волосы. Мрачный пронзающий взгляд. Знакомый взгляд. — Тит, - выдохнул Кассий, недоверчиво качая головой, - Это… Это ты? — Я, Обердин, - ответил тот, - Думал, мы тебя не освободим? — Я думал, вы бросили меня… - растерянно сказал летописец, нерешительно двигаясь к псайкеру. Глазам было сложно верить. — У нас был уговор, и мы держим свое слово. Всегда, - псайкер выхватил плазменный резак из полов своей мантии, - Повернись. Кассий повиновался и подставил свои руки. Аккуратным движением агент разрезал наручники, не задев кожу. Затем он достал свой привычный хронограф и проверил время. Судя по всему, его оставалось немного. Настоящий лорд-регент все равно должен был прибыть сюда. Жестом приказав летописцу оставаться на месте, Тит выглянул в коридор: вокруг было пусто, у входа лежало два охранника без сознания. Третий, одураченный видением, сейчас несся куда-нибудь прятаться. До появления Малькадора оставалось не более пяти минут. А уж он почувствует непрошеного гостя. — Это Улис прислал тебя? Он выжил? – спросил шепотом Кассий, осторожно подходя к двери. Тит кивнул: — Он выжил после схватки с кустодием. Чертов везунчик. Он сказал мне вызволить тебя. Сам же отправился за твоей сестрой. Как и договаривались. — Розилин… - поднял брови летописец. — Именно, - псайкер закатал рукава, - Помоги мне затащить тела в комнату. Выиграем время. Заметив гвардейцев, летописец отпрянул. Что псайкер сделал с ними? — Ментальная атака. Они в отключке. Хватай второго, - ответил на немой вопрос Тит, приподнимая и аккуратно затаскивая тело в комнату. Солдат в полном обмундировании весил немало. Пожав плечами, Кассий нехотя приподнял бездыханного человека и потащил его. Выхватив карту доступа у одного из гвардейцев, Тит запер комнату вместе с телами. Затем он вытащил из кармана небольшой сверток и бросил его Кассию. В нем оказался обычный балахон чиновника, в котором летописец уже не раз скрывался. Тит посмотрел летописцу в глаза: — Ты знаешь, что делать. Давай, у нас минута или две. Быстро накинув балахон, Обердин поспешил за псайкером, который уже стремительно ретировался в сторону выхода. Кажется, у него была определенная схема передвижения, ведь в коридорах были камеры слежения. Преодолев зигзагами метров сто, псайкер открыл одну из дверей, используя карточку. За проемом оказалось техническое помещение с сырым и теплым воздухом. Вдоль стен были протянуты трубы и кабели. Под потолком качалась единственная лампа накаливания на проводе. Закрыв дверь за собой, Тит подошел к тяжелому люку в конце помещения и бросил через плечо: — Ты готов? Там полная темнота, надо будет идти ровно за мной. — Погоди, - Кассий выдохнул, - Нам… нам нужно спасти Айнедиль. Они ее не отпустят. А когда война придет сюда… Ей никто не поможет. — И я в том числе, - псайкер категорично покачал головой, - Я не могу ее вызволить, и уж тем более эвакуировать из Дворца. — Мы должны ей помочь! Если бы не я, она бы здесь не оказалась! Она помогла нам разоблачить Проуна! — До нее не добраться. Мне и так очень повезло, что тебя вывели. Дальше, чем сюда, мне не проникнуть. Да и девчонка задерживала бы нас на каждом повороте. А любая наводка от Кустодес – и нас всех бы накрыли. — Она не создаст проблем, клянусь. Она уже скрывалась от преторианцев. В одиночку. И довольно успешно. Я слышал, как надзиратели сокрушались об этом. — Это не входило в наши планы, - Тит сдвинул брови, - Ты и твоя сестра. Мы поможем. Но не левая пассажирка. — Она должна быть с нами, - Кассий покачал головой, - Это единственное, о чем я прошу. Она сбежала, и я уверен, что она страдала за это. Я не могу оставить ее, Тит. Прошу. Она поможет нам. Если мы поможем ей. Посверлив летописца взглядом, Тит сдался и отвернулся. Не нужно быть псайкером, чтобы заметить искренность в голосе Обердина. Парень влюблен в девушку. И особенно к ней привязался. У агента есть задание. У него есть принципы, которые нельзя нарушать. Но бессмысленность всего, с чем им приходилось столкнуться, перегружала мозг. Сколько раз он спасал Улису жизнь? А сколько тот спасал его жизнь в ответ? Не сосчитать. Станет ли его миссия ничтожнее с еще одной спасенной жизнью? Разве не для этого он здесь? Псайкер вздохнул и посмотрел на Кассия. Тот, несмотря на жалкий вид, выделялся горящими глазами. Решительными и серьезными глазами. — Допустим, мы поможем ей. Тогда надо будет двигаться еще быстрее. Такую пропажу они не оставят без внимания. — Я понимаю. — И ты берешь ее под свою ответственность. Чуть что – она будет скинута на полпути. Или вы оба. Ты это понимаешь? — Да. Да. — Ладно. Сейчас нам надо спрятаться в канализацию и переждать. Сигиллайт скоро будет здесь, и он точно меня заметит. Когда он уйдет, можно будет что-то предпринять. Подцепив пальцами край люка, Тит с трудом поднял его, открывая черный провал в полу. Горячий и спертый воздух еще отчетливей вырвался наружу. Пахло ржавчиной и жженой резиной. Ну, хотя бы не помоями, и то хорошо. Присев у проема, Тит прислушался, что-то оценивая. Кивнув каким-то своим мыслям, он жестом приказал летописцу лезть вниз. В последний раз вдохнув свежего воздуха, Кассий шагнул в темноту. *** — Стойте, сэр, у нас нештатная ситуация. Вам не стоит входить, - произнес один из избранных гвардейцев, преграждая путь Малькадору. Регент посмотрел на своего охранника и увидел ответы у него в глазах. Тот явно волновался, ощущая нетерпеливость начальника и боясь его гнева. Сигиллайт прислушался к внутреннему слуху: внутри коридора его люди прочесывали одно помещение за другим, держа оружие наготове. Еще один осматривал тела солдат, запертые в комнате переговоров. Покачав головой, регент потребовал впустить его внутрь тюрьмы. С виноватым видом гвардеец отошел в сторону. Зайдя в коридор, регент направился в сторону места преступления. — Милорд, у нас возможное проникновение, противник еще может быть в здании, - тараторил охранник, следуя за ним, - Ваша безопасность превыше всего. — Время, - мрачно ответил Сигиллайт, шествуя по коридору и оглядывая камеры наблюдения, запрятанные по углам, - Вот что сейчас важнее всего. Его у нас нет. Метров за 15 до помещения регент почувствовал чужеродное присутствие и замедлил ход. Словно бы едва заметная вибрация в воздухе, ощущаемая на ином уровне. Закрыв глаза, Малькадор остановился возле распахнутой двери, ведущей в переговорную. Да, он определенно чувствовал тут след, варп-отпечаток другого псайкера. Более того, прямо на этом месте его воздействие чувствовалось особенно остро, как будто псайкер применил здесь свои силы. Заглянув внутрь, регент увидел подтверждение собственных мыслей – два избранных гвардейца в бессознательном состоянии. Они явно ощутили касание имматериума, судя по исходящим от них волнам остаточной энергии. — Они в обмороке, - произнес Сигиллайт, присев рядом с одним из солдат, - Катарсис. Эта травма была не смертельной, но ощутимой для психики. Кто бы ни был преступником, он специализировался на контроле и управлении разумом. Либо это любитель, подпольно выучившийся контролировать свою силу, либо обученный имперский псайкер, вероятно, сбежавший, что делало его гораздо опаснее. И этот посетитель умудрился освободить человека, подозреваемого в предательстве. — Кто это? – вслух задал вопрос регент, глядя на своего помощника, - Очередной «агент», о которых я слышал? — Не смею знать, милорд, - ответил тот, - Однако сюда движется отряд кустодиев. Они быстро разрешат этот вопрос. Малькадор мрачно хмыкнул и прощупал пульс солдат. Слабый и редкий. Дыхание сбивчивое. Их нужно в лазарет. Регент хотел было отдать соответствующие распоряжения, как двое избранных гвардейцев, отправившихся на поиски противника, втащили в кабинет третьего, упирающегося, и бросили его на стол. Сбежавший охранник, который вел Кассия десять минут назад, был явно в невменяемом состоянии, постоянно дергался и выкрикивал что-то нечленораздельное. Подойдя к столу, регент внимательно посмотрел на него. Совершенно безумные глаза, судороги, пена изо рта. Помешательство. Похоже, он пытался что-то сказать. — Мы нашли его у оружейной, - рапортовал один из солдат, стараясь удержать безумца, - Он исцарапал руки в кровь, пытаясь открыть замок. Малькадор знал солдата. Нарек Виллем. Верный, крепкий воин – других он в свою личную гвардию не набирал. Ветеран нескольких кампаний. Павший жертвой псайкера-диверсанта. Это удивительно, ведь стараниями Малькадора защита гвардейцев от варпа была довольно высокой. Скорее всего, он воспользовался бушевавшим варп-возмущением, вызванным вмешательством Хоруса. — Что ты видел? – спросил регент у Виллема, - Кто сделал это с тобой? — Тьма! Тьма надвигается! – шипел тот, стараясь вырваться, - Я видел ужасы, нам не сбежать, нас всех сметет! — Соберись! Во имя Императора, кто это был? – теряя терпение, потребовал ответа Малькадор. Солдат приподнял голову и сфокусировал мутный взгляд на Сигиллайте: — Ты… - солдат сузил глаза и взвился еще яростнее, - Это был ты! Ты! Я знаю тебя! Ты принес столько бед! — Успокойся… - выдохнул регент. Обезумевший солдат вырывался изо всех сил, рыча и проклиная всех вокруг. Было видно, что ответа уже не добиться, - В лазарет. Всех троих. Оцепить периметр. Командира Кустодес ко мне. Развели тут беспорядок. Вроде бы лучшие из лучших, но не справились со своими прямыми обязанностями. Этого, - Малькадор указал на Виллема, - успокоить транквилизатором. Удивительно, что при всех своих способностях вражеский агент никого не убил, подумалось Сигиллайту. Это рискованно и неосторожно при вторжении. Возможно, нарушитель таким образом выражал свою волю. Не лишить жизни, но задержать. Улис, судя по докладам, тоже покалечил двух гвардейцев в книжном на аллее Восхода, но не убил. Глядя, как связанного и уложенного на носилки солдата уносят в медчасть, он кое-что вспомнил. Его боевая группа отчиталась, сотрудники тюрьмы были выведены под охрану, командир преторианцев уходил с новыми инструкциями. Десять солдат доложили об установлении контроля над квадратом, троих направили в лазарет. Всего пятнадцать. Где еще двое? — Оперативники Дзета и Йота, ответьте, - произнес регент в вокс-бусину. Ответом ему был лишь шум статики. Это уже начинало раздражать. — Куда вы их направили? – вопросил он у своего офицера. Тот, подумав секунду, доложил: — Обследование технических помещений и канализации, сэр. Сигиллайт вздохнул. День только начинался, а мрачных новостей было навалом. Без Кустодес этот вопрос не разрешить. — Найти их. И всех оставшихся летописцев сюда. После допроса прочистим им мозги.