Соловьиная песнь

      — Не заставляй меня повторять ещё раз, — с нескрываемым недовольством сказал Иорвет, не сбавляя ходу, — мы не пойдём к руинам Калмеведд, на это нет времени.       — Да они же близко должны быть, — не унималась Елена, с трудом поспевая за эльфом, — а там так красиво! Это место даже на картинке было прекрасно, а уж увидеть его своими глазами — просто бесценно! Все эти розы памяти и статуя влюбленных, Симориль и… эм…       — Эльдана, — без особого энтузиазма подсказал Иорвет. — И они не близко, до них идти пару часов, а с твоей неуклюжестью — все четыре.       — Уехать из Флотзама, не побывав в таком прекрасном месте, — в голосе девушки сквозило неприкрытое разочарование. — Как же так?       Эльф замедлил шаг, а потом и вовсе остановился. Обернувшись, он пристально посмотрел на понурую Елену, которая под его взглядом почувствовала себя немного сконфужено.       — Думаю, тебе бы понравилось это место ещё больше, застань ты его расцвет, а не посмертные останки, — неожиданно беззлобно сказал Иорвет. — А теперь идём.       С этими словами он развернулся и зашагал вперёд, больше не оборачиваясь. Девушка несколько задержалась, задумчиво смотря ему в спину, затем вздохнула и поспешила следом.       Елена больше не пыталась завести разговор. Иорвет шёл несколько впереди, словно совершенно забыв о своём балласте. В её же душе бушевала целая буря противоречивых эмоций. Ей предстояло окончательно принять ту действительность, в которой она оказалась, и грамотно распорядиться своими знаниями об этом мире — единственным козырем в сложившейся ситуации.       Эти размышления прервало внезапно возникшее на пути препятствие в виде спины остановившегося эльфа. Елена схватилась за ушибленный нос и быстро отскочила в сторону, предугадывая реакцию Иорвета, но тот даже не обернулся.       — Жди здесь, — коротко бросил он, нырнув в ближайший куст.       Елена застыла на несколько мгновений, разрываясь между естественным страхом и не менее естественным любопытством.       — Одним глазком, — буркнула она сама себе, и, скинув рюкзак, осторожно полезла в кусты за эльфом.       Увиденное на оказавшейся за кустом поляне сначала вызвало у девушки вздох облегчения. Однако оно быстро сменилось удивлением, а затем и настороженностью.       — Роше?.. — пробормотала девушка, растерянно смотря на двоих мужчин, молча стоявших друг напротив друга с обнажённым оружием. — Почему сейчас? Ведь они должны были столкнуться позднее...       Тем временем события развивались полным ходом. Роше атаковал первым, и заядлые враги закружились по поляне, не уступая друг другу в виртуозности владения мечом. Елена заворожено следила за этим боем, даже забывая дышать. Звон сверкающего на солнце оружия неожиданно для неё самой стал диковинной музыкой, манящей за собой и обещающей освобождение от страхов и печали.       Она подалась вперёд, чтобы ничего не пропустить, и в этот момент удар рукоятью пришёлся точно по руке Иорвета — той самой, которую Елена забинтовала часом ранее. Лицо эльфа исказилось от боли, он сделал шаг назад, чем и воспользовался Роше.       — Стой! — закричала очнувшаяся Елена и с треском веток вывалилась на поляну, вскочила на ноги и бросилась к Иорвету.       Меч Роше изменил траекторию полета и остановился у горла замершей в паре шагов от него девушки. Она почувствовала, как по шее потекли капли горячей крови, и у неё перехватило дыхание. Это спустило её с небес на землю, и она испуганно посмотрела в недружелюбное лицо стоящего напротив неё человека. У его шеи тоже блестело лезвие меча.       — Я сказал тебе ждать там, — прорычал Иорвет, не сводя взгляда с Роше. — Опусти меч, это только наше дело.       — Твоя подружка? — со злым весельем в голосе сказал Роше, не сдвинувшись с места. — Человек, как интересно.       — Я Елена, — сипло начала девушка, в предупредительном жесте махнув Иорвету рукой, — Геральт мог упоминать обо мне, если вы с ним сегодня виделись.       — Новоявленная предсказательница в обществе преступника, — Роше ухмыльнулся, но меч не опустил. — Будешь торговаться?       — Можешь расценивать это как бескорыстную помощь, — девушка посмотрела на него недобрым взглядом. — Я говорю то, что поможет тебе избежать необратимой беды, и мы расходимся.       — Как благородно, только вот верить тебе, да ещё и находящейся в компании с этим выродком, было бы верхом моей глупости.       — Верх своей глупости ты осознаешь в тот момент, когда из-за тебя погибнут все твои Синие полоски, — холодно ответила Елена.       На поляне воцарилось молчание. Роше медленно, не отрывая глаз от Елены, всё же опустил меч.       — Говори.       Она умоляюще посмотрела на Иорвета, и тот нехотя убрал клинок от шеи командира Полосок. Елена глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки.       — Твой план провалится, тебя раскроют, и, пока ты будешь отсутствовать в лагере, их всех повесят, — она замолчала, напряжённо вспоминая детали. — Всех, кроме Бьянки, её просто… используют.       На лице Роше проступило удивление, почти сразу сменившееся злостью. Он с силой сжал рукоять меча, обдумывая услышанное. Потом наконец заговорил:       — Есть ли что-нибудь ещё?       — Как заговорил, — усмехнулся Иорвет, с явным неодобрением наблюдавший за происходящим.       Роше никак не отреагировал на этот выпад, продолжая сверлить девушку взглядом.       — Не рискуй сегодня Бьянкой, ну или продумай план лучше. И да, тебе лучше уходить, потому что здесь скоро будут скояʼтаэли.       Едва заметно кивнув, Роше быстрым шагом подошёл к краю поляны. Вспомнив что-то, он обернулся и задал короткий вопрос:       — Кто?       — Купец-бакалейщик, — без промедления ответила Елена, ожидавшая этот вопрос. Ей показалось, что у Роше дёрнулся глаз, но он, ничего не сказав, скрылся в кустах.       Она перевела глаза на Иорвета, стоявшего на том же месте со скрещёнными руками и крайне неблагожелательным взглядом. Выдержав паузу, он спросил её:       — И зачем ты вмешалась? Я бы проиграл ему?       — Не знаю, — честно ответила Елена, пожав плечами. — Вообще, никто из вас сегодня вроде не должен был бы умереть. Только вот ваша стычка должна была произойти перед самым отплытием, а не сейчас. Мало ли что ещё могло поменяться. Вот взять хотя бы твою рану на руке — из-за неё ты мог пропустить удар.       — И поэтому ты решила помочь этим убийцам…       — Да вы все убийцы, Иорвет, — с чувством прервала его девушка. — Каждый из вас убивает за свои убеждения, за свои цели, у каждого своя правда. А я буду придерживаться своей, и если кого-то можно будет спасти, используя мои знания, я не смогу остаться в стороне. Всё равно от меня здесь больше никакого толку нет.       Она остановилась, чтобы перевести дух. Иорвет молчал, однако не было похоже, чтобы слова Елены его хоть сколько-нибудь убедили.       — В любом случае им скоро станет не до скояʼтаэлей, — уже спокойным голосом продолжила девушка.       — Из-за купца-бакалейщика? — бровь эльфа скептически поползла вверх. — О ком ты говорила?       — А, это, — Елена несколько замялась, прежде чем ответить. — Купец-бакалейщик — это Эмгыр, не помню, как там дальше. Убийства королей…       — Нильфгаард, — сухо оборвал её Иорвет, уже не слушая.       Елена лишь кивнула, отведя взгляд в сторону. Она вдруг почувствовала неловкость, как если бы в произошедшем была её вина.       Как бы то ни было, Иорвет без лишних слов направился обратно к тропе. Спустя непродолжительное время, они вышли к развилке и он махнул рукой в одну из сторон.       — Тебе туда, выйдешь прямо к Биндюге. Вещи можешь передать, их закинут в лодку, чтобы ты не привлекала к себе внимание своей огромной сумкой на пристани. Скажешь об этом Золтану.       — Мне просто ждать на пристани, пока не будет удобного момента забраться на барку?       — А ты можешь что-то ещё, кроме как ждать на пристани? Сражаться будешь? — не дожидаясь ответа, Иорвет свернул на одну из троп и вскоре скрылся за поворотом.       До деревни Елена дошла на удивление быстро, возможно потому, что всю дорогу она почти бежала, переживая, как бы какая-нибудь тварь не возжелала ею перекусить.       Когда она открыла дверь в дом Анешки, так звали травницу, её встретил недобрый многообещающий взгляд, за которым явно должна была последовать гневная тирада, но, увидев девушку, перепачканную грязью и кровью, травница осеклась. Не задавая никаких вопросов, она кивнула в сторону широкой бадьи. Елена с готовностью схватила ведро и направилась к колодцу, мечтая смыть с себя не только грязь.

***

      Спустя час, уже перекусив, помывшись и натянув на себя чистую одежду, Елена задумчиво разглядывала свои кроссовки, точнее то, что от них осталось. Многочисленные спотыкания и падения не прошли для них бесследно: изначальный нежно-зелёный цвет обуви едва угадывался под слоем пыли и грязи, а на правом кроссовке частично оторвалась подошва. Из запасной обуви в наличии были разве что шлёпки, созданные явно не для этого мира. Но в них, по крайней мере, получится дойти до города, а там можно действовать по ситуации.       Она покрутила в руках небольшой складной нож, обычно служивший инструментом вскрытия консервных банок. Кто бы мог предположить, что он пригодится ей когда-нибудь в качестве оружия. Немного подумав, она засунула его в задний карман штанов.       Выйдя на улицу, она направилась к центру деревни, чтобы спросить дорогу до города. Биндюга была небольшим бедным поселением, в котором при всём при том было достаточно оживлённо. Среди небольших деревянных домиков постоянно бегали дети и собаки, неподалеку кто-то не слишком трезвый голосил заунывную песню, а в центре деревни кучка дородных женщин устроила склоку из-за придушенного чьей-то собакой гуся.       — Геральт! — увидев беловолосого ведьмака, Елена рванула к нему, как к спасительному кругу.       Тот, спустившись с вышки, на которой обычно находился Седрик, обернулся на голос.       — Пришла в себя, — удовлетворённо кивнул ведьмак. — Нам вчера не довелось поговорить.       — Будем знакомы, — Елена нарочито важно кивнула ему, а затем улыбнулась. — Вчера всё обошлось?       — Да, успел как раз вовремя, все как с цепи сорвались, — Геральт нахмурился и удручённо покачал головой, вспоминая то, что видел вчера в городе.       — Как мало нужно, чтобы все начали друг друга убивать, — пробормотала Елена, поёжившись. — Мне как раз в город и надо — обувь совсем испортилась. Только вот денег местных у меня нет, не знаешь, у кого можно позаимствовать сапожки?       — Я знаю того, кто купит тебе новые сапожки, и может быть, не только их, — лицо ведьмака просветлело, и он довольно ухмыльнулся. — Идём, мне как раз нужно к кузнецу.       Несколько повеселев, Елена бодро зашагала за ним, испытывая довольно странные чувства от нахождения рядом с тем, за кого она пробегала столько часов в компьютерной игре. Хоть она в определённой степени и знала их всех, но здесь всё казалось совсем другим, незнакомым. Они уже не персонажи, а живые люди, да и не только люди, со своими чувствами и эмоциями, здесь каждого придётся узнавать заново.       — Тебе не обязательно ехать с Иорветом только потому, что он так хочет, — заговорил первым Геральт. — Мало ли что ему взбредёт в голову. Роше с командой также отплывают в Аэдирн, хотя ты это и так знаешь. Подумай об этом.       — Здесь и думать не о чем, — ответ последовал незамедлительно. — Теперь, когда пути назад для меня нет, нужно решать, как жить здесь дальше. Учитывая то, что я знаю об этом мире, для меня сейчас есть только одна дорога — в Аэдирн. Либо с Роше в лагерь Хенсельта, либо с Иорветом в Верген. Я уже пообещала Иорвету, что помогу ему. И, даже если бы ему не было никакого дела до моих знаний, я всё равно искала бы повод уплыть со скояʼтаэлями в Верген.       — Что ж, ты права, военный лагерь действительно не лучшее место для девушки, но и Иорвет не лучшая компания.       — Иорвет не так безнадёжен, каким кажется, — тут Елена усмехнулась. — Если бы ты пообщался с ним подольше, то понял бы это. А что касается военного лагеря… дело не только в этом. Дело ещё и в том, чей это лагерь и что там будет происходить. Чего стоит только казнь Синих полосок.       — Роше?.. — Геральт бросил на девушку быстрый взгляд.       — В курсе, — Елена провела пальцами по ранке на шее и невесело добавила: — Мы уже успели поговорить. Он не дурак, сможет лучше продумать свои действия.       Геральт только вздохнул и покачал головой.       — Тебе бы следовало быть осторожнее, а то ты рискуешь вовсе не добраться до Аэдирна.       — Весьма вероятное развитие событий, но я уж постараюсь не помереть, — она преувеличенно бодро улыбнулась. — Иорвет, к слову, уже спас меня с утра пораньше от эндрияги.       Геральт понимающе хмыкнул. Она сделала паузу, о чём-то задумавшись, затем продолжила:       — Так вот, понимаешь, почему я выбираю Верген? Променять этот замечательный город на проклятого Хенсельта с его лагерем? Нет уж. И ещё, — лицо Елены стало серьезным, — если ты решишь плыть с Роше, то будь осторожен и за друзьями приглядывай. В том будущем, что известно мне, Лютику придется бежать в Оксенфурт, а Золтан примет участие в обороне Вергена. Оба останутся живы, но осторожность не помешает: что-то может пойти не так, тем более после всех моих вмешательств.       Ведьмак ничего не ответил, погрузившись в свои думы.       Зайдя в город, они направились к центральной площади. Город был узнаваем, хоть и оказался значительно больше игрового. Не было в наличии одной запоминающейся черты — повешенных эльфов на главной площади. Для Елены, с напряжением готовившей себя к подобному зрелищу, это стало большим облегчением.       Пройдя через площадь, Геральт толкнул дверь таверны. В ней было пусто и тихо, заняты были всего два стола. Впрочем, после того, что творилось в городе вчера, ожидать весёлой толпы было бы глупо.       — Кудесница! — мужчина лет тридцати поднялся из-за стола, за которым он сидел вместе с Золтаном. — Моя спасительница соизволила снизойти до меня, явив свой прекрасный лик!       Елена пыталась придать своему лицу серьёзное выражение, но у неё ничего не вышло, и она прыснула в кулак.       — Лютик, ты можешь выразить свою благодарность спасительнице прямо сейчас, — с невозмутимым видом сказал ведьмак. — Даме нужны новые сапожки.       — Только сапожки? Мы подберём тебе весь гардероб вместо этих тряпок, неподобающих моей богине, — Лютик постучал пальцем по столу, критично оглядывая свитер на Елене.       — Ничего не тряпки, очень даже добротные вещи, — фыркнула та, скрестив руки на груди. — Хотя они действительно выделяются на фоне местной одежды, что не очень-то и хорошо.       Этого барду оказалось достаточно: он тут же вышел из-за стола.       — Значит, решено!       — Минутку, — Елена подошла к Золтану и тихо переговорила с ним. Тот важно закивал.       — Золтан, — обратился к краснолюду ведьмак, когда они закончили, — мне твоя помощь тоже понадобится.       Елена вопросительно посмотрела на ведьмака с нескрываемым удивлением в глазах, но тот в ответ лишь ухмыльнулся. Что-либо сказать ей уже не дал Лютик, бесцеремонно подхватив девушку под руку и потащив из таверны.       Неутомимый бард протаскал её, кажется, по всем продавцам, что нашлись во Флотзаме, с придирчивостью кутюрье рассматривая каждый предложенный товар. За последние сутки Елена падала бесчисленное количество раз, за ней гнались бандиты, её хотело съесть огромное хищное насекомое, но самым сложным испытанием оказался именно поход за одеждой. Когда она наконец обнаружила на себе новую рубашку, куртку и симпатичные сапожки, в которые был попутно спрятан ножик, у неё уже не было ни сил, ни желания восхищаться этими, в общем-то, весьма достойными приобретениями. Единственное, за что она сражалась до последнего, — её любимые, а главное, невероятно удобные штаны. Их она наотрез отказалась менять на сомнительного вида кожаные шаровары, настойчиво предлагаемые и продавцом, и Лютиком.       Через пару часов она всё-таки сумела ускользнуть из цепких рук всё ещё пышущего энтузиазмом барда, пока тот отвлёкся на очередную перепалку с очередным продавцом. Решив, что поблагодарит его за вещи позже, она завернула в ближайший переулок и присела у стены, массируя виски. Голова болела просто нестерпимо, а ведь ещё надо было найти Геральта и поговорить с ним о Лоредо. И почему она сразу этого не сделала?       Медленно поднявшись, Елена направилась к выходу из переулка, но стоило ей сделать пару шагов, как на её многострадальную голову обрушился тяжёлый удар. Перед глазами всё поплыло, и она рухнула на землю, потеряв сознание.

***

      Придя в себя, она обнаружила, что лежит на деревянном полу со связанными руками. Грубая верёвка больно натирала не привыкшую к подобному обращению кожу. Голова гудела так, словно в ней поселился пчелиный рой, да ещё и мутило прилично. Без сотрясения на этот раз точно не обошлось.       — Эй, ты как, очнулась? — послышался шёпот откуда-то сбоку.       Елена с трудом приподнялась и увидела рядом эльфку, которая внимательно взирала на неё.       — Мы уж подумали, что ты померла, — выглядишь ужасно, — донёсся ещё один женский голос с другой стороны.       Оглядев маленькую комнату, в которой, помимо неё, находились ещё три связанные эльфки, Елена почувствовала, как вспотели её ладони, а вдоль позвоночника пополз липкий страх.       — Только этого не хватало.       Подумать над всей печальностью своего положения ей не дали. Сзади раздались тяжёлые шаги, кто-то схватил девушку за воротник и рывком поднял её на ноги, потащив за собой, как нашкодившего щенка.       — Это ты вовремя очухалась, — раздался над её ухом насмешливый мужской голос, и в следующий момент Лоредо вытащил её на небольшой балкончик. — Я знал, что ты снюхался с этими ушлёпками, мутант! — заорал он, одной рукой показательно тряся Елену, а другой — факел. — Ну что, чувствуешь себя героем? Если вы отчалите, я сожгу твою подружку и ваших эльфийских девок живьём!       Елена почувствовала себя безвольной куклой, которую выволокли на потеху публике. Слёзы сами проступили на глазах, нестерпимо хотелось забиться в угол подобно маленькому обиженному ребёнку. Она опустила голову; затуманенный взгляд, скользнув по мачте проплывавшей мимо барки, остановился на её палубе. Красная повязка около перил привлекла к себе внимание девушки. Лица она не видела из-за слёз, но почему-то была уверена, что Иорвет злится. Она ведь сказала, что поможет ему, но вместо этого снова оказалась в опасности, снова совершенно беспомощна, снова её нужно спасать.       От этих мыслей в ней начало закипать раздражение, словно злость Иорвета передалась и ей. «Какого чёрта?» — подумалось девушке. Если она продолжит в том же духе, то ничья защита её не спасёт. Если она продолжит в том же духе, то просто не сможет нормально жить дальше от осознания собственной никчёмности.       Вслед за этой мыслью каблук новенького сапога с силой опустился на ногу коменданта. Взвыв, он отшвырнул от себя Елену, и она с грохотом рухнула на дощатый пол, попутно засадив себе в ладони несколько болезненных заноз. Не теряя времени, она одним резким движением спихнула с себя сапог. Маленький чёрный ножик резво отскочил от пола и замер у её ног. В следующий момент, не вставая с колен, она вцепилась в него горящими от боли руками — щёлкнул механизм, и блестящее лезвие с размаху воткнулось в бедро Лоредо.       — Эльфская шлюха! — взревел тот, схватившись за перила. Злополучный факел выскочил у него из руки и полетел вниз, в воду.       Елена выдернула нож, но не успела атаковать снова — от удара ногой она отлетела в сторону и врезалась плечом в стену, вскрикнув от боли. В глазах потемнело, к горлу подступил ком. Что-то такое с ней уже было сегодня, плохая тенденция.       Будто бы при замедленной съёмке, девушка увидела, как разъярённый Лоредо выхватил кинжал из-за пояса и шагнул к ней. Не успев ничего сообразить, не успев даже испугаться, она дёрнулась в сторону, вцепившись в прутья балконной перегородки. Но комендант внезапно остановился. Ярость на его лице сменилась непониманием, даже обидой. В следующий миг он пошатнулся и положил ладонь на шею, из которой торчала стрела. Безуспешно пытаясь удержать равновесие, он сделал несколько шагов назад и хрипя перевалился за перила.       Тяжело дыша, Елена прислонилась лбом к прутьям и перевела взгляд вниз: Иорвет с уже опущенным луком в руке неподвижно стоял и смотрел на неё. Она наконец-то смогла разглядеть его лицо — спокойное, почти безмятежное. Страх сразу же уступил место долгожданному чувству защищённости, которое приятной волной растеклось по телу, и девушка, облегченно вздохнув, закрыла глаза.