Сказка о принцессе и нищем

      Линия горизонта на востоке едва начала светлеть. Это тот самый час перед рассветом, когда на улице уже немножко светлеет, но ещё темно, прислуга ещё не проснулась, а стража после ночного дежурства мирно дремлет на своих постах.       Именно в этот час темная фигура, укутанная в покрывало с головы до пят, кралась по дворцовому парку. Она неслышно бежала по дорожке среди кустов в направлении дальних ворот. Именно там была маленькая брешь в ограде, через которую можно было проскользнуть за пределы дворца. А там — свобода! Там — город, толпы людей, среди которых можно затеряться, там всё новое, интересное, неизведанное. Там жизнь… Настоящая жизнь, где никто не будет тебе указывать, куда идти, что одевать, как себя вести и как разговаривать, где не будет притворства слуг и правил этикета, и никакие законы не будут навязывать нежеланное замужество.       Именно так думала юная принцесса, собираясь бежать. Сначала, в порыве злости после очередной ссоры с отцом, она решила бежать ещё вечером, но куда же идти на ночь глядя, да ещё и не зная города? Пробираясь по тропинке, Люси усмехнулась сама себе: всю свою жизнь она прожила в самом сердце Магнолии, но видела её лишь из окна своих покоев, да с обзорной площадки на самой высокой башне дворца. И, будучи принцессой и единственной прямой наследницей престола, она, к собственному стыду, почти ничего не знала о жизни простого народа. Все её познания о Магнолии состояли лишь из обрывков, выхваченных из разговоров слуг и рабов.       Конечно, кое-какие мелочи она всё же знала и понимала: девушка, одна, без отца или мужа, обязательно привлечёт к себе внимание и рано или поздно её всё же найдут. Но любой вопрос можно решить деньгами! Хотя, как раз этих самых денег у неё никогда и не было, ведь во дворце они не нужны. Но зато были украшения, которые, как она поняла, можно выменять на деньги. Остаётся дело за малым: найти рынок, там найти человека, который сможет дать ей достаточно денег за украшения и найти себе жильё. А, если повезёт, то и найти караван, который поможет ей сбежать из города. Тогда уж точно её не найдут и не вернут во дворец. Что делать дальше, Люси пока не продумала. Сейчас главное — убежать и не попасться. Но, даже если её и поймают, то у неё будут хотя бы воспоминания о той, другой, свободной жизни.

***

      Нацу без дела слонялся по городу, не зная, чем заняться. Можно было сходить на речку половить рыбы, но как-то лень было тащиться аж за город. А можно было, как обычно, прогуляться на рынок и поискать наживы. А, если повезёт, то там можно было и какую-нибудь подработку на день найти, например, помочь кому-то что-то погрузить. Хотя с такой работой Нацу везло не часто, да и то, только с заезжими торговцами и караванщиками, которым ещё не успели рассказать о дурной славе нищего мальчишки, что так вежливо предложил свою помощь. Ну, а если не повезёт, то придётся добывать себе пропитание на сегодня как обычно.       Насвистывая под нос незатейливую мелодию, парнишка неторопливо брёл по улицам, а его кот семенил рядом. Предпочитая не распространяться по поводу способностей Хеппи, они не разговаривали по пути, только в редких случаях, когда поблизости точно не было никого. И вот, когда, казалось бы, никого видно не было, Нацу хотел спросить у друга, чем тот хотел бы сегодня заняться, он услышал за спиной робкое:       — Простите!       Нацу даже не сообразил, что обращаются к нему, ведь женщины с ним крайне редко заговаривали, да и чаще это звучало как «Эй, ты!», а не «Простите». И потому очень удивился, когда позвали вновь. Парень обернулся на голос скорее из любопытства, чем оттого, что собирался ответить. Но, не увидев вокруг никого, кроме девицы, робко кутавшейся в традиционное для незамужних девушек покрывало, бродяга удивлённо спросил:       — Это вы мне?       — Да, — ответила девушка, а внимательный Нацу тут же отметил, что девушка явно из знатных — кожа на руке, которой она сжимала край своей простецкой накидки прямо белоснежная, у простых людей такой не бывает. — Как мне пройти на базарную площадь?       — До конца этой улицы и налево, а дальше идите на шум — не промахнётесь, — не задумываясь ответил Нацу, удивляясь тому что такая девушка сама с ним заговорила, да ещё и без брезгливости и настороженности, а спокойно, словно на равных.       — Спасибо, — ответила девица и даже слегка кивнула головой, а после развернулась и, мягко ступая по дороге, ушла в направлении, которое ей указали.       — Ты думаешь о том же, о чём и я? — спросил Хеппи, когда девица скрылась за углом.       — Я думаю, что очень хочу пойти следом, — ответил Нацу уже на ходу. — Если она такая неосторожная, что обратилась к первому встречному в пустом переулке, то представляешь, что с ней может случиться на рынке?       — А я думал о том, что у такой дурочки обязательно должны водиться деньги и их легко можно у неё стянуть, — проворчал Хеппи топая следом.