Здравствуй, дорогой дневник...

А новый мир оказался на удивление приятным, напомнившим мне милый приморский Эби Даар – вот разве что небо здесь было статичным, а не нежно-текучим, вечно неуловимо меняющим цвета, как в столице и всех близких к Хаосу провинциях. Прохладный солёный ветерок чуть лохматил мне завитки пепельных волос на висках, где-то неподалёку заливались в кустах с глянцевыми алыми цветками некие певчие птицы. На пристани нас ожидал длинный чёрный автомобиль – правда, в отличие от транспорта, которым пользовались сакилчи, он выглядел абсолютно неодушевлённым, и я невольно дёрнула спиной от внезапно накатившего на меня неприятного ощущения. Что-то не так было с этим нарядным с виду, приветливым миром, как будто здесь… Ухватить это вёрткое скользкое чувство за хвост и вдумчиво его идентифицировать мне не дал выгрузившийся из автомобильего нутра почётный кортеж в виде парочки прямоугольных мужиков формата неформата, упакованных в чёрные костюмы с белыми рубашками. -Добро пожаловать в личный порт дона ди Морры, - изо всех сил пытаясь быть приветливым и мило улыбаться, изрёк один из встречающих, адресуясь к подрулившему от корабля лорду Йоверу. Больше всего данная мимическая миниатюра напоминала горного тролля, который после корыта просроченной браги возомнил себя королевским дворецким и очень пытается соответствовать. Мужик продолжал: -Дон приносит свои искренние извинения за то, что не располагает временем для того, чтобы лично встретить Вас с корабля, милорд. Прошу Вас, садитесь. Мы препроводим Вас в особняк дона. Надеюсь, Вы получите удовольствие от визита… Последняя пара реплик далась бедолаге особенно тяжело, он аж запыхался. Лорд Отоньо изогнул углы губ в явно понимающей усмешке, но от комментариев воздержался – в отличие от лично меня. -Меня не пригласили садиться – это значит, что я, подхватив юбки, побегу следом за автомобилем, вся такая волосы назад?.. – вслух помыслила я, не страгиваясь с места и рассеянно шурша пальцами в глянцевых красных лепестках цветов, столь притягательно напоминавших мне брызги свежей крови. Мне до трясучки не хотелось ехать вместе с Отоньо и, видимо, это послание куда подальше настолько отчётливо читалось у меня на лице, что ни одно живое существо не осмелилось со мной заговорить. Йовер благоразумно уехал вместе с присланной свитой, а я весьма показательно зевнула им вслед и пошла по выложенной камушками тропинке обратно к морю – но не к пристани, а на безлюдный берег. Найдя себе удобный, нагретый солнцем горячий валун, я устроилась на нём, словно ящерка, сбросив опостылевшие туфли на каблуках и окунув ноги в лазурную прозрачную воду. Мне было откровенно не по себе, хотя никакой опасности я не чуяла – напротив, всё вокруг дышало гармонией и покоем. Но во рту ощущался густой металлический привкус, а под закрытыми веками, заслоняя собой трепетание солнечных перьев, раз за разом вставало видение кровоточащих самым восхитительным солёным соком алых глянцевых цветков. Как будто в этом мире… не было… не было энергии Хаоса?.. И меня ломало без обычно не замечаемого, но такого необходимого ощущения вечно текущей по моим венам мятной прохлады, что до превращения в Мелиссу была пряным огнём. С обмирающим сердцем я поднесла к глазам ладонь, стягивая над ней силу в привычную форму шаровой молнии – но… ничего не увидела. Лишь еле уловимое покалывание кожи. Чуть ли не в панике швырнула этой незримой сферой куда-то в прибрежные скалы – и облегчённо выдохнула, увидев, как резко брызнуло в разные стороны каменное крошево. Однако, странное место эта Терра… магия здесь незрима, но с горем пополам работает, да и течения Хаоса неощутимы. И о чём лорд Йовер может вести переговоры с обитателями этого мира?.. -Не приближайтесь ко мне! Отошли вообще! Вышвырну на свалку, как рваные резинки! – вторгся в мои мысли чей-то истеричный голос, и из густого кустарника внезапно выломился злой и чрезвычайно взъерошенный блондин с расцарапанными щеками. По ту сторону кустов неуверенно менжевались ещё два крупных мужика в чёрном. Блондин повернулся к ним, оскалив белоснежные, но заметно торчащие вперёд зубы, и ещё более нервно выпалил: -Вы ещё в уборную со мной за компанию начните ходить, а то вдруг я сяду на толчок и улечу через вентиляцию от взрыва тонны тротила! Не волнуйтесь, мальчики, вы в случае моей преждевременной кончины без работы не останетесь, вас поставят почётным караулом возле моей могилы, чтобы всякая шваль со дна криминальной клоаки не вздумала повадиться там регулярно гадить… Выдав эту тираду, блондин встряхнул длинными, почти бесцветными, словно покрытая изморозью в начале холодов сухая трава, завитыми волосами и, сунув руки в карманы белых льняных брюк чуть ли не по локоть, двинулся вниз. Я с невольно приоткрывшимся от любопытства ртом созерцала эту сцену, болтая ногами в прибое и ажиотируя местных медуз экстремально шпинатным цветом ногтей. Блондин, загребая каждой ногой по центнеру песочка, приблизился ко мне и, угрюмо глядя из-за стёкол модных очков, похоронным тоном на вполне неплохом сарларо вопросил: -Закурить не найдётся? Вечно продалбываю зажигалки… Я после недолгих раздумий усилием воли вновь зажгла невидимую шаровую молнию – на сей раз совсем крохотную, размером с пушистый шарик одуванчика, поднесла мизинец к кончику протянутой мне сигареты, и он радостно вспыхнул от соприкосновения. Блондин затянулся и сквозь дым спросил: -Ты, что ли, тоже девочка-колдунья, как этот мутный хмырь Йовер? Значит, это тебя мои мальчики так испугались на пристани, что даже не предложили сесть в кадиллак? Ну прикол, вроде с виду люди как люди, только шмот отстойный, а вокруг магия-шмагия, налёт средневекового шарма. Будешь, кста? И блондин протянул мне портсигар. Два раза меня приглашать было не надо, и, хотя я не особенно представляла, чего ожидать от местного содержимого сигарет, храбро закурила предложенное. Ух! От искренней горечи меня продрало ознобом до корней волос, но при этом… при этом внутри как будто щёлкнуло невидимое реле, переключая меня на частоту Терры. Я наконец-то расслабилась, а терзавшая меня жажда поджала когтистые щупальца и уползла в дальний угол. Воистину, если хочешь узнать мир – покури его сигарет. Жадно затягиваясь так, что заломило ключицы, я вежливо поинтересовалась: -Насколько я понимаю, Вы и есть тот самый владелец поместья, дон ди Морра, к которому приехал этот рвотный корень… прошу прощения, лорд Отоньо Йовер? А отчего на свиту свою так верещите?.. -Да достали в край. Ходят всюду, как приклеенные, а толку ноль. У меня такая мигрень, что я только чудом их до сих пор из автомата не покосил. А очень хочется, - блондин длинно вздохнул, сел рядом со мной на валун и принялся рыть носком туфли ямку в песке. - Добрый доктор велел мне поменьше пить виски и побольше дышать свежим воздухом. Но я не могу дышать спокойно, когда за мной постоянно таскается эта толпа и преданно зырит мне в затылок! Тьфу. Толку от них, как от тараканов. -Ну что Вы, из тараканов можно сделать отличную запеканку, пальчики оближешь, - влезла я. Дон ди Морра замер и посмотрела на меня стеклянно, и тут я впервые подумала о том, что в разных мирах явно есть какие-то различия в гастрономических предпочтениях. -Надо раздвигать горизонты мировоззрений! – пылко воскликнула я, делая широкий жест в попытке исправить ситуацию. Блондина мне стало жалко. У бедняги мигрень, а я ему про запеканку затираю. -На моей родине очень интересная и разнообразная кухня, хотя для Вас, наверное, и непривычная… -Да ладно, в начале своей карьеры я тоже готовил кебаб… из мусорных крыс, - усмехнулся блондин, пытаясь пригладить непослушную копну вьющихся волос. -М-м, вкусняшка, - одобрила я, согласно облизнувшись. – А Вы вообще по профессии кто? -Хер в манто, - крайне любезно разъяснил блондин и нервно затянулся. Некоторое время я сидела тихо, дабы не спровоцировать ещё одну шикарную истерику, но потом не вынесла молчания и снова взялась ковырять дона ди Морру во все дырки шпателем: -А зачем к Вам приехал лорд Отоньо Йовер? Не загорать же под шелест волн морских? -Послушай, барышня, если ты не знаешь, чем занять рот… - обозлился дон ди Морра. -Набери в него побольше морского песочка и постарайся сказать «Мы с папой пошли на рыбалку», да-да, знаю, - прокисшим тоном отозвалась я, непроизвольно кривя губы, и отвернулась от блондина. Нет, определённо, все мужчины на этой теме какие-то двинутые! Даже самые приличные с виду. Хм, однако, взгляд на своих однополчан с другой стороны бытия принёс мне несколько крайне неприятных сюрпризов. Надо будет взять на заметку, когда снова стану Марджере. Хотя я, вроде, таким не грешил... -Эй, извини, - неожиданно легонько потрогали меня за плечо. – Это всё мигрень и грёбаная жара. Ты знаешь, что на Лазурном побережье уже неделю стоит полное пекло? Мозги плавятся по щелку пальцев. -Да Вы ещё и гнусный эгоист к тому же, - нарочито обиженным тоном припечатала я и принялась не очень убедительно сталкивать пальцы блондина со своего суверенного плеча. – Вы посмотрите на этих бедных парней Ваших, которые за Вами ходят, поражённые вечным синдромом утёнка! Да у них в этих чёрных штанах уже омлет в собственном соку скоро образуется! Как можно быть таким жестоким?! -Я предлагал им переодеться в шорты и панамки. Они отказались. Белокурый дон ди Морра слегка улыбнулся тонкими изогнутыми губами, иронично сощурившись на меня сквозь сигаретный дым. -Плохо предлагали, - продолжала я источать концентрированное занудство. -Ну, думаю, если лично ты предложишь моей охране снять штаны, тут через пару секунд весь пляж будет щедро усеян брюками! – фыркнул дон. – Они и так проявляют к нашему междусобойчику некий инстинктивный интерес. -В самом деле?.. – я повернулась через плечо, окинув взглядом склон. Охранники чёрными кучками рассредоточились среди зарослей растительности и негромко гомонили друг с другом в переговорные устройства наподобие тех телефонов, которыми пользовались сакилчи, напоминая птичий базар. А чуть выше, почти у начала тропинки, в белой беседке-ротонде, увитой ползучей розой, сидел самый мелкий и одинокий экземпляр, державший в руках длинное оружие, бдительное нацеленное на берег и… Натренированная тяжёлой жизнью инстинктивная реакция у меня сработала гораздо раньше всего остального. Я только-только успела мимолётно удивиться, зачем кому-то держать под прицелом пустую полоску прибрежного песка, как мои руки уже сами по себе схватили дона за шкирку и резко толкнули с валуна в море. Спустя секунду ровно по тому месту, где протирал льняные брючки ди Морра, брызнув искрами, чиркнул металлический шарик, оставив нехилую выбоину в валуне. Это как-то сразу придало мне бодрости и резвости – скатившись с камня, я плюхнулась рядом с доном в лазурную воду, качаясь на волнах, словно медуза, в облаке из собственных юбок. Опять поймала ди Морру за воротник блузы и молчаливым жестом заставила пригнуть белокурую голову, поскольку здраво предполагала, что одной попыткой нападения этот хмырь из ротонды отнюдь не ограничится. -В чёрта, в шлюху и в хромую клячу!.. – замысловато высказался ошеломлённый дон, отфыркиваясь от игривых волн и одной рукой придерживая на длинном носу хрупкие стильные очочки. – Что за на?.. -Не знаю, кто его послал по Ваш ливер, но могу сказать определённо: у него засада в беседке, такое длинное чёрное оружие со стёклами, как у подзорной трубы, стреляющее раскалённым металлом… -Снайперская винтовка, - подсказал дон мрачным тоном. -Ну да. И вполне конкретное желание наделать в Вас дырок, как в чайном ситечке. Вкурили?.. -Я же говорил, что от моей охраны никакого толку! – разъярилась несостоявшаяся жертва стрелка. -А не надо было от них убегать в пейзаж, - поучительно пожурила я. – Ну и что делать будем, дон? -Ребята должны его поймать и обезвредить, - неосторожно понадеялся ди Морра и высунул голову из-за прикрывавшей нас груды живописных камней. Дзеньк! – перебитые за миллиметр от виска метким выстрелом очки слетели с дона, оставив ему кровавую царапину под глазом и лёгкое недоумение с явно матерным подтекстом во взгляде. -Это что же, - придушенно зашипел он, сильно щурясь, - мы из-за этих жопоруких узи должны тут до самой ночи принимать целительные ванны из морской воды?.. -А что такое узи? – не совсем к месту, но с живым любопытством осведомилась я. -Узколобые заторможенные индивиды! – в состоянии чайника на вулкане расшифровал ди Морра. Я понимающе протянула «А-а-а!..», потом, кое-как отклеив от лица длинную пепельную чёлку, велела: -Только не киснуть! У меня богатый опыт по экстренной эвакуации из всепоглощающей анальной бездны, так что со мной не пропадёте. О, а что это у Вас тут в штанах торчит? Ну-ка дайте! Не успел дон предсказуемо тявкнуть очередную сальность, как я выдернула из чехла на ремне его брюк некий миниатюрный аналог винтовки, потом на пальцах рассчитала местоположение беседки с агрессором и металлическим голосом потребовала инструкций: -Немедленно выкладывайте, как из этого стрелять. А то магия у Вас в мире работает вкривь и вкось, я не могу всецело полагаться лишь на неё. Лучше использовать традиционные для Терры методы. -Во-первых, перестань держать его дулом себе в лицо, - начал ди Морра ликбез, - а во-вторых, отдай мою «Беретту» немедленно сюда! Я сам его сниму в два счёта, как пьяную блядь воскресным вечером. -Без очков?.. – уточнила я на всякий случай. Ответом мне был изысканный мат с лёгкой примесью площадно-портового и животноводческого. Оторавшись, ди Морра снял своё оружие с предохранителя, и внятно объяснил, где именно в нём спусковой крючок, который нужно нажимать, и как правильно прицелиться, учитывая расстояние. -Л-ладно. Помоги мне, Хаос… - глубоко вздохнула я, стягивая перед собой пространство в упругий невидимый щит и надеясь, что он окажется хоть сколько-то эффективным против местного оружия. Подплыла как можно ближе к берегу, оказавшись возле невысокого плоского валуна, и подняла над плечом руку с «Береттой». Ди Морра, встав за моей спиной, крепко взял меня за бока, прижав к себе. -Отдача при стрельбе будет очень сильная для такой хрупкой девицы, как ты, - серьёзно объяснил он. – Сорок пятый калибр, это таки не собственный ствол передёргивать… кхех, забей. Короче, я буду фиксировать тебя и тихо надеяться, что тебе не выбьет запястье, а сам я останусь с полным комплектом целых рёбер. Помню, стрелял как-то по молодости из базуки, так меня потом долго из стены вынимали, и из контактных линз обратно очки делали… Я невольно ухмыльнулась уголками губ, чувствуя, что дон ди Морра мне определённо нравится как личность, несмотря на явно холерический темперамент, и приготовилась, сжавшись тугой пружиной. -Давай!.. – выдохнул ди Морра, отталкиваясь от дна и подкидывая меня так, что я грудью легла на горячий валун, вытянув вперёд сцепленные руки с оружием. И тут же, мгновенно поймав обострённым чутьём ту точку пространства, где пульсировало горячей кровью сердце врага, положила по диагонали сразу восемь выстрелов, зачем-то при этом крепко-накрепко зажмурившись. А потом ещё, нервно сунув дону «Беретту», для верности швырнула вдогонку невидимую трескучую молнию с запахом мяты – и качнулась назад от грянувшего взрыва, таки заехав высунувшемуся посмотреть ди Морре локтём прямо в высокий лоб. -Ый! Да ты как будто из комиксов про супергероев вывалилась, первый раз такое вижу! Лорд Йовер подобных коленец не откалывал и молниями не швырялся… – дон, не выпуская «Беретту», схватился за пострадавшую часть организма, и посмотрел на меня чуть ли не в ужасе. – А с виду натуральная тля… -Спасибо Вам на добром слове, - нежно ответствовала я, оскалившись во всю ширину рта, и вылезла на берег, с отвращением отклеивая от ног облепившие меня мокрые юбки. Над развороченной в руины ротондой задумчиво курился дым и как-то даже романтично оседали клочья роз; охранников из кустов как ветром сдуло. Нарисовавшийся рядом ди Морра уважительно присвистнул, осматривая пейзаж: -Ты на самом деле умница, откровенно говоря. Я просто саркастичный язва по жизни, и язык у меня, как бритвенное лезвие, не подъебу, так наеду. Не акцентируйся. Хотя и тебе пальца в рот не клади… -Ну почему же, если есть лишние, то можно и положить… - радостно ухмыльнулась я, показательно облизнув губы, и погребла к останкам беседки, пояснив дону через плечо, - мне любопытно посмотреть, сколько раз я попала в него из «Беретты». Всё-таки в первый раз таким оружием пользуюсь… -Я бы попросил тебя о контрольном в лоб, но в данных обстоятельствах это явно будет излишним, - отзеркалил мою усмешечку белокурый дон. Добравшись до оплавленных мраморных колонн, я всецело признала его правоту: такой удар даже не каждый хаосианский маг бы выдержал, что уж там говорить о жителе мира, в котором не пользуются властью над энергиями. Ступая босыми ногами по чуть тёплой, дурманно пахнущей крови, которая от разряда молнии запеклась корочкой, словно красная карамель, я раз за разом сглатывала комок в горле, пытаясь игнорировать грызущий изнутри дикий голод. Стрелок обугленной глобулой плоти валялся среди пепла роз и мраморной крошки, продолжая сжимать оружие, напоминающее растёкшуюся от жары лакричную палочку, и в моих дурманных грёзах я уже отрезала от этой medium rare тушки сочный кусочек, присыпала смесью пряностей и, смакуя, неспешно поедала… «Так, стоп, - велела я себе, крепко встряхнув головой и прогоняя крайне соблазнительное видение, - ты и так за последние несколько часов изрядно искорёжила заданный тебе образ юной аристократки, поэтому остановись, будь так любезна…». Печально окинула взглядом тело врага с нафаршированным свинцом сердцем, и, пока сюда не сунулся виновник торжества, сиречь дон ди Морра, щелчком пальцев отрастила на уцелевших побегах розы плотоядные бутоны. Нет трупа – нет преступления. -Приятного аппетита, мои сладкие бубочки... - пожелала я напоследок активно взявшимся за трапезу цветам, и с длинным завистливым вздохом вернулась к ди Морре. Бодро отчиталась: -Угроза устранена! Кстати, а как там Ваша белобрысая голова? Мигрень всё ещё занимает позиции в списке реально актуальных для Вас проблем?.. Нет? Вот видите, как полезно дышать свежим воздухом! -Эээ, - не нашёл, что возразить ди Морра, и через кусты вывел меня на аллейку, к припаркованному там миниатюрному автомобилю без крыши. – Ладно, поехали на виллу, прыгай в кабриолет. Подобрав всё ещё оставляющий за собой мокрые следы, как слизняк, длинный подол, я уселась. -Э, не на водительское место! – возмутился дон, брезгливо труся ногами в мокрых льняных брюках, как описавшийся кот. А на его раскисшие туфли вообще было страшно смотреть. -А кому не нравится, тот едет в багажнике, - миролюбиво отозвалась я, даже не шевельнув бёдрами. - Всё равно без очков Вам ехать ровно до первого столба… Далее последовала вторая порция воспоминаний дона об атмосфере в деревенском доме терпимости. -И ещё у Вас синяк на лбу и царапина под глазом. Вот тут, - я ухватила усевшегося рядом ди Морру за острый подбородок и критически осмотрела до сих пор кровоточащую глубокую ссадину от стекла очков. Подула на неё, стараясь не думать о том, как склоняюсь и провожу языком по этой алой полоске. -Мелочь какая, само заживёт, - недовольно пробурчал дон, часто моргая. Ресницы у него были тоже почти бесцветные, как волосы, но густые и пушистые, словно на них лежал иней, а глаза – злые, светло-серые, с тёмными крапинками у зрачков. Я длительно вздохнула и приняла вид мировой скорби. -Мелочь не мелочь, а заражение крови, столбняк и прочие инфекции ещё никто не отменял; уверена, что микрофлора вашего мира, как и у нас, кишит всякой дрянью, а Вы ни разу не маг и иммунитета у Вас нет, - сказала я дону тихим печальным голоском, чтобы мотивировать его убрать с глаз моих долой эту соблазнительно кровавую ссадину, вызывавшую у меня желания, диаметрально противоположные всякому милосердию. – Я Вас не для того из-под пуль вытаскивала, чтоб Вы потом в горячке сварились вкрутую! У Вас здесь в машине есть какая-нибудь аптечка? -Вот не знаю, - растерялся ди Морра и поскрёб пальцем в гипотетическом центре своей белобрысой макушки. – Должно что-то такое быть по идее, посмотри сзади. Я посмотрела и сразу нашла кожаный несессер с медикаментами. Деловито распечатывая пузырёк и сворачивая марлевый комок, я информировала: -Сейчас быстренько обработаю антисептиком, и… -Антисептиком? Он же щиплется, как последняя падла! – изломались брови у дона. -Нет, ну я и молнией могу стерилизовать, если стандартный вариант не устраивает… хотите?.. Нет? Ну вот и не возникайте на традиционную медицину, - я прижала марлю к скуле дона. Тот вздрогнул и нервно заелозил, предпринимая попытки оттолкнуть мою руку. Я ещё раз подула, невольно сглотнув, и скатала второй комок. Дон подозрительно наблюдал за мной, махая пальцами возле царапины. -А это ещё зачем? – спросил он, указав острым подбородком на марлю. -Это для мази. Чтобы быстрее заживало. А то я просто смотреть не могу на это безобразие, - честно ответила я, выдавливая сразу полтюбика и пытаясь замаскировать свой оскал под беззаботную улыбку. -Да это же ещё хуже антисептика, - попытался завыть дон, но был заткнуть лаконичным «Но всё ещё лучше шаровой молнии, не так ли?». Воспользовавшись замешательством ди Морры, я резким броском попыталась прижать повязку с мазью к ссадине, но реакция дона не уступала моей – он отдёрнулся, и я воткнула комок марли ему чуть выше переносицы. -Эва, я теперь как после контрольного в лоб, - возмутился дон, узрев пейзаж в серо-буро-малиновой гамме в ветровое зеркало. Я раздражённо шлёпнула его бинтом по рукам: -А потому что не надо было вертеться, как угорь на гриле, и морду лица воротить на сторону. А ну, сидите смирно, иначе весь будете в разнокалиберных пятнах, как пожравшая тухлятины виверна! Пока ди Морра притих, явно пытаясь представить последствия неправильного питания хаосианской домашней живности, я всё-таки успела плотно прижать марлю с мазью к пострадавшей скуле. -Бляяя! – взвыл дон, часто дыша ртом и непроизвольно пытаясь схватиться за щёку. -Не смейте материться! Выражайтесь культурно в любой ситуации, это главный признак истинного аристократа. Например: «О сонмище падших женщин, что орально ласкали табун жеребцов»… -Ты меня ещё учить будешь, как мне правильно материться?.. – вытаращился ди Морра. -Ну а кто Вас ещё научит-то, если не я… - воспользовавшись фактором внезапности, я крест-накрест приклеила повязку с лекарством липкой лентой и удовлетворённо осмотрела физиономию дона. Всё, крови не видно, можно выдохнуть и перестать облизываться по периметру. -Щиплет, - тихонько пожаловался ди Морра, положив пальцы на моё запястье. – Подуй, пожалуйста, ещё, у тебя это как-то анестезирующе получается, словно лёд с мятой. Извини, что я так кочевряжился. Обычно, когда происходит процесс обработки моих ран, я нахожусь без сознания под капельницами, а потом меня пичкают сильными обезболивающими. А несерьёзных ран у меня почти и не бывает как-то. -Ничего страшного, - я послушно подула, добавив немного анестезирующей магии. – Ну как, лучше? Ди Морра промолчал, чуть сжав пальцы на моём запястье. Тут мне стало как-то… странно-колюче внутри позвоночника, словно в нём просверлили дырочки, как в флейте, и теперь прохладный морской ветер вибрирует внутри, заставляя пушок на шее вставать дыбом и пускать искорки. Происходило то, чего происходить не должно было, что-то на уровне неких флюидов – то, как я невесомым выдохом прогоняла боль, исцеляя кровавую царапину на скуле дона, а он держался за моё запястье, и шипел тихонечко, и часто моргал своими светлыми, словно опушёнными первым инеем ресницами. -Анджел меня, кстати, зовут, - неожиданно сказал дон с улыбкой. – Анджел ди Морра. А тебя? -М… Мелисса, - осторожно отозвалась я, не зная, как убрать со своего запястья ломкие пальцы, от прикосновения которых мой позвоночник превращался в свирель. И надо ли их убирать. Кашлянув, я поспешила перейти к нейтральной теме, не затрагивающей того, чего не должно было происходить: -Ну что, первую помощь я Вам оказала, теперь давайте объясняйте, как управлять этой штуковиной. -Да тут всё очень просто, - охотно объяснил Анджел, - вот три педали – газ, сцепление и тормоз, вот это руль для управления, а это ручка коробки передач… как бы тебе это понятнее объяснить… -Уже никак, - я мрачно осмотрела всё обозначенное хозяйство, скрестив руки на груди. Сколько мне Каэла Салузар ни пыталась донести принципы работы турбин и генераторов, они так и оставались для меня тёмной чащей, ломающей мне разум куда круче схем переключателей потоков и карты Мира снов. Ладно, я здесь маг или так, погулять вышла?.. Вспомним славные подвиги не менее славного Милки в области воздухоплавания. Если я теперь его полукровная сестра, то тоже должна владеть этой стихией... Потерев ладони, я с решительным «Хе!» поймала течение ветра, закрутила его под днищем машины в некрупный смерч – и, подхватив, плавно повлекла в указанную молчащим от потрясения ди Моррой сторону. Было так непривычно и при этом упоительно работать с энергией воздуха – своенравной и ещё более вспыльчивой на поверку, чем мой неукротимый огонь, но при этом ласковой и игривой. Так что я то самодовольно лыбилась во весь рот, то сыпала проклятиями на логрусе, втайне надеясь, что Анджел не настолько хорошо знает мой родной язык, чтобы понять все мои проникновенные рулады, пока несла авто в полуметре над извилистой прибрежной дорогой. Примерно через двадцать минут, вся вторично мокрая, я опустила машину дона у крыльца виллы. -Охренеть, ты просто чума, - потрясённо похвалил меня ди Морра, с удивительным для себя тактом не припомнив мне пару косяков с ударами багажником об скалы на крутых поворотах и с оторванным под корень задним бампером. – И почему в нашем мире такие девушки, как ты, вообще не водятся?.. Я еле удержалась от того, чтобы раз и навсегда широко раскрыть Анджелу глаза на свою истинную природу и вволю насладиться дефлорацией его привычного мировосприятия, но благоразумие всё-таки возобладало. Повторного свидания с учениками Сухая я могу и не пережить. Пиздеца понемножку, как говорит нам народная мудрость… или там про что-то другое было?.. -Ну что ж, прошу к нашему шалашу, - дон галантно подал мне руку, когда я вознамерилась покинуть авто. Я окинула взглядом уютную, словно бы выраставшую из склона разноуровневую виллу, - стекло, светлый камень и виноградная лоза вдруг до болезненного резкого спазма в горле напомнили дворец на холмах Амадора, и я злобно ущипнула себя за запястье, чтобы не провалиться в бессмысленную слепую ностальгию. Усилием воли вернула себя в разговор с Анджелом, который иронично поинтересовался: -Знаешь, я не то, чтобы намекаю на что-то, но как тебе вообще ощущается в этом мокром до нитки платье? В смысле – не хочешь ли переодеться и выпить со мной сангрии? -Сначала Вас самого надо напоить отваром ромашки и завязать Вам горло шерстяными носками, - непререкаемо изрекла я, игнорируя попытки ди Морры театрально закатить глаза под череп, пока мы шли через пустынный холл вверх по пологой лестнице. – Ох ты Хаос, а кто это у нас такой улыбастый? -А, да, это Пятнышко, - дон нежно потрепал по гладкой лобастой башке огромного чёрного пса. Ему даже наклоняться для этого не пришлось. Я послушно дала себя обнюхать, облизать и признать своей. -Ты ему тоже понравилась, - резюмировал Анджел, за ошейник отрывая Пятнышко от моей юбки, которую тот деятельно пытался дегустировать. -Что значит «тоже»?.. – замерла я на моменте вытирания обслюнявленных рук о свои бёдра. Потом вдруг спохватилась и с преувеличенной тщательностью принялась весьма бессмысленно мусолить свой мокрый кружевной платок. Анджел, тоже очевидно застигнутый врасплох, с непонятным выражением лица уставился на свои раскисшие туфли, а потом со слышимым скрипом извилин отмазался: -В том смысле, что Пятнышко понравился тебе, ну и наоборот… я это имел в виду. Так! Он отпер одну из комнат и с церемонным видом помахал рукой вовнутрь. -Приводи себя в порядок, и спускайся вниз. Пятнышко проводит тебя в гостиную. Если я задержусь, не беспокойся и подожди меня. Я, скорее всего, вышвырну из дома весь этот бесполезный сброд, что неумело косит под мою охрану, и договорюсь с лордом Йовером, чтобы снабдил меня своими ребятами. Уверен, моя безопасность будет практически идеальной… Я бы тебя попросил себе оставить, но этот сквалыга вряд ли согласиться расстаться с таким сокровищем… - ди Морра вдруг смущённо выгнул рот уголками вниз и кашлянул, словно пожалел о сказанном. – И да, ты смело можешь обращаться ко мне на «ты». Думаю, у нас примерно одинаковое положение в обществе. Да и вообще… договорились? -По рукам! – согласилась я, крепко пожав кисть Анджела – и, внезапно обнаружив своё отражение в зеркале, стремительно захлопнула дверь прямо перед носом белокурого дона, рванув наводить марафет. На этапе вдумчивой чистки зубов от песочка горничная принесла мне презент от ди Морры: зелёные джинсы в обтяг, белую маечку с вышитыми на ней стебельками мелиссы (как мило!) и туфли-балетки, что привело меня в смесь благодарности и блаженства. Даже за две недели бытия миледи всё никак не получалось привыкнуть, что юбка путается в ногах и в ней нещадно поддувает в копчик, а траектории моих передвижений в туфлях на каблуке настолько же запутанные, насколько непредсказуемые. Как же приятно, что в этом мире нет столь непримиримой дивергенции гардероба на мужское-женское! Я закрутила длинные волосы в кукиш на затылке, привычно загнав туда гребень-шпагу, потом чутка криво, но ярко накрасила рот, послюнила чёлку, чтобы лежала ровно, и с Пятнышком пошла по чаёк… Впрочем, от пёселя в качестве проводника толку было, как от лорда Зона икры, поскольку внимание Пятнышка прочно приковали золотые рыбки в большом аквариуме у лестницы. Он расплющил морду по стеклу и какое-то время безмолвно наблюдал, щедро истекая слюной, потом оглушительно гавкнул и начал нарезать круги вокруг аквариума. Оторвать Пятнышко от попыток изловить рыбок зубами через стекло было поистине нереально. Махнув рукой на эту ошибку природы, я спустилась вниз и вроде бы даже обнаружила искомую гостиную, но тут за раздвижной дверью послышались шаги, и мои дремучие инстинкты внезапно сыграли со мной злую шутку. Не совсем понимая, что и зачем я творю, я шустро хлопнулась на четвереньки и змеёй ускользнула за красивую каменную горку с мхами и горными цветами, маскировавшую собой неблаговидный кусок пространства под лестницей. Не удивлюсь, если дон развесил картины в холле на тех местах, в которые попадали пули навылет при деловых переговорах с коллегами… С террасы меж тем зашли переодевшийся Анджел в жемчужно-сером костюме и лорд Отоньо Йовер, выглядевший в своём камзоле и бриджах в здешних интерьерах, как моллюски в компоте из ерсинок. Дон ди Морра быстро оглядел окрестности цепким взглядом опытного снайпера сквозь новые очки, и негромко проговорил: -Товар начнут отгружать, как только я получу подтверждение от своего банкира. По накладным я сделал так, чтобы проблем не было никаких. Народное творчество, лобзиком, бля, по металлу… Лорд Отоньо легонько усмехнулся, поглаживая набалдашник своей трости. -Я так понимаю, если нам вдруг не повезёт покинуть Терру незамеченными, у местных таможенных служб вполне может случиться коллективный приступ куриной слепоты и гнойного конъюнктивита… за мой счёт, разумеется, - утвердил он вопросительно. – Хотя я и настоящий могу устроить, так-то. -Взятка – дело обыденное, а вот целый катер ослепших погранцов - слишком шокирующе, лучше не привлекать к нашим делам излишнего внимания всякими магическими штучками, - здраво рассудил ди Морра, проходя в гостиную, жестом приглашая Йовера сесть и разливая по прозрачным стаканам вино со льдом и цитрусами. Вспомнив свой далёкий завтрак, я мигом ощутила себя Пятнышком у аквариума. -Позвольте, я задам пару вопросов, на которые Вы имеете право не отвечать, - помедлив, продолжил Анджел, заправляя за ухо непокорные белокурые прядки. – Это противоречит профессиональной этике, но… мне безумно любопытно, для каких целей Вы, хаосианский аристократ из мира, где магия – самое обыденное дело, уже в седьмой раз приобретаете у меня палёные стволы всех калибров и сортов?.. -У меня есть друзья за морем, которые генетически с огромным трудом могут работать с энергиями, у них абсолютно ни на что не похожая и крайне сложная магическая практика, но в данный момент они вынуждены сражаться за свои жизни, свободу и независимость, - вежливо ответил лорд Отоньо. -В Янтарном королевстве, верно? - проявил удивительную осведомлённость белокурый дон. - Тогда тем более не понимаю. Ведь, насколько я помню, по каким-то заумным физическим и энергетическим законам в Амбере огнестрельное оружие не работает – порох не воспламеняется. Да и у Вас дома тоже. -Мой дорогой дон ди Морра, поверьте – я не патриот, но я и не идиот, - лорд Йовер с той же тонкой вежливой улыбочкой отпил глоток вина и вытянул скрещенные ноги. – Мне совершенно не нужно, чтобы Амбер оклемался, вошёл в силу и разнёс в щепки мою пусть и оккупированную мелкопоместным сбродом, но всё-таки любимую родину. Но мне невыгодно, и если наш монарх Утор получит Янтарное королевство – ибо тогда он оборзеет вконец, и манипулировать им будет максимально сложно. -Вот слова истинного дона, - одобрительно кивнул Анджел и посмотрел на часы. – Где же Мелисса? Может, у неё возникли какие-то проблемы?.. Она ведь в первый раз у нас в мире?.. Тут белобрысый был прав, как никогда – у меня действительно были проблемы! И эти две проблемы именовались Анджел и Отоньо. Вряд ли им придётся по вкусу моё звёздное явление из недр цветущей горки после всего, что они тут обсудили в беседе… -Кстати, где Вы нашли такую отвязную и при этом очаровательную девушку? – продолжал Анджел, нетерпеливо таращась на лестницу. Йовер крайне выразительно пожал плечами: -Не поверите, она сама буквально свалилась ко мне на голову! За несколько часов до отплытия, пока я решал кое-какие вопросы в припортовом районе, Мелисса вылетела мне навстречу в таком виде, будто чудом избежала смертельной опасности, и так и не потрудилась толком объяснить, что с ней стряслось. Но, честно говоря, я и не удивлён. Эта юная барышня – полукровная сестра нашего опального принца и единственная прямая наследница трона Хаоса, так что спасалась она, скорее всего, от лиц, желающих гарантированно обезопасить самовыдвиженца Утора от любых претензий потомков законного короля Седрика Сухая. Наш хитрохвостый Утютюша поднял восстание и вырезал практически всех Сухаев под предлогом того, что они неправильно правят и слишком много власти отдают аристократии. А теперь на собственные лозунги болт положил и развёл опять ту же самую придворную помойку. Только раньше там действительно лорды голубых кровей обретались, как я сам, а сейчас повылезали всякие фермеры, сколотившие состояния на торговле навозом и самогоном. Высосали из какого-то места родословные, ещё и гербов фамильных себе понарисовали, и вперёд! Как они меня достали, кто бы только знал… -Да-а, - рассеянно посочувствовал ему Анджел и встал, нервно крутя на запястье браслет часов. - Так, пойду-ка я деликатно постучусь к Мелиссе. Принцессы – странные существа… да и вообще, а вдруг на неё напали? Вы же говорите, её могут преследовать наёмные убийцы… -Вряд ли они способны выследить меня и добраться до Терры, я всегда отлично заметаю следы, но да, поторопить миледи всё же стоит, - нахмурился лорд Отоньо, тоже вытащив свой брегет. – Мне уже сегодня к ночи нужно будет отшвартоваться. До Амбера отсюда плыть и плыть… Ди Морра коротко кивнул и торопливо ушёл наверх, а Йовер вышел покурить на террасу, опираясь о перила и созерцая морской горизонт. Едва дыша и всем телом извиваясь по отполированному паркету, я бесшумно выбралась из-за декоративной горки и, так и не найдя в себе смелости выпрямиться в полный рост, быстро нырнула в первую попавшуюся дверь. Вот я и получила ответ на свой вопрос о том, зачем лорда Отоньо родимчик несёт в Амбер в самый разгар вооружённого конфликта и взаимной любви до гроба... ну и меня вместе с ним, согласно принципу транзитивности. Весело. Как всегда, впрочем, пора бы и привыкнуть. В библиотеке, куда меня занесло, никого не было. Я с облегчённым вздохом отёрла лоб, принимая вертикальное положение, и решила выбраться на улицу, а оттуда снова войти на виллу на глазах у лорда Йовера, чтобы до минимума сократить возможные вопросы на щекотливую тему «Миледи, а где это Вас хаосом носило?». Дескать, ни сном, ни духом, и вообще, я цветочки собираю. За библиотекой открылся, судя по обстановке, рабочий кабинет дона ди Морры. И я с радостью выяснила, что в плане интерьеров у Анджела вкуса было на порядок больше, чем у короля Утора. Зато что касается конфиденциальности и личной безопасности, то недавние происшествия с покушением на убийство и последующим просто-таки позорным бегством накосячившей охраны поставили профессионализм Анджела под конкретный удар. А контрольным выстрелом в лоб ди Морре явно являлся тот факт, что непосредственно вот сейчас в его кабинете и за его столом сидела грудастая загорелая брюнетка и шаманила над неким прибором, напомнившим мне оборудование в Институте. От него тянулось несколько шнуров к стоявшей возле ног брюнетки открытой сумке, а сама мадмуазель настолько недобро зыркала по сторонам, что первым моим порывом стало тихо вытечь обратно в библиотеку и сделать вид, что дома нет никто. Но поздно – брюнетка краем глаза зацепилась за мои яркие зелёные джинсы и немедленно прицелилась мне в лоб. -Э, а поздороваться? – наехала я на неё от неожиданности, упирая кулаки в бёдра. -Скорее, попрощаться, - усмехнулась брюнетка, без долгих прелюдий нажимая спусковой крючок. Но я сегодня уже и так была с самого ранья изрядно вздрюченная поединком на шпагах и подкатами лорда Йовера, а тут ещё и занимательная перестрелка с убийцей, ну и на десерт – сложная гамма чувств к белокурому дону с пушистыми ресницами, так что брюнетке сильно не повезло на меня нарваться. Я лишь коротко рявкнула своё коронное «Мля!», активируя зеркальный щит, и с разворота вломила по брюнетке невидимой молнией, наполнившей кабинет прохладным ароматом мяты. Брюнетка, нервно тявкнув, каким-то чудом на инстинктах ушла из-под смертельного удара, нырнув вбок, и перекатилась за кожаный диван, истерично высаживая в меня весь запас пуль. Зеркальный щит откровенно затрясло, светильники на стенах зажглись сами собой, припадочно моргая, а в стоявшей на полу сумке брюнетки что-то с сочным чпоканьем взорвалось и принялось дымиться с совершенно отвратным запахом. Наглая девица, воспользовавшись моментом моего замешательства, попыталась рывком достичь окна, но тут я с хриплым рычанием «Хрен ты у меня свалишь, лярва рваная!» ломанула ещё одной молнией, пропахав в полу неслабую трещину и попутно нечаянно развалив рабочий стол дона на две неравные части. -Да-а чтоб тебя! – брюнетка отбросила в сторону явно исчерпавшее свой ресурс оружие и нырнула обратно за диван. Я передёрнулась всем телом от крайне неприятного ощущения, словно мне под кожу ввинчивались сотни мельчайших металлических насекомых, особенно сильного в руках, опустила глаза и в ужасе увидела у себя на пальцах и запястьях белёсые, словно плесень, язвы. Милосердный Хаос, это что, последствия работы с энергией Терры?! Только отвалившихся кистей мне сейчас не хватало… Это было непростительной ошибкой – пока я в состоянии стеклянного холодца хлопала глазами и отчаянно пыталась исцелить разъеденные неведомой дрянью ладони, брюнетка добыла себе из стола ди Морры ещё одну «Беретту» и не преминула ею воспользоваться. Две пули отрикошетили, добавив дыр в и так изрядно разнесённом кабинете – и тут щит дёрнуло в последний раз, а стеклянные светильники, дико полыхнув белым пламенем, взорвались и разлетелись в раскалённую пыль. Мою левую ногу чуть выше щиколотки ожгло калёным железом, пространство вокруг наполнилось низким жужжанием, словно где-то рядом проснулся рой неживых насекомых, и я, почти ничего уже не соображая, стянула к себе всю ту странную энергию, что сейчас бессистемно металась, полыхая и калеча, по кабинету. Сжала её меж ладоней до нестерпимо сияющего голубоватого ореола в яблоко размером, хотела швырнуть в брюнетку, чтобы добить эту удивительно живучую девицу… -Мелисса, нет! Вы здесь вместо нас дыру дымящуюся оставите! – заорал от дверей лорд Йовер, что с побелевшим лицом прикрывал щитом и себя, и мертвенно таращившегося у него из-под локтя Анджела. И тогда я, повинуясь невнятному, но властному ледяному шёпоту в своей душе, склонила голову. И с силой вжала, чуть ли не вмяла пульсирующий клубок этой жалящей, безжалостной, чуждой энергии в разверзшуюся в самом центре моего узора, - прямо под замершим сердцем, - бездонную дыру. На миг всё замерло, словно в старой детской игре про «Море волнуется раз». А потом по моим рукам, от самых кончиков пальцев, исцеляя мои язвы, к этой дыре прошла волна блаженной дрожи, сотрясшая всё тело так, что я упала на колени, не в силах устоять на ногах и еле сдерживая сладострастный стон. Мир размыло в искры, и последним, что я успела осознать, был вибрирующий баритон Йовера, приказавший Анджелу стрелять на поражение… Следующим по очереди ощущением было наличие у меня на лице холодной мокрой тряпки, от коей несло чем-то откровенно больничным, как в операционном блоке Института. -Что это было? – вяло вопросила я в пространство, трясущейся рукой нашарив тряпку и приподняв её над лицом. В свете торшера надо мной склонялись страшно взволнованные Йовер и Анджел, причём у дона на щеках были красные пятна и в целом такой вид, словно он недавно вначале орал на кого-то матом, а потом избивал как минимум молотком для мяса. -Я же говорил, что принцессы – странные существа, - пробубнил ди Морра в сторону Йовера, хотя тот даже и не думал ему возражать. – Мелисса, ну как ты? -Среднепаршиво, - дыша максимально в другую от тряпки сторону, честно отозвалась я. В висках воистину немилосердно ломило, перед глазами до сих пор кружились разноцветно-радужные искорки, нога назойливо и неостановимо ныла. Заставляющего каждую клеточку тела петь наслаждения как и не бывало. В довершение всех вышеуказанных бед мне просто неистово хотелось есть, что я и поспешила довести до сведения всех здесь присутствующих: -Так, господа, если мне сейчас же не принесут истекающий кровью хороший стейк, будете хоронить меня с весёлыми туристическими песнями! -Стейк я немедленно прикажу приготовить, а пока съешь хотя бы вот, - встрепенулся Анджел и дал мне голый персик. Как правильно называются эти фрукты, я не знаю, зато вкуснятина – первый сорт. Я стремительно слопала восемь персиков, выплюнув, почему-то, только пять косточек, слегка удивилась, но от заданной темы решила не уходить. -Так всё-таки, господа, что тут было после того, как здешняя относительно суровая реальность меня отрыгнула куда-то в хляби бессознательного? Я, как непосредственный участник инцидента... -О, Мелисса! – сцепил тонкие пальцы ди Морра. – Вы спасли меня сегодня дважды, от смерти и от банкротства ввиду слива информации, даже не знаю, что из этого лично для меня хуже. Та мадемуазель была моей, э-э-э… была моей, короче, а потом перестала быть, характерами не сошлись. Отношения я прервал по собственной инициативе, и вот вам результат. Нет ничего хуже обиженной и разгневанной женщины, считающей, что её чем-то обделили, по масштабу разрушений с ней может сравниться разве что термоядерная война. Мало того, что именно эта стерва наняла киллера, так ещё, когда тот не сумел меня прикончить, лично полезла качать информацию с моего сервера… ну, или трояна ставить, не знаю, что она там собиралась сделать, всё равно и от оборудования, и от компа осталась оплавленная масса. -Ничего не понятно, но очень интересно, - похвалила я ди Морру, потянувшись за девятым фруктом, и таки не удержалась, - а ты бы, ангел мой белокурый, был поразборчивее в связях, что ли. Сам должен знать, любовь зла, уснул, и уползла… Анджел поперхнулся и посмотрел на меня с неким первобытным ужасом, я же в ответ лишь пожала плечами с обезоруживающей улыбкой: вот такие уж мы, принцессы, странные существа, дескать. -Это всё прекрасно, но… Мелисса, нам нужно возвращаться на корабль, - лорд Йовер нервно вертел свой брегет и посматривал за окно, где заливисто чирикали какие-то насекомые, и под вечерним южным небом безмятежно шелестело море. – О том, как работает энергия на Терре, и почему применять здесь магию следует с крайней осторожностью мы, я думаю, побеседуем уже с глазу на глаз, на бригантине… Как Вы себя чувствуете, идти сможете? Я максимально, насколько позволяют здешние условия, затянул Вашу рану, но исцелить её полностью мы сможем, только когда покинем пределы этого мира. Придётся Вам проявить мужество и потерпеть, моя дорогая леди. Извините. -Идти? Ну конечно, смогу! На руках, - охотно отозвалась я, чётко ощущая то место, в которое попал кусочек раскалённого металла. – В качестве альтернативы могу покатиться колбаской… -Ну что Вы говорите, миледи, - немедленно всколыхнулся Отоньо, - если боль сильна, мы отнесём Вас на корабль на руках. -Оба сразу? – наивно осведомилась я и сделала ангельское лицо. -Прекращайте уже спорить с Мелиссой, милорд, - ни с того, ни с сего вдруг возмутился Анджел. – А ведь, может быть, она вообще не хочет возвращаться на корабль. Может, она решила заночевать у меня на вилле, где так сладко спится под шелест волн… -Шелеста волн и на бригантине в достаточном количестве, смею заверить, - обаятельно оскалился Йовер, рефлекторно качнувшись вперёд и закрывая меня собой от ди Морры. -Да что Вы постоянно за неё решаете, Вы ей кто, папочка?.. Нет? Ну и пусть сама скажет, - дон так уставился на Отоньо, словно собирался заклевать его насмерть своим длинным носом. -Господа, - я подкинула в ладони косточку от персика, – слушайте мой вердикт. Спать я намерена тут, и не оставляю надежду освоить систему подачи воды в здешней огромной ванне со светильниками и музыкой, а также нормально поужинать заказанным стейком. Ибо ещё пять минут без мяса с кровью, и мои зубы окажутся в том куске плоти, который будет ближе всего к моему рту… А завтра утром, на свежую голову, мы благополучно отчалим. Если, конечно, милейший лорд Отоньо изволит дождаться меня. Я, вообще говоря, на этом особо и не настаиваю… И я состроила в сторону Йовера совершенно очаровательный оскал. Удивительно, но моя программа была принята единодушно и без малейшего шороха на тему «Да что она себе тут позволяет?». Видимо, развороченный кабинет и мои крайне сугубые способы обращения с здешней энергией впечатлили даже бывалого мага лорда Отоньо, так что он решил меня не бесить. Ну, или дожидается возможности выдрать меня за всё это веселье уже на корабле, а пока что усыпляет мою бдительность своей нарочитой покорностью. Я бы на его месте именно так и поступила, если честно… Постановив, что решать проблемы я буду по мере их поступления, а сейчас честно заслужила отдых, я при помощи поддерживающих меня джентльменов добралась до столовой, где воздала должное повару дона и его кулинарным талантам. Нет, что ни говорите, а крови в этих краях я хочу особенно остро... Ближе к полуночи я лежала в той самой шикарной ванне с массажем, которая называлась «джакузи», и тихо пёрлась, пытаясь вылепить из пышной мыльной пены фигуру лорда Отоньо а натюрель. То есть без гарнира. Это весёлое и увлекательное творчество было прервано в самом интересном месте лорда Йовера зыбким хрустальным звоном, донёсшимся от дальней стены. Я заинтригованно высунула голову из пены, пытаясь расклеить мокрые ресницы и дислоцировать источник этого переливчатого звука. -Марджере! Марджере! – раздался вдруг до спазма всех внутренностей знакомый голос, исходящий из большого зеркала наискосок от меня. – Я знаю, что ты жив, мерзкое отродье, ты выдал себя, создав сегодня «Звезду Абадонны», на это слишком мало кто способен, помимо меня самого. Тенуко не вынес пыток и сознался, что не сумел тебя уничтожить. Я знаю, что ты уцелел и прячешься в чужом узоре! Ощущение в это мгновение у меня было такое, как будто весь мир резко перевернулся вверх дном, а я при этом сильно ударилась темечком. У меня была ровно секунда на то, чтобы взять себя в руки и что-нибудь сообразить. Я глубоко вдохнула, насколько хватило объёма лёгких, зажала нос и нырнула в эти шикарные сугробы пены, под воду. Пусть там хоть оборётся, сморчок старый, я не вылезу… -Марджере! – надрывался Сухай и, судя по звукам, пытался проскрестись через тонкую, но прочную преграду зеркальной глади в этот мир. – Ты не имеешь права существовать, я всё равно прикончу тебя, рано или поздно, но непременно прикончу, так и знай, тварь! -Не тварь, а творение, прекрасное творение, и оно полностью моё, между прочим, - от концентрации ярости в хлестнувшем вдруг другом – и тоже до боли знакомом – голосе едва не закипела вода в ванне. Моё сердце провалилось куда-то к центру Терры, мои лёгкие горели, отчаянно требуя очередного вдоха, а мой создатель, проклятый зеркальщик Серсюиль, звенящим от злости голосом кричал: -Я сотворил Марджере, и только я имею право распоряжаться его жизнью, ты это понял, зловонная отрыжка Хаоса? А ну пшёл вон из моих зеркал, и только попробуй ещё хоть раз сунься к Марджере, я нашпигую тебя битым стеклом по самые гланды, сварю в кипящей амальгаме и скормлю зеркальным ящерицам! Вон отсюда!!! Зеркало на стене взорвалось, разнесённое даже не на осколки, а в мелкодисперсную пыль – я еле-еле успела натянуть на воду надо мной защитную плёнку, не рискнув после всех вывертов местной энергии активировать полноценный щит. Ещё секунда – и в ванную влетел взлохмаченный Анджел в длинном халате и с полотенцем на шее. Оба голоса исчезли, и я вынырнула из джакузи, жадно хватанув воздуха перекошенным ртом, а потом внезапно разрыдалась, не успев сдержаться. Слёзы хлынули, словно сами собой, заливая взгляд нестерпимой, непривычной солью, и я всё никак не могла остановиться, не могла унять выворачивающую меня запоздалую боль от всего, что приходилось прятать и скрывать всё время с той самой ночи. Это было невыносимо стыдно – и при этом почему-то даровало облегчение. -Мелисса, да что с тобой? – перепуганный ди Морра, удачно не заметив наличия отсутствия зеркала, поймал меня за руки, склоняясь и заглядывая в глаза. Я же его еле видела из-за текущих ручьями слёз. -Я не М-мелисса, - сама толком не понимая, что несу, прозаикалась я в ответ, клацая зубами. -А кто тогда? – изумился Анджел, решительно выудив меня из ванны, обернув в большое полотенце и на руках унося в предоставленную мне спальню. -Я М-марджере, - созналась я практически в обмороке, уткнувшись носом куда-то в воротник дона. -И меня тоже очень хотят уничтожить, мне так это надоело уже… только, я прошу, умоляю, никому не говори об этом, особенно Отоньо Йоверу, иначе мне конец. Окончательный конец. -Ни за что на свете никому не скажу. Я умею хранить чужие тайны, - очень серьёзно пообещал Анджел, вытряхнул меня из полотенца на постель и церемонным жестом указал на тумбочку, - я просто решил лично заглянуть к тебе перед сном с кувшином сангрии, и поблагодарить за всё, что ты для меня сделала сегодня. Но тут услышал взрыв в ванной и помчался туда. На тебя что, нападали?.. -Да. Но ты их спугнул. Спасибо тебе, - наконец-то сумев относительно взять себя в руки, лаконично ответила я, проскальзывая под одеяло и отирая мокрые щёки запястьями. Глубоко вдохнула-выдохнула, непроизвольно ухмыльнулась углом рта, вообразив себе глаза Юль, будь у неё возможность наблюдать сейчас за мною, и уже совсем спокойно повторила, - ты тоже очень помог мне, дон ди Морра. Спасибо. -Я рад, что смог, - мы с доном посмотрели друг другу в глаза; это было молчаливое рукопожатие. Сангрия и рассказы Анджела о его юности подняли мне настроение, и страх смерти истаял, уступив место стальной решимости продолжать сражаться за свою жизнь. Не дождётесь. Я вас всех переживу. -Ты… можешь остаться со мной на ночь? – негромко спросила я, когда кувшин опустел, и Анджел встал, чтобы отправиться в свою спальню. – Я не имею в виду сейчас какие-то интимные отношения, не пойми меня превратно, мне… было бы приятно и спокойно просто спать рядом с тобой. Анджел… -Да, я понимаю. Я останусь. Спи, и ни о чём не беспокойся, - ди Морра погасил свет и улёгся рядом, вытянувшись во весь рост и закинув руки за голову. – Девушек для секса у меня достаточно, а вот мою задницу спасать бросилась только ты, даже не успев толком познакомиться… и это дорогого стоит. Я неявно вздохнула, думая о том, насколько странно порой плетёт свои узоры судьба, прислонилась лбом к плечу Анджела, и задремала под шелест его дыхания и мерный рокот прибоя. Утром у меня, тем не менее, было воистину паршивое и параноидальное настроение, я шарахалась от каждого зеркала и почти всё время молчала, хотя и ди Морра, и Йовер изо всех сил пытались меня развлекать всякими забавными эпизодами из их судеб. -Я очень ценю ваши усилия, господа, - честно сказала я им под конец завтрака, - и я благодарна вам за моральную поддержку. Приношу свои извинения, но сил отвечать вам взаимностью пока не имею… -Вы на обратном пути из Амбера непременно заплывайте к нам, просто в гости, - сказал Анджел на прощание. – Я буду очень рад вновь пообщаться с Вами, лорд Йовер… и особенно с тобой… Мелисса. И, прошу, береги себя. Ты хоть и девочка-колдунья хоть куда, но всё же… не будь совсем безрассудна. -Я буду в умеренных количествах, договорились, - искренне улыбнулась я – и, дотянувшись, сама легко поцеловала дона ди Морру в уголок узких ехидных губ. – И тебе то же самое рекомендую. Именно в таком состоянии опустошённости, меланхолии и (будем честны перед собой, Марджере!) лёгкой влюблённости я заперлась в каюте, поела ботвы, сделала себе полосатенький маникюр, решила, что жизнь потихоньку налаживается, и села за написание дневника. Кажется, с этой задачей я успешно справилась, так что можно пойти, полазить по мачтам, покормить чаек фрикадельками, развеяться…