Здравствуй, дорогой дневник...

Ночь, плавно переходящая в утро, ибо невнятно светает. Ой, что сейчас только что было... После того, как я в очередной раз насладилась фураке с горяченькой морской водой и травяным настоем, лакомясь вкуснейшими водорослями в нежном ореховом соусе, а потом забралась в постель, погасив свет, разыгрался неистовый шторм. Море мотало корабль так, словно было барменом-виртуозом, затеявшим изготовить из всех нас питательный мясной коктейль. В пятый раз въехав темечком в изголовье кровати, я поняла, что спать в таких условиях столь же нереально, сколь сделать из виверны травоядное. Попрощавшись с и так весьма бесплодными попытками соблюдать распорядок дня, я закрутила волосы в луковицу на макушке и, цепляясь за стены, выбралась на палубу. Такого необузданного дикого восторга я не испытывала, пожалуй, ещё ни разу - сердце сладостно зависало в пустоте, пропуская удар, когда чёрная масса воды вздымалась над хрупкой скорлупкой баркентины, застывала на одну длинную-предлинную секунду, а потом с рокочущим рёвом валилась вниз. Небо раз за разом раскалывало на куски обсидианового витража ослепительными изломами эдельвейсовых молний, и ветер тёк через мир единым сокрушительным потоком абсолютной свободы, настолько чистой и неистовой, что вся моя суть пела в унисон со стихиями. Где-то за плотной пеленой ливня лорд Отоньо коротко хлестнул командой "Срочно сменить курс!", и в какой-то момент меня, к искреннему восторгу, едва не снесло за борт - благо остатки здравого смысла, чудом уцелевшие в затопленном эйфорией сознании, приказали мне не сметь разжимать пальцы. "Ла Луна" взбиралась на гребень очередной волны, а потом тут же рушилась вниз, в отвесную бездну, и на неё каскадами падала эта чёрная, ледяная, пенистая вода, омывая палубу и спиралями закручиваясь вокруг мачт... Забыв обо всём, я неистово наслаждалась сплетением стихий, замерев между двух рей, до болезненной судороги вцепившись в певшие и трепетавшие от напряжения стальные тросы, принимая на себя шторм, вытянувшись в струнку и распахнув душу настежь. Мне не было никакого дела до лорда Отоньо Йовера и его команды, отчаянно пытавшихся хоть как-то управлять баркентиной - впрочем, им до меня дела было ещё меньше, вряд ли кто-то вообще замечал маленькую миледи Мелиссу, позволившую себе вспомнить, кто она на самом деле. Я просто бесконечно пропускала сквозь себя, заряжаясь так, что от волос с треском летели октариновые искры, эту дикую энергию молний и ветра. Ледяная солёная вода хлестала тело, смывая все сомнения, неуверенность и страхи - для меня эти прикосновения были прекраснее любых ласк. Это я... вокруг. Всё, что сейчас вокруг - я... Слегка отрезвил меня, втряхнув обратно на материальный план бытия, лишь долетевший через рёв волн надсаженный, хриплый голос лорда Отоньо: -Это бесполезно. На двух кливерах мы не уйдём. "Ла Луну" несёт штормом прямо на скалистую полосу вдоль западного побережья Амбера. Нам её не миновать, если ветер не переменится, а поменять его... не получается. Я не могу совладать с этими волнами, хотя я маг воды... словно этот бешеный шторм имеет свою собственную волю - и отказывается покориться моей. Я не знаю, что мне делать... -Кораблекрушение... как это восхитительно, - прошептала я сама себе, и в этом шёпоте скользнули смутно знакомые шёлковые ледяные нотки, а сердце покрылось сладчайшей изморозью. Всё приходит из Хаоса - и в него же возвращается... и Амбер когда-нибудь падёт... Я резко закусила губу, сведя брови в мучительном стремлении отделить свою личность от этого холодного чарующего голоса, говорящего о красоте гибели в бездне, и шёпот истаял и смолк, оставив лишь чувство застрявшей в горле ледышки. Очередная молния хлестнула совсем рядом с кораблём, и в её лилейно-хирургическом свете я вдруг увидела лицо лорда Отоньо Йовера - с горькой складкой губ и ввалившимися глазами без капли веры в счастливый исход. Лицо обречённого на смерть. "Он страшится небытия, - внятно сказала я себе, усилием воли не давая просачиваться в свои мысли шёлковому шёпоту, предлагавшему устроить лорду свидание с этим самым небытием. - Точно так же, как я сама отчаянно не хочу дать Сухаю уничтожить себя, лорд Йовер ещё не закончил свои дела, он жаждет жить, как и все члены экипажа. Уничтожать их потому, что... уничтожать - это так прекрасно... это неправильно! Я отказываюсь!". И когда ветер взвыл, в очередном порыве набирая ураганную скорость - я рванулась вслед за ним, сплетая потоки воздуха и собственной энергии, подхватившие баркентину. "Ла Луна" лихо взмыла над уже начавшими заворачиваться воронкой волнами в грозовое небо, защищённая от безумствующих стихий плотным коконом. А я закинула голову и счастливо расхохоталась в голос от сияющего сквозь рёбра и плоть ощущения, равному которому нет ни в одном из миров Розы - от ощущения единородности со стихиями. Если я захочу, то смогу достичь всего, в каком обличье бы ни пребывал... ведь это - я... На мой ликующий смех лорд Отоньо обернулся, и мы повстречались взглядами. Я не успела понять, что выражали в этот момент его тёмные глаза - ибо ровно тогда же на моём запястье сомкнулись горячие пальцы, и меня вздёрнули над палубой на весу так, что я проглотила свой смех обратно, едва им не поперхнувшись насмерть. -Вы что себе позволяете, юная леди?! - не успела я опомниться, как державшая меня растрёпанная Юль стремительно ткнула раскалённым пальцем точно между моих бровей. От пронизавшей меня парализующей боли я лишь беззвучно мяукнула и повисла мокрой тряпочкой, остекленело выпялившись на собственную компаньонку. Сейчас говорливая уютная Юль выглядела так, словно свернуть кочергу в крендель для неё плёвое дело, причём для этого будет достаточно одного взгляда. Зыркнув через плечо на не меньше меня оторопелого Йовера, очень достоверно изображающего утро каждого мужчины, Юль выдохнула в его сторону мерцающее перламутром облачко и потащила меня в каюту. Единственное, что я могла - так это сдавленно дышать, в остальном тело застыло, словно отлитое стекло, и энергия текла мимо, полностью игнорируя моё существование. -Лорд Йовер, конечно, горазд из всяких странных существ, подобранных по Розе, личную коллекцию собирать, но первородный хаосианец в обёрточке под принцессу - это в моей практике впервые. Сильно, ничего не скажешь, - Юль аккуратно усадила меня в кресло, словно куклу. Потом, немного помедлив, вытащила шпильку из моих мокрых насквозь просоленных волос, так что они рассыпались по плечам, рукам и обивке кресла, почти касаясь ковра. Я тщетно пыталась шевельнуться или издать хоть звук - бесполезно. -Вы извините, миледи, я немного, того... ошалела, поэтому так резко на Вас набросилась и отключила, - Юль метнула мне трудно идентифицируемый взгляд из-под растрёпанных густых кудрей цвета винограда, потом взяла гребень и встала за моей спиной. - Ну, или милорд, если поверить тому, что я успела увидеть под веточками мяты и нитями ветра... Видимо, моё молчание в этот момент сделалось как-то особенно красноречивым, потому что Юль глубоко вздохнула и согласилась: -Ладно, не буду в это лезть и это с Вами обсуждать... леди Мелисса. Скажите спасибо, что я успела лорду Отоньо глаза отвести, насколько смогла, это позволит избежать хотя бы части крайне неудобных вопросов! Я сама отлично знаю, о чём шепчет кровь всякого истинного хаосианца, но есть всё-таки какие-то правила приличия, миледи, и абсолютно недопустимо позволять себе без особенно веского повода массово скармливать стихиям своих соотечественников! Вас что, хорошим манерам настолько вопиюще не учили?.. Юль некоторое время молча распутывала и мягкими прикосновениями высушивала мои волосы, видимо, забыв, что отключила мне воспроизведение, потом спохватилась: -Ой, простите, я сейчас сниму блокировку... не хотите это всё перекурить, кстати?.. Компаньонка вновь с силой ткнула меня пальцем между бровей, и оцепенение, наконец, отпустило - так резко, что я упала лбом в собственные колени, откашливаясь и хватая воздух ртом. М-м-м, вкусный прохладный воздух... Всё тело люто ломило, в венах словно плавали колючие льдинки, превращая кровь в кайпиринью - то ли от заклятия Юль, то ли от крайне контрастного штормового душа. Но одно я знала точно - предложи мне сейчас, немедленно, сию секунду вновь подняться на палубу и нырнуть в бурю, это кресло уже стояло бы пустым. Юль, ощутив это, цокнула языком и провела ладонью по моим плечам: -Первый полностью осознанный шторм, понимаю. Но... я видела слишком много тех, кто не смог остановиться вовремя и разрушал себя заодно с целыми мирами, оставляя лишь бессмысленную пустоту. Надеюсь, Вы простите мне мою дерзость, Мелисса, но я... правда к Вам привязалась. И я настолько испугалась, что Вы вот-вот себя расплетёте напрочь, параллельно угробив всю баркентину, что даже сама не заметила, как перешла в боевой режим. Ну что... мир, дружба, куришко?.. Юль осторожно подцепила пальцем мой подбородок, чтобы я хоть немного приподняла голову, и я с крайне спутанными в клубок чувствами взглянула на компаньонку сквозь упавшие на лицо ещё чуть влажные пряди, от которых пахло йодом. Потом усилием воли вздёрнула вверх уголки губ в усмешке и хрипло прошептала: -Знаешь, Юль, когда ты говорила, что немного умеешь в магию, то как-то неприлично поскромничала... научишь меня этому приёмчику с отключением?.. Юль, деловито насыпавшая свою дурманную махорку на полоску папиросной бумаги, от моего вопроса чуть заметно зарумянилась и непривычно смущённо усмехнулась: -Много чему могу научить, а вот оморочка и отключка - это особенности происхождения, мой персональный сорт магии, можно сказать. Но об этом я только в обмен на правду о Вас согласна рассказать, так-то... миледи Мелисса. -Не в этой жизни, - нехило так перебарщивая с пафосом, мрачно изрекла я, беря у Юль самокрутку, прикуривая её о свой висок и откидываясь в кресле. С первой же затяжкой примерно половина ломающей тело боли немедленно улетучилась, растворившись в перламутровом дыму, а от второй я окончательно умиротворилась и расслабилась, глядя в потолок. Ладно, о рифы мы гарантированно не разобьёмся - сплетённая мною паутина из воздуха опустит баркентину в безопасном месте у берегов Янтарного королевства, в лояльность Юль я, как ни странно, верю... а с лордом Йовером будем разбираться уже на свежую голову. Что до ледяного сладкого голоса в моих мыслях... думаю, у меня хватит силы воли не поддаваться ему. В конце концов, у лорда Отоньо и Юль это ведь вполне успешно получается, чем я хуже?.. Некоторое время мы с Юль философски дымили в потолок, по которому всё ещё змеились холодные отблески молний - "Ла Луна" под щитами уверенно пёрла прямо сквозь грозу. -Я могу остаться до утра у Вас... если хотите, миледи, - с какой-то крайне заковыристой интонацией изрекла Юль, докурив и сунув остаток самокрутки в корытце к хуорну. Её волосы на миг окутало знакомое перламутровое облако, впрочем, почти сразу истаявшее. Я чуть сощурила углы глаз, размышляя. Почему-то мне казалось, что это неплохая идея... -Нет, - после длительных раздумий изрекла я чуть ли не со вздохом сожаления. - Мне всё же сейчас лучше побыть одной и спокойно всё обмозговать. Но от ещё одной самокрутки я не откажусь, если ты в своей щедрости готова зайти так далеко... -Я в принципе люблю далеко заходить... и глубоко, - обаятельно улыбнулась Юль - так, что на щеках появились милые ямочки. Ловко свернула ещё одну пахитоску и, подойдя, сама сунула мне её в зубы. Склонилась так близко, что меня окутал густой аромат слив, и добавила, - завтра меня попустит, и я снова стану говорливой дамочкой с двойным дном, ни словом, ни делом не напоминая Вам обо всём, что произошло в шторм... но знайте: Вы можете на меня рассчитывать. Хранить первородных - это долг моей крови. Ради него я пойду даже против лорда Йовера, хотя, поверьте, таких радикальных мер я предпочла бы всячески избегать. Его враги отнюдь не отличаются долгожительством... -Спасибо, Юль, - искренне сказала я, отражаясь в её зрачках. - Я постараюсь держать в железном кулаке свои истинные инстинкты. Ты права... у меня слишком мало опыта. -Это заметно, - отозвалась та вновь с каким-то абсолютно непонятным подтекстом, легко поцеловала меня в висок и направилась к двери. - Сладких снов, миледи. Постарайтесь хоть немного отдохнуть, ибо сегодняшние сутки обещают быть крайне насыщенными... Я вдумчиво, никуда не торопясь, выкурила вторую самокрутку, пытаясь сохранить у себя в мыслях баланс между самоедством и гордыней. Да-а, видимо, известие о том, что Сухай просёк мой казавшийся таким хитроумным и безупречным план, оказалось для меня куда большим стрессом, чем я сама себе была готова признаться, и последствия теперь лезут через трещины в моём расколотом мировосприятии, словно сорная трава. Надо бы себе надавать крепких затрещин за подобное скудоумие! Ведь Сухай, собственно, не знает обо мне ничего конкретного - видимо, так и не смог вытянуть из Тенуко, кем стал милорд Марджере, а я между тем тут... выделываюсь, наплевав на собственный здравый смысл. Сливаюсь со штормом и плету энергии, ага. Ещё бы вышла на корму с плакатом "Да здесь я, здесь!", чтобы точно у Сухая никаких сомнений не осталось, умнах, мать твоя Тьма! Нет. Нельзя. Недопустимо. Мне надо унять свой неистовый норов, молчать, скрываться и таить. Звучит, конечно, как абсолютно невыполнимая миссия, но, надеюсь, Юль мне хоть немного в этом сумеет поспособствовать... Успокоенная этими мыслями и чудесным травяным табачком, я во второй раз за эту ночь задула свечи, сознательно облачилась в длинную сорочку в горошек и завернулась в просторное мягкое одеяло, готовясь ускользнуть в грёзы... А вот хрен бы там колосился и цвёл. Сон совершенно не шёл ко мне. Я просто лежала на спине и широко открытыми глазами бессмысленно пялилась на сполохи молний, узорами раскалённой белизны разбегавшиеся по потолку. Не знаю, сколько времени я провела за этим крайне бесполезным занятием, когда мозаика теней на соседней стене сместилась, сгустилась и потекла, стремительно принимая очертания чьей-то фигуры... Я открыла было рот для коронного выкрика-активатора зеркальных щитов, но мне на губы властно легла чужая ладонь, запечатывая внутри все звуки. Вспыхнули свечи, и в их сиянии я уже даже без удивления, скорее, с некоей мрачной обречённостью увидела золотистые глаза с вертикальными зрачками и чёрную свободную одежду ученика Сухая. Цехового, так сказать, коллеги Тенуко. Наши взгляды встретились, и воин Хаоса довольно кивнул. -Сухай думал, что я ошибаюсь, что моя интуиция дала сбой, ведь сам он не чувствовал в твоём узоре ничего подозрительного. Юное невинное дитя, почти ещё девочка, Мелисса - вот только у этой девочки взгляд совершенно иного существа... Я притихла, изо всех сил сдерживаясь, чтобы только не совершить очередной эпический выпрыг с отжигом, последствия которого я буду разгребать до скончания веков, и лишь молча пожирала этого интуита хренова ненавидящим взглядом. -Если ты поклянешься не кричать и не звать на помощь, я отпущу. Я считаю, ты достойно красивой смерти... ведь, сложись твоя судьба несколько иначе, мы могли бы оба быть учениками магистра. Я не испытываю к тебе ненависти, лишь выполняю свой долг. Чуть сощурившись, я кивнула, и воин Хаоса убрал ладонь, освобождая мой голос. Дивно, он не воткнул в меня иглу-ноль в первую же секунду нападения - это серьёзная ошибка и мой шанс. Я села в постели, опираясь спиной на подушки и склонив голову набок. -Да, очень тебя прошу - не акцентируйся на этой горошчатой сорочке, это был не мой выбор... не то я испепелюсь от стыда ещё быстрее, чем ты меня обнулишь, - попросила я вполне искренне. - И кстати, а ты-то у нас какой воин Хаоса?.. -Что ты подразумеваешь под словом "какой"? - ученик Сухая чётко контролировал любое моё движение, находясь начеку, но на сорочку, слава Хаосу, действительно перестал смотреть. Я же изо всех сил пыталась прогнать из головы несвоевременные мысли о том, как утром Юль обнаружит мой вывернутый наизнанку труп в этом горошчатом наряде... -Тенуко мне сказал, что он всего лишь третий по силе и мастерству ученик Сухая, вот мне и интересно, какое место в его персональном рейтинге занимаешь конкретно ты, - я продолжала пристально наблюдать за этим субтильным мужчиной с чешуйками у висков и скул, пытаясь оценить скорость его реакций и свои шансы выжить. Тот пожал плечами: -Не знаю, я не честолюбив и никогда не сравнивал себя с другими... Занятно, ты ведёшь со мной светскую беседу и совершенно не страшишься того, что хуже смерти для любого хаосианца. Пожалуй, я теперь даже понимаю, почему Тенуко выдержал пытки и не выдал твоего имени Сухаю, хотя тот раз за разом взламывал его сознание... -Да примет его в себя Хаос с милосердной лаской, - искренне отозвалась я, коснувшись сердца кончиками пальцев. Да, Тенуко, выполняя чужую волю, уничтожил всё, что у меня было... но при этом я не могла не уважать его. Ученик Сухая коротко кивнул: -Да. Но я не намерен повторять его судьбу. Без дальнейших церемоний и слов прощания воин Хаоса выдернул из-под свободного одеяния до ломоты в скулах знакомую иглу-ноль, на которой затанцевали блики свечей... В ту же секунду - или буквально на капельку позже - в воздухе передо мной мелькнули тапочки ученика Сухая. Спокойно стоявший до этого в своём корытце хуорн молниеносно схватил ветвями-руками воина Хаоса и вперёд головой сунул в разинутую чёрную пасть, похожую на зловонное дупло с зубами по периметру. Какое-то время я просто оторопело пялилась на судорожно дрыгающиеся ноги и текущую по коре густую и вязкую, словно болотная топь, резко пахнущую кровь, не в силах шевельнуться. Потом хуорн тяжело глотнул, вздрогнул и медитативно закачался в корытце; я на всякий случай сползла под одеяло, натянув его по глаза - мало ли, вдруг это плотоядное дерево не любит, когда его отвлекают от процесса переваривания... С четверть часа вдумчиво похумкав, пошелестев и покачавшись, хуорн шумно рыгнул, и ко мне на одеяло шлёпнулась щедро вымазанная полуферментированной хаосятиной игла-ноль. -Вкусно, - скрипуче сообщил хуорн. - Хорошая хозяйка. Служить. Будет еда. -Приятного аппетита, - тявкнула я в ответ на одних инстинктах, и, завернув иглу-ноль в непоправимо осквернённое одеяло, затолкала к её сестрицам в недра сундука, решив, что отмывать буду потом. Надеюсь, хотя бы до завтра всё это дело не развоняется... Потом, поскольку хуорн продолжал на меня смотреть, вежливо добавила, - на здоровьице и спокойной ночи. Спи. Если на меня ещё будут нападать - ты уже в курсе, что делать... Хуорн согласно скрипнул, закрыл свои багровые глаза-щёлки и ушёл в спящий режим. Да и я, даже не задув свечи, почти сразу же вырубилась на разворошенной кровати ровно до текущего момента - то есть до рассвета... Вот сейчас спрячу дневник и, наконец, начну вести себя, как настоящая леди. Честно.