И сердцу не прикажешь...

Надоело! Так всегда! Почему со мной пытаются заговорить те, кто меня не интересует? Отвали! Это так избито… Одни и те же фразы и уловки Не вызывают у меня никаких чувств. Пожалуйста, появись! Где ты, моя любовь? Спаси меня! K.A.R.D – Oh NaNa

Хитоми довольно потянулась и открыла глаза. Мамору, проснувшийся от того, что его хозяйка уже встала, недовольно мяукнул и переполз на другой край кровати, зарывшись в одеяло и вновь засыпая. Девушка спустила ноги с кровати, разглядывая синеватые разводы по коже и острые колени, потерла их. С трудом заставив себя встать, она подошла к шкафу, вытащив оттуда длинную тунику, которая, казалось, была размера на два больше, чем должна быть. По крайней мере, эта одежда могла сойти за очень короткое платье с очень длинными рукавами. Светловолосая дотронулась до своих бинтов, которые обматывали обе ее руки и на которых проступили небольшие багровые пятна. Недовольно скривившись, девушка лишь сильнее натянула рукава на ладони, полностью скрывая запястье от посторонних глаз. Котенок, не выдержав одиночества на кровати, уже ластился возле ее ног, требуя любви и ласки. Улыбнувшись, Хитоми взяла Мамору на руки и пересадила его к себе на плечо, маленький вес котенка не ощущался совсем, но мягкая шерстка приятно щекотала шею и ухо, да и самому ему такой вид передвижения нравился. «Интересно, Айко с Масаоми уже ушли?», – вспомнила девушка, что Асахина старший вместе с ее подругой решили остаться на ночь у нее. Но по звукам и грохоту, которые донеслись с кухни, Игараси уже ответила себе на вопрос. Ступая босыми ногами по холодному полу, Хитоми аккуратно приоткрыла дверь на кухню, решив пронаблюдать, что же там все-таки происходит. Впрочем, ничего необычного и не было. Айко пыталась сварить кофе, но случайно опрокинула банку с крупой, которая рассыпалась по всему полу. Чертыхаясь, подруга пыталась прибраться под тихий смех мужчины, который, в это время готовил бульон с сухарями. Игараси улыбнулась, радуясь такой идиллии. В том, что между этими двумя все же что-то было, почему сомневаться не приходилось. Тихонько скрипнула дверь, привлекая всеобщее внимание, и Хитоми застыла на пороге, не решая его перешагнуть. За вчерашнее было очень стыдно и неловко, что хотелось провалиться сквозь землю. Топчась на одном месте, девушка, поджав губы, нервно мяла руками подол туники. – Проснулась? – улыбнулся ей Масаоми, пробуя на вкус бульон и подавая Айко знак молчать. Судя по недовольному лицу брюнетки она уже собиралась было высказать все, что думает. Видимо, вчера она кроме мата не нашла нужных слов. – Да, – Игараси сняла с плеча котенка и подтолкнула его к мисочке с кормом. Мамору, принюхавшись, чихнул и все же, через силу, принялся жевать жидкий корм для котят. – Ешь, – несколько раздраженно буркнула подруга, ставя перед ней тарелку с бульоном. Вскоре к этой тарелке присоединилась и кружка с чаем. Судя по запаху, с каким-то набором фруктов. Сидя под строгим надзором подруги и Асахины старшего и чувствуя исходившую от них злобную ауру, Хитоми ковырялась ложкой в тарелке и с трудом пыталась все это съесть. Однако, сейчас даже кусок в горло не лез. Однако, давясь и кашляя, она продолжала, опасаясь того, что ее вскоре вообще лицом в тарелку пристроят. – Все, молодец, – хищно улыбнувшись, Екаява поставила перед ней… торт? Хитоми с подозрением взглянула на подругу, пытаясь понять, какой повод для сладостей. Однако, Айко улыбалась настолько ласково, что светловолосая в ужасе сглотнула. Нерешительно отрезав кусок, она переложила его к себе в тарелку. – Э-э, не-э! Весь торт! – Я ж лопну! – все-таки возмутилась Хитоми, зло глядя на подругу. Брюнетка же прекрасно знает, что она не любит сладкое и все-таки… – Ешь, я сказала! – сделав страшные глаза, Екаява зависла над пискнувшей от ужаса девушкой. Спустя четверть часа от торта осталась лишь коробочка, которую теперь радостно вылизывал Мамору. Все-таки в нем были стопроцентно натуральные сливки. – Что вы пытаетесь сделать? – рискнула уточнить Хитоми, вставая и потягиваясь. В животе была непривычная тяжесть. Все-таки последний раз полноценно она ела месяц назад. Удивительно, что еще гастрит и язва желудка не развились. Айко и Масаоми переглянулись между собой, будто ведя мысленный диалог. Вздохнув, Екаява потрепала Мамору по голове и, убрав мусор в корзину, принялась мыть посуду. – Пытаемся сделать, чтобы ты не стала анорексичкой и не умерла хотя бы с голода, – косой взгляд, брошенный в сторону блондинки объяснял многое. Хитоми фыркнула и, поблагодарив за еду, ушла к себе в спальню. Радостно мяукнувший котенок кинулся следом за ней. – Что за девчонка… – прошипела Екаява, со слезами на глазах сжимая пальцами мокрую тарелку. С тяжелым вздохом Масаоми приобнял девушку за плечи, легонько растирая их. – У нее сейчас тяжелое время, поэтому нет ничего удивительного. Страшно даже представить, что было бы, если бы мы не узнали обо всем… Всхлипнув, Айко повернулась к мужчине и, обхватив руками его талию, уткнулась носом в грудь. – Я даже не хочу об этом думать… Положив подбородок на ее макушку, Масаоми задумчиво произнес: – У Хитоми сейчас депрессия, она должна сама сейчас найти в себе силы идти дальше. Ну а мы… а мы просто не дадим вернуться ей назад. Вот и все. – Да, ты прав… И все же… Что может заставить ее двигаться вперед? Асахина легонько передернул плечами. – Кто знает, дорогая… Кто знает…

***

Хитоми рухнула на кровать, зарывшись носом в подушку. Настроение было ниже плинтуса, заняться было нечем, зато желудок был полным. Достав телефон, она взглянула на пропущенные звонки. Йори не звонил, да и не удивительно, все-таки девушка очень сильно его обидела. А нет, ошиблась, один звонок все-таки был, совершенный как раз после того, как она ушла из школы. Зато от Юске звонков было немерено… Даже два звонка с какого-то неизвестного номера. Едва она собралась была заблокировать телефон, как с LINE пришло сообщение: «Приветик! Познакомимся? (*^‿^*) ». Девушка фыркнула в кулачок, едва сдерживая смех. Под определителем номера стояла подпись: «Цубаки Асахина». «Цубаки, даже не смешно… (⇀‸↼‶) ». «Вот черт! Как ты догадалась, что это я? ∑(O_O;) ». Улыбнувшись, Игараси ответила: «Просто у меня в определителе твой номер высветился ╮(︶▽︶)╭ ». На что ей Асахина ответил радостным: «О! Так ты мой номер сохранила?! Я рад! (≧◡≦) ». «(￣_￣)・・・ Тебя это радует?», – недоверчиво набрала девушка. «Само собой и разумеется! Кстати, как там мой котенок? (=`ω´=) ». «Не твой, а мой, – поправила его Игараси. – Хорошо все с ним. И его звать Мамору». «Защитник? Как мило~ Чем сейчас заниматься будешь?». – Ну и чего ты пристал? – вздохнула Хитоми, хотя улыбка так и не могла сползти с ее губ. «(－_－) zzZ ». «Да ну? Серьезно спать собралась? Иди лучше на улицу, погода замечательная! (^_−)☆ ». На это сообщение Хитоми решила не отвечать, да еще и телефон отключила, на всякий случай. Обняв подушку, девушка поднялась с кровати и взглянула в окно, где медленно кружились пушистые, белые снежинки, которые покрывали землю тонким слоем. Все-таки Цубаки был прав, погода и в самом деле была хорошей. Но… Игараси знала, что ежели она выйдет на улицу, то встретит его. И снова… снова у нее будет болеть сердце, снова захочется сбежать, лишь бы не видеть этих нахальных глаз. Однако, какая-то другая, доселе незнакомая часть ее упрямо твердила: «Иди! Встреться с ним! Иди же!». И она послушалась, пожалуй, впервые в своей жизни она послушала свое сердце. Хотя и знала, что может пожалеть об этом…

***

Цубаки стоял на морозе, зябко ежась и сощелкивая окоченевшими пальцами пепел с сигареты. Волосы и меховая опушку его куртки уже давно покрылись слоем снега, который даже таять не желал. Докурив, он бросил сигару в снег, где та с тихим шипением затухла и присоединилась к остальным своим соратницам. Вздохнув, Асахина извлек последнюю палочку из, теперь уже пустой, упаковки. Сколько он уже здесь стоит на морозе, дожидаясь неизвестно чего? Он не мог точно сказать, что девушка будет идти именно здесь. Она не дура, уже наверняка догадалась, что он шпионит за ней, если не сказать хуже… Кто знает, быть может, в этот раз она снова сбежит от него, испугавшись неизвестно чего. Хотя и на этот вопрос он знал ответ… Хитоми боялась его, вернее сказать, опасалась, и от этого сердце болезненно сжималось в груди. Выдавив из себя кривую, горькую усмешку, Цубаки выдохнул табачный дым. – Кажется, я уже должна перестать удивляться… Подавившись, молодой человек принялся откашливаться, да так, что заслезились глаза. Девушка склонила голову к плечу, даже не думая помогать. Удивленной или ошарашенной она и в самом деле не выглядела. Когда Цубаки прекратил сотрясать и воздух, выпрямился для того, чтобы тут же недоуменно открыть рот. В руках девушка держала два стаканчика с еще горячим кофе, от которого так и клубился пар, наполняя воздух запахом горечи и корицы. Когда Цубаки поднял на нее глаза, его сердце пропустило удар. Девушка улыбалась! Не с издевкой, не вымученно, не саркастической усмешкой, а просто по-человечески радостно. – Держи, – она протянула ему один из стаканчиков и сама отпила из своего. – Не понимаю, зачем нужно было стоять на морозе… – проворчала она, ступая вперед. Смущенно улыбнувшись, он последовал за ней, на ходу прихлебывая кофе. И снова она взяла его любимый – с молоком, но без сахара. Слушал он ее в пол уха лишь из-за того, что она его отчитывала за то, что он «сталкер, решивший заработать себе менингит». Глупо улыбаясь себе под нос, он лишь кивал, не ловя смысла ее слов, но подтверждая их. Сердце трепетало, словно безумное, а душа, в кои-то веки ликовала! Никто никогда не задумывается о судьбе, пока не столкнешься с ней лицом к лицу. Улыбнешься ей неуверенно и смущенно, как старому другу, от которого сам же и отказался и робко скажешь: "Привет". И нельзя предсказать, что она ответит тебе на приветствие. Может послать, как ты ее однажды, а может со слезами на глазах кинуться в объятия. Но когда сталкиваешься с человеком, о котором думаешь ежеминутно, если даже не ежесекундно, начинаешь задумываться: "А не судьба ли это?". А когда это происходит все чаще и чаще, начинаешь сам невольно подстраивать эти встречи, выжидая, с нетерпением выглядывая знакомый силуэт. С этой девушкой было так же. Цубаки не знал, в какую секунду ей надоест его вечное появление из неоткуда, но пока она улыбалась, видя, как он шагает ей навстречу – все было в порядке. Пока судьба отвечала на его приветствия – он чувствовал, что может взлететь от счастья, которое переполняло его с самой первой их встречи. Однако, он просто и представить себе не мог, что именно из-за этой череды случайных совпадений, она все еще могла улыбаться ему, весело болтая о красоте цветов. Ведь он стал тем, кто вовремя успел заметить и поймать её за руку, когда она уже шагнула в распахнутое окно... К большому счастью, пока что лишь в мыслях. – Ты меня слушаешь? – нахмурилась она, заметив, что парень витает где-то в облаках. – А? Д-да, конечно… – опомнившись, пробормотал он, краснея на глазах. Хитоми хмыкнула и спросила: – Ну и о чем я только что говорила? Асахина покраснел еще больше, когда не смог дать четкого ответа на этот вопрос, но был на седьмом небе, когда девушка звонко расхохоталась, смахивая с глаз навернувшиеся слезы. Говорят, для того чтобы влюбить в себя девушку, нужно постоянно смешить ее… Но когда смеялась она, – влюблялся он. От мыслей его отвлек снежок, прилетевший ему точно в лицо. Не ожидавший такой подлости от хохочущей девушки, Цубаки отступил назад и, поскользнувшись, приземлился на пятую точку. Отфыркиваясь и отряхиваясь от снега, он из-под челки наблюдал за улыбающейся Хитоми, которая начала отступать в тот момент, когда молодой человек начал подниматься, хищно лепя комок. – А ну иди сюда, – поманил он ее пальцем, но это произвело обратный эффект. Девушка рванула прочь. – Стоять! – А ты бы остановился? – искренне удивилась она, на ходу сгребая снег и делая из него твердый снежок. – Неа! – честно сознался он, запуская в девушку снегом, Хитоми же со смехом увернулась. Около получаса они, как малые дети малые носили по улице, пытаясь догнать друг друга при этом не попасть под обстрел. Спотыкаясь и падая, они тут же подскакивали, но путаясь в ногах вновь со смехом приземлялись в сугробы. – Попалась! – радостно воскликнул Цубаки, хватая девушку за руку чуть повыше локтя. Вот только не рассчитав то, что Хитоми начнет вырываться прямо на льду, свались оба. Асахина, прижавший девушку своим телом, приподнялся на руках, глядя на нее сверху вниз. Раскрасневшиеся щеки, тяжелое дыхание и блеск стальных глаз… «Боже, ну нельзя же быть такой красивой!», – едва ли не простонал он, чувствуя, что несмотря на холод, ему становится очень жарко. В особенности в области живота и ниже. – Что даже слезть не попросишь? – поинтересовался он внезапно охрипшим голосом. В голове не было ни одной адекватной и приличной мысли. Да и сложно было мысли здраво, когда в джинсах стояк, а грудь девушки вздымается так высоко… – Я думала, что ты сам сообразишь, – таким же осипшим голосом прошептала она, смотря ему прямо в глаза и невольно облизывая пересохшие губы. Делать ей этого определенно не стоило. С тихим полустоном-полурычанием он прижался к ее губам, захватывая их в пленяющий поцелуй. На поцелуй Хитоми не ответила, но и не сопротивлялась, что означало явный прогресс. Однако, все еще глядя на парня из-под полуопущенных ресниц, девушка почувствовала, как что-то внутри сжимается болезненно-приятным ощущением. Нерешительно приподняв руку, блондинка провела пальцами по его светлой, влажной челке, убирая мешающиеся пряди волос с лица. Ласково соскользнув вниз по щеке, обхватила шею, зарываясь в волосы молодого человека. Цубаки тихо выдохнул ей в рот, даже не думая сдерживать рвущиеся наружу стоны. Но внезапно с силой оттолкнув его, Хитоми резко поднялась из сугроба и громко чихнула. – Будь здорова, – как-то рассеянно произнес Асахина, помогая девушке подняться и отряхивая ее от снега. – Черт, плохо будет, если ты простудишься… – Апчхи! – подтвердила она, прикрывая ладонью рот. – Будь здорова, – усмехнулся Цубаки, потрепав ее по голове и тут же надевая капюшон. – Угу, – фыркнула Игараси, потирая нос. – Извини, мне пора… – А? Что? Куда? Хитоми, подожди! Но она на его оклик даже не обернулась, продолжая бежать домой.

***

Сердце колотилось в груди, как сумасшедшее, дыхание было сбитое, но это все было не важно, по сравнению с тем, как чувствовала себя девушка. Она снова поддалась ему! И самое обидное было то, что она действительно хотела этого! «Боже, до чего же я докатилась… – корила она себя. – Целоваться посередь улицы с парнем, у которого уже есть девушка! Хотя на половину это и его вина тоже, не я же первая полезла, а он, причем даже не один раз. Да и я тоже хороша… Вместо того, чтобы оттолкнуть или лучше треснуть хорошенько, лежала как истукан и молчала». Но… стыда она не чувствовала, хотя от этого чувствовала себя еще большей эгоисткой. Бедная Эмма… Если бы она только знала! – Хитоми! Зараза ты! – с порога заорал Юске, едва девушка переступила порог своей квартиры. Светловолосая даже не успела удивиться приходу друга, как была сбита с ног рыжеволосый парнем. Привлеченные шумом, в коридор выглянули заинтересованные лица Айко и Масаоми, но убедившись, что все в порядке, вновь скрылись из виду. – Откуда ты здесь? – потирая шею, спросила девушка, с подозрением глядя на Асахину младшего. – Йори, – просто ответил он, а Хитоми, понуро опустив голову, кивнула. Она уже поняла, о чем рассказал ее друг. – Что теперь будет? – Не знаю, – пожала она плечами, съезжая вниз по стене и обхватывая голову руками. – Я уже ничего не знаю… Я запуталась, понимаешь? – Понимаю, – серьезно произнес он, садясь перед ней на корточки. – Но у тебя есть друзья, на которых ты можешь положиться. Ты не одна, Хитоми. Не одна… Девушка вздрогнула, почувствовав, что за этими его словами таился какой-то другой смысл. Он не имел ввиду друзей, а одного конкретного человека, которого он очень хорошо знал. От осознания этого, Игараси стало нехорошо. Но друг смотрел на нее с сочувствием, нежели с укором. Хотя, с одной стороны, для Юске же будет лучше… – Как Йори? – тихо спросила она, пытаясь заметь неловкость момента и переключить тему в другое русло. – Не злится и не обижается, не переживай. Он все понимает, но, как и я, ничего не может сделать. – Кроме него в школе не осталось никого, кто бы меня поддерживал, – заметила Хитоми. – Хватит ныть! Быстро есть пошли! – вдруг из кухни вынырнула злобная, как черт Айко. Хитоми с Юске тяжело и мученически переглянулись и, опустив голову, потопали на кухню, откуда распространялся запах карри с говядиной. Сев и вычистив тарелку до бела под строгим надзором Екаявы, Асахина младший сытно икнул, между тем, как Игараси, схватившись одной рукой за живот, а другой прикрывая рот, ломанулась в туалет. Масаоми и Айко переглянусь и, не договариваясь, рванули к девушке. Асахина, будучи мужчиной, заходить не стал, а вот девушка, напротив, ворвалась в туалет, как ужаленная, поглаживая бледную подругу по спине. Тошнило Хитоми долго и в основном тем, что она ела вчера и сегодня. С трудом смыв и прополоскав рот, она села на бортик ванной, дрожа всем телом. Открыв дверь, Екаява позволила мужчинам зайти. Нахмурившись, врач присел перед девушкой, проверяя ее пульс и щупая живот, надавливая в некоторых местах. – Ясно, – спустя пять минут прошептал он, поднимаясь. – Анорексия на фоне депрессии. – Круто, – кривовато улыбнулась Хитоми, одергивая кофту. – И чем мне это грозит? – А то ты последствий не знаешь… – вздохнул Масаоми, затем, положив руку на плечо девушке произнес: – Тебе нужно выбираться из этого состояния Хитоми. Анорексией страдают девушку, которые отчаянно хотят похудеть, но ты… Тебе то этого не надо. Значит, вся причина в твоем нынешней состоянии. Сильный стресс, напряженная атмосфера, бессонница и прочие факторы, которые на тебя пагубно влияют. – Предлагаете мне принимать антидепрессанты? – Надо бы, – согласился мужчина, а Игараси помотала головой. – А если я справлюсь со своей, хм… депрессией? Можно без лекарств? – Да, но… – но Хитоми вновь его перебила. – Вот и славно! Мне просто нужно забить на все и продолжать жить дальше, ведь так? Все будет хорошо, Айко, – блондинка повернулась к, поджавшей алые губы, подруге. – Поверь мне. В этот раз я действительно буду в порядке. Брюнетка тяжело выдохнула и всхлипнула: – Мне бы очень хотелось в это верить, но я не могу. Не сейчас. Я не могу тебе поверить, пока ты в таком состоянии Нахмурившись, Хитоми четко, раздельно, чеканя каждое слово, процедила сквозь зубы: – Это мое тело и мой организм, и только я знаю, как будет лучше. Сейчас ты со своей опекой мне ничем не поможешь. Мне будет только хуже от того, что со мной носятся, как с годовалым ребенком. Так что… – Я поняла, – кивнула подруга. – Раз для тебя это лучший вариант, то пожалуйста, – и развернувшись на каблуках, девушка вышла из ванной комнаты, громко хлопнув дверью. – Не обращайся на нее внимания, – поймав на себе укоризненный взгляд Масаоми, она добавила: – Айко знает, что я права, вот и бесится. Скоро отойдет. – Эй! Я все слышу! – Ну и слух у нее! – восхитился Юске. А Игараси скривилась. Было видно, что друг заставляет себя улыбаться, а у самого глаза бегают. – Кстати, – вспомнила она, – как вам подарки на Рождество? – О! Это отдельная тема для разговора! Слушай… Вечером, когда Цубаки лежал на кровати, глядя в потолок, он все думал об одной светловолосой девушке. Эмму же он в последнее время даже не мог воспринимать как девушку. Поцелуи уже давно прекратились, а теперь прекратились даже обнимания. Что уж говорить о том, чтобы подержаться за руки? Он остыл, но виноватым себя не чувствовал, даже наоборот, был счастлив такому исходу. Его могли назвать как угодно: сволочью, мразью, эгоистичным подонком, ублюдком, – он бы сейчас даже внимания на это не обратил. Перевернувшись на левый бок и застав из кармана джинс телефон, открыл контакт Хитоми и написал: «Привет! Слушай… Я уже давно хотел тебе это сказать, но все сомневался. Зато теперь я точно могу сказать тебе, что люблю тебя! И это не просто «нравишься». И я так же знаю, что не безразличен тебе, как бы самонадеянно это не звучало, поэтому давай просто спокойно обсудим это. Хорошо?». Отправляя это, он не чувствовал ни неловкости, ни смущения. Сейчас, как никогда прежде, Цубаки был уверен в том, что делает и как это делает. Долго он глядел в экран мобильника, выжидая того момента, когда это сообщение прочитает девушка. Но вот когда возле смски появился заветный значок, все затихло. Нахмурившись, он продолжил ждать, уверенный, что девушка ответит. Но прошел час, и ответного сообщения он так и не дождался. «Почему ты молчишь, Хитоми Игараси?». – Хитоми…