(Кило)метры

      Тебя зовут Мэйбл Пайнс, и сегодняшний день кажется... странным.       Ты не уверена, но, возможно, это из-за Пасифики, которая теперь сидит в столовой вместе с твоей компанией. Это удивляет и тех дамочек, с которыми Нортвест раньше проводила всё своё время. Они то и дело бросают на ваш столик свои обычные высокомерные взгляды и перешептываются.       — Эй, успокойся, — Пироника хлопает Пасифику по спине, наверное, чтобы та не обращала внимания на этих куриц. — Ты же сама говорила что они ничего не значат для тебя, так?       — Да, просто... напрягает, что они точно сейчас говорят обо мне.       Пасифика с непринуждённой элегантностью ест свой салат, и ты не можешь поверить в то, что можно так ловко управляться с обычным столовым прибором. Пару раз попытавшись есть свой рис таким же образом, ты забиваешь на это и ешь его по-обычному.       Справа от тебя сидит Кэнди, и, что тоже довольно необычно, просто читает книгу, но делает это с каким-то беззвучным напряжением. Нетрудно догадаться, кто его вызывает.       Диппер, сидящий возле неё, так же не кажется расслабленным. И только вы с Биллом мирно перекидываетесь фрикадельками, как всегда, когда в буфете покупаете их оба, и иногда ловите на себе осуждающий взгляд Пироники (а теперь ещё и Пасифики).       — Да какая разница, что они говорят? — с набитым ртом бормочет Пироника. — Я больше не позволю тебе тусоваться с этими дурами.       — С каких это пор ты решаешь, что мне делать? — вскидывает брови Пасифика.       — Да ла-а-адно, ты же сама понимаешь, что они тебе не друзья. Зачем ты продолжать общаться с этими пассивно-агрессивными стервами, которые перед тобой ведут себя, как ангелочки, но станут первыми, кто окунёт тебя в грязь, стоит тебе хоть раз оступиться? Пф.       Нортвест, оторопев от обыкновенной прямоты Пироники, хлопает ресницами и молча возвращается к пище, видимо, о чём-то задумавшись.       — Будто бы ты только что не описала сейчас портрет самой Пасифики, — цыкает Диппер, не глядя в их сторону.       — Эй, ну перестаньте! Чем она вам так не угодила? — спокойно отвечает Пироника, а Нортвест поджимает губы.       Ты чувствуешь назревающий конфликт.       — Тем, что она манипулирующая задира? — твой брат сжимает кулаки.       — Да ла-а-адно, Дип, она и мухи не обидит, — голос Пироники содрогается, выдавая её неуверенность в собственных словах.       — Так, с меня хватит! — Пасифика встаёт из-за стола и уходит. Не долго думая, Пироника поднимается и идёт за ней.       На какое-то время виснет молчание. Кэнди печатает что-то в своём телефоне.       «ребята, мне нужно вам кое-что рассказать (｡•́︿•̀｡)»

***

      То, что ты узнала о Пасифике сегодня, привело тебя в бешенство. Нечего говорить и о Гренде (наверное, та трещина, которую она оставила на столе в столовой, ещё долго будет напоминать вам об этом дне). Диппер тоже был ошарашен и зол, хоть и, по-видимому, знал больше, чем остальные. Очевидно, через какое-то время от вас обо всём узнала и Пироника. Ты не знаешь, говорила ли она с Пасификой после этого, но надеешься, что Пироника послала этот ходячий, пустоголовый, крашеный блондинистый стереотип куда подальше!       Ты зла не только на Пасифику, но и на себя. Как можно быть такой невнимательной! Всё это время над твоей подругой издевались, а ты и не заметила.       Вы долго говорили с Кэнди, стараясь убедить её больше не скрывать подобных вещей и всеми способами поддерживали её остаток учебного дня.       Сейчас ты находишься дома, в своей кроватке, и пишешь уже, наверное, двадцатое сообщение Пиронике, но та их даже не читает. Написав другим девочкам, ты узнаёшь, что их она тоже игнорирует. Ты резко вскакиваешь с постели.       - Так больше продолжаться не может!       — С кем ты разговариваешь? — Диппер впервые за долгое время поднимает глаза с книги. Сегодня он читает особенно много и долго.       — Я пойду к Пиронике, нужно с ней поговорить! — проигнорировав вопрос брата, ты выбегаешь из комнаты.       Тебе кажется, что личный разговор будет намного продуктивнее, чем вообще никакой разговор через чат, поэтому решаешь заглянуть к подруге в гости.

***

      — Её нет дома.       На пороге тебя встречает Билл в домашней рубашке и штанах. Его волосы в полном беспорядке, а на щеке красуются небольшие вмятины, которые бывают после сна в неудачной позе. Тебя невероятно умиляет эта картина, и ты решаешь не скрывать это от него.       — Ого, ты что, спал? Спишь днем? Какой ты милашка! — выдаешь ты, не давая Биллу вставить и слова (но он и не пытается).       — Не понимаю, почему ты так решила, — отвечает он спустя пятисекундную паузу, затем громко зевает. — Не зайдёшь?       Что ж, ты не против провести немного времени с Биллом, пока ждешь Пиронику. Нет, не так, ты очень рада провести с ним время, хватит заниматься самообманом.       — Чем хочешь заняться? Приставка? Если хочешь есть, то предупрежу сразу - есть только то, что делала моя сестра, а значит пробовать стоит только в случае, если ты обожаешь вкус угля.       Ты хихикаешь, но слегка приунываешь от упоминания Пироники. Не вешай нос, Мэйбл! Всё обязательно разрешится!       Билл предлагает пойти к нему в комнату, и ты охотно соглашаешься. Ты надеешься, что он не собирается сейчас продолжить спать! С собой он берёт чашку чая для тебя и пачку чипсов для своего неубиваемого желудка.       — Достанешь синтезатор? — предлагаешь ты. Тебе давно любопытно, умеет ли Сайфер на нем играть, или этот инструмент такой же пылесборник, как его странные книги.       — Нет, — просто отвечает он. — Может, лучше приставка?       — У меня очень музыкальное настроение! Ну сыграй, пожалуйста! — ты не привыкла сдаваться, и Билл, прекрасно знающий твою упёртость, вздыхает и лезет под кровать за синтезатором.       — А я так ждал, что ты предложишь поспать вместе. Я не досмотрел сон о Гидеоне, который управлял гигантским роботом и пытался разрушить весь город.       — Ура! Ура! — ты подпрыгиваешь от нетерпения. — Стоп, что?!       Ничего не отвечая, Сайфер достаёт этот прекрасный и романтичный инструмент и устанавливает его перед своей кроватью.       — Раз у тебя музыкальное настроение, ты и сыграй, — жестом он приглашает тебя сесть рядом.       — Что-о-о? - недовольно тянешь ты и скрещиваешь руки. — Он же твой! Тем более, я бросила это дело после двух классов музыкальной школы. Я не умею играть!       Тебе стыдно рассказывать о том, как ты забросила игру на инструменте, но вряд ли Билл будет за такое осуждать. А вот говорить Сайферу то, что ты училась играть на клавишных в двенадцать ради участия в кукольном спектакле, рассчитывая, что тебя заметит один красивый мальчик, ты не решаешься.       — Ты что, училась? — Билл как-то нехорошо ухмыляется и сверкает глазом. — Теперь ты просто обязана продемонстрировать мне свои навыки, — он тянет тебя за руку и вынуждает сесть рядом.       Чёрт, ты как всегда делаешь хуже!       — Не стоит! Правда не стоит! Я ничего не помню, Дори, пощади, — ты жалобно дуешь губы, но Билл сохраняет свой обычный покерфейс, как бы показывая, что никакие уловки не сработают, и он будет непреклонен, пока ты не сдашься.       Ты побеждённо вздыхаешь. Что ж, зато сейчас ты опозоришься, и Билл точно захочет сыграть более профессионально, чтобы залечить свои кровоточащие уши!

♪ The arthouses - Duet ♪

      Ты присаживаешься и аккуратно начинаешь играть что-то импровизированное. Звучит очень неловко, и ты то и дело прикусываешь губу, не справляясь с чувством разочарования в себе. Ты чувствуешь на себе взгляд Билла, и это только добавляет масла в огонь - ты не знаешь, смотрит он с укоризной, безразличием или жалостью, но мысли об этом ещё сильнее тебя напрягают.       Вдруг пальцы Билла тоже оказываются на клавишах. Он делает что-то вроде басового сопровождения к твоей неловкой мелодии.       Вы переглядываетесь. Сначала он ускоряет темп своей игры, затем ты, уже немного расслабившись. Безо всяких усилий Сайфер поспевает за тобой, и тебя не покидает странное ощущение, будто он наперед знает все ноты, которые ты собираешься извлечь.       В конце концов, он резко обрывает мелодию, и твои пальцы, по инерции пробежавшись ещё по нескольким клавишам, перестают играть следом за ним.       — Эй! — ты легонько толкаешь его в бок. — Ладно, не буду возникать из-за того, что ты так резко прекратил. Всё равно было потрясно!       — Надеюсь, что не услышу от тебя такое при других обстоятельствах... ай, ты и так уже меня толкнула!       — А что ты такое говоришь! — возмущаешься ты, но почему-то не можешь никак заставить себя перестать улыбаться. — Ну разве для человека, который тысячу лет не играл, это было так плохо?       — Нуууу, если не брать в расчёт каждый раз, когда ты не попала в ноты, — начинает Билл, но, наверное, видя твоё недовольное такой критикой лицо, решает прекратить. — Ладно, сойдёт, Звёздочка. Вполне неплохо.       — Ура, спасибо! - ты крепко обнимаешь его. — Похоже, у меня есть и музыкальный талант!       — Возможно, тебе стоит заняться боевым самбо, — еле дыша отвечает Сайфер, все ещё находясь в твоих объятиях. — Сейчас задушишь       Выпуская его из своих обнимашек, ты случайно задеваешь чашку с чаем и проливаешь половину на рукав своего свитера. Билл насмехается над тобой, поэтому ты, гордо хмыкнув, немного заворачиваешь рукав, и снова придвигаешься к синтезатору, будто ничего и не было.       Какое-то время вы занимаетесь на инструменте, параллельно обсуждая ситуацию с Пасификой, школу (в частности вашего учителя биологии, который недавно оставил свой телефон в школе, а на следующий день не пришёл, сославшись на то, что не может его нигде найти) и другие мелочи.       — Такс, пора немного сменить тему, — ты нервно кашляешь, чтобы потянуть время и позволить себе собраться с силами. — Не хочешь поговорить о своих родителях?       — Ту-ду-ду-дууум, — трагично протягивает Билл. — Знаешь, я был готов вытерпеть даже игру бездарных песен твоего любимого бойзбенда, но не это.       — Билл.       Ты стараешься смотреть на него строго, чтобы обозначить свою серьёзность, но, наверное, получается плохо - Сайфер только усмехается.       — Перестань, Звёздочка. Что бы вообще ты хотела узнать?       — Всё о твоей семье!       — У меня есть родители. Конец.       — Билл! — ты придвигаешься ближе к нему. — Наверное, глупо спрашивать такое, но мне правда любопытно!       — Почему?       И правда, почему?       (Ты его любишь.)       — Ну, — ты отводишь взгляд. — Любопытно!       Зачем ты повторяешь это второй раз?       — Почему? — просто переспрашивает Билл.       Ты молчишь, думая, как бы заставить Билла сломать эту стену секретности между вами, которая терзает тебя каждый раз, когда приходится на неё натыкаться. Будто ты недостойна, недостаточно важна и близка, чтобы он поделился с тобой тем, что скрывает ото всех. Может, тебе просто хочется быть для него особенной? Билл же особенный для тебя, а ему ты готова рассказать что угодно (ну почти).       Время будто не двигается, пока ты, застыв, смотришь в шею Сайфера и нервно ерзаешь на месте.       Билл же не делает ничего, лишь терпеливо ждёт и смотрит на тебя. Интересно, когда он в последний раз отводил от тебя взгляд?       — Ты мне очень дорог! Я хочу узнать о тебе больше! Ничего, если ты не хочешь рассказывать мне что-то, но хотелось бы знать, почему, — твой голос становится всё более печальным с каждым твоим словом.       Билл продолжает сверлить тебя взглядом.       — Ты прелесть, Звёздочка, — он тебя обнимает, и почему-то мгновенно становится лучше. — Наверное, даже не понимаешь, что говоришь.       Ты молчишь, стараясь понять смысл его слов. Голова совершенно не хочет заниматься анализом, однако одно ты понимаешь точно - эти слова слышать от Билла как-то обидно.       — Чего? — ты вырываешься из объятий, и получается грубее, чем ты бы хотела.       Ты чувствуешь себя виноватой и прижимаешься к Биллу ещё сильнее, чем до этого.       —Я-я... — у тебя внезапно очень сухо в горле, что неудивительно, потому что ты сейчас скажешь такое, — я тебя тоже люблю! Наверное, ты не заметил! А может, и заметил, но я всё равно хочу сказать...       А потом ты лепечешь какой-то полный бред, потому что боишься замолчать после того, что только что решила выдать твоя больная головушка. Билл внезапно перебивает тебя:       — Любовь - это глупое животное желание размножаться в красивой обёртке, стоящее на полке в дорогущем магазине, Звёздочка, — абсолютно ровным и серьёзным голосом выдаёт Сайфер. — Поэтому советую отменить свои последние слова, если не хочешь, чтобы мы начали встречаться, поженились и умерли от голода ради выплаты всяких семейных кредитов.       Ты хихикаешь, прикрывая дрожащий от волнения рот рукой.       — А если я не хочу отменять? — твоё сердце сейчас вырвется из груди и закричит на весь Гравити Фолз. Сайфер, похоже, замечает твой надвигающийся нервный срыв, поэтому не затягивает с ответом.       Если это, конечно, аккуратный поцелуй в лоб можно считать ответом.

***

      Тебя всё ещё зовут Мэйбл Пайнс, и вы с Биллом теперь встречаетесь!. Ты до сих пор не можешь осознать это и просто ведешь себя как обычно, точно так же, как ты и себя вела в гостях у Билла-друга несколько минут назад. Сайфер же кажется вполне спокойным, хотя, наверное, он просто всё хранит в себе!       Сейчас ты идёшь со своим парнем в уборную, потому что мокрый от сладкого чая рукав свитера это не то, чем бы ты хотела портить ваш первый день отношений.       Ты усаживаешься на стиральную машину и принимаешься болтать ногами с нарочито большой амплитудой, чтобы слегка пинать Билла по коленям, пока он ищет порошок.       Он вопросительно поднимает бровь и еле слышно усмехается, но ничего не говорит.       Ты почти собираешься выдать что-нибудь провокационное и колкое, но все хоть сколько-нибудь остроумные мысли куда-то улетучиваются, когда Билл подходит ближе и встаёт между твоих ног, придерживая их руками.       — Т-ты чего это...? — почти шепчешь ты, потому что Билл находится так близко к твоему лицу, что говорить громче не имеет смысла.       Его руки перемещаются с твоих ног на талию, и через секунду Билл прижимает тебя к себе. Ты неуверенно упираешься ладонями в его грудь и немного опускаешь голову вниз, потому что а-а-а, Билл так близко, ты даже чувствуешь на своём лице его дыхание, что вообще происходит?       К тебе вдруг приходит озарение, что ты даже не умеешь целоваться! Конечно, у тебя было куча романов, но они обычно заканчивались в тот же день, что и начинались, поэтому до такого никогда не доходило.       — Билл, я, — нервно выдыхаешь ты, поймав на себе взгляд Сайфера, — я никогда н-не... ну... ты понял!       — Не понял, — его слова в буквальном смысле обжигают твою кожу. — Повторишь?       — Я не... — ты не успеваешь закончить, потому что его губы накрывают твои. Он тут же отстраняется, внимательно оглядывая тебя. — Знаешь, информация, которую я только что хотела сообщить, за секунду стала неактуальной.       Билл снова усмехается, и, видимо, убедившись, что ты в порядке и совсем не против того, что сейчас происходит, возвращается к твоим губам.       На этот раз его поцелуй гораздо глубже. Ты закрываешь глаза и переносишь свои руки ему на плечи, избавляясь от того небольшого расстояния между вами.       Несуществующие бабочки в твоём животе сходят с ума, да и ты сама сейчас мыслишь отнюдь не трезво. Ты чувствуешь тёплые руку Билла на своей шее и тянешь свою к его лицу.       Он резко отстраняется и перехватывает её.       — Что случилось? - волнуешься ты. — Только не говори мне, что у тебя какие-то проблемы с, эм, позволением к себе прикасаться? Это было бы огромным клише.       — Мэйбл, — вздыхает он. — Посмотри направо.       В дверном проёме стоит Пироника с улыбкой до ушей.       — Иисусе, я когда-нибудь тебя в соусе обжарю, — разочарованно протягивает Билл, пока ты тупо сидишь и не можешь собраться с мыслями от смущения.       — Не парься, Мейбл, я просто проходила мимо и даже не успела глянуть на ваш обмен слюной, потому что Билли сразу же прекратил, — говорит она, проигнорировав угрозу своего брата. — Матерь божья, надо написать девочкам. Развлекайте-е-есь!       — Нет, погоди! — бросаешь ты, но уже в пустоту. Пироника умеет перемещаться быстро. — Боже, что она им напишет?!       Ты смущаешься, но не можешь не отметить то, что Пироника улыбалась. Может, пока ты была с Биллом, всё решилось без твоего вмешательства?       — Ты что, меня стесняешься? Как же обидно, — ты кожей чувствуешь, как Билл усмехается, уткнувшись в твою шею.       — Я стесняюсь не тебя, а того, что она сейчас все придумает сама и... ай! Ты что, меня укусил?       — Можешь укусить меня в ответ, Звёздочка.       Ты прикрываешь ногой дверь.