Три фазы Луны

Глава 8. Луна. Часть пятая Луна просыпается посреди ночи. Страшно! Она комкает одеяло, сползает с ним на пол и на карачках пробирается к шкафу. Там прячется за старым пальто, кутается. Сует палец в рот. — Папа, не надо… — проговаривает она и засыпает. Утром она не может понять, как очутилась в шкафу. * * * Пик полнолуния. Пик боли. Луна зажимает уши, но крик все яростнее: — Ебаная сука! Тварь! Тварь!! — Папочка, не надо… — шепчет Луна. — Не надо… Она плачет, раскачивается, но крик не умолкает. Он выскабливает мозг, вытекает из ушей. Луна кричит: — Папа! Папа!! Внезапно умолкает, падает. Она вся в поту, зрачки расширены. Так Луна лежит достаточно долго. * * * Крик умолк. Луна кое-как встает. Ее трясет. Луна липкими руками хватается за стены, мебель, добирается до ванны. Там залазит в огромную белую чашу, представляет себя маленькой-маленькой, просто крохотной. Включает воду. И долго так сидит, обхватив колени руками и сунув большой палец в рот. В какой-то момент вода приводит ее в чувство. Луна вылазит. Снимает мокрую одежду, вытирается. Затем достает комплект одежды, которую одевает только в этот день — это серая футболка, треники, черная куртка и кеды. Одевшись, Луна замирает. Ждет, когда окончательно стемнеет. После она выходит на улицу. * * * Луна долго стоит на остановке. Наконец садится в автобус. Едет. Луна молчит. Смотрит в окно, сует руки в карманы. Выходит на остановке. Какое-то время идет через дворы. Наконец, останавливается у высотки. Оглядывается. Во дворе на лавочках сидят парочки, целуются. Луна заходит в подъезд. Машинально кривится: грязно! Вызывает лифт, едет. Выходит, звонит в дверь. Открывает размызганная девица в дранных тапках и старом халате. Она чуть старше Луны, но уже расплылась от жира и алкоголя. От нее несет спермой и перегаром. — О! ты! малахольная! — узнает она Луну. — Гы гы гы! — Да. Ты одна? Девица кивает головой. — Водка есть? — Есть, — говорит Луна, хотя это неправда. Луна заходит, закрывает за собой дверь. Оглядывается. Квартира маленькая — обычная студия. Санузел, прихожая и большая комната. Все завалено дерьмом чуть ли не до потолка. Но пофиг! Главное, что действительно никого нет. — Давай водку-то, — девица плюхается на облезлый диван. Рыгает, чешет пузо. Луна наклоняется и быстро целует ее в губы. Девица в ответ облапливает Луну жирными руками. — Сиськи так и не нарастила, — ржет девица. Луна не отвечает. Она сосредоточенно расстегивает халат девицы, прижимается губами к серой пористой коже, обхватывает ртом мясистые соски. — Давай, давай! — подбадривает Луну девица. — А в детском доме не хотела. Гы гы гы! Луна отрывает рот от грязного тела. Выпрямляется. Быстро раздевается догола, аккуратно складывает одежду стопочкой на столе у дивана. Для этого приходится подвинуть пустые бутылки и грязные стаканы. Луна делает это локтем, посуда звякает, частично падает на пол, но девица только ржет. После Луна возвращается к своему занятию. Девица ржет, раскидывает ноги. — Усерднее там, сучка! — командует она. Луна прижимается ртом к промежности девицы, усердно вертит языком. Девица корчится, кричит. — Живее, малохольная! Девица с силой прижимает голову Луны к промежности. — Да ты не носом три, пизда! Языком! Языком! — слышит Луна крик и даже ощущает пинок под зад. Хотя все это на самом деле — и крик, и пинок — были лет десять тому назад. Луна задыхается, но даже не пытается убрать голову, лишь судорожно сжимает кулаки. — Я кончаю! Кончаю! Оооо! — басом орет девица, ее промежность извергает соки на лицо Луны. Хватка, наконец, ослабевает. Луна встает. Пару мгновений смотрит на девицу, та все еще блаженствует. — Теперь моя очередь, — говорит Луна. Она садится на лицо девицы, та обхватывает бедра Луны, засовывает язык ей в промежность, чавкает. Луна раскачивается. — Да! Так! Быстрее! Быстрее! Луна тянется к куртке, достает из кармана нож. Проводит лезвием по своем телу, отчего остается красная полоска. — Быстрее! Быстрее! Шевели языком, сучка! Девица опять ржет и чавканье усиливается. В это самый момент Луна заносит руку и несколько раз ударяет девицу ножом в пузо и промежность. — Да! Да! Я кончаю! Кончаю! — орет Луна, нанося удары и придавливая тазом лицо девицы. Ее хрипы впиваются в промежность, отчего матка начинается судорожно сокращаться. — Кончаю!.. Кончаю!.. Ооох! Луна без сил падает лицом на кровавое месиво. Всё. Закончилось. * * * После Луна долго моется в ванной. Оглядывается в поисках полотенца, но не находит. Тогда натягивает футболку и треники прямо на мокрое тело. Нож она моет на кухне, сует в карман куртки. После осторожно выходит из квартиры. Во дворе все еще целуются парочки. Автобусы уже не ходят, поэтому Луна ловит такси. В салоне машины она сворачивается клубком, чуть ли не мурлычет. Вот и дом. Луна кидает нож в посудомоечную машину, а футболку и треники — в стиральную. Сама еще раз моется. После, успокоенная, ложится спать. Утром она просыпается без головной боли.