Моя милая садистка

Соко уже не терпелось выиграть у Кагуры, но не только, чтобы унизить девчонку, но и чтобы забрать чаевые, которых уже набралось достаточно приличное количество. Она могла бы устроить себе выходной и провести его так, как сама того хочет — сходить в кино впервые за долгое время, пройтись по магазинам и купить себе новый наряд, а потом завалиться в ванну и насладиться вечером в одиночестве. Идеальный план созрел в её голове, пока она добиралась до работы. В этот раз Соко пришла третьей. Первыми были Кагура и Шинпачи. Сарутоби снова была выходной, а Саката ещё не успел доползти до работы. И всё было будто бы нормально, если только не замечать повреждение пола, произведенное вчера Кагурой. Соко до сих пор содрогалась от мысли о том, что пуля могла бы кому-то навредить. Почему-то мысли о том, что мафия хочет уничтожить это заведение её не пугала так, как это событие. Почему? Потому что Соко лишний раз убедилась в том, что все полицейские глупы и бесполезны. Стоило ли тогда надеяться на то, что Хиджиката действительно сможет решить проблему? — Вспомни гавно вот и оно, — тихо буркнула Соко, наблюдая за тем, как Хиджиката входит в заведение. — Доброе утро, Хиджиката-сан! — но Шимура всё равно был рад. — Гин-сан ещё не пришел. — Ничего страшного, я подожду, — Хиджиката бесцеремонно прошел в кафе и занял дальний столик в углу. Соко осторожно покосилась на него, пытаясь определить настроение Хиджикаты. Замкомандующего уставился в окно, стуча пальцами по поверхности столика. Нервничает? Злится? Изредка к кафе подходили люди, но встречались с надписью «закрыто», поэтому проходили мимо. Невозможно было открыть кафе, пока Гинтоки не пришел. — Давно бы уже сменили время работы, — посоветовала Соко, когда очередные клиенты расстроено пошли дальше по улице и скрылись в соседнем заведении. — Ну, иногда он ведь приходит вовремя, — Шинпачи лишь пожал плечами. Трудно было понять лень им или же реально есть какая-то сакральная причина оставлять время работы прежним. Гинтоки появился только через пятнадцать минут, крутя на пальце ключи от машины. Соко отметила, что сегодня он был как-то не совсем привычно одет. Обычно Саката предпочитал светлые цвета — синие джинсы, белая или голубая рубашка, но сегодня он был одет в черное. Единственное яркое пятно — красный галстук. Этот предмет гардероба Соко на нём увидела впервые. — Гин-сан, сегодня у вас какой-то праздник? — Шимура тоже был удивлен этому наряду. — Ты уже здесь? — но Гинтоки проигнорировал его, обратив внимание на Тоширо. — Ну, пошли, обсудим. Саката кивком указал на дверь кухни. Хиджиката поднялся с места и прошел в указанном направлении. — Не открывайте пока кафе, — предупредил Гинтоки, уходя следом. Кагура, Соко и Шинпачи остались в недоумении. Что-то сейчас явно происходило. Кагура прильнула ухом к двери с намерением подслушать. — Кагура-тян, это неприлично! — зашипел на неё Шинпачи. — Заткнись, Пацуан, ару, мне не слышно! — пожаловалась рыжая. Впрочем, подслушать ей так ничего и не удалось. То ли мужчины говорили тихо, то ли заперлись в кабинете или кладовой. — Как думаете, Хиджиката-сан сильно разозлился? — спросил Шинпачи спустя пять минут ожидания. — С чего бы, ару, — Кагура пожала плечами. — Гин-тян же предупреждал, что так сделает. А с пистолетом Ямазаки виноват. Соко своих мыслей озвучивать не стала. Ей не раз дали понять — не лезть в это. Она просто официантка. Диалог двух мужчин продлился не больше пятнадцати минут. Хиджиката вышел с кухни страшно недовольный, уже зажав в зубах сигарету, которую прикурил тут же, как вышел. А вот Гинтоки напротив был даже весел. — Гин-сан, что происходит? — нетерпеливо поинтересовался Шинпачи. — А что происходит? — Гинтоки усмехнулся. — Открываемся! Я вам не за простой плачу. Соко вскинула брови от удивления. Она могла понять гнев Хиджикаты, но почему Гинтоки был так доволен? — Старайтесь сегодня впаривать больше шоколадного мороженого, — сказал кондитер, закатывая рукава. — У него срок годности истекает, а выбрасывать не хочу. Неужели он собирается работать в этом наряде? Соко успела заметить на его предплечье левой руки ближе к сгибу локтя жутковатый шрам, похожий на застарелый ожог неровный и довольно крупный. Чем бы такой можно было получить? Гинтоки скрылся на кухне. — Как всегда, — Шинпачи вздохнул. — Я же говорил вам, что из него ничего не вытянуть. Очкарик поплелся открывать кафе. Соко бы задала интересующий её вопрос, но вряд ли Кагура и Шинпачи знают ответ. Более того, ответ может быть довольно жутким. Соко заставила себя выбросить из головы эту информацию. Ей стоило бы помнить, что завтра будет последний день их спора с Кагурой, а значит, что сегодня и завтра нужно постараться, а не совать нос куда не следует. К сожалению Соко, но к счастью Сакаты посетителей сегодня было меньше. Похоже, что весь ажиотаж от статьи прошел, и все, кто хотел лично убедиться в правдивости или лживости слов Кацуры, уже посетили кафе. Возможно, поэтому даже Кагуре пришлось усмирить свой агрессивный характер, чтобы заработать хоть какие-то чаевые. К обеду клиентов стало немного больше, поэтому Кагура предложила подкинуть монетку кто из них первым пойдет на обед. Выиграла Соко, хоть и не особо стремилась это сделать. — Полчаса, ару, я засекла, — предупредила Кагура. Соко справилась бы и за меньшее время. Она вошла на кухню, где Гинтоки занимался украшением парфе, напевая под нос какую-то мелодию. — Данна, у вас подозрительно хорошее настроение для того, чье кафе обещали разграбить, — осторожно заметила Соко, открывая холодильник. Она с удивлением наткнулась на небольшую прозрачную коробочку, в которой покоился красивый маленький тортик. Он был похож на кусочек звездного неба, который кто-то оторвал и спрятал в холодильник. — Отличное от обычного не значит хорошее, — возразил Гинтоки. — Значит, изменение своего поведения ты не отрицаешь, — Соко взяла первый попавшийся обед и закинула в микроволновку. — Хиджиката вот явно был недоволен. Почему ты не разрешил ему поставить здесь камеры? — Потому что это не имеет смысла, — Гинтоки водрузил последнюю ягодку на шапочку парфе. — Те, кого он опасается, легко справятся с тем, чтобы обойти подобную систему, а с мелкими неприятностями мы и сами разберемся. Гинтоки выставил десерт на стол выдачи и занялся следующим, а Соко уселась за обеденный стол. Они замолчали, потому что знали, что в любую минуту сюда заглянет Кагура. И верно — девчушка зашла, забрала парфе и отправилась дальше работать. Соко сидела и размышляла, пытаясь сложить картинку воедино. У Гинтоки было хорошее настроение, он необычно оделся, а в холодильнике покоился красивый тортик. — Выглядит так, будто вы собрались на свидание, — озвучила своё умозаключение Соко. — На свидания ходят сопляки вроде Пацуана, — Гинтоки презрительно фыркнул. — У взрослых и состоятельных мужчин это называется «рандеву». — Как скажете, Данна, — Соко хмыкнула, довольная тем, что попала в точку. — Надеюсь, это не психопатка Сарутоби? — Ты за меня переживаешь? — Гинтоки хохотнул. — Конечно, вы же Данна, кто мне будет зарплату платить? — кивнула Соко. — Только вот сдается мне, что завтра ты будешь в стельку пьян. — Хочешь поспорить? — предложил он. — Простите, Данна, у меня правило — не больше одного спора за раз, — Соко поднялась с места, чтобы убрать за собой. — Тогда вернемся к разговору завтра, когда ты, надеюсь, проиграешь Кагуре, — веселился Саката. — Дам тебе выходной, чтобы купила купальник посимпатичнее. — Тогда мне остается только специально выиграть, тебе назло, — Соко одарила его жутковатой улыбкой и вернулась к работе. Остаток дня в голове Соко крутились всего две мысли. Первая — она непременно должна победить Кагуру. Вторая — какая женщина согласилась пойти с Гинтоки на свидание? Да, ей было любопытно. Гинтоки был алкоголиком, имел пристрастие к азартным играм, а его безответственности мог бы позавидовать любой двоечник в школе. Как мог он такими качествами привлечь хоть кого-то? Невольно вспомнился день, когда Хиджиката приводил Гинтоки в чувства. Возможно, что в тот раз какая-то девушка его отшила? Наверняка и эта очередная пассия даст ему от ворот поворот. Почему-то теперь в список грехов Сакаты добавилось слово «бабник». Хотя бабник из него довольно ранимый, если после каждого отказа он напивается вдрызг. Соко была рада, что этот день прошел размеренно и спокойно по сравнению с предыдущими. Не было рядом извращенки Са-чан, вздыхающей от каждого движения Гинтоки, даже Кагура сегодня не то чтобы очень агрессивно себя вела. Девчонка осознала, что её тактика приносит меньше чаевых, поэтому начала неуклюже пытаться копировать стиль Соко. — Сегодня Соко-сан впереди, — заключил Шимура, пересчитав чаевые. — Пересчитай ещё раз, ару! — потребовала Кагура. — Научись принимать поражение, — Соко лишь усмехнулась. Разрыв у них был не то чтобы огромный, но если завтра Кагура не выкинет что-то из ряда вон, то Соко может уже праздновать свою победу. — Пацуан, я ушел, — Гинтоки выглянул из кухни. — Перед уходом выключи свет и проверь, чтобы двери были закрыты. — Есть, Гин-сан, — кивнул Шинпачи и принялся ещё раз считать чаевые по просьбе Кагуры. Ни Кагуре, ни Шинпачи не было интересно с чего это Гинтоки ушел раньше них. — Результат прежний, Кагура-сан, — заключил Шинпачи снова. — Можете пересчитывать хоть до завтрашнего утра, — Соко решила уйти в раздевалку. — А я, пожалуй, отправлюсь домой, чтобы как следует отдохнуть перед завтрашним триумфом. Кагура ей не ответила, лишь прикусив нижнюю губу. Рыжая отлично понимала своё плачевное положение. Видимо, её любимый клиент Зензо-сан и завтра не придет, чтобы спасти эту «обворожительную» девчонку. Соко быстро переоделась, а Кагура заставила Шимуру ещё раз пересчитывать чаевые. — До завтра, неудачница, — весело попрощалась Соко. — Это мы ещё посмотрим кто из нас неудачница, ару! — прикрикнула рассерженная Кагура, но швырнуть в Соко было нечем кроме собственной банки с чаевыми. — И тебе пока, Шинпачи, — Соко же рассмеялась и махнула рукой очкарику. Тот кивнул с улыбкой. Соко вышла на прохладную улицу. Похоже, что хорошее настроение заразительно. Девушка поспешила на автобус, предвкушая теплый душ и мягкую постель, а завтра победный день. Она одним прыжком преодолела ступеньки, практически залетев в пустой автобус. Расплатившись, Соко заняла дальнее место у окна, заметив, что вместе с ней в автобус вошел какой-то парень, надвинувший капюшон на лицо. Но он занял место вначале автобуса, игнорируя присутствие Соко рядом. Девушка пару минут сверлила его спину, оценивая уровень опасности для себя, и всё же решила на всякий случай достать из портфеля перцовый баллончик, переложив в карман пальто. Поездка заняла всего минут десять, а подозрительный тип так и не сделал никаких телодвижений в сторону Соко. Девушка выскочила из автобуса на своей остановке так же быстро, как вошла. Она обернулась, понимая, что тот парень тоже вышел из автобуса, но двинулся в противоположную сторону, что немного развязало узел подозрений в груди девушки. Хотелось как-то поскорее добраться до дома и у неё был короткий путь, пролегающий по классике жанра через темную подворотню. Сжав покрепче баллончик в кармане, Соко всё же приняла решение пройти там. Вокруг всё равно никого не было, а если и был, то она была готова. Она шла быстро, ожидая, что из темноты на неё вот-вот кто-то нападет. Но никто не напал. Она успешно вышла на освещенную улицу и именно в этот момент в кого-то врезалась. Взгляд успел понять, что это нечто очень похоже на того подозрительного типа из автобуса, поэтому рефлексы сработали раньше, чем мозг успел окончательно оценить ситуацию. Сначала она ослепила его перцовым баллончиком, потом ударила кулаком в живот, заставив согнуться пополам, а потом и вовсе уронила на землю, села сверху, прижав лицом к бетону и заломив одну руку за спину. Она гордилась этим своим умением, натренированным на курсах самообороны. — Ямазаки? — немного опешила Соко, вылавливая в свете фонаря знакомые черты лица. Он кашлял, глаза слезились, но это точно был тот неприметный полицейский, который заходил к ним в кафе. — Что ты здесь делаешь? — нахмурилась она, не спеша его отпускать. Не могло быть такого совпадения, что он живёт неподалеку! Просто не могло! Но тогда зачем он здесь? Следил за ней? — Н-ничего, кха, — сипло ответил Ямазаки. — Просто, кха, гуляю. Соко нахмурилась. — Говори правду или я сломаю тебе руку, — она медленно начала заводить руку дальше, причиняя парню боль. — Итэ-тэ-тэ! Соко-сан! Я не виноват! Правда! — заверещал Ямазаки, не пытаясь вырваться. — Это всё Хиджиката-сан! Он меня заставил! — Хиджиката? — Соко продолжала заламывать руку. — Да! Он попросил за вами проследить! Сказал, что нужно убедиться, что вы доберетесь до дома в целости и сохранности! — выпалил Заки и разразился новым приступом кашля. Это была очень интересная информация. С чего это зам командующий приказал следить за ней? Беспокоился, что она попадет в неприятности? Как же. Гинтоки же говорил, что он покопался в её личной жизни. Заподозрил её в чём-то? В любом случае это бесило. С какого перепуга этот майонезный маньяк решил построить из себя джентльмена и выделить ей личную охрану?! — Итэ-тэ-тэ, Соко-сан, отпустите, кха, — жалобно попросил Ямазаки. — Руку же сломаете! Вы обещали! Я всё рассказал! — И давно ты за мной следишь? — Соко слезла с него, но не погнушалась пнуть беднягу по ноге. — Со вчерашнего, кха, дня, — честно ответил он и сел. Так Хиджиката ещё вчера приказал ему проводить её? Она и не заметила. Может, это просто наказание за уничтоженные улики? Ямазаки принялся тереть глаза. Выглядел он сейчас жалким. — Не три глаза — хуже будет, — посоветовала Соко. — Знаю, — всхлипнул полицейский, сидя на земле. Соко не было его жаль. Она бы пнула его ещё раз, но понимала, что гнев её сейчас направлен не на того. — Жди здесь, — раздраженно бросила она. Неподалеку был круглосуточный продуктовый, где девушка купила молока и вернулась к многострадальному полицейскому. — Хреновый из тебя шпион, — Соко протянула ему молоко. — И раскрыли всего на второй день слежки, и информацию сразу же слил. — Уж лучше так, чем быть со сломанной рукой, — обиженно буркнул Заки, принявшись умываться. — В полиции все такие слюнтяи? — усмехнулась Соко. — Вы предлагаете мне избивать девушку? — возмутился Ямазаки. — Просто констатирую факт, что ты ДАЖЕ девушку избить не смог, — Соко скрестила руки, наблюдая за тем, как полицейский делает пару глотков молока, чтобы успокоить зудящее горло. — Моей задачей, — он закашлялся. — Было не избивать вас, а охранять. — От кого? — Соко окинула взглядом пустую улицу. — Откуда я знаю! — он шмыгнул носом и сердито воззрился на девушку. — Хиджиката-сан дал приказ! Я выполняю! Он принялся жадно допивать молоко. Соко раздраженно вздохнула. — У твоего начальника в голове майонез стух? — спросила она. — Что за синдром защитника? Жалко смотрится, если честно. Если хотел впечатлить, то передай, что тогда ему нужно самому это делать, а не подсылать шестерку. Соко была бы не прочь сейчас избить Хиджикату, хотя он выше Ямазаки и крупнее, так что могло быть проблематичнее. — Вы сейчас говорите как Саката-сан, — Ямазаки удивился. Соко опешила. Гинтоки действительно отреагировал один в один, когда Ямазаки принес камеры. И сказал почти ту же самую фразу. — Не сравнивай меня с этим алкоголиком, — посоветовала Соко с угрозой. — И не смей больше за мной следить, иначе одним перцовым баллончиком дело не обойдется. Ямазаки ей не ответил, да и слушать его было бесполезно. Она развернулась и зашагала к дому — нужно было пройти всего пару домов. Она обернулась, видя, что Ямазаки до сих пор сидит на земле. Плевать на него. Хорошее настроение, которым она заразилась от Сакаты было безнадежно испорчено.