Моя милая садистка

Наконец-то Соко приучила себя не торопиться на работу, прекрасно понимая, что начальник опоздает. Пускай на пятнадцать минут или на час — не важно, но это точно произойдет. Каково же было её удивление, когда Саката оказался на работе. Впрочем, причина выяснилась довольно быстро — они с Шимурой с утра принимали поставку. — Доброе утро, — поздоровался Шинпачи, как только она вошла. Соко кивнула ему. — Пацуан, не забудь отсканировать все ведомости, чтобы можно было отдать копии майо-идиоту, — сердито буркнул Саката и перевел взгляд на девушку. — О, утречка. — Данна, так необычно видеть вас серьёзным, — удивилась Соко. — О чём ты? — он театрально удивился и незаметно вытащил один листок из ведомостей, поспешив смять. — Я всегда предельно серьёзен и сосредоточен. Шимура в этот момент переносил коробку с продуктами, так что не заметил. Соко проследила за тем, как ловко Саката швырнул смятый документ в мусорное ведро. Интересно, зачем? Она решила не обращать на это внимания, поэтому направилась в раздевалку. Совать нос в грязные делишки Сакаты она не собиралась, зная то, насколько они у него грязные. Хотя любопытство всё же начало давить на психику. — Доброе утро, ару, — Кагура вошла в раздевалку, когда Соко уже закончила переодеваться. — У кого-то хорошее настроение? — Соко хмыкнула, не собираясь отвечать на приветствие. — Снова надеешься на своего постоянного клиента? — Увы, Зензо сегодня занят, — Кагура пожала плечами. — Но он мне и не нужен, чтобы тебя победить, ару. Соко на это отвечать не стала, она всё ещё не распознала болевые точки малявки. Кроме маленькой груди. Но шутить об одном и том же надоедает. Выходя в зал, она столкнулась с Сарутоби и коротко поздоровалась. Шинпачи ещё переносил коробки в хранилище, Гинтоки раскладывал продукты в холодильник, а клиентов ещё не было. Ждать их пришлось не очень долго — вчерашняя статья изрядно наделала шуму, привлекая людей к неудовольствию Гинтоки. — Гин-сан радоваться должен, что люди приходят, — озвучил свою мысль Шинпачи. — Я же говорил, что черный пиар тоже пойдет нам на пользу! Зато теперь все узнают, что Кацура-сан ошибался! — Как он вообще посмел оскорблять моего Гин-сана! — возмущалась Сарутоби. — Пусть только попробует ещё раз зайти! На самом деле в статье и не было ничего критичного. Все минусы были притянуты за уши, а вкус «собы» он в итоге похвалил, хоть и приправил всё возмущениями о том, что до настоящей собы блюду далеко. Впрочем, Соко знала, что истинная причина статьи была вообще другая, так что невольно стала присматриваться к клиентам, выискивая среди них подозрительных личностей. Вспоминая, каким неприметным оказался Кацура, скоро все стали подозрительными личностями. Как вообще определить кто из толпы людей работает на мафию? Не могут же они просто прийти и ограбить кафе? А сейчас, когда народа стало заметно больше, легче всего затеряться в толпе, чтобы разведать обстановку. — А почему у вас в меню нет той собы, которую здесь подавали Кацуре Котаро? — слегка возмущенный голос девушки вывел Соко из задумчивости, заставляя вернуться к реальности. — Это было экспериментальное блюдо, — Соко уже не первый раз отвечала на этот вопрос за сегодня. — Но, так как оно провалилось, кондитер не планирует вводить его в меню. — Жаль, я сюда пришла именно ради него! — расстроилась гостья. — Тогда посоветуйте мне что-то подобное! Соко раздраженно закатила глаза и принялась перечислять вкусные десерты этого кафе. Какая разница, если всё здесь вкусное? В итоге они сошлись на персиковых кексах. Соко отправилась на кухню, попутно бросив взгляд на Кагуру. Рыжая сейчас обслуживала троицу пареньков. — Либо заказывайте, либо выметайтесь, ару, вас тут ждать никто не собирается, — строго сказала рыжая. — Грубо! — возмутился один из парней. — А ведь такая милая девочка! — Могли бы нам и подсказать, что брать, — закивал второй. — Сказали бы «братиик, вот это реально вкусно»! — У вас комплекс младшей сестры, ару? — возмутилась Кагура. — Это отвратительно! Я здесь официанткой работаю, а не затем, чтобы беспрекословно выполнять ваши извращенные фантазии, ару! У вас есть минута, чтобы сделать заказ или я разобью вам носы своим подносом! Соко лишь хмыкнула. За такое ей чаевых точно не прилетит. Да, Соко тоже было противно обслуживать таких типов, но ради чаевых можно было и потерпеть. — Данна, мне нужно два персиковых кекса, — сообщила Соко, войдя на кухню. — Всем нам в этой жизни что-то нужно, — отозвался он, вытаскивая из печи свежую порцию печений. — Странно видеть, как хозяин заведения недоволен тем, что много клиентов, — Соко до сих пор не могла понять его недовольство. — Что странного в желании иметь маленькое тихое и нахер никому не нужное кафе, — буркнул Саката, бросая поднос на стол, отчего печенья подлетели в воздух и парочка даже сломались. — Хотя, если бы сюда заходили пышногрудые красотки, я был бы не против… — А как же прибыль? — Соко вскинула брови, решив проигнорировать вторую часть фразы. — Ответил бы в рифму, но это будет слишком грубо, — Гинтоки вздохнул. — С большими деньгами приходит много проблем… Ладно, минут через десять сделаю. Соко кивнула и удалилась в зал, чтобы продолжить работу. К вечеру народа заметно поубавилось, что позволило всем выдохнуть. Сарутоби уже принялась ровнять столики и убирать мусор, а Кагура заканчивала принимать заказ у милого старичка. По ощущениям у Соко сегодня было больше чаевых, но это они выяснят только после закрытия. — П-простите, могу я увидеть Сакату-сана? — к Оките обратился молодой парень, которого она вообще не заметила. Он сам по себе был вообще неприметным, каким-то будто бы забитым. Соко окинула его взглядом, понимая, что на нём полицейская форма — черные брюки, белая рубашка и пиджак со значком полиции. В руках этот неприметный черноволосый паренек держал два бумажных пакета без опознавательных знаков. — Здравствуйте, Ямазаки-сан, — поздоровался Шинпачи как всегда радостно. — Д-да, привет, — кивнул полицейский. — Так могу я увидеть вашего начальника? Этого парнишку подослал сюда Хиджиката? Наверняка. Один из его подчиненных. Он что-то принёс? Интересно что? — Придется подождать, пока Гин-тян закончит последний заказ, ару! — заявила Кагура и скрылась на кухне. — Может, вам лучше пройти на кухню и поговорить там? — предложила Окита в свою очередь, понимая, что вопрос, возможно довольно важный. — Н-нет, я подожду, — Ямазаки отрицательно мотнул головой, прижимая к себе пакеты так, словно там лежало что-то очень важное. — Хотите чай или кофе? — спросил Шимура услужливо. — Кофе, — Ямазаки кивнул, попятившись к свободному столику. — Латте. Шинпачи принялся за готовку, а Соко проводила дерганного полицейского взглядом. Он уселся за столик и окинул помещение взглядом, но смотрел почему-то на потолок. Пакеты он придвинул к стенке и иногда нервно ерзал. — Интересно, зачем он пришел? — вслух спросила Соко. — Наверное, забрать документы, — Шинпачи пожал плечами. — Хиджиката-сан часто использует Ямазаки-сана, как посыльного. — А зачем Хиджикате документы? — теперь Соко наблюдала за тем, как ловко Шинпачи взбивает пенку к кофе. — Он же совладелец, — объяснил паренек. — Он должен иметь на руках всю документацию на всякий случай. Гин-сан с этим не заморачивается особо. Как я понял, они разделили обязанности — Хиджиката-сан улаживает проблемы с проверками и собирает документы, а Гин-сан готовит десерты. — Другими словами, Хиджиката главнее, — Соко кивнула. — Не сказал бы, — Шинпачи выставил кофе на стойку. — Отнесешь латте Ямазаки-сану? — Конечно, — Соко направилась к полицейскому. Что-то подсказывало ей, что после вчерашнего Хиджиката подослал сюда Ямазаки совсем не затем, чтобы забрать бесполезные бумажки. Да и не успел бы Шинпачи их отсканировать. Наверное. — Ваш кофе, — Соко поставила кружку перед Ямазаки. Хоть он и был раздражающим полицейским, но конкретно к нему Соко не чувствовала ненависти. Этот парень вообще не вызывал никаких эмоций. Кагура вернулась в зал, принеся с собой мороженое для клиента. Сарутоби ускакала на кухню, закончив свою часть уборки в зале. — Спасибо, — Ямазаки нервно улыбнулся и сделал глоток. Соко отошла от него к барной стойке, желая немного отдохнуть. Гинтоки вышел из кухни спустя пару минут и выглядел довольно рассерженным. Сарутоби осталась там. Возможно, она и была причиной его гнева. Последний клиент к этому времени расплатился и покинул кафе, позволяя Шимуре перевернуть надпись на «закрыто» и начать пересчитывать выручку. Саката подошел к Ямазаки и плюхнулся напротив. — Ну, чего у тебя там? — спросил среброволосый, начав постукивать пальцами по столу. — Хиджиката-сан прислал меня! — Ямазаки натянулся, как струнка. — Это я понял, не идиот, — Гинтоки кивнул. — Чего хотел? — Попросил передать вам… — Ямазаки замешкался и выставил вперед один из пакетов. — Это! Нет… Стойте… Это? Или всё же другой… Он нахмурился, осознавая, что забыл в каком именно из двух пакетов лежит то, что нужно было отдать Гинтоки. Пакеты были абсолютно одинаковые, так что Ямазаки приподнял их, надеясь, видимо, определить по весу. — Да давай уже сюда, ару, — Кагура подошла к ним и бесцеремонно выхватила один из пакетов. — Будешь тут мямлить три дня! — Я не… — Ямазаки дернулся, чтобы остановить Кагуру, но та уже запустила руку внутрь. — Это что? — девчонка вытащила из пакета пистолет. Соко вскинула брови. Хиджиката передал Сакате оружие? Для самозащиты? Но лицо Сакаты сейчас так же вытянулось от удивления и испуга, как и у всех остальных. — Н-не надо было это трогать, — затараторил Ямазаки, вскакивая с места. — Это вещественные доказательства! Не тот пакет! Хиджиката-сан убьет меня за это… — И правильно сделает! — возмутился Гинтоки. — Какой придурок носит вещественные доказательства в таком пакете?! — У меня не было ничего другого под рукой! — взвизгнул Ямазаки. — И что мне теперь с этим делать, ару? — Кагура мотнула пистолетом, наведя дуло на Гинтоки. — Как минимум не направлять его на меня, дуреха! — он пригнулся. — Н-не волнуйтесь, он разряжен, — заверил Ямазаки. — Просто положи его назад в пакет! А потом мне нужно будет снять твои отпечатки пальцев, чтобы исключить их… — Мои отпечатки, ару? Так ты хочешь меня подставить! Знаем мы вас! Что мне светит? Ограбление? Убийство! — Кагура принялась в панике оттирать свои отпечатки подолом юбки. — Стойте! Вы уничтожаете вещественные доказательства! — Ямазаки был беспомощен, не решаясь дотронуться до девчонки. — Я вам так просто не дамся, ару! — яростно возвестила Кагура. Она быстро полировала рукоять орудия, что, казалось, даже дым пошел. — Кагура… — Саката поднялся с места и протянул руку, чтобы остановить её. Но было поздно. Дым всё же пошел. Сразу после выстрела. В полу образовалась дырка, а после на него упал и пистолет. — Ты же сказал, что он разряжен, ару! — накинулась она на Ямазаки. — Я так думал! — полицейский и сам был напуган не меньше. Соко застыла на месте, вжавшись в барный стул. Всё её тело просто окаменело, а сердце забилось быстрее. Она гипнотизировала ущерб и само оружие, валяющееся теперь на полу. А ведь всё могло кончится намного печальнее. — Я могла умереть, Гин-тян! Я могла умереть! — ревела Кагура, схватив полицейского за ворот пиджака и пытаясь вытрясти душу. — А нечего хватать, что тебе не полагается! — рявкнул Гинтоки, отвесив ей подзатыльник. Кагура всхлипнула, отпустив Ямазаки и вцепившись теперь в Гинтоки. Освобожденный полицейский поспешил присесть на корточки, чтобы аккуратно убрать оружие назад в пакет и при этом не оставить на нём своих отпечатков. — Прекрати оставлять свои сопли на мне! — возмутился Гинтоки, пытаясь оторвать от себя ревущую Кагуру. — Гин-тяяяяян, ты жестоооок, — но отцепляться она не торопилась. — Я ведь чуть не умерла! Ты бы скучал по мне? Скажи, что скучал бы! — Хиджиката-сан меня прикончит, — причитал тихо Ямазаки. — И правильно сделает! — согласился Гинтоки и окинул взглядом остальных. — Никто не пострадал? Соко отрицательно мотнула головой, когда взгляд Гинтоки скользнул по ней. — Я пострадала, Гин-сан! — из кухни выскочила Са-чан и накинулась на Гинтоки. — Окажи мне первую помощь! Гинтоки лишь выдохнул и согнулся, не ожидая, что она так резко кинется ему на шею. — Вообще-то я тут единственная пострадавшая, ару! — возмутилась Кагура, наступив Сарутоби на ногу. — Отвали от Гин-сана, малявка! — взвизгнула та в свою очередь, проигнорировав боль и теперь пытаясь оторвать Кагуру. — Не посмотрю на то, что тебе шестнадцать! Гинтоки чудом удалось выкрутится из их хватки и не попасть в центр событий. За секунду эти двое уже вцепились друг в друга. Кагура укусила Са-чан за руку, а та принялась визжать и лупить её по голове ладонью. — Успокойтесь обе! — скомандовал Шинпачи. — Давайте уйдем на кухню и я налью вам воды! Он подошел ближе, чтобы разнять их, но Кагура заехала ему кулаком по лицу. Шимура зажал нос рукой. — Если не успокоитесь, то лишу чаевых! — рявкнул Саката. А вот эта фраза подействовала. Обе официантки выглядели помятыми и потрепанными, но зато перестали драться. Соко нервно хохотнула, не понимая, как действия обрели такой поворот. — Заки, немедленно говори нахрена ты приперся или я выпущу оставшиеся пули тебе в ногу, — пригрозил Саката. — Я пытался сказать! — жалобно и чуть не плача ответил Ямазаки, прижимая пакет с оружием, чтобы никто больше на него не позарился. Гинтоки раздраженно закатил глаза и взял второй пакет. Он раскрыл его и нахмурился. — Арэ? — Гинтоки вытащил из пакета небольшую круглую черную штучку и покрутил. — Это что ещё такое? — К-камеры видеонаблюдения, — объяснил Ямазаки. — Хиджиката-сан просил помочь вам установить их. — Зачем? — Гинтоки перевел взгляд на полицейского. — Р-ради безопасности! — выпалил Ямазаки, обведя взглядом остальных работников. — А почему замГОВНОмадующий озаботился нашей безопасностью только сейчас, ару! — возмутилась Кагура, явно специально коверкая должность Хиджикаты. — Хороша безопасность — приносить в безобидное кафе оружие! — поддержала возмущение Аяме. — Я… Мне этого не сказали, — замямлил Ямазаки. Соко точно знала почему и зачем, но говорить это вслух было бы глупо. — Может, он хочет следить за нашей работой ару? — испугалась Кагура, её шок от выстрела полностью прошел или вовсе был наигранным. — Ему поступали на нас жалобы? Если да, то это всё вранье! Они сами были виноваты, ару! Нет же, глупая, всё не так. Плевать он хотел на твою агрессию, направленную против клиентов. Но с камерой он хорошо придумал. Так можно будет выследить и обезвредить тех, кто желает их кафе зла. Впрочем, зная кто такой Саката Гинтоки, Хиджиката действительно мог бы задуматься о системе видеонаблюдения раньше. — Я уже присмотрел куда их можно установить, — Ямазаки проигнорировал все возмущения. — И на улице перед входом, а ещё нужно осмотреть кухню. Это не займет много времени. Гинтоки задумчиво покрутил в руке камеру, рассматривая со всех сторон. То ли пытаясь понять как она может работать без проводов, то ли ещё по какой-то загадочной причине. — Ой, — внезапно он уронил камеру на пол и явно специально на неё наступил. Послышался хруст ломающихся деталей. Соко вскинула брови. — Как неловко, — судя по тону Гинтоки было не жаль. — Дорого стоила? — Саката-сан, — Ямазаки побледнел так, что казалось, будто он сейчас потеряет сознание. — Зачем… Зачем вы это сделали? — Ну, я очень неуклюжий, — Гинтоки же бросил на пол весь пакет и принялся по нему топтаться и прыгать. — Очень… Очень… Неуклюжий… — Правильно, Гин-тян! Так им! — подбадривала Кагура. — Саката-сан! — Ямазаки подлетел к нему, отталкивая Гинтоки в сторону, опустился на колени и попытался найти хоть одну уцелевшую камеру. Тщетно. — Передай Тоши, что если он хочет следить за мной и контролировать пьян я или нет, то пускай лично притаскивает свою задницу сюда, — предупредил Гинтоки. — А не прикрывается какой-то там «безопасностью». Соко впервые видела на его лице такое выражение. Ярость. Ямазаки тоже не посмел ему ничего возразить, лишь сглотнул, понимая, что хоть слово — и он будет на месте разбитых камер. Шинпачи кинулся помогать Ямазаки с уборкой, Кагура принялась глумится, а Сарутоби вовсе застыла на месте, отчего-то смутившись и схватившись за сердце и не сводя взгляда с Гинтоки. Саката тяжело вздохнул, тут же теряя с лица эту грозную маску, достал из кармана мобильный, ткнул пальцем в экран пару раз и приложил к уху. — Да, уже, — заговорил Гинтоки. — Я предупреждал, что так сделаю. И? Придумай что-то другое. Да мне плевать. Твои проблемы. Здесь, конечно. Не убил же я его. Пока что. Соко осознала, что он сейчас говорит с Хиджикатой. Наверное, Гинтоки решил, что переборщил. — Ямазаки, это тебя, — Гинтоки протянул телефон перепуганному полицескому. Тот побледнел ещё сильнее, хотя казалось, что это нереально, и, дрожащей рукой, взял телефон, осторожно прикладывая к уху. — Д-да? — пискнул он. Никто не слышал, что Хиджиката говорил Ямазаки, но по лицу было понятно, что ничего хорошего. В какой-то момент молодой полицейский даже перестал дышать. — Я понял, — смог выдавить Ямазаки. — Да, точно понял. Хорошо. Полицейский вздохнул и протянул телефон обратно Гинтоки. — Саката-сан, вы очень жестокий человек, — буркнул Ямазаки. — Спасибо за кофе. Он оставил на столе деньги, собрал остатки разбитых камер, не забыл про пакет с пистолетом и поспешил выйти. Стало его немного жаль. Теперь у него будут большие проблемы и это Хиджиката ещё про уничтоженную улику не знает. — Гин-сан, зря вы так, — Шинпачи покачал головой. — Камеры бы нам пригодились. Похоже, что нос Шимуры не пострадал особо. — Снимать то, как Кагура угрожает клиентам? — Саката усмехнулся. — Или то, как ты за барной стойкой смотришь концерты Оцу? Или то, как Сарутоби домогается меня на кухне? К Соко претензий у него не нашлось. — Или то, как ты валяешься на кухне пьяный, ару, — добавила Кагура. — Именно, — Гинтоки кивнул и направился на кухню. — Выручку и чаевые посчитайте, приберитесь и идите домой. И все принялись выполнять поручение. Словно и не было пять минут назад выстрела, словно Кагура не уничтожила важные улики, словно Гинтоки не разбил дорогие камеры, словно такое было в порядке вещей. Руки Соко все ещё немного дрожали, когда она убирала грязную чашку Ямазаки и забирала деньги. Удивительно, но он оставил чаевые. Именно эти чаевые в итоге помогли Соко снова вырваться вперед, что удивляло, учитывая стиль работы Кагуры. — Не обольщайся, ару, тебе просто повезло, — говорила Кагура уже в раздевалке. Сарутоби уже успела к этому моменту переодеться и уйти. — А ты не боишься, что тебя теперь арестуют за уничтожение улик? — уточнила Соко. — Это ещё надо доказать, — Кагура отрицательно мотнула головой. — Да и Заки сам виноват. Нечего было приносить сюда улики, ару. В чём-то она, конечно, была права. Не учитывая тот момент, что Кагура сама схватила пакет и без зазрения совести достала оружие. В данную секунду её это совсем не волновало. — Ты уже держала в руках оружие до этого момента? — выпалила Окита. Они встретились взглядами. — Боишься меня, ару? — девчонка ухмыльнулась. — И не надейся на это, — Соко захлопнула свой шкафчик чуть сильнее, чем требовалось. Она закинула портфель на плечи и вышла. Кухня была пуста, но свет всё ещё горел, что значило лишь то, что Саката где-то здесь. Но внимание Соко привлекла смятая бумага, валяющаяся около пустого мусорного ведра. Видимо, Гинтоки отправился выбрасывать мусор, а эта бумага выпала, когда он пересыпал мусор из ведра в пакет. Соко вспомнила, как с утра Гинтоки смял и выбросил одну из ведомостей, поэтому подошла и подняла. Развернув бумагу, она поняла, что это ведомость на алкоголь. В некоторые десерты Гинтоки добавлял алкоголь, поэтому он был необходим в кафе для готовки, но зачем кондитер выбросил ведомость? Он не хотел, чтобы знали количество заказанного им алкоголя? Это он пытался скрыть? И зачем? Всё дело в алкоголизме? Соко сунула эту бумагу в рюкзак, решив, что когда-нибудь это может ей пригодиться.