Я здесь главный

POV Klaus Дорога в аэропорт или на любой другой вокзал нам с Кэролайн заказана. Добираться до Нью-Йорка придётся альтернативными способами. Кэролайн предложила продолжить путь на машине. Каких-то двенадцать часов и мы на месте. Сначала у меня тоже была такая идея, но потом я хорошо проанализировал наш маршрут и понял, на автомобиле мы по-любому засветимся, особенно я в качестве водителя. Нас быстро вычислят. Системы видеонаблюдения везде - на шоссе, на заправках, в супермаркетах и даже в мотелях. ФБР с помощью программы распознавания лиц найдёт, стоит только кому-то из нас попасть в зону видимости камер. Уверен, они уже пасут нас по поручению Майкла. Я очень хорошо знаю методы своего недоотца. К счастью, он о большинстве моих способностей только догадывается, а ещё о половине из них даже не подозревает. К примеру, Майкл не знает, что я прекрасно разбираюсь в компьютерах, на любой железяке я могу выйти в интернет через подставной сервер и устроить нехилую заварушку, например, в охранной системе нашей компании. Ещё Майкл не знает, что детектив Пол меня тайно тренировал, он научил меня основам вольной борьбы, стрельбе, метанию ножей, а ещё мы с ним боксировали. Я также могу собрать взрывное устройство. Или сообразить какое-нибудь ЧП, подделывая его под несчастный случай. Кроме того, Майкл понятия не имеет о том, что я всегда дублировал всю информацию компании и прятал её. Как я уже говорил, я ждал "Дня Икс". И для отца это большой минус. А вот для меня преимущество. Впрочем сейчас приоритетная задача - добраться незамеченными до Нью-Йорка. А это значит волшебным способом обойти все камеры, не засветиться с кредитками и так далее. Сколько бы я не просчитывал варианты, ничего безопаснее, чем путешествие автостопом с дальнобойщиками я не придумал. Брать такси рискованнее, чем лететь на самолёте. Просто ловить попутку тоже большой риск. Стоять на обочине и, опять же, светиться, нам нельзя. Поэтому мы с Кэролайн едем до ближайшей стоянки фур. Бросаем машину за пару километров до пункта назначения. Тачку позже заберёт Пол. А мы идём пешком. — Никогда не думала, что буду тайком пробираться по лесу и каким-то постройкам для того, чтобы поохотиться на дальнобойщиков. — шутит Кэролайн. — Ну ты же понимаешь, love, мы не можем передвигаться по обочине, слишком рискованно. — наигранно развожу руками в стороны. — Потом, что такого сложного - какая-то одна миля?! Неужели слабо?! — Ничего не слабо! — Кэролайн попадается на мою провокацию и вскипает. Но потом смотрит на меня, видит, что это шутка и успокаивается. — И я не жалуюсь, просто всё это странно. И знаешь, что самое забавное?! — Забавное?! — теперь удивлён я, даже притормаживаю. — Вот уж не думал, что в нашей ситуации что-то может забавлять?! — Поверь, может! — смеётся Кэролайн, довольная моим замешательством. — Например то, что я тут лажу по каким-то помойкам вместе с самим Никлаусом Майклсоном - миллиардером, английским денди, мечтой всех лондонских, а теперь и чикагских барышень! — она явно пытается поддеть меня или вывести из себя. — Да, это странно! — поддерживаю её тон, но не игру. — Кстати, насчёт барышень. Передай им, что я занят. Моё сердце забрала одна очень импульсивная, своенравная и упрямая блондинка. — улыбаюсь и смотрю на неё в ожидании реакции. — Значит, упрямая, своенравная и импульсивная?! — она не злится, просто изображает возмущение, сама же едва сдерживается от смеха. — Именно! — поддерживаю шутливый тон. — Эта особа мне все нервы вымотала. — Ах ты! Я же могу и рюкзаком огреть! — Кэролайн хитро улыбается, прищуривает глаза и медленно снимает рюкзак с плеч. Она что, действительно решила меня огреть?! Со всей прыти подрываюсь с места. Кэролайн бежит за мной. Я петляю как заяц, но она от меня не отстаёт. Мы носимся, как подростки и дурачимся. С одной стороны, мы в смертельной опасности. Но с другой, мы живы, молоды, влюблены, и страх, как ничто другое заставляет нас ценить время, и наше общение. — Ладно-ладно, сдаюсь! — резко останавливаюсь и ловлю Кэролайн в свои объятия вместе с рюкзаком. И мы оба смеёмся. — На самом деле эта блондинка самая прекрасная девушка, умная, красивая, верная! — коротко целую её в губы. — А какие пироги готовит! Мммм! — Так-то лучше! — Кэролайн вся светится, и я крепче обнимаю её и снова оставляю на её губах недолгий поцелуй. К сожалению, другие ласки там, где мы идём, неуместны. Поэтому мы отлипаем от друг друга и, взявшись за руки, идём дальше. Минут через двадцать мы уже в нескольких метрах от стоянки фур. Останавливаемся. Я оцениваю обстановку. Куча грузовиков. Небольшой бар, совмещённый с мотелем. Чуть поодаль АЗС. Там же дорожный минимаркет. — План такой, Кэролайн. Я иду в бар. Нахожу там кого-то, кто нас подвезёт максимально далеко по нашему маршруту. А ты идёшь в супермаркет, затариваешься водой и сухим пайком, типа батончиков, в общем, сама сообразишь. — достаю из сумки кожаную бейсболку, натягиваю ей чуть ли не по самые уши. — Эй, я и так уже в парике и очках! — сопротивляется Кэролайн. — Бейсболка нужна для того, чтобы твоё лицо не запалила камера на заправке. — терпеливо объясняю ей как маленькой. — Поэтому натяни козырёк максимально, и опусти голову, когда пойдёшь, скулы закрой волосами. — помогаю ей поправить волосы. — В магазине видеокамеры обычно расставлены так, чтобы хорошо просматривались вход и касса. Старайся держаться к ним спиной, прикрывай лицо всевозможными способами. — Хорошо, босс! — Кэролайн театрально становится по стойке смирно и делает рукой под козырёк, прямо солдат. — Вот, возьми деньги. — смеюсь и кладу ей в ладонь свёрток долларов. Она быстро прячет их в карман, а я краем глаза замечаю полноватую блондинку в джинсовом комбинезоне, она спрыгивает из кабины белой фуры, закрывает её и уходит в бар. Теперь я знаю, кто подвезёт нас. — Эй?! Я пойду?! — тормошит меня Кэролайн. — Да, sweetheart! — возвращаюсь к своей спутнице, беру её за плечи и разворачиваю в сторону стоянки. — Встретимся около вон той белой фуры! — она кивает, а я резко разворачиваю её обратно и притягиваю к себе. Кэролайн охает от неожиданности, но я сильнее прижимаю её и целую. Отрываюсь от неё, когда воздуха в лёгких не хватает. Крепко обнимаю. Одному богу известно, как я боюсь отпускать её одну, хотя я всё обдумал и просчитал, там ей ничего не грозит, к тому же дождусь пока она не зайдёт в магазин. — Это на всякий случай. — даю ей пистолет, Кэролайн испуганно смотрит сначала на глок, потом на меня. — Спрячь во внутренний карман куртки. — Но я не умею стрелять! — лепечет она. — И не надо, иногда сам вид оружия успокаивает тех, кому неймётся! — Хорошо. — она отвечает тихо и быстро прячет пистолет. — И да, любовь моя, для всех мы Кэндис и Джозеф! Ты моя кузина. Легенду я придумаю по ходу, ты главное слушай меня и соглашайся. Хорошо? — Хорошо! — она покорно кивает, тёмные волосы наполовину закрывают её лицо. И я в сотый раз ловлю себя на мысли, как странно видеть её брюнеткой. — И главное, по легенде мы едем в Филадельфию, про Нью-Йорк никто не должен знать! — она снова понимающе кивает. — Всё! Теперь иди! — опять коротко целую её в губы и легонько подталкиваю вперед. Она улыбается и уходит. До последнего жду, пока Кэролайн не скроется за дверями магазина. Мысленно ещё раз желаю ей удачи. И спешу в бар. Теперь дело за мной. Я должен "обработать" эту блондинку-дальнобойщицу. Уж лучше ехать с ней, чем с каким-то вонючим бугаём. Захожу в эту придорожную забегаловку. Ничего особенного. Всё, как в кино. Темно, куча столов со скамейками, за ними сидят водилы разных сортов и мастей. Посредине зала массивная барная стойка, за ней нет свободных мест. В дальнем углу играет кантри старый музыкальный автомат. Бар забит под завязку. Дальнобойщики едят, пьют и много курят. От сигаретного дыма глаза режет. Но мне это на руку. Здесь никому и не до кого нет дела. Осматриваю помещение в поисках необходимой мне блондинки. Нахожу её за столиком в самом дальнем углу, она что-то ест. Устремляюсь к ней. — Привет, можно к Вам присоединиться, милая леди?! — улыбаюсь своей самой убийственной улыбкой, никто ещё не мог передо мной устоять, когда я такой. — Конечно, красавчик! — восклицает довольная блондинка, включает режим флирта и расплывается в ответной улыбке. — Меня зовут Камилла! — Джозеф! — говорю имя из нового паспорта. — Никогда не видела никого подобного в наших барах! — она жадно шарит по мне взглядом, забывая про еду. — Ну я здесь впервые! — опускаю "обаятельно" и застенчиво глаза, мягко приземляюсь напротив неё. — Так какими ветрами ты здесь?! Ничего не заказал... — её голос немного грубоват, а манеры резкие. Она мне неприятна. Но мне нужен её транспорт и я улыбаюсь. — Я не голоден, но могу угостить тебя, красавица! — стараюсь говорить низким бархатным голосом с хрипотцой, усиливаю британский акцент. Знаю, на женщин это сочетание действует гипнотически. И Камилла, судя по её лицу, не исключение. — Хочешь что-нибудь?! — В другой раз я бы с удовольствием, но я уже поела, и тороплюсь. — недовольно мямлит она. — Из-за вчерашней поломки отстаю от графика. — я делаю сочувствующий вид, а она спохватывается. — Так чем обязана вниманием такого мачо?! — Мне нужно попасть в Филадельфию. Подвезёшь?! — называю другой город, потому что никто не должен знать, куда мы с Кэролайн на самом деле едем. — Ну, направление одно. Но я еду в Нью-Йорк. — в её глазах вижу разочарование. — Высадишь по пути. — предлагаю компромисс, и сразу перехожу к мотивации. — Я хорошо заплачу. — смотрю на Камиллу, её глаза загораются огоньком наживы. — О'кей! Две тысячи долларов, и по рукам! — оживляется она, и этим подтверждает мою теорию, что все таксисты и водители грузовиков жадные. — Договорились! — для меня недорого, и я не хочу торговаться, хоть она и загнула цену выше приличного. Мысленно ухмыляюсь, в иные времена это она ещё бы мне заплатила, чтобы я только посмотрел в её сторону... И то я бы не согласился. Смотрю на её неаккуратные сухие волосы, обгрызанные грязные ногти. Таких женщин я брезгую. — Тогда бабки вперёд и поехали! — довольно восклицает она. Я тянусь за кошельком, но она жестом руки меня останавливает. — Эй, не здесь! — опасливо оглядывается вокруг. Но потом возвращается взглядом ко мне, снова похотливо обшаривает меня глазами. — Единственное, чего я не пойму, почему с такими бабками ты не полетел на самолёте. — удивляет меня своей прозорливостью. Ну да, дальнобойщики должны быть параноиками, иначе не выжить на дороге. — На самолёте не могу. Боюсь высоты. — объясняю коротко и неохотно. Какая ей разница за такие-то бабки?! — Это, первая причина, а вторая - путешествую инкогнито. По этой же причине не могу ехать на автобусе, или на поезде. — Из тюрьмы сбежал что ли?! — выдаёт с любопытством, но без страха, видно, привычная к такому контингенту. — Я похож на зэка?! — изображаю возмущение. — Нет! — виновато отмахивается она. — Вот именно, дорогуша! Сейчас сама всё увидишь! — фак, вот любопытная. Придётся врать и дальше. Выходим из бара, я по-джентельменски придерживаю двери. Блондинка расплывается от удовольствия, стреляет глазками в мою сторону. От Камиллы пахнет дешёвыми сладкими духами, и меня слегка от этого воротит. В целом она обыкновенная баба, не страшная, но и красавицей точно не назовёшь. Полноватая, у неё мужиковатая походка и такие же неженственные движения. И она очень хочет мне понравиться. Увы, у неё со мной нет шансов. При других обстоятельствах я бы даже не посмотрел в её сторону. Но сейчас я вынужденно поддерживаю игру, строю из себя обаяшку, делаю вид, что очарован, сыплю комплиментами. Дальнобойщица что-то довольно лепечет в ответ. Но я не особо прислушиваюсь. Я вижу её. Мою Кэролайн. Как мы и договаривались, моя девочка ждёт меня около светлой фуры. За плечами у неё явно потяжелевший рюкзак. Кэролайн приняла к сведению мои наставления: натянула бейсболку по самые уши, лицо закрыла волосами. И не поймёшь, что за человек, если бы не женская фигура. Фура стоит в отдалении, поэтому там никого кроме неё нет. И я облегчённо выдыхаю. — Какого чёрта эта курва трётся возле моего грузовика?! — грубо возмущается моя новая знакомая. — Камилла, извини, я тебе сразу не сказал - это моя кузина Кэндис, мы едем вместе. — успокаиваю её, а сам слежу за Кэролайн. — Кузина?! — Камилла не совсем в это верит, но хочет верить, поэтому её голос смягчается. — Я помог ей сбежать от мужа-садиста, поэтому мы скрываемся и не можем ехать официальным транспортом, он у неё работает в полиции. — сочиняю на ходу, это срабатывает, дальнобойщица развесила уши. Ещё бы - врать я всегда был мастер. — В Филадельфии живут мои родители, Кэндис пока остановится у них. Ну а я вернусь в Чикаго. У меня там работа. Я помощник юриста. — вру для статуса. — Ну тогда ладно. Но мы договаривались только об одном пассажире. — намекает на деньги, вот алчная стерва. — Четыре тысячи! — говорю я тоном, закрывающим вопрос. Пусть подавится, только отстанет. — Отлично! — приторно лыбится, я растягиваю улыбку в ответ, хотя сильно раздражён. Чем ближе мы подходим к Кэролайн, тем противнее мне становится от того, что со мной рядом эта дамочка из бара. — За такие бабки я бы вас и до Филадельфии добросила, но извини, и так отстаю от графика! — Всё нормально, высадишь по пути. — приближаемся к фуре и Кэролайн наконец смотрит на нас. Её глаза закрыты очками, но я вижу, что она в афиге. Моя любовь открывает рот, хочет что-то сказать, но я её опережаю. — Кэндис, познакомься, это Камилла! Она любезно согласилась подвезти нас. — тараторю, чтобы Кэролайн не успела наломать дров. — Камилла, это моя кузина, но я тебе уже рассказал о нашей проблеме. — Приятно познакомиться! — Кэролайн всё же подхватывает мой фарс и протягивает Камилле руку в приветствии. — Спасибо Вам за помощь! — моя умная девочка. — Пока не за что... — говорит дальнобойщица с подозрением и недоброжелательно. — Ладно, давай в кабину! — Кэролайн, слушай меня внимательно, не обращай внимания на то, как я с ней буду разговаривать. — объясняю, пока Камилла обходит грузовик. — Мне нужно усыпить её бдительность. И ещё, через часов восемь я тебя потихоньку толкну в бок, тогда сделай вид, что тебе плохо. Love, ты меня поняла?! — Да, я всё поняла! — фыркает она недовольно. — И так уж и быть, я приотворюсь кузиной, но если ты будешь слишком стараться "усыпить" её бдительность, — она специально выделяет "усыпить", — Я тебя убью! Пристрелю из твоего же пистолета! — Я всё понял, ревнивица моя! — смеюсь и незаметно беру её за руку, глажу большим пальцем ладонь, она в наслаждении выдыхает. — Эй вы там, кузен с кузиной! Вы едете, или как?! — кричит Камилла из кабины фуры. — Конечно, дорогуша! — я забираюсь первым, растягиваю обворожительную улыбку и подмигиваю. Камилла тает и расплывается в ответ. Подаю руку Кэролайн, она приземляется рядом со мной. Натягиваю очки. Дорожные камеры никто не отменял, светиться нам ни к чему. — Ну что, поехали?! — говорю Камилле. — Как скажешь, красавчик! — флиртует дальнобойщица. Кэролайн кривит лицо и отворачивается к боковому окну. Я не хочу, чтобы она ревновала. Но с другой стороны, ревнует, значит любит... Едва сдерживаю улыбку. В это время в Чикаго — Какого хера, мальчишка?! — заорал Майкл, буквально пинком открывая двери кабинета Кола. Парень заканчивал собирать в коробку свои немногочисленные вещи. Рядом на диване сидела Давина. От неожиданности девушка подскочила и уставилась на старшего Майклсона испуганными глазами. — Что ты себе позволяешь, отец?! — в ответ повысил голос Кол. — Держи себя в руках, не надо пугать людей! Давина, прости! — Давина?! — Майкл перевёл свой взгляд на девушку. — Не могли бы Вы оставить нас наедине! — он старался сказать это спокойно, но всё равно получился приказ, причём грубый. — А давай ты не будешь распоряжаться пока ещё в моём кабинете! — Кол полез на рожон. Он не мог ударить в грязь лицом при своей девушке. — Кол, всё в порядке! — поспешила прервать назревающую ссору Давина. — Я подожду в приёмной! Отец и сын проводили Клэр взглядом. Когда за ней закрылась дверь, Майкл в два широких шага подскочил к столу Кола. — Какого чёрта ты предупредил Никлауса о моих планах?! — заорал он, размахивая руками и брызгая слюной. — Не понимаю, о чём ты?! — спокойно ответил Кол, с вызовом глядя в глаза Майклу. — И кстати, пару часов назад ты утверждал, что это не "твои" планы, а "наши", то есть "ваши" с Элайджей и Финном! Неужели, они соскочили?! — добавил ехидно, подпитываясь возрастающим недовольством отца. — Прекрати юродствовать, мальчишка! Ты не представляешь, как я зол на тебя! — Майкл и не собирался себя сдерживать. Всё в его позе, голосе, поведении выражало опасность. — Но я даю тебе ещё один шанс! — прошипел он, намекая на одолжение. — Немедленно говори - куда отправился Клаус со своей пигалицей?! — Отец, ты вроде считаешь себя умным?! — ответил Кол, сохраняя спокойный тон и даже некое равнодушие. — Не понял?! Что ты этим хочешь сказать?! — от непробиваемой наглости сына Майкл даже поутих. — А ты не понимаешь?! — Кол разочарованно развёл руками. Он наслаждался озадаченным лицом Майкла, такое редко можно было увидеть. — Отец, пока Клаус сам не захочет, ни ты, ни я, никто-либо другой никогда его найдёт! Так что расслабься и упивайся властью, пока можешь! А мне пора покинуть сию "обитель зла"! — Ты ещё пожалеешь об этом, Кол! Никто не смеет мне перечить, тем более, ты! Молокосос! — по-змеиному прошипел Майкл. Кол ничего не ответил, прихватив коробку с вещами и сумку, он молча скрылся за дверью. После ухода сына Майкл долго измерял шагами его кабинет, пока в кармане пиджака не зазвонил мобильник. — Да, слушаю! — рявкнул он в трубку. — Как никаких следов?! Аэропорты, вокзалы, вы всё проверили?! Пробили по базе поиска?! — на том конце связи что-то говорили, отчего лицо Майкла становилось всё мрачнее. — Всё равно нигде нет?! Я понял... Продолжайте поиски. Цена не имеет значения! — снова рявкнул в трубку и отключился. Он подошёл к панорамному окну и задумчиво посмотрел на город. Мегаполис внизу кипел потоком людей и машин словно муравейник. — Да, Никлаус, ты хитрый ублюдок! Но сбежать ты не мог, я перекрыл все пути... Неужели, залёг на дно?! — он ещё раз посмотрел на город и устало выдохнул. Похоже худшие предостережения Кола сбывались, Никлаус обыгрывал его... Вечером на междугородней трассе POV Caroline Уфф! Как же я ненавижу эту дальнобойщицу! Так бы и повыдирала ей все пережжённые обесцвеченные патлы. Несколько часов я вынуждена наблюдать, как она беспардонно клеится к моему Клаусу. Да, к моему Клаусу! Эта дрянь постоянно отпускает скабрезные шуточки и делает ему неоднозначные намёки, и не обращает никакого внимания на то, что я тоже в машине. Конечно, она думает, точнее хочет думать, что мы с Клаусом брат и сестра, но это не отменяет правил приличия. Как будто при родственниках можно так откровенно намекать на секс. — Джозеф, я буду в Чикаго на следующей неделе! У моей подруги как раз будет вечеринка! — мурчит она своим противным голоском. — О я тоже на следующей неделе вернусь в Чикаго! — подыгрывает ей Клаус, и гладит её по плечу. Так бы и оторвала ему руку. — Если ты меня пригласишь, я с удовольствием составлю тебе компанию на вечеринку к твоей подруге! — Я приглашаю! — подхватывает она. Ещё бы! Дрянь чёртова! — Прекрасно, дорогуша! С меня цветы и выпивка! — и Клаус неожиданно тыкает меня в бок. Я не реагирую. Вот наглец! Он толкает ещё раз. И я вспоминаю наш договор! Точно! — О боже! — издаю полустон. — Остановите, пожалуйста, срочно, мне плохо! Камилла на секунду отрывается от дороги и зло смотрит на меня. Но я не обращаю на неё внимания и продолжаю стонать, Клаус подыгрывает мне, хватая меня за плечи. — Что случилось, Кэндис? — спрашивает он "испуганно". — Остановите, пожалуйста! — но Камилла продолжает рулить, уже не обращая на меня внимания. Вот стерва. Ну смотри, гадина. — Меня сейчас вырвет, Джозеф! — изображая рвотные позывы, прикрываю рот ладошкой. Меня и правда давно тошнит от приторных вонючих духов этой Камиллы. — Какого хрена?! Только попробуй наблевать у меня в кабине! — орёт Камилла и резко даёт по тормозам, так что мы с Клаусом едва не ударяемся о панель приборов, но он успевает подставить руку. Я быстро открываю дверцу и, схватив рюкзак, выпрыгиваю на обочину. Бегу за машину, изображаю будто меня рвёт. Клаус спрыгивает за мной. Какое-то время мы стоим замерев, Клаус первым прерывает тишину. — Я сейчас пойду и скажу, что ты дальше ехать не можешь. Жди меня здесь, хорошо, Кэролайн?! — я зло смотрю на него и не отвечаю. — Ты поняла?! — Да, поняла я, поняла! Иди уже! — фыркаю. Как же он меня сейчас бесит! Он возвращается к кабинке, залазит внутрь. Слышу, как он с ней виновато прощается, говорит, что мы переночуем в ближайшем мотеле, диктует "свой" телефон. Хоть и несуществующий, но всё равно он подлец! Так бы и убила гада! Наконец Клаус вылазит из грузовика, идёт ко мне, за плечом несёт свою сумку. Фура ещё пару минут стоит, затем уезжает. Какое облегчение! Надеюсь больше никогда не увижу эту мерзкую дальнобойщицу! — Ну и что это было?! — принимаю позу "руки в боки" и прожигаю его взглядом. — А ты бы предпочла вонючего потного верзилу, который бы курил, матерится и всю дорогу норовил тебя облапать?! — в ответ огрызается Майклсон. — О да! Ты предпочёл то, что удобнее для тебя! Какого чёрта, Клаус, ты строил глазки этой мымре?! — почти ору от обиды. — Кэролайн, ради твоей безопасности я готов на всё! Даже строить глазки этой хамоватой дальнобойщице! — он тоже повышает тон и раздражается, как будто это я всю дорогу с кем-то флиртовала. — Неужели, на всё? — цепляюсь к услышанному. — Значит, не будь меня рядом, ты бы не только строил ей глазки, да?! Ты вёл себя, как проститутка! — Любовь моя, я конечно рад, что ты меня ревнуешь! Но выбирай выражения! К тому же нашла к кому ревновать, к зачуханой дальнобойщице! — он хмыкает, показывая отвращение. — То есть не будь она зачуханой дальнобойщицей, то мне следовало бы ревновать?! — сама не понимаю зачем лезу на рожон, но я несколько часов терпела этот фарс и меня прорвало. — Нет! Что ты, любовь моя, можешь не волноваться, ты так проросла внутри меня, что кроме как на тебя, у меня не на кого больше не встаёт! — выплёвывает мне в лицо резко. — О, теперь обвини меня ещё в своих проблемах с потенцией! — я не остаюсь в долгу. — Кэролайн, я кажется, попросил выбирать выражения! Я не импотент! — я его всё-таки довела, теперь он во всю орёт и напирает на меня. — А по-моему ты только что это сказал! — снова лезу на рожон, но меня не остановить, от ревности мне сносит крышу. — Замолчи! Все нервы ты мне вымотала! В печёнках у меня сидишь! Даже мозг весь вынесла! — не выдерживает Клаус, и резко отвернувшись от меня, уходит. Он идёт параллельно обочине дороги, я кое-как плетусь вслед за ним. Никто из нас не разговаривает. Вокруг темно, хоть глаз выколи. Трасса вроде междугородняя, но ни одной машины. Я не выдерживаю первая. — Куда мы идём? — начинаю осторожно. — О, Ваше величество соизволили со мной заговорить?! — язвит в ответ и прибавляет ходу. — Клаус, куда мы идём?! — повторяю настойчивее, пропускаю мимо ушей его ёрничество. — В полумиле отсюда мы проезжали придорожный мотель. Вернёмся и там переночуем. — отвечает коротко и замолкает. Оставшуюся часть пути преодолеваем в тишине. К мотелю приходим спустя минут сорок. Смотрю на часы - около полуночи. На меня сразу наваливается усталость. А ещё хочется в душ. — Кэролайн, сейчас мы зайдём в мотель. Жди меня у дверей. Не смотри по сторонам. Там тоже могут быть камеры. Хорошо?! — говорит примирительным тоном. — Хорошо! — решаю больше не нарываться. Заходим в мотель. В холле темно. Вокруг приглушённый свет. Когда закрываем дверь, звенит колокольчик. В центре за стойкой зажигается настольная лампа, со стула поднимается пожилой мужчина. Клаус сразу направляется к нему. Они тихо разговаривают, мужчина о чём-то шутит, Клаус смеётся и кивает, затем отдаёт деньги, мужчина протягивает ему ключи, потом разворачивается в мою сторону и странно улыбается. Клаус с хитрой физиономией идёт ко мне. Что за фигня?! — Пойдём, love! Наш номер в другом крыле, вход с улицы. Опять молча плетёмся в номер. Обходим здание вокруг. По номерам на дверях Клаус находит наш. Быстро открывает его. Так же молча входим внутрь. Он нащупывает в темноте выключатель и зажигает свет. Осматриваемся. Номер небольшой. Почти всё пространство занимает двуспальная кровать, платяной шкаф и две прикроватных тумбочки. Сбоку вижу дверь, похоже, ванная комната. Как я о ней мечтала! Бросаю рюкзак у порога и направляюсь в сторону заветной двери. Но Клаус меня хватает за запястье. — Кэролайн, подожди минуту. — он быстро подходит к окну, плотно закрывает его шторами. Затем ходит по номеру, просматривает все углы, потолок, люстру, заглядывает в шкаф и под кровать, проверяет даже прикроватные тумбы. Потом идёт в ванную. Через минуту возвращается. — Всё в порядке! Можешь идти в душ! Ванны нет, извини, Кэролайн, не Хилтон. Зато есть гель для душа, шампунь и полотенца. Я открываю рюкзак, достаю большую футболку и исчезаю в ванной комнате, запираю дверь на защёлку. Хочу смыть с себя дорожную усталость и побыть наедине с собой и своими мыслями... Быстро разодеваюсь и захожу в кабинку, включаю тёплую воду. Боже, какой это кайф! Не знаю, сколько времени я наслаждалась водными процедурами, кажется целый час. Когда возвращаюсь в комнату, Клаус лежит на кровати в одних трусах, он уже расправил постель. Увидев меня, он сразу оживляется и расплывается в улыбке. — А я думал, не вызвать ли мне спасателей, любовь моя. Что так долго?! — Никак не могла отмыть вонючий запах духов Камиллы! — язвлю я. — Ты опять?! Кажется, мы уже всё обсудили. — он тоже взрывается. — Серьёзно?! — зло фыркаю, как же он меня сегодня бесит, но я слишком вымотана, чтобы спорить. — Послушай, я устала, не хочу с тобой разговаривать, хочу спать. Подвинься! — Кэролайн, почему ты такая упрямая?! — он смотрит на меня, но без злости, скорее устало. — Что я должен сделать, чтобы ты перестала на меня дуться?! — Просто отвали от меня! Дай поспать! — рявкаю, снова вспоминая флирт в грузовике. — Милая, кажется, я просил выбирать выражения! — по тону узнаю прежнего тирана Никлауса Майклсона. — Ты, похоже, не понимаешь по-хорошему?! Так что я больше не намерен терпеть твои оскорбления! Он хватает меня за запястья и тянет на себя. Я не успеваю даже ахнуть, как он уже целует меня. От неожиданности открываю рот, и Клаус пользуется этим, углубляя поцелуй. Я пытаюсь сопротивляться, хочу вырвать руки, но он слишком крепко меня держит. Я дёргаюсь и прикусываю ему губу. Он рычит, отрывается от меня, зализывает языком небольшую ранку от моих зубов. Минуту смотрим друг на друга, испепеляя взглядами и тяжело дышим. — Ты всё-таки заноза в заднице, love! Сама напросилась! — низким голосом хрипит Клаус. Я хочу сказать ему что-нибудь обидное в ответ, но он резко меня хватает и валит на кровать. Пытаюсь оттолкнуть его, но Клаус ловит мои руки, поднимает их у меня над головой и зажимает одной рукой. Другой он тянется куда-то, я поворачиваю голову и вижу, как он достаёт какую-то верёвку с кожаным ремнём на конце. — Знаешь, love, оказывается нам достался очень интересный номер, с разными пикантными штучками и приспособлениями, так что расслабься, тебе понравится! Клаус застёгивает на моём запястье кожаный ремешок и туго его затягивает. Когда до меня доходит, что происходит, я начинаю извиваться, колотить свободной рукой, брыкать ногами. Но Клаус ловит мою руку и таким же способом пристёгивает её с другой стороны кровати, в буквальном смысле распиная меня. — Ты с ума сошёл! Отпусти! Я не хочу! Клаус! — я всё ещё не верю, что он это серьёзно. — Кэролайн, не будь букой! Тебе понравится! Просто расслабься! Я открываю рот, чтобы снова закричать, но он опять целует меня, нагло шаря языком. Пытаюсь отвернуться. Но он берёт мою голову руками и не даёт мне выскользнуть. Я сопротивляюсь. Однако Клаус целует так страстно, так ненасытно и так возбуждающе, что я не выдерживаю и отвечаю ему. Мы сплетаем языки, впитываем вкус друг друга как ненасытные звери. Чувствую, как у меня перехватывает дыхание, а внизу живота становится жарко и ноет от желания. — Любовь моя, расслабься! И ничего не бойся! Тебе понравится! — он отрывается от меня и медленно гладит руками мои плечи, а потом резко разрывает на мне футболку. Я только охаю, а он уже ласкает и массирует мою грудь, прикусывает и сразу зализывает сосок, спускается поцелуями ниже. Ласкает кончиком языка кожу в районе пупка, посылая по телу импульсы наслаждения. Я тихо постанываю и выгибаюсь. Клаус целует дальше, ниже, слегка прикусывает кожу на внутренней части бедра. Я вскрикиваю от неожиданности и толики боли. Он зализывает место укуса и целует. Облегчённо выдыхаю от новой волны наслаждения. Он спускается поцелуями к самой лодыжке, ласкает кончиком языка и посасывает каждый пальчик на ноге. — Ты только не бойся, тебе понравится, sweetheart! — но я уже в таком томлении, что смутно понимаю его слова и тем более действия. Клаус снова куда-то наклоняется. Минута, и моя нога, пристёгнута к кровати кожаным браслетом на верёвке. Я не успела даже отреагировать на это, как он проделал тоже самое с другой ногой. Вот теперь я точно лежу, как распятая. — Что ты хочешь сделать со мной? — моя поза возвращает меня в реальность, я боюсь Клауса, ведь я не так давно пережила изнасилование этим человеком. Неужели он снова хочет причинить мне боль?! — Я хочу подарить тебе наслаждение, Кэролайн, какого ты ещё никогда не испытывала! — шепчет он мне и легонько прикусывает мочку уха. Выдыхаю от удовольствия, но я всё ещё боюсь. — Тебе понравится, просто доверься мне! — он продолжает шептать своим низким сексуальным голосом с хрипотцой, и целует глаза, нос, уголки губ, скулы, шею. Постепенно расслаблюсь и закрываю глаза. Клаус снова отрывается от меня. Когда я открываю глаза, он смотрит на меня и улыбается, улыбаюсь в ответ. — Ты доверяешь мне, love?! — соблазнительно шепчет он мне. И я киваю. — Тогда ни о чём не думай, просто чувствуй! — в его руке появляется какая-то тёмная лента. — Закрой глаза, Кэролайн! — Зачем?! — мне снова становится тревожно. — Ты сказала, что доверяешь мне?! — он коротко целует меня в губы, и я покорно закрываю глаза, и он завязывает эту ленту у меня на лице. — А теперь просто чувствуй, Кэролайн! Сначала я чувствую себя скованно. Пытаюсь открыть глаза, но ничего не вижу. От этого я напрягаюсь. Но Клаус целует меня, ласкает моё тело руками, распаляя во мне желание. И постепенно я забываюсь. Ощущения становятся острее, посылая по телу неожиданные волны наслаждения. Он целует мою грудь, посасывает сосок, чуть-чуть прикусывает, зализывает. А потом я чувствую что-то холодное, металлическое и острое. Нож?! Клаус обводит им сначала один, потом другой сосок. Я дрожу, мне становится страшно, но он продолжает свои действия. То обводит мою грудь этим металлическим остриём, то целует, потом слегка надавливает на сосок остриём. От этого я издаю стон. С одной стороны, это странное ощущение испуга, но с другой стороны, страх и толика боли делают удовольствие ярче, сильнее. Майклсон продолжает вырисовывалась странные узоры холодным металлом по моему телу, периодически нажимая остриём на мою кожу. Я то вздрагиваю, то выдыхаю в наслаждении. Когда я было привыкаю и совсем забываюсь, Клаус срезает с меня трусики, я слышу треск ткани. А затем сразу проникает в меня двумя пальцами. Его действие немного резкое и грубое, поэтому я вскрикиваю и прогибаюсь навстречу. Дёргаю руками и ногами, но я связана. — Всё хорошо, любовь моя! Расслабься... Клаус начинает имитировать поступательные движения, массируя меня внутри. Я выдыхаю и действительно расслабляюсь. И он продолжает свои действия, пока меня не начинает потихоньку накрывать. Но Майклсон не даёт мне кончить. Он снова удивляет, когда убирает пальцы и прикладывает к моему клитору холодный металл, затем то слегка, то сильнее надавливает им на самую мою сердцевину. От контраста прикосновений и температуры металла и моего тела я вздрагиваю. Я ещё не поняла своих ощущений - наслаждение это, или такая пытка, вызывающая сладкую истому. Но Клаус словно опытный музыкант играет со мной. Я почти близка к вершине, и он это видит по моим подрагиваниям и участившимся стонам. Я жду разрядки и он мне её даёт, чуть-чуть засовывая в меня что-то скользкое холодное металлическое, на задворках сознания я успеваю предположить, что это рукоятка ножа, когда он резко убирает её, потом снова проникает пальцами в меня и массируя, нажимает на какую-то точку внутри, от чего я издаю истошный крик удовольствия. И Клаус повторяет действия, снова и снова нажимая на заветную точку. Я кричу и прогибаюсь навстречу, хочу схватить его руками, обнять, обхватить ногами, но верёвки и кожаные ремни прочно сдерживают мои запястья и лодыжки, придавая остроты ощущениям. Я дёргаюсь и потом меня накрывает так сильно, что кажется, я даже плачу. Я прихожу в себя через несколько минут, слышу тяжёлое дыхание Клауса рядом, пытаюсь собраться с мыслями. Я уверена, что сейчас он развяжет мне глаза, освободит мои руки и ноги. И как только я открываю рот, чтобы спросить, что дальше?! Клаус меня целует. Глубоко, страстно, с только ему присущим мужским грубым, но в то же время и нежным напором. Прогибаюсь всем телом ему навстречу. Растворяюсь в поцелуе. Отвлекаюсь. И когда я ожидаю его новых ласк и прелюдий, он резко входит в меня, и максимально подаётся вперёд. Я опять кричу. Неожиданность, его сила, напор, твёрдость, умелые руки на моём теле, всё складывается в одну симфонию ощущений. Клаус набирает темп. На этот раз нам не нужно много времени, чтобы придти к разрядке. Я изначально на пределе. Клаус, похоже, тоже сильно перевозбуждён. Поэтому толкается в меня несколько раз и мы одновременно стонем. Чувствую жар его освобождения внутри меня. Клаус с рыком выдыхает и наваливается сверху. Он всё ещё внутри меня. И это хорошо. Мне нравится ощущать как он продолжает пульсировать во мне. Когда наш удивительный оргазм проходит, Клаус освобождает меня и скатывается с моего тела. Потом аккуратно отстёгивает мои руки, нежно целует запястья. То же проделывает с ногами. И наконец снимает с меня повязку. Я хочу немного продлить только что совершённое таинство и не спешу открывать глаза. Клаус гладит меня по волосам. — Тебе понравилось, любовь моя?! — полушёпотом спрашивает он меня. Его голос до сих пор низкий и хриплый от пережитого возбуждения. И тогда я открываю глаза и просто улыбаюсь в ответ. Он коротко целует меня в губы, затем ложится рядом, обнимает меня и притягивает ближе. Чувствую его влажную от пота кожу. Клаус расслабляется, его дыхание становится умеренным. Он зарывается носом в моих волосах и шумно вдыхает мой запах. Он всегда так делает по утрам, когда мы просыпаемся, и перед тем, как заснуть. Но я никак не могу успокоиться. Мне любопытно, и я не выдерживаю. — Клаус, что это было? — Ты о чём? — шепчет он устало. — Ты меня связал, это был нож?! — Вроде того, армейский клинок, подарили в одной из военных частей, я спонсировал их госпиталь. — Почему ты решил воспользоваться им сейчас. — Ну ты была весь день так взвинчена, love. Я должен был тебя как-то отвлечь, и эмоционально, и физически... Решил поэкспериментировать. Потом, не зря же нам достался такой номер! — он издаёт тихий смешок. — И часто ты так экспериментируешь?! — спрашиваю осторожно, чтобы не разозлить его. — Любовь моя, ты сама знаешь ответ, я живу с тобой. — выдыхает он с таким подтекстом, будто я глупая школьница. — Но у тебя же были женщины раньше? И думаю, немало! — настаиваю на своём, но стараюсь сохранять спокойный тон, я всё ещё не хочу портить нам настроение. Но любопытство сильнее меня. — Были... Много... — соглашается он. — Но, знаешь ли, я ничего к ним не чувствовал, с ними я просто трахался! Мне было плевать на их удовольствие или его отсутствие! — по его встревоженному голосу я чувствую, что он искренен со мной. Не зря говорят, мужчины после секса откровенны. — С тобой же мне хочется большего, и от того, как ты кончаешь, я получаю такое же сильное удовольствие, и разрядка сильнее! — он снова издаёт тихий смешок, и целует меня в ухо. — Ты довольна, love?! Вместо ответа я ближе прижимаюсь к нему. — Тогда может будем спать, осталось не так много времени на отдых. — Хорошо! — выдыхаю я. Клаус целует меня в макушку и я, наконец, успокаиваюсь...