Красные дьяволы

Спустя мгновение после того как Джейн закрыл за собой дверь, он тяжело осел на кровать. Он не мог отрицать, что рад вновь увидеть Лисбон, но, как и всегда, когда его отношения с Лисбон пересекались с делом Красного Джона, консультант ощутил глубинный, всепоглощающий страх. Его заклятый враг прекрасно знал, что сделает с ним потеря Лисбон, и часть Джейна задавалась вопросом, почему убийца не решил продолжать мучить его и не отнял ее так же жестоко, как сделал это с его женой и дочкой. Джейн знал, что основным объяснением этого факта было то, что Красный Джон любит с ним играть, но Джейн так же понимал высокомерие убийцы, его желание быть на шаг впереди. И, как Джейн и предупреждал Лисбон, если Красный Джон узнает об обмане Джейна, расплата будет жестокой. Джейн дрожащей рукой пробежался по своим ужасно взъерошенным грязным светлым кудрям. Ему стоить прекратить так много пить, подумал он. Может, стоит оставить походы в казино, просто так, для галочки, но здесь, в отеле, он начнет попросту выливать бутылки в раковину, перед тем как выбросить пустую тару в мусорное ведро, продолжая игру. Джейн боялся, что и в самом деле, учитывая то, как хорошо он спал в последнее время, он, в конечном счете, превратится в алкоголика. Но он ненавидел взгляд, каким посмотрела на него Лисбон, он ненавидел видеть в ее глазах неодобрение и боль из-за того, что она заметила в нем то, что однажды заметила в своем отце. Он вздохнул. Джейн уже видел, как месяцы его работы рассыпаются в прах. Существовала одна, самая веская причина, из-за которой ему пришлось уйти от Лисбон. Лисбон делала его лучшим человеком, а чтобы попасть на орбиту Красного Джона, он должен быть кем угодно, только не таким. Он разделся и забрался в душ, продолжая думать о Лисбон даже тогда, когда тер себя мочалкой. Он все еще может походить на бродягу – бриться он не стал – но он не мог вынести мысли, что она будет думать, будто от него плохо пахнет. — Проклятье, — сказал он самому себе. — Не прошло и пяти минут в ее присутствии, а я уже пытаюсь произвести на нее впечатление. Джейн улыбнулся, прокручивая в памяти их разговор в машине. Она поставила его на место, прибегнув к шантажу и эмоциональным манипуляциям. Не прошло и пяти минут в его присутствии, а он уже успел ее развратить. Джейн рассмеялся в голос при этой мысли. Из-за этого-то, напомнил он самому себе, когда успокаивающие струи воды немного прояснили его голову, они и составляли такую хорошую команду. Они уравновешивали друг друга. Ночью он спал крепко – один из положительных побочных эффектов обильных возлияний. Следующим утром Джейн надел чистую рубашку и чистый костюм, но без жилета, и отправился в казино. Он притворился, будто охвачен азартом, прежде чем сказать дилеру, что ему нужно посетить уборную. Он знал, что возле двери в туалет есть лестница, и, оглядевшись вокруг, Джейн проскользнул на нее. Он поднялся на один пролет и вышел на площадку второго этажа, где воспользовался лифтом, на котором поднялся на одиннадцатый этаж, где и располагался номер Лисбон. Он чувствовал себя необъяснимо взволнованным, не только потому, что собирался снова увидеть Лисбон, а потому, что все еще боялся, что за ним могут следить или наблюдать. Джейн не знал, как далеко распространяется власть Красного Джона. Есть ли у него кто-то, кто прямо сейчас смотрит на Джейна через камеры видеонаблюдения и докладывает о его передвижениях? Когда Лисбон здесь не было, он даже не думал об этом, поскольку постоянно оставался в образе и не беспокоился о том, что она о нем думала. С глубоким вздохом он тихонько постучал в номер 1108 и почувствовал, как она смотрит на него через глазок. Щелкнул замок, и Лисбон открыла дверь, распахнув ее достаточно широко для того, чтобы он смог зайти внутрь. — Доброе утро, — негромко сказал Джейн, улыбаясь от вида Лисбон в белом парике. На ней было одето новое платье, и он сделал все возможное, чтобы не пялиться на впервые открывшиеся его взору натренированные икры и изящные босые ножки. Его улыбка расширилась, когда он заметил, что ее ногти были окрашены в ярко-розовый. — Привет. Тотчас же, как дверь была закрыта, она сорвала с головы парик и бросила его на кровать, куда тот приземлился золотистой лужицей. — Не думаю, что когда-нибудь смогу привыкнуть к этой штуке. Джейн должен был признать, что ей больше шло быть брюнеткой. Лисбон так же воспользовалась моментом, чтобы как следует его разглядеть, и то, что его лицо стало нагреваться, Джейн списал на их долгую разлуку. — Ты выглядишь лучше. И пахнешь тоже лучше. — Ну, спасибо. Она улыбнулась и указала на один из стульев, стоявших у расположенного возле окна стола. Сама же Лисбон устроилась напротив. — Итак, — сказала она, — перейдем прямо к делу. Я много думала. Если ты действительно веришь, что эта официантка работает на Красного Джона, я буду за ней следить, наблюдать за ее домом, отслеживать ее… Джейн покачал головой: — Ни в коем случае. — Что? Почему? — Он узнает, — торжественно произнес Джейн. — Я хороша в своей работе, Джейн. Он, проявив мудрость, не стал с этим спорить, вместо этого сказав: — Лучшее, что ты можешь сделать, это просто ждать своего часа в качестве моего подкрепления. В ближайшее время она сделает свой ход. — А что за ход, как ты думаешь? — Она найдет повод, чтобы вовлечь меня в разговор и немного мне посочувствовать. Затем, после того, как она передаст своему шефу, что я и в самом деле приближаюсь к самому дну, она вернется с предложением дружбы. Но мне придется что-то сделать в качестве доказательства. Лисбон нахмурила брови, затем рассеянно сместила ноги, положив одну на другую так, что он смог хорошо рассмотреть ее колено и часть соблазнительного бедра. Его взгляд метнулся прочь от привлекательной картины, и Джейн заставил себя сосредоточиться на ее лице. — Например, что? Он пожал плечами. — Понятия не имею. Я уверен, это будет что-то, чего я делать не захочу. — И ты по-прежнему хочешь, чтобы все, что я делала, это сидела сложа руки и просто наблюдала за происходящим? — Это все, что ты можешь делать, Лисбон. — Ты можешь впустую тратить время, — рискнула предположить она. — Эта официантка может ничего из себя не представлять. Черт, Красный Джон, возможно, даже не знает о том, что ты здесь. — Он знает, — сказал Джейн, — я это чувствую. — В последнее время ты слишком часто изображал экстрасенса, не так ли? — Ты знаешь об этом? — еще одна вещь, из-за которой ему стало стыдно. — Да, друг из Вегаса сообщил мне об этом после того, как услышал, что ты вновь играешь свою старую роль экстрасенса. Именно так я тебя и нашла. — Хм, — сказал он. — Мне срочно понадобились деньги, к тому же мне было нужно, чтобы Красный Джон увидел, что я слетел с катушек настолько, что готов вернуться на работу, которую прежде ненавидел. Если честно, я и забыл, насколько мне это противно. Лисбон печально покачала головой. — Надеюсь, твои муки – что физические, что эмоциональные – стоят того. Знаешь старую поговорку о том, как месть ранит того, кто сильнее ее жаждет… — Не волнуйся, Лисбон. Если все пойдет по плану, в конце сильнее пострадает именно Красный Джон, — его голос принял зловещий тон, который она ненавидела, именно так менялся его голос, когда он говорил об уничтожении своего заклятого врага. Она решила не напоминать об еще одной старой поговорке про хорошо продуманные планы*. Пока они разговаривали, Джейн заметил, что маленький конверт, лежащий на столе, сдержит в себе две ключ-карты от номера Лисбон. Скорее всего, это произошло по недосмотру персонала отеля, так как номер был рассчитан на одного постояльца. Когда он встал, чтобы откланяться, он стащил один ключ, воспользовавшись тем, что она отвернулась. Конечно же, такой хороший детектив как она позднее это обнаружит, но возможно, ей станет легче на душе, зная, что у него есть ключ на случай возникновения чрезвычайных ситуаций. Мда, он на это надеялся. Скорее всего, она разозлится, но, когда это случится, он просто спрыгнет с моста. — Сделай одолжение, — сказал Джейн со стороны двери, тон его голоса стал легче. — Купи на всякий случай парочку одноразовых телефонов. Если их буду покупать я, могут возникнуть подозрения. Буду ждать тебя здесь в пять. — Хорошо. Ты снова вернешься за столы с блэкджеком? — Да. Возможно, я позволю себе выиграть несколько партий, чтобы отметить твой приезд. — Очень мило с твоей стороны, — сухо сказала она. Ее рука коснулась двери, но прежде чем она успела ее открыть, Джейн поддался импульсу и заключил ее в крепкие объятия. Он почувствовал, как на мгновение она замерла, но когда он вдохнул свежий аромат ее волос, она расслабилась в его руках и ответила на объятия. — Я скучал по тебе, — выдохнул он спустя секунду после того, как ее руки сомкнулись вокруг его спины. Лисбон не ответила, но по тому, как ее сердце забилось быстрее, он понял, что она чувствовала то же самое. Он закрыл глаза, смакуя ощущение ее маленького, худенького тельца против его и отмечая приступ желания из-за того, как приятно было ощущать прикосновение ее груди к его. Объятия продолжались на несколько секунд дольше, чем было необходимо, и Джейн странно неохотно ее отпустил. Однако, к тому времени как он это сделал, в воздухе между ними возникло что-то новое, нечто, от чего его пульс подскочил, а Лисбон покраснела и не смогла решиться посмотреть ему в глаза. — Будь осторожен, — сказала она Джейну, стоя возле открытой двери и прикрывая его со стороны коридора. — Ты тоже, Лисбон. Дай мне пятнадцать минут, прежде чем спуститься, и встретимся здесь в пять часов. Когда она закрыла за собой дверь, он все еще дрожал.

***

«Что это было?» — спрашивала себя Лисбон, натягивая трясущимися руками парик. Она могла бы поклясться, что его объятия были более чем дружескими. Руки Джейна на ее спине были слишком ласковыми, и она могла бы побиться об заклад, что он втянул носом аромат ее волос. Еще парочка таких объятий, и ей будет еще сложнее скрывать от него свои истинные чувства, и у них обоих должны быть трезвые головы, если весь этот план сработает. Нет времени отвлекаться. Лисбон принялась рассматривать свои глаза через зеркало ванной комнаты, они заблестели, и в них появилось мечтательное выражение, когда женщина воскресила в памяти ощущение его тела так близко от ее, вспомнила мягкое шуршание его щетины по ее щеке, слабый запах его мыла и подавляющая харизма – все это Джейн. Если бы у нее было время, она бы обдала лицо холодной водой, но тогда ей бы пришлось заново наносить макияж. Джейн сказал пятнадцать минут. Молча проклиная свою слабость во всем, что касалось этого мужчины, она скользнула в свои сандалии, схватила сумочку, темные очки и конвертик с ключом и направилась к лифту. Первый этаж казино, несмотря на то, что на часах было всего девять-тридцать утра, был уже полон. Вооружившись в киоске пятицентовиками, она начала бродить между рядами игровых автоматов, пока не отыскала место, с которого был четко виден Джейн, севший только что за карточный стол. Лисбон отметила, что смена Лорелеи должно быть уже началась и нахмурилась, когда увидела, как темноволосая женщина рассмеялась, отдавая Джейну заказанный им напиток. — Эти автоматы должны приносить побольше веселья, — сделала комментарий пенсионерка, сидевшая на табурете рядом с Терезой. По-видимому, она неверно растолковала недовольное выражение на лице Лисбон. — Да уж. Я люблю автоматы, но не могу заставить себя пересесть за те, которые «заглатывают» четвертаки или даже доллары. Думаю, я слишком бедна, чтобы тратить свои деньги подобным образом. Пожилая женщина рассмеялась. — Я понимаю, что вы имеете в виду. Мой муж – вот кто настоящий игрок. Я хожу вместе с ним лишь в рестораны и на шоу. Обычно он делает хорошие деньги на игре в блэкджек и оплачивает всю нашу поездку. — Ну, должно быть ему везет. Лисбон рассеянно вела светскую беседу соседкой, но прошло совсем немного времени до того как ей стало очень скучно и более чем немного беспокойно. Джейн, отметила она, использовал свой бокал для прикрытия, и перед ним уже набралась изрядная горка фишек. Лисбон решила, что вскоре он начнет проигрывать, чтобы это показалось еще более трагичным. — Дамы желают что-нибудь выпить? — спросила Лорелея. Лисбон напряглась, а сердце громко забилось в груди от страха, что ее застали на месте преступления – наблюдающей за Джейном. Она перевела свой взгляд на автомат. — Только диетическую колу, пожалуйста, — вежливо сказала Тереза. — Непременно. После того как Лорелея приняла ее заказ и ушла, женщина рядом с Лисбон поцокала языком: — Их наряды год от года становятся все пошлее и пошлее. Лисбон хмыкнула и забросила еще одну монетку. Спустя еще один час скуки и зря потраченных денег, Лисбон пришлось встать. Она целенаправленно прошла мимо Джейна, чтобы тот мог ее видеть, и двинулась к бару. На сей раз она заказала себе кофе и, потягивая его, притворилась, будто смотрит идущий по телевизору футбольный матч, а не на танцующих на сцене за ее спиной девушек. Несколько минут спустя Лисбон была поражена, увидев сидящего в другом конце бара Джейна. Он заказал себе виски и подарил кокетливую улыбку, от которой ее сердце затрепетало. Она его проигнорировала и демонстративно вернулась к матчу, напомнив себе о том, что он просто играет роль. Джейн и бармен начали болтать о футболе, но вскоре после этого к консультанту присоединилась Лорелея, устало опустившись на стоявший рядом табурет. — Сэм, — сказала она бармену, — у меня десятка, принеси, пожалуйста, выпить? — Сию минуту. Пока она ждала свой напиток, то искоса взглянула на Джейна. — Ты выглядишь так, будто неплохо поиграл за тем столом с блэкджеком, — непринужденно сказала она. — О, ну, поначалу так и было. Легко пришло, и тд., и тд. — Жаль это слышать. Уверена, удача еще вернется. Держись. — Спасибо. Лорелея с улыбкой забрала у Сэма свой напиток, затем сделала глоток. — Кстати, я Лорелея. — Ох, да, я помню. Я видел тебя здесь и раньше. Я Патрик. — Привет, Патрик. Они пожали друг другу руки, и Лисбон постаралась не слишком афишировать свой к ним интерес, изображая полную увлеченность футболом. Пара продолжала болтать на такие разносторонние темы как смысл жизни или теории Джейна о правильном и неправильном (что, знала Лисбон, на самом деле полная чушь) и его удивительном признании в том, что он мошенник и убийца. Лисбон как раз спрашивала себя, хотел ли Джейн пригласить куда-нибудь Лорелею, когда их прервал дородный мужчина в костюме со своим головорезом Мьюрреем. Джейн представил Оскара Лорелее, и встреча, казалось, проходила довольно тепло до тех пор, пока не выяснилось, что Джейн надул Оскара на десять штук. Господи, подумала Лисбон, во что, черт возьми, он ввязался? Эти ребята попросту его убьют. Лисбон нашла глазами лежащую на барной стойке сумочку и положила на нее руку, почувствовав под тканью утешительные очертания своего глока. Джейн старался не смотреть в ее сторону, отчего она не решалась вмешиваться. Он, должно быть, думал, что у него все под контролем, поняла она. Лисбон с удивлением увидела, как Джейн прикурил, и следующее, что она осознала, это что Оскар весь в огне! Все вокруг ахнули и вскочили с мест, разглядывая разыгравшееся зрелище, в то время как Джейн воспользовался столпотворением, чтобы сбежать. Лисбон внимательно наблюдала за Лорелеей и заметила, что та не проявила никакого волнения, а просто смахнула капли спирта со своей формы, продолжая следить за тем, как Джейн убегает от Оскара и его прихвостня. Тереза воспользовалась этим отвлекающим фактором и скрылась, обогнув бар за официанткой, и быстро двинулась к выходу из казино, выбрав другой путь. Она увидела, как Джейн протискивается сквозь толпу, будто намазанный каким-то маслом, в то время как Оскар и Мьюррей небрежно отталкивают людей в сторону, оставляя за собой кричащих и ругающихся посетителей казино. Лисбон остановилась у главного входа и увидела, как Джейн и два его преследователя перебегают оживленную улицу и ныряют в переулок. Лисбон перехватил сумочку и спокойной рысью побежала за ними. Когда она оказалась вне поля зрения камер казино, она достала свое оружие и прибавила шагу, чтобы догнать мужчин. Где-то в отдалении до нее доносились звуки полицейских сирен – должно быть, поблизости находилась патрульная машина. Она нагнала их в тупике, которым закончился переулок, где Мьюррей пытался выбить пинками из Джейна все дерьмо. — Стоять! Полиция! — закричала она своим лучшим начальственным голосом. Она подбежала к дерущимся и повторила свои слова. На этот раз они ее услышали, и Мьюррей отошел от Джейна. И тогда их нашла полицейская машина. — Опустить оружие! — приказал офицер. Лисбон опустила пистолет и положила руки за голову. — На колени, живо! Лисбон подчинилась, а Джейн так и остался лежать на грязной земле, он тяжело дышал, а из его носа текла кровь. — Тебе не следовало идти за мной, — сердито пробормотал он. — Ой, заткнись и вытри свой нос. — Не рассказывай им обо мне, — сказал он перед тем, как подошли сотрудники полиции и вытащили его из воды, заставляя принять вертикальное положение. Оскар и Мьюррей послушно стояли на коленях возле забора. Лисбон могла бы все объяснить, позвонить своему другу из полиции Лас-Вегаса, но она встретилась глазами с Джейном, и тот слегка покачал головой. Проклятье, он всегда знает, о чем она думает. Всех их привезли в полицейский участок, и потребовалось всего несколько минут на то, чтобы проверить найденные в бумажнике Лисбон удостоверение и жетон. Она рассказала, что стала свидетелем начавшейся в баре ссоры, а затем последовала за ними в надежде, что сможет помочь. В то время как копы занимались другими задержанными, Лисбон разговаривала с начальником участка, сидя в его кабинете. — Что вы делаете так далеко от дома, агент Лисбон? — Отпуск, — пояснила Тереза. — С глоком? — спросил он, протягивая ей ее оружие. — Привычка, — ответила Лисбон, пожимая плечами и робко улыбаясь. Когда она это сделала, то почувствовала, что копирует Джейна. Она убрала пистолет обратно в сумочку. — И вы не знаете никого из участников драки? Это был хитрый вопрос. — Я разговаривала с парнем-блондином. Что не было ложью. Шеф полиции, коренной американец лет пятидесяти, нахмурился. — В баре? — Нет. Раньше. В моем номере, — она пыталась выглядеть смущенной из-за подтекста своих последних слов, что было не так уж и сложно, когда она вспомнила, что чувствовала, находясь в его объятиях. — Ааа, — произнес начальник, поняв, что она имела в виду. — Что-то из разряда «Такое случается в Вегасе», да? Она покраснела. — Что-то в этом роде. Я была бы признательна, если бы вы не сообщали об этом кому-то из КБР. Возможно, когда-нибудь я смогу вам отплатить, — и Лисбон подарила ему свою самую очаровательную из улыбок, от которой на ее щеках появляются ямочки, чувствуя, что она снова копирует Джейна. — Вы планируете вызволить его из заключения? — Не знаю. Послушайте, офицеры приняли у меня заявление, получили всю контактную информацию. Не возражаете, если я сейчас уйду? В отпуске я бы хотела держаться подальше от полицейского участка, вы ведь меня понимаете? — Конечно. Спасибо за вашу помощь, агент. — Без проблем. И они пожали друг другу руки. — Как долго вы планируете здесь пробыть? — Ох, неделю. Может быть две. Чего она действительно хотела сделать, так это убраться оттуда прежде, чем они пробьют отпечатки Джейна. Пройдет нет так уж и много времени, прежде чем они сообразят, что шесть месяцев назад он работал в КБР. — Я могу увидеть мистера Джейна, прежде чем уйду? — Конечно. Джонс! В открытых дверях кабинета появился офицер. — Да, сэр? — Проводи агента Лисбон в камеру для задержанных, ладно? — Разумеется. Джейн сидел в переполненной камере вместе с проститутками, алкоголиками и прочими непрезентабельными преступниками. Оскар и Мьюррей сидели в отдельной, соседней с ним камере. Джейн небрежно подошел, чтобы встретиться с ней по обратную сторону решетки. — Лисбон, — сказал он. — Ты ведь не вытащила меня отсюда, да? — Нет, — ее голос сменился на раздраженный шепот. — Не могу поверить, что врала ради тебя. Если начальник полиции позвонит Уэйнрайту… — Пфф. Не беспокойся об этом. Просто оставь меня здесь на ночь. Я ставлю на то, что Лорелея или даже сам Красный Джон внесут за меня залог, вот увидишь. Она покачала головой. — Честно говоря, я немного больше чем просто боюсь за свою работу. — Слушай, если дойдет до этого, просто скажи правду. Ты узнала, где я, и приехала проведать. Ты не вытащила меня, потому что была зла и решила преподать мне урок. Она оглядела его звездную компанию и поморщила нос от неприятного запаха. — Ну, в основном все верно. Только я ввела в заблуждение сотрудника полиции. — Тогда скажи, что работаешь под прикрытием. Не знаю… мы придумаем что-нибудь, если понадобится. Все к чему я веду, это то, что вытащить меня из тюрьмы – отличная возможность для Лорелеи завоевать мое доверие и благодарность. Я буду чувствовать себя обязанным, и она попытается этим воспользоваться. — Проклятье, Джейн. Он улыбнулся, и его рука пролезла сквозь решетку, чтобы ее коснуться. — Со мной все будет в порядке. Не беспокойся. — О, я и не беспокоюсь. На самом деле, вероятно, тюрьма для тебя сейчас самое безопасное место. Я, по крайней мере, буду знать, где ты находишься. Он проигнорировал ее колкость. — Я позвоню тебе, когда выйду. Она вздохнула. — Хорошо. Но я на всякий случай соберу деньги для твоего залога. — Я нахожу отсутствие твоей веры в мои инстинкты довольно оскорбительным. — Эти чувства взаимны, дружище. Они смотрели друг на друга через тюремную решетку, его глаза впились в ее с нескрываемым волнением. В какой-то головокружительный момент у нее возникло странное чувство, будто он собирается ее поцеловать. Она сделала нервный шаг назад и сжала губы в жесткую линию. — Будь осторожна, — сказал ей Джейн. — Ты тоже, — ответила она, взглянув на его шумных соседей. С мимолетной улыбкой, она развернулась и покинула его, но каждая клеточка в ее теле кричала вытащить его оттуда и увезти с собой в Калифоннию. — Ты тупица, — сказала она под нос самой себе, не зная, кого именно имея в виду – себя или Джейна. Ее сопровождающий оглянулся на нее, открывая входную дверь, чтобы ее пропустить: — Мэм? — Ничего, — сказала Лисбон и достала из сумочки телефон, чтобы вызвать такси.

***

Вскоре после того, как Лисбон покинула участок, начальник полиции вызвал Джейна к себе в кабинет. Он посмотрел на задержанного поверх очков; по этому взгляду Патрик понял, что их песенка спета. — Итак, примерно шесть месяцев назад вы работали на Калифорнийское бюро расследований в качестве, эмм… — он посмотрел на лежавшую на столе распечатку, — консультанта. Теперь вы здесь, в Вегасе, как, кстати, и ваша бывшая коллега и участница потасовки, за которую задержали вас и двух других мужчин. Агент Лисбон не упоминала ваши истинные отношения в Калифорнии и причины, по которым вы находитесь в моем городе. Любые мысли о том, почему она так поступила? — Мы участники секретной операции, как в книжках. Ни один из нас не вправе раскрывать деталей. Хотя это не имеет ничего общего с Оскаром. Это все я. — В Калифорнии у вас есть босс, которому я могу позвонить и проверить ваши слова? — Кимболл Чо, — ответил Джейн не задумываясь. Чо заподозрит неладное и быстро сообразит, что ответить, чтобы прикрыть его и Лисбон. Джейн, по крайне мере, очень на это надеялся. Нет никакого смысла приплетать сюда настоящего босса Лисбон, агента Уэйнрайта. Спустя еще пару минут его нотаций об их действиях на территории его юрисдикции и наплевательском отношении к профессиональной вежливости, начальник посмотрел номер филиала КБР в Сакраменто и позвонил прямо при Джейне. — Агента Кимболла Чо, пожалуйста, — через пару секунд тишины, оператор его соединила. — Чо. Джейн мог слышать лишь знакомый монотонный голос Чо на другом конце провода. — Агент Чо, это шериф Уоррен Ту Гансом из полиции Лас-Вегаса. Прямо передо мной сидит ваш бывший агент, некто Патрик Джейн. — Да, — Джейн мог слышать осторожный ответ своего друга. — Сейчас он находится у меня под арестом за хулиганство и нападение, и еще один ваш агент, Лисбон, представившаяся сотрудником КБР после того, как угрожала пистолетом на месте преступления. — Ясно. Джейн спрятал улыбку, прикрыв губы кончиками пальцев, представляя, как Чо пытается все это переварить, быстро соображая, как, по мнению Лисбон, ему стоит отреагировать. Джейну нравился Чо. Шериф тихо и озлобленно фыркнул. — Мистер Джейн утверждает, что у них двоих здесь миссия под прикрытием. — И? — И? Ну, агент Чо, было бы неплохо, если бы вы дали мне какое-нибудь объяснение. Спасите нас от больших проблем, в которые эти двое могут нас втянуть. Так, к примеру, мистер Джейн столкнулся с некоторыми потенциально серьезными обвинениями… — И Лисбон тоже? — прервал его Чо. — Нет! Она уже ушла. И бросила своего напарника. Что, черт возьми, с вами такое, люди? — Прошу прощения за любые беспокойства, шериф. Я не могу ничего вам рассказать, думаю, вы понимаете. Я свяжусь с агентом Лисбон и попытаюсь убедиться, что более никаких вмешательств в поле вашей юрисдикции не будет. Спасибо за звонок. Чо повесил трубку. Ту Ганс недоуменно посмотрел на телефон, а после едва не разбил его, ставя на базу. Он раздраженно бросил свои очки для чтения на стол. — Джонс! Отведите мистера Джейна обратно в карцер, — он посмотрел на Джейна. — Пока я не получу официальных инструкций о том, что с вами делать, или пока кто-то не внесет за вас залог, вы будете оставаться под моей стражей, слышите? — Кристально чисто, — с радостной улыбкой ответил Джейн. — Увидимся, шериф.

***

Лисбон провела полные нервного ожидания день и вечер, поддерживая свое прикрытие и гуляя по казино и дорогим магазинам, потчуя себя мясом гигантского краба и вкушая сладости с десертного стола. Звонок на ее телефоне стоял на максимуме, чтобы она могла расслышать его сквозь какофонию казино, но все же, не смотря на это, она частенько его проверяла. Она вспомнила о необходимости купить пару одноразовых телефонов, и теперь они лежали у нее в сумочке. Чо позвонил ей и доложил о разговоре с Ту Ганс, но его единственным вопросом было нужна ли ей помощь. Старый добрый Чо. — Нет, — сказала она. — Спасибо, что прикрыл нас. Обещаю, что все тебе расскажу, как только смогу. Я у тебя в долгу, Кимболл. — Билеты на игру команды «Сан-Франциско Форти Найнерс», — мгновенно отреагировал он. — Заметано, — усмехнулась Лисбон. — Джейн в порядке? — Ага. Думаю, ты знаешь, в чем дело, — только дело Красного Джона порождало такую секретность. — Да. Я здесь, если понадоблюсь. — Я знаю. — Будь осторожна. — Буду. Еще раз спасибо. Она повесила трубку и с облегчением улыбнулась. По крайней мере, дома ее прикроют – во всяком случае, пока. Когда Джейн не позвонил до полуночи, Лисбон, изнывая от беспокойства, вернулась к себе и провела практически бессонную ночь. Когда она распахнула глаза в шесть утра, то проверила свой телефон, но никаких уведомлений не было, она не пропустила ни звонков, ни сообщений. Тереза приняла душ и оделась в джинсы и блузку с цветочками, а потом позвонила в полицейский участок. Его отпустили полчаса назад. Кто-то внес за него залог. Ее сердце забилось быстрее. Теперь он у Красного Джона или Лорелеи? Она позвонила ему на мобильный, но после одного гудка звонок перешел на голосовую почту. Лисбон не посмела оставить сообщение. Этот мерзавец должен был позвонить сразу же после того, как его отпустят. Она приготовила у себя в номере крепкого, отвратительного кофе лишь для того, чтобы получить дозу кофеина, и прихватила одноразовый стаканчик с напитком с собой, направившись к лифтам и попутно поправляя свободной рукой парик. Когда Лисбон как бы невзначай проехала мимо отеля Джейна, она не заметила в его комнате никакого движения. Шторы были задернуты, и было темно. Она припарковалась у мотеля в полуквартале от отеля Джейна, а затем засела в кустах неподалеку от двери его номера. Она просканировала пространство, но не заметила ничего, что было бы похоже на признаки слежки, и в столь раннее для Вегаса утро никого вокруг не наблюдалось. Достав кредитку, она перебежала стоянку, подошла к его номеру и постучала, хотя и не ожидала ответа. Мотель был очень старый и морально устаревший, и к счастью, воспользовавшись картой можно было с легкостью открыть замок. И снова влияние Джейна, подумала она, но Тереза была слишком взвинчена, чтобы улыбнуться. Она зашла в комнату, обнаружив ее пустой. Лисбон оставила свет выключенным и села на кровать, готовясь ждать. В полумраке она разглядела, что кровать была свежезаправлена, а в ванной лежали чистые полотенца – признаки того, что накануне номер посещала горничная, хотя в комнате все еще царил беспорядок, словно Джейн попросил обслугу не трогать его вещи. Агент отметила рядом с электрическим чайником запас чая и фарфоровые чашки, и нахмурилась, увидев пол-бутылки виски. Она встала и стащила из мини-холодильника бутылку воды, чтобы найти которую ей пришлось отставить в сторону коробку с китайской едой на вынос. С закрытым окном и без кондиционера в комнате было душно, и она расстегнула одну пуговицу на блузке, но не поддалась искушению избавиться от чертова парика. Через открытую дверь шкафа она увидела два знакомых костюма и три немного помятые рубашки – он никогда не любил утюги. На комоде неаккуратно стопкой лежали книги на совершенно разные тематики. Сидя здесь, в комнате, где он провел все эти молчаливые месяцы, Лисбон почти чувствовала его одиночество, и от этого она ощутила боль в сердце. Он был упрям, одержим и эмоционально поврежден, и она чувствовала его, понимала его сильное желание закрывать дела, хотя и не могла заставить себя согласиться с его методами. Лисбон успела сделать из бутылки один большой глоток, прежде чем услышать, как в замке поворачивается ключ. Она встала, ее рука дернулась к сумочке, и на мгновение она пожалела о своем порыве сюда прийти. Что делать, если с ним Лорелея? Тереза юркнула за дверь.

***

Джейн вошел внутрь, закрыл и запер за собой дверь, затем включил кондиционер и удовлетворенно упал на кровать. Он вытянулся и закрыл глаза, уставший сверх меры после ночи в камере, проведенной прислонившись к холодным прутьям тюремной решетки. — Почему ты мне не позвонил? — потребовала Лисбон, положив свой глок на маленький, стоявший в углу столик. Джейн, схватившись за грудь, сел от удивления, его широко распахнутые глаза были полны страха, а под одним из них красовался синяк всех цветов радуги. — Твою мать! — выругался он. Затем он осознал, что это была она. Мужчина в полумраке прищурился. — Лисбон? Какого черта?.. — Ты должен был мне позвонить, — сказала она, подойдя, чтобы включить прикроватную лампу. Он сидел на краю кровати, запустив руки в волосы и стараясь успокоить свой пульс. — Ты пыталась вызвать у меня сердечный приступ? Боооже. Ты даже не должна быть здесь. — Ответь на мой вопрос. Почему ты не позвонил? — Очередь к полицейскому телефону была с милю длиной, а мой телефон разрядился. Автобус останавливался прямо возле полицейского участка, так что я просто сел на него. Я собирался позвонить тебе, как только включу телефон. Вот, смотри, — он протянул ей свой мобильник, и когда он его раскрыл, она увидела, что тот отключен. Лисбон приняла его объяснение, но с трудом утихомирила свое собственное беспокойство и чувство неминуемой смерти. Затем, к ее удивлению, Джейн улыбнулся, и его глаза блеснули. — Она вытащила меня из тюрьмы. — Боже правый, — сказала Лисбон, выражение ее лица было далеко от ликования. — Но это просто могло быть чем-то вроде жеста милосердия… Джейн покачал головой. — Милосердие стоимостью в тысячу долларов? От официантки? Сомневаюсь. Это Красный Джон, именно он. Ее ноги вдруг ослабели, и она опустилась на расшатанный стул, стоявший за столом. Внезапно Джейн вновь напрягся. Он вскочил с кровати и подошел к ней, взяв ее за руки. Ее ладони были ледяными. — А теперь, Лисбон, тебе нужно уходить. Я жду посетителей с минуты на минуту. — Но тебе может понадобиться подкрепление… Стук в дверь заставил их обоих подпрыгнуть. Он бросил на Лисбон панический взгляд, и она вновь потянулась за пистолетом. Джейн посмотрел в глазок. — Это она! — прошептал Джейн. — Лезь в шкаф! Лисбон выполнила его приказ так тихо, как только могла, а он прикрыл за ней дверь. Спустя секунду дверь снова приоткрылась, и Джейн сунул ей в руки сумку, вновь оставляя ее в темноте. Она услышала, как Джейн открыл дверь. — Привет, — сказал он, симулируя удивление. — Привет. Помнишь меня? — Да, конечно. Лори, верно? — Лорелея, — поправила она, не вполне уверенная, что он забыл. Лисбон услышала шелест бумаги. — Я принесла тебе куриный суп, — сказала официантка. — Подумала, что после вчерашнего он может пригодиться. — Ну, это очень мило с твоей стороны. Какими судьбами? — Мы можем минутку поговорить? Он, должно быть, отошел в сторону. — Конечно. Пожалуйста, проходи… ______________________ * Поговорка звучит так: «The best laid plans of mice and men often go awry». Это строчка из стихотворения шотландского поэта Роберта Бёрнса под названием «To a Mouse» («Посвящение мыши»). Перевод М.Л. Михайлова: «Самые лучшие планы мышей и людей часто уходят с верной дороги»