Красные дьяволы

Первым, что почувствовал Джейн после пробуждения, была капля холодной воды на щеке, а следом за этим появилась пульсирующая боль в затылке. Его зрение начало проясняться, темнота постепенно отступала, и он понял, что все еще находится в гостиничном номере Лисбон, хотя теперь повсюду горит свет. Он по-прежнему лежал там, где и упал – в прихожей, но его голова покоилась на чем-то мягком, а именно – на обнаженном женском бедре. Он заморгал. — Джейн? Лисбон. — Ох, слава Богу, — проговорила она, когда он сосредоточился на ее лице. Ее брови были взволнованно сдвинуты, в зеленых глазах блестели слезы, а волосы были влажными. На ней было лишь полотенце. Джейн попытался сесть. — Лисбон? Что случилось? — Полегче, — сказала она. — Я ударила тебя по затылку своим «глоком». Чем ты думал, когда тайком пробирался в мой номер? Откуда у тебя ключ? Он все еще был дезориентирован, адреналин от страха, что Красный Джон добрался до Лисбон, по-прежнему бушевал в крови, и еще эта бешеная гонка к ее номеру… — Я… — начал объяснять Джейн. А затем он посмотрел на нее и почувствовал, как страх последних до удара минут сливается с невероятным облегчением от того, что она в порядке, что она сидит сейчас перед ним в одном лишь полотенце и от нее пахнет шампунем, гелем для душа с ароматом сирени и Лисбон. Из его головы вылетели все здравые мысли, Джейн схватил ее влажные, голые плечи, притянув женщину к себе, чтобы захватить в плен ее губы. Его поцелуй был страстным, почти злым, и сперва губы Лисбон словно застыли под этим удивительно-эмоциональным натиском, но она не могла устоять перед теплым, ищущим ртом и открылась ему, как цветок солнцу. Руки Джейна легли ей на щеки, когда он углубил поцелуй, и его язык наполнил ее рот яркими, опьяняющими движениями. Они оба поднялись на колени, и Джейн почувствовал ее руки в своих волосах, а его собственные пальцы в настоящий момент скользили по мягкой, влажной коже, покрытой роскошным белым махровым полотенцем. Он привлек ее ближе, пока, Джейн мог в этом поклясться, не услышал стук ее сердца, эхом вторящего его. — Тереза, — сказал он, отрываясь от ее губ и тяжело дыша. Джейн прижался головой к ее руке и испустил внезапный стон, когда его захлестнула волна тошноты. Он оставил Лисбон на полу и вслепую заковылял к ванной, едва успев вовремя забежать в туалет. Лисбон сидела на полу в оцепенении, прижав руку к припухшим губам. Звуки, издаваемые Джейном в ванной, привели ее в себя, и она неуклюже поднялась на ноги, поправляя сползающее полотенце и завязывая его повыше груди. Джейн обнимал унитаз с такой же страстью, с какой только что обнимал ее, его лицо было белым, и тело содрогнулось еще пару раз. Наконец он сел, прислонившись спиной к прохладной стенной плитке, закрыл глаза и снова застонал. Лисбон взяла с полки полотенце и смочила его в раковине, затем присела рядом с ним на корточки, чтобы вытереть потный лоб. — У тебя сотрясение, — негромко сказала она. — Вполне возможно, — сказал Джейн. — Ничего личного. Он попытался улыбнуться, а потом вздрогнул, когда на него снова навалилась волна боли и тошноты. Джейн склонился над унитазом, но его желудок был удручающе пуст. Он осторожно прислонился к стене, помня о своей больной голове. Прохлада плитки немного успокаивала. Лисбон принесла ему стакан воды и «Тайленол» из аптечки возле раковины, которые он с благодарностью принял, после чего протянул руку и спустил воду. Он чувствовал себя неловко за то, что его перед ней рвало, однако, помимо этого, в настоящий момент он винил ее во всем этом кавардаке, и, невзирая на поцелуй, был очень на нее зол. — Почему ты не отвечала на мои телефонные звонки? — слабым голосом спросил он, вытирая лицо и рот влажным полотенцем. И почему ты в одном только полотенце? Но последний вопрос вслух он не задал, полагая, что ее нынешний наряд – или отсутствие оного – служило некой частью ее объяснений. К тому же она выглядела очень соблазнительно, и его живот вновь скрутило, однако по теперь по совершенно иной причине, нежели сотрясение. Джейн не мог поверить, что целовал ее каких-то пять минут назад. Внезапно ощутив смущение от его оценивающего, скользнувшего по ее полуобнаженному телу взгляда, Лисбон покраснела и потянулась к двери ванной комнаты, чтобы накинуть висевший там отельный халат. — Ты звонил мне? — спросила она, надевая его на полотенце. — Да, — выдавил он раздраженно, когда вспомнил что чувствовал, когда она не ответила. — Ну, думаю, у нас обоих в этот вечер были приключения. Когда ты ушел, я, как мы и договаривались, выждала тридцать минут. Потом я вернулась к стоянке другого мотеля, расположенного в полуквартале от твоего, где оставила свою машину, но эта проклятая штуковина была отбуксирована. По словам менеджера того мотеля, мне было нужно разрешение на парковку, как постояльца. Поскольку я знала, что ты ждешь меня в казино, я решила разобраться с машиной позже и взять такси. По всей видимости в городе сейчас проходит какая-то крупная конференция, и я не смогла поймать ни одной машины, которая могла бы меня спасти. Итак, я протопала примерно три с половиной километра по 35-и градусной ноябрьской жаре и добралась до отеля потной как свинья и с волдырями на ногах от этих проклятых босоножек. Плюс, всю дорогу меня не покидало ощущение, что за мной кто-то следит. — Ты видела, кто это был? — спросил Джейн, хмурясь от беспокойства. — Нет, — сказала она. — В любом случае, когда я проходила через казино, я не увидела тебя, поэтому решила, что успею сбегать в свой номер, принять душ и сменить эту потную одежду и обувь. Я вернулась в комнату, достала «глок» и бросила на кровать сумочку. Сняв парик, я была похожа на мокрую крысу, поэтому и решила помыть голову. Я только-только выключила воду, когда услышала, как кто-то открывает дверь в номер. Я знала, что это не может быть горничная, потому что повесила табличку «Не беспокоить». Я так спешила, когда чуть ранее зашла в номер, что лампы включать не стала, поэтому в данной ситуации я погасила свет в ванной, схватила пистолет и скользнула в комнату. Я увидела темную фигуру, крадущуюся в мой номер, и, учитывая подозрения на счет слежки, я решила бить первой, а уже потом задавать вопросы. Остальное ты знаешь, — конечно, она вспомнила их страстный поцелуй на ковре, и покраснела, изображая внезапное увлечение занавесками. — Как долго я был в отключке? — спросил он. — Около двух минут. Пожалуй, надо отвезти тебя в больницу для осмотра. — Нет. Я уже чувствую себя лучше. Но лучше он не выглядел. — Прости. — Не стоит, — сказал Джейн, его гнев улегся. — Ты поступила правильно. Причина, почему я буквально сходил с ума от беспокойства, заключается в том, что Красный Джон знает, что ты покинула Сакраменто. — Что? Как? — Я не уверен, но думаю, кто-то внутри КБР шпионит за нами. — Крот? — выдохнула она. — Боже правый. — Да, — его чувства были точно такими же. — Я позвонил Чо и рассказал ему об этом, так что они теперь, по крайней мере, будут следить за тем, что говорят о тебе и Красном Джоне. Лисбон кивнула: — Хорошая идея. Они оба подумали о том, что крот Красного Джона внутри КБР был показателем гораздо более широкой сети последователей убийцы, нежели они полагали изначально. — Если за тобой кто-то следил, — зловеще произнес Джейн, — они узнали тебя и пришли сюда. — Проклятье, — чертыхнулась она, осознав последствия этого факта для их планов. — Нам, возможно, придется отказаться от всей нашей затеи, — сказал Джейн, сердито бросая на пол салфетку. — Пока ты не знаешь этого наверняка. Джейн попытался встать, и Лисбон бросилась ему на помощь. Он постоял, опершись о раковину и чувствуя легкое головокружение, хотя его желудок разволновался лишь чуть-чуть. — Не выражаешь, если я воспользуюсь твоим ополаскивателем для рта? — робко спросил он, подняв маленькую отельную бутылочку. — Валяй*. Он покосился на ее выбор слова. — Прости, — сказала она, вспыхнув, и оставила его в покое. Он довольно долго полоскал рот, затем сплюнул и снова прополоскал, после чего сбрызнул лицо холодной водой. Когда он вышел из ванной, то почти почувствовал себя вновь человеком, если бы не пульсирующая у основания черепа боль. Лисбон оказалась рядом, чтобы помочь ему лечь на кровать, на которой Джейн и растянулся, простонав, когда его голова коснулась подушки. — Как прошла твоя встреча с Лорелеей? — спросила у него Лисбон. Она устроилась на краю кровати, и Джейн с большим интересом сосредоточился на кратко промелькнувшем оголенного бедре, пока Тереза садилась, поджав под себя одну ногу. — Ну, меня более чем рады видеть на темной стороне, мне просто нужно убить тебя, чтобы подтвердить свою надежность. — Меня? Почему меня? — Потому что они знают, что ты самый важный человек в моей жизни, — просто сказал он. Их глаза встретились, и у Лисбон перехватило дыхание. — Ох, — еле-еле сумела выдавить она. — Итак, у тебя есть какие-нибудь мысли насчет того, что нам сейчас делать, я хочу сказать – если ты решил отказаться от моего убийства? — Ну не знаю, — шутливо сказал он. — Я подумывал о том, чтобы тебя убить, пока обнимал твой унитаз. Лисбон виновато улыбнулась. — Могу себе представить. — Ты, должно быть, сдавала экзамен в школе полиции по битью кого-то пистолетом по голове. — Я была лучшей в классе. Они оба ухмыльнулись, и атмосфера в комнате, казалось, внезапно стала немного теплее. Руки Лисбон рассеянно коснулись V-образного выреза ее тяжелого халата, немного шире раздвигая его полы, в то время как глаза Джейна потемнели от взгляда на еще больше обнажившийся участок ее кожи. Он в точности знал, что у нее под этим халатом, а, точнее, он знал, что там у нее ничего нет. Джейн нервно откашлялся, заставляя себя встретиться с ней глазами. — Тереза… о том, что произошло ранее, — неуверенно начал он. — Да? Он задумался, бился ли ее пульс так же быстро, как и его? — Думаю, я был немного не в себе из-за этого сотрясения и всего такого… — Так ты заявляешь, что это черепно-мозговая травма вынудила тебя поцеловать меня? — с веселой ухмылкой спросила Лисбон. Ее голос дрогнул лишь на долю секунды. На этот раз пришел черед Джейна краснеть. — Ну, и да, и нет. Если я скажу, что в момент, когда я целовал тебя, я не мог мыслить здраво, это все равно прозвучит для твоих ушей не слишком лестно, не так ли? — Да уж. Но в таком случае… каково было мое оправдание? Она протянула руку, коснулась его колена и посмотрела на него с такой тоской, что у него закружилась голова. — Иди сюда, — мягко сказал Джейн. Но воспользоваться шансом она не смогла – из ее сумочки, все еще валявшейся на другой стороне кровати, куда она ее бросила, раздался приглушенный телефонный звонок. Лисбон потянулась, чтобы дотянуться до нее, и Джейн поймал кончик пояса ее халата, теребя его пальцами, пока женщина выуживала свой сотовый. — Чо, — сказала она в трубку. — Ты в порядке? — Да. В порядке. Джейн сказал, что звонил тебе. Ты в надежном месте, можешь говорить? — Да. Я только что вышел с работы и нахожусь в парке через дорогу от офиса. Я звонил тебе и решил попытаться еще. — Спасибо. Итак, ты знаешь, что в КБР может быть шпион. — Что ты хочешь, чтобы я сделал с этой информацией? — спросил он. Лисбон посмотрела на Джейна и включила громкую связь. — Джейн тоже здесь, — сказала она Чо. — Сохрани это в тайне, Кимболл, — ответил Джейн на его вопрос. — Это может быть кто угодно. — Что насчет Ригсби и Ван Пелт? Зеленые глаза Лисбон обратились к Джейну, и тот смягчился. — Думаю, мы можем им доверять, — сказал Джейн. — Но больше никому. Никто не знает, как глубоко проник в КБР союзник Красного Джона. Попроси Уэйна и Грейс следить за тем, что они говорят на работе до тех пор, пока мы не вернемся. — Босс? — Я согласна, — подтвердила она, будучи фактическим начальником Чо. — Но в Вегасе происходит кое-что еще, — она посмотрела на Джейна, и он кивнул в знак согласия. Нравится ему это или нет, понял Джейн, но им, возможно, потребуется подкрепление. Он закрыл глаза и продолжил слушать ее рассказ. — Нам может понадобиться ваша помощь. Джейн вышел на контакт с одним из людей Красного Джона. Все это дерьмо с Джейном, случившееся шесть месяцев назад, было игрой, способом привлечь внимание Красного Джона, чтобы Джейн мог проникнуть в его организацию. Только вот беда в том, что мне придется умереть, чтобы это произошло… Она продолжила рассказывать человеку номер один в ее команде обо всем, что произошло, включая то, что Красный Джон, вероятно, следил за ней. — Когда у нас с Джейном появится план, мы дадим тебе знать. Будьте наготове, возможно, вам придется очень срочно вылетать сюда. — Я могу прилететь к вам прямо сейчас, — сказал Чо. — Будет слишком подозрительно, если сначала уехала Лисбон, а потом внезапно исчезнешь и ты, — сказал Джейн. — Он следит за всем, помни это. — Хорошо, — сказал Чо. Было ясно, что ему совершенно не нравится эта идея. Его босс, скорее всего, находилась в опасности, а он был вынужден сидеть сложа руки и держать рот на замке. Активность больше подходила его характеру. Они разъединились, согласившись поддерживать тесную связь. — Ну, что теперь? — спросила Лисбон у Джейна. — Мы скажем Красному Джону правду. Ее сердце пропустило удар. — Какую правду? Он усмехнулся. — Вот теперь ты мыслишь как аферист. Правду о том, что ты по собственному желанию приехала из Сакраменто, чтобы найти меня, правду о том, что я не посылал за тобой и не выходил с тобой на связь. Но теперь ты здесь и пытаешься заставить меня вернуться вместе с собой. Она раздумывала над этим пару секунд. — Ты делаешь из меня соперника Красного Джона в борьбе за твое расположение. Ты повышаешь ставки. — Да. Надеюсь это заставит его еще отчаянней сражаться за то, чтобы меня отвоевать. — Я не уверена, что хочу быть втянутой в некий извращенный любовный треугольник с тобой и серийным убийцей, который и так хочет моей смерти. Почему бы ему просто не убить меня и не избавиться от соперника? — Потому что он хочет, чтобы я выбрал его. Если он убьет тебя, он знает, что потеряет меня навсегда. Но если тебя убью я сам… — Что ж, это приводит нас туда, откуда мы начали, не так ли? Как это решит твою проблему с тем, что ты должен меня убить? — Я еще не проработал этот вопрос, — признал Джейн. — Но это решает еще одну насущную проблему – избавит тебя от смерти от руки Красного Джона. Если он узнает, что я обманываю его, то захочет убить нас обоих. Сейчас он должен видеть в тебе нечто раздражающее и из-за этого отвлечется от своей текущей игры со мной. Но если я объясню ему новые правила игры, он включится в нее, и ты будешь в безопасности. — В безопасности? — недоуменно повторила она. — Никто не может быть в безопасности рядом с этим дьяволом. И ты ничего не забыл? Он знает, что я из КБР и сделаю все возможное, чтобы его арестовать. Он не захочет рисковать, зная, что я могу призвать кавалерию… — Он этого не боится, — возразил Джейн. — Ему так долго сходило все с рук, что он совершенно спокоен. Он считает, что никогда не будет пойман. Нет, сейчас его основная задача – выиграть меня, — глаза Джейна расширились от внезапного озарения: — Вот оно! — Что? — Тереза, моя дорогая, ты только что помогла мне посадить семена плана. Мне нужно немного времени, чтобы расставить все по местам в своей голове, но думаю, это может быть ответом. К ее удивлению, он сел рядом с ней и медленно опустил ноги на пол, один конец пояса ее халата так и остался в его руке. — Джейн, тебе нужно отдохнуть. Или, что еще лучше, сходить ко врачу… — Я в норме. «Тайленол» уже подействовал. Лисбон почувствовала легкий рывок своего пояса, и, когда она посмотрела на его руку, все еще сжимающую ее пояс, то вспомнила о книге, которую читала в школе, где мужчина описывал связь со своей возлюбленной, как невидимую струну, связывающую их воедино. Тереза поняла, что Джейну не понадобится затрачивать много усилий, чтобы притянуть ее ближе к себе и, возможно, продолжить то, что они начали на полу. И она знала, что с удовольствием бы на это согласилась. И так было всегда: он всегда имел над ней власть, между ними существовала невидимая нить, которая побудила ее отправиться на его поиски и последовать за ним в Лас-Вегас, именно она заставила ее прийти к нему на помощь и пойти на поводу у его прихотей, просил ее Джейн об этом или нет. Но у нее имелись глубокие сомнения насчет того, как сильно она сама держит его. Однажды он сказал, что всегда будет ее спасать, но имел ли он это в виду на самом деле? Чувствовал ли он то же притяжение, что чувствовала она, эту сильную, глубинную связь, которую она с ним ощущала? Она не могла ответить на этот вопрос, поэтому, для своего самосохранения, она вытащила из его руки свой пояс и поднялась с кровати. — Мне нужно одеться, — сказала Лисбон. — Позволь своим семенам прорасти, взрасти свой план или все что тебе угодно, что могло бы продолжить эту дурацкую метафору. — Тереза, — поманил ее Джейн, но она не могла смотреть ему в глаза, иначе эта невидимая струна неумолимо свяжет их в единый узел. Хорошо, что он не умел читать мысли, ведь это была самая ужасная метафора из всех. _________________________ *В оригинале идиома звучит так: «Knock yourself out», что дословно переводится как «Стукни себя».