От любви до ненависти одна ложь

Солнечный свет сантиметр за сантиметром захватывал паркет, продвигая свои яркие лучи глубже в комнату. Белые шторы легко поднимались и опускались, когда прохладный, утренний ветер заходил в чистейшую комнату штаба сквозь открытое окно. Капрал лежал на кровати и мирно шагал по облакам. В первый раз за три месяца (после вылазки), он нормально спал, не просыпаясь ночью из-за бессонницы. Или из-за девушки, у которой в голову лезли всякие глупости. Ее настроение и хотения менялись постоянно: то нужно в туалет ночью, то покушать приспичит, то ей хочется ласки, то она в ярости (кто б знал, какие на это причины). Седьмой месяц беременности давал о себе знать, и это очень хорошо отражалось на всех вокруг. Сейчас Микаса лежала рядом с мужчиной, спокойно дыша. Она уже давно не спала, но ей казалось, что открывать веки является слишком тяжелой работой. Она чувствовала холодный, свежий ветер с окна и теплоту солнечных лучей на своем теле, когда солнце "залезло" на кровать. "Нужно закрыть окно, иначе простудимся..." подумала Аккерман и всё же открыв глаза, направилась к окну. Ветер заметив девушку, разбежался к ней на встречу, убирая черные пряди волос с лица. Мурашки прошлись по телу Микасы, и она вздрогнув закрыла окно. Шторы тут же перестали танцевать и легли спокойно на свои места. — Как же тут холодно однако...Не надо было на ночь оставлять окно открытым...— пробурчала Микаса и сняв с себя ночную сорочку, собралась переодеться. Но не успела девушка взять в руки чистую одежду, как ее резко потянули на кровать. Аккерман вскрикнула от неожиданности, как под ней оказалась мягкая поверхность, а над ней навис черноволосый мужчина. — Тебе холодно? — спросил он, и убрав прикрывающие грудь руки Аккерман, чмокнул ее в губы. В ответ на свой вопрос он получил кивок и ответный поцелуй, тем временем как руки девушки легли на мускулистые плечи Ривая. — Так давай я тебя согрею...— пошло улыбаясь, в губы Микасы пробурчал капрал. — Я вообще-то собралась заварить чай...— коварно улыбаясь ответила азиатка и легонько оттолкнув мужчину с себя, встала с кровати. — Нууууу, какая ты скучная...! — провыл в полушку капрал и вновь укутался в одеяло, ибо в комнате действительно было холодно. — Ладно, завари мне тоже. — Вставай давай, чего прилег. Тебе еще отчеты заполнять, вон, аж три стопки. Ты ведь вчера вечером ни одного документа не заполнил, помнишь? — улыбаясь сказала Микаса. Она надела на себя большой черный свитер, закрывающий полностью ее зад и доходящий практически до колен, и белые штаны. Красный шарф тоже нашел свое законное место на бледной шее Аккерман. — Чееееерт....— пробурчал капрал и спрятался утреннего света под одеялом. Ему так не хотелось вставать, а тем более идти работать прямо с утра.

Несколько минут спустя

Кипяток забулькал, и пышный пар начал выходить из чайника. Солнечные лучи рисовали красивые узоры в маленьком, белом облаке, который быстро принялся растворятся в воздухе. Микаса поставила на рабочий стол мужчины две кружки. Горячая вода с радостью встретила чайный пакетик, который тут же подарил жидкости темно-зеленый цвет. Мятный запах поднялся до носа черноволосой девушки, заставляя ее тут же закрыть глаза от наслаждения. Но наливать кипяток она не перестала. — Черт! — возмутилась Микаса, почувствовав кипяток на своей руке, об которую упиралась всё это время. Открыв глаза, Аккерман ужаснулась тому, что увидела перед собой: уже готовые отчеты и документы капрала Леви плавали в горячей воде, как и весь стол. — Нет, нет, нет, только не это...Он меня убьет... Микаса быстро схватила тряпку и принялась дрожащей рукой впитывать в нее жидкость со стола. Убрав пару промокших бумаг, Аккерман быстро вытерла весь стол. — Надеюсь это не сильно важные документы... — посмотрев на мокрые конверты, пробурчала себе под нос несчастная девушка, хотя прекрасно понимала, что каждый отчет неимоверно важен. Нужно вытащить само письмо, чтобы оно побыстрее высохло. дошло до азиатки эта мысль, и взяв в руки конверты, принялась их открывать. В первом конверте лежавший отчет сильно пострадал: буквы смылись, бумага порвалась и каждое слово читалось с трудом. Микаса решила, что этого документа никогда и не существовало и смяв этот мокрый комок, она выбросила его в мусорку. Второй конверт не так сильно промок, и документ внутри был практически сухим. Микаса аккуратно вытащила бумагу и проверила состояние букв, перечитывая написанный текст.

Отчет о вылазке §68

Уважаемые!

К большому несчастью для человечества, экспедиция прошла не так успешно, как хотелось бы. Разведывательный отряд, под командованием Эрвина Смита, потерял множество храбрых и уважаемых солдат, по ним наши сердца будут вечно скорбеть. Дело в том, что на нас напали прямо на стене Мария. Два титана (скорее всего это были титаны с людьми внутри) появились ни откуда, и напали на 104-отряд. 105- и 89-отряды сильно пострадали, но все таки добрались до штаба. Множество новобранцев погибло, чем мы очень огорчены. А сами титаны, они скрылись так же быстро, как и появились. Что касается наших "ручных титанов", Леонхард и Йегеря, тут без беды тоже не обошлось. Йегер мертв. Мне, капралу разведывательного отряда Леви, пришлось убить его. Он потерял контроль во время сражения и напал на своих, пригрозив довести наши потери до крайностей. Я сделал выбор, защищая своих солдат от освирепевшего титана, и полностью беру на себя ответственность о произошедшем. Еще посчитаю нужным Вам сообщить, что титанша Энни Леонхард сидит в взаперти, под строгим присмотром нескольких главнокомандующих. Из-за смерти Эрена Йегеря, Энни желает отомстить мне, как убийце своего любимого. Я не считаю, что ее намерения не правдивы, но поскольку она ведет себя опаснее чем когда-либо, я посчитал нудным держать ее пока что здесь. Самое важное: территория за стеной Роза вновь наша, до самой стены Мария. Капрал разведывательного отряда Леви. Руки Микасы начали дрожать, шелест листа мешал ей думать. Глаза азиатки пробегали по строчкам документа снова и снова, не веря ни одному написанному слову. "Нет...Это не возможно... Эрен.. промелькнуло в голове у девушки. Резко она почувствовала вялость во всем теле и листочек упал из ее рук на пол. "Ничего не понимаю...Эрен...Эрен, скажи мне, что это не правда! Скажи мне, что ты жив! Азиатке стало неимоверно плохо и она плюхнулась на черный, кожаный диван. Ее руки продолжали дрожать, как у сумасшедшей, сердце начало стучать, как у напуганного зайца, а дышать стало очень тяжело. Девушке на секунду показалось, что весь воздух из комнаты выкачали, словно оставили ее как рыбу на суше. Стены комнаты дрожали перед ее глазами, когда она попыталась сфокусировать на них свой взгляд. — Микаса? Что с тобой, тебе плохо? — взволнованно спросил Леви, который только что вышел из спальни. Его удивлению не было придела, когда он увидел девушку в таком состоянии. Капрал устремил свой взгляд на рабочий стол: мокрые документы, пару кружек, чайник, тряпка. Что же тут произошло? Может она разбила его любимую кружку? — Аккерман, что произошло? Услышав хриплый голос мужчины, Микаса стиснув зубы, вскочила с дивана и подошла к обладателю голоса. Взмах руки: бац! Голова начальника аж повернулась от такого сильного удара по щеке. Красный след руки появился в ту же секунду. — А-Аккерман! Что за хрень?! — шоке спросил капрал и посмотрел прямо в глаза разъяренной девушки. — Сволочь. Видеть тебя не хочу, козел. — прошипела сквозь зубы Микаса и прошла в спальню. Достав сумку из под кровати, девушка начала резкими движениями собирать свои вещи в нее, одновременно матеря весь мир. — Микаса, что происходит? Что за капризы? — спросил Ривай и встал у двери. — Куда ты собралась? — Подальше от тебя. — ответила девушка и собрав всё нужное, вышла из комнаты. Точнее попыталась. Крепкие руки мужчины прижали ее к холодной стене, не давая никаких шансов на какие-либо движения. — Значит так. Живо прекратила этот цирк! Ты совсем сума сошла?! — рявкнул Леви прямо в лицо подчиненной. Но девушка не растерялась, а так и продолжала смотреть в глаза мужчине, выдавая таким образом всю свою ненависть к нему. — Руки убери. — на полном серьезе ответила Аккерман и вновь попыталась вырваться, но безрезультатно. — Хватит! Объясни мне, что происходит!! — повысил свой голос капрал и сжал запястья Микасы сильнее, от чего ей явно стало больно. Слезы скатились по щекам девушки, и она опустив голову, тихо прошептала: — Убери руки от меня, и больше никогда не смей ко мне прикасаться. Я тебя ненавижу. —За что?! — За убийство моей семьи. — прошипела сквозь слезы Аккерман и выдернув руки, прошла мимо мужчины. Капрал на секунду растерялся. Ему нечего было ответить, ведь девушка полностью права: он убил ее брата. Может и бывшего парня, но в первую очередь брата. Но как она узнала? Вот черт, надо было сказать ей раньше! Почему я этого не сделал? подумал Ривай неосознанно сделал пару шагов в сторону девушки. —Как ты узнала? — спросил мужчина и потер красное пятно на щеке. — В отчете прочитала. — ответила грубо девушка и зашла в ванную, чтобы собрать свои вещи там. — М-Микаса...Микаса, это было необходимо. Ты ведь понимаешь, что он напал на своих? Он мог убить всех твоих друзей...— начал объяснять Леви, но от этих слов лицо Аккерман стало еще злее и краснее: — Мне плевать на остальных! Плевать, чтоб они все сдохли нахрен! Ты убил Эрена! Ты обещал мне защитить его, но ты его убил! — прокричала Аккерман и взяв сумку, направилась к двери. — Стоять. Это приказ. — в голосе Ривая можно было услышать дикую взволнованность и шок, но всё это было красиво смешанно с ледяным тоном. — А мне плевать на твои приказы, я ухожу из разведывательного отряда. -ответила Микаса. — Аккерман! Дверь захлопнулась. Капрал остался один среди дикого беспорядка. —Ты не сможешь уйти так просто...Это же дезертирство...— сказал себе под нос Ривай и плюхнулся на диван. Руками потерев лицо, он усердно думал, как же остановить эту малолетнюю, беременную девушку от такого глупого решения. И где она будет жить? Кем работать?

Комната Эрвина Смита

— Доброе утро, Микаса. Что привело тебя ко мне столь ранним утром? — улыбаясь спросил командор Эрвин, который как обычно сидел за своим рабочим столом. Перед ним тоже лежали стопки бумаг: заполненные, не заполненные. Микаса тяжело вздохнув, потянула блондину лист бумаги. — Это заявление об уходе. Я хочу уйти из разведотряда. — голос девушки предательски задрожал. — Что? Почему ты хочешь уйти? Что-то случилось? — удивленно спросил Смит и перечитал заявление несколько раз заново. Но не успел он дочитать третий раз, как дверь распахнулась и в комнату зашел сам капрал. Микаса посмотрела на него, но проигнорировав его серьезный взгляд, уставилась вновь на Эрвина. — Пожалуйста подпишите. — требовательно сказала она и завязала свой шарф крепче на тонкой шее. — Эрвин, не смей. Не дай ей уйти. — пробурчал капрал и встал рядом с Микасой. —Это просто очередной женский каприз. — Каприз? Каприз?! То, что ты убил моего брата, это каприз?! — прошипела сквозь зубы Аккерман, но всё еще не смотрела на черноволосого. — Командор Эрвин. Я беременна, я не смогу служить солдатом еще многое время. Пожалуйста, разрешите мне уйти сейчас же, и я смогу спокойно жить со своим ребенком. — высказалась Аккерман, успокоив себя за секунду. — Это и мой ребенок тоже. Эрвин не смей. Ты же понимаешь, что это дезертирство? Ее повесят. — руки капрала заметно дрожали, когда она уперся ими об стол. — Микаса, он прав. Это считается дезертирством, и тебя могут повесить...— сказал грустно Смит и посмотрел вновь на заявку. — Тогда вешаете, но я ухожу прямо сейчас. — ответила Микаса, и быстрым шагом направилась к двери и вышла. — Аккерман. Мне очень жаль отпускать тебя, ты самый лучших солдат и прекрасный человек. Я очень рад, что познакомился с тобой и что нам удалось поработать вместе. Я подпишу это, и ты можешь идти—я не держу против воли. Держи свою зарплату. — сказала Эрвин и достал из стола не маленький конверт. Когда девушка подошла забрать зарплату, командор протянул ей руку. — Береги себя. Спасибо за всё. Брюнетка быстро пожала руку блондину и взяв конверт, поспешила к двери. Сзади нее был слышны звуки возмущения, когда капрал начал громко ругаться на командора. Но Микасе было всё равно: чувства разрушали ее изнутри, ей не хватало воздуха. — Эрвин, мать твою! Ее могут повесить! А она беременна, в ней мой ребенок! И куда она пойдет отсюда? Она же умрет, как псина на улице, без крыши над головой и горячей еды! — кричал Леви и ходил туда сюда, как лев в клетке. — Леви, почему ты ей сразу не рассказ о Йегере? Теперь она уходит, потому что злиться на тебя. И волнуется. А ей волноваться нельзя. — сказал спокойно Эрвин и потер лицо руками. — И что мне теперь делать? —В первую очередь позаботься о том, что бы ее не повесили. — Черт!