Письма на твоей коже

– Ты все-таки решил встретиться с Шерлоком, – сказала Мэри, когда увидела, что Джон сбривает усы. Она не спрашивала, а утверждала тем самым игривым тоном, которым любила дразнить его. Он предпочел не реагировать на эту подколку с ее стороны: – Я вообще-то на работу собираюсь! Джон и сам не был уверен, стоит ли ему идти к Шерлоку. Он одновременно и хотел этого: заявиться на Бейкер-стрит и заставить Шерлока ответить на все вопросы, которые терзали его, а затем обнять его и не отпускать до тех пор, пока не поверит, что Шерлок жив. Здесь. Вернулся. Но Джон еще и был очень зол на него, он был просто в ярости, и не был уверен, что заявляться к Шерлоку в таком состоянии – хорошая идея. С другой стороны, если он не встретится с ним, то и ответов не получит. Джон совершенно запутался, размышляя об этом. «К черту, – остановил он себя. – У меня будет целый рабочий день, чтобы решить. Нет смысла заранее накручивать себя». Перед уходом он снова заглянул в ванную и взял с собой пузырек с таблетками. Он чувствовал, что сегодня они ему пригодятся, хотя и понимал, что он уже выпил почти максимально допустимую дозу.

***

Очевидно, день был не особо удачный. Джон был весь на нервах, так как твердо для себя решил, что не будет встречаться с Шерлоком сегодня. Время тянулось медленно, будто стрелки часов и не двигались вовсе. Голова болела, а пациенты как-то особенно раздражали его. Он крутил пузырек таблеток в кармане, еле сдерживаясь от того, чтобы принять еще одну. Джон принимал их уже два года, но в последнее время ему казалось, что таблетки перестали помогать. Но ему претила мысль перейти на что-то посерьезнее. Он и так уже чувствовал себя зависимым. Впрочем, сейчас это была не самая большая его проблема. Джон не мог перестать думать о Шерлоке, и понимал, что вскоре проиграет сам себе и поменяет свое решение. Так и случилось, после тех нескольких неловких секунд молчания, когда он подумал, что тот странный старик – это переодетый Шерлок, он понял, что лучше расставить все точки над i, пока не случилось что-то еще более нелепое. Не говоря уже о том, что Джону отчаянно хотелось увидеть Шерлока. Когда часы показали ровно шесть, он с облегчением выдохнул и начал собираться так быстро, что чуть не вылетел из кабинета без куртки, будто боялся, что, если он опоздает, Шерлок опять бесследно исчезнет, а пустующая квартира 221б вновь встретит Джона танцующей в воздухе пылью. Он уже сел в такси, когда новый приступ неожиданно ударил его по затылку. Джон, морщась от боли, достал пузырек и выпил последнюю таблетку, найденную на донышке. Он разочарованно посмотрел на пустую упаковку и, решив, что возвращаться за новой в больницу было уже поздно (он был на середине пути), убрал ее во внутренний карман. Он был уверен, завтра он очень пожалеет об этом своем решении. Джон закрыл глаза, прижался лбом к стеклу, с трудом подавляя тошноту, и почти молился о том, чтобы таблетка подействовала как можно быстрее. Открыл глаза он уже в больнице. Мэри сидела на стуле рядом с кроватью. Шерлока рядом не было. – Доброе утро, Джон, – Мэри улыбалась, держа его за руку. Он растерянно смотрел на нее, не понимая, как вообще тут оказался. – У тебя был очередной приступ, ты отключился в такси. Это был просто обморок, но нам очень повезло, что кэбмен довез тебя до ближайшей больницы, а не просто выбросил у дома, адрес которого ты назвал. – Ох, я… не помню. Голова болела. А потом все в тумане, – Джон приподнялся и сел на кровати. Мигрень почти исчезла. Джон давно не чувствовал себя так хорошо. – Мэри, мы можем просто поехать домой? Мне уже лучше. – Воистину, врачи – худшие пациенты, – рассмеялась она, Джон подумал, что от облегчения. Мэри подала ему воды, которую Джон цедил несколько минут, потому что не знал, о чем говорить. В голове все еще было довольно пусто. Джон прислушался к своим ощущениям, он действительно чувствовал себя лучше, но... – Мне, что, диализ сделали? – он удивленно посмотрел на сгиб своего локтя, рука немного болела. – Нет, просто доктор Ричардсон взял кровь на анализ, хочет провести еще несколько тестов. Чтобы понять, откуда эти приступы. Джон лишь отмахнулся: – Эти приступы появились два года назад, и меня обследовали лучшие врачи, какие только могут быть. Майкрофт, брат Шерлока, сам все организовал. Раньше я думал, что из-за чувства вины, но теперь вероятнее, что это Шерлок его просил приглядывать за мной. И если уж личный врач Майкрофта Холмса за два года не смог ничего найти, то, сомневаюсь, что этот доктор, сделав пару анализов крови, сможет, – Джон замолчал на мгновение. – Я безумно устал от всех этих тестов. Просто поехали домой. Мэри лишь кивнула и вышла, дав Джону несколько минут на переодевание, а сама пошла оформлять выписку. В коридоре ее окликнул Ричардсон: – Мисс Морстен, я хотел поговорить насчет вашего…? – Жениха, – подсказала она. – Да, простите. Но… Вы ведь в курсе, что он принимает блокаторы пигментов Связи? Нам даже пришлось сделать диализ, чтобы вывести из его организма это вещество. И то, не полностью. – Да, я знаю, я же присутствовала при этом. – Вам следует сказать ему, чтобы он прекратил это делать. Я говорю это вам, а не ему, так как думаю, что он пьет их ради вас. Поэтому именно вы должны сказать ему, чтобы он остановился. Он превышает дозировку, хотя, как врач, он должен понимать, к чему это приведет. Такими темпами он и полгода не продержится. Я не стал записывать это в медкарту, он же сам врач, но... – Да, да, спасибо огромное за это, я поняла вас. И спасибо за беспокойство, – оборвала его Мэри, заметив, что Джон уже вышел из палаты и направляется к ним.

***

Когда Джон переоделся, он покинул палату и пошел за Мэри. Он нашел ее в холле больницы, разговаривающую с каким-то доктором, вероятно, тем самым Ричардсоном. Мэри заметила его и помахала рукой, в которой держала документы на выписку. Уже выйдя из больницы, Джон спросил ее: – О чем беседовали? – О том, как ухаживать за больным женихом, – Мэри села за руль. – И завтра ты на работу не идешь. Пара дней отдыха, и ты будешь в порядке. – Да, – рассеянно сказал Джон, а затем вдруг воскликнул, – Ох, черт! – Что? – Таблетки от головной боли кончились. Хотел взять завтра новую упаковку, когда буду в больнице. – Я сама могу. Возьму один из пустых бланков, который ты уже подписал, и впишу нужный препарат и имя. Джон изобразил негодование на лице, а потом рассмеялся: – Мне нужно переживать о том, что ты мастерски подделываешь мои рецепты? – Был бы ты против, не оставлял бы мне специально подписанные бланки, чтобы я ходила за твоими лекарствами, когда во время твоих приступов они неожиданно заканчиваются, – Мэри вдруг замолчала, а затем перевела тему, – Чем займешься завтра? Ну, раз уж будешь сидеть дома целый день. – Я не собираюсь сидеть дома. Я хочу встретиться с Шерлоком. Сегодня не получилось, вдруг завтра больше повезет? – Джон посмотрел на нее и увидел самодовольную усмешку. Он закатил глаза и поднял руки в защитном жесте, признавая поражение, – Да, да, ты была права, я хочу зайти к нему. – Хорошо, только отоспись сначала и иди ближе к вечеру. Джон кивнул, откинулся на сидение и закрыл глаза, размышляя о событиях последних недель. Сначала головная боль почти пропала, но он не успел даже порадоваться этому улучшению, потому что не прошло и двух недель, как она снова усилилась, и стало даже хуже, чем было изначально. Какая бы болезнь у него не была, она явно прогрессировала. И если он действительно умирает, то встречу с Шерлоком нельзя откладывать ни на минуту. Завтра он сразу же отправится к нему. Затем мысли Джона плавно перешли на другого самого близкого ему человека. Он оглянулся на Мэри и произнес: – Эмм… Мэри, я знаю, мы уже говорили об этом, но может стоит поднять этот вопрос еще раз. Мы не знаем, что вызывает эти приступы, и, возможно, я буду обречен остаток жизни сидеть на обезболивающих или... – Нет, стоп. Хватит, – оборвала его Мэри. – Ты прав, мы уже говорили об этом. И мое решение не изменится. Я останусь с тобой. Кроме того, – она чуть улыбнулась, подбадривая его, – я уверена, что тебе скоро станет лучше, а таблетки тебе больше не понадобятся.