Стрелы

      Сквозь дрёму еле слышны приглушенные шаги. За долгие месяцы скитаний такое стало привычным, но сноровку терять никто не собирался. Ещё с полузакрытыми глазами он выхватил из-под пародии на подушку нож и уже собрался вонзить его в нарушителя покоя, но сразу же остановился. Сдавленный писк и ложная тревога.       — Я не… — девушка прикрыла рот руками и виновато посмотрела.       — Я думал, хоть здесь попробовать отоспаться смогу. — вернув нож на место, охотник принял изначальное своё положение. Лэни не уходила. — Чё стоишь-то?       — Я к тебе… пришла. — после этих слов он нахмурился и что-то неразборчиво прокряхтел. В няньки и тому подобное он не нанимался. — Я только посижу тут. Я буду молчать, обещаю. — хотелось послать её, но внезапно накатившее чувство сострадания не позволило. Странно для такого реднека, но это всё же девчонка, да ещё малая. Особо в женской логике он не разбирался, вернее, совсем не разбирался и даже не пытался, просто понаслышке от брата знал, что эта сложная штука такая. А это значит, ей должно быть сложнее перенести потерю сестры, ага, ладно.       — И? Вот сидишь, не нравится мне, что пялишься. Вали-ка спать. — Дэрил хмуро глянул.       — Не могу. — виновато прошептала девочка. — Мне приснится кошмар, в камере не уютно…       — Ты на что надеялась? На розовые обои в цветочек, вазу конфет, «принцесскину» кроватку?       — Я надеялась на свою сестру.

***

      Реднек восседал на простеньком кресле и задумчиво, своим видом полностью показывая, что разбирается во всем, рассматривал протез на своей руке и выслушивал босса.       Речь шла о проблемах: и новых, и старых, которые свалились на главу города из ниоткуда. Основным предметом обсуждения стали выжившие, недавно появившиеся в Вудбери.       — Ну-ка, давай короче выложи, что ты хочешь. — просипел Мерл.       — Эта девушка, Мэй, проблем ещё не мало доставит.       — Кажись, ты просишь меня избавиться от Крутышки? Да ты её фигурку видел, не? Чудо! А после того, как они с лучницей с забора вместе дежурят, обе лучше стрелять стали. — от возмущения он даже подался вперед, нахмурившись.       — Есть план. Завтра хватай её, пусть докажет, что с нами за одно. Тот военный…       — Как его кличка? — хмыкнув, перебил Мерл. Тот смерил его зловещим взглядом, после чего мужчина резко сменил выражение лица с «Всё чудненько!» на «Я суров и серьёзен».       — Там чуть ослабевшая группа военных, но не стоит их недооценивать. Мы должны достать их. — оба понимали, что идут на большие риски, но, покончив с делом, могут сорвать большой куш.       — А блондиночка и шоколадка? Они же упертые бабы, рвутся наружу, мне-то что с ними делать?       — Просто потянем время. Но та, которая с катаной… не упускай её ни в коем случае.

***

      «Как много крови, как много крови, ах, нет, почему это случилось?» — думала она, увидев, как безуспешно суетящиеся женщины пытались остановить кровотечение. У Лэни был шок, у Хершела больше не было чуть ли половины ноги. Она ещё никогда не видела подобного, это тяжело для нее, неужели за три дня можно пережить так много: сначала обветшалый дом, её с сестрой убежище, затем тюрьма, две не очень спокойные ночи, а теперь это… Как только сестра исчезла, у младшей Стернберг вот-вот начали открываться глаза на реальную угрозу, среди которой она живёт. Что на счёт гнилых людей? «Почему их так много? Все заболели и стали такими? Эй, вы что, не видите? Им же нужна помощь! Зачем вы так безжалостно убиваете их, неужели именно так вы избавляете их от страданий…»       Тюрьма оправдала её ожидания, она сразу посчитала это место не слишком безопасным. Благо, что Дэрил жив, ведь он ей нужен для поисков сестры (да, она надеется, что он реально ей поможет), она за него цепляется, словно он спасательный круг в море неудач. А он просто охотник, которого встретила Мэй-Эстер… но, не случись это, Рик, наверное, мог потратить больше времени на то, чтобы поверить ей, но даже зная, что в первое время она будет лишь балластом, мистер Поможем-Всем не оставил бы её одну выживать в лесу… вернее, умирать. Она обязана Дэрилу. Теперь дважды: за проступки её сестры и за такое, но все-таки прибежище.       Дни в тюрьме протекали для Лэни медленно…       — У нас не было возможности пообщаться. — она попыталась скривить губы в улыбке. — Я Кэрол. Думаю, ты и Бэт скоро поладите. Не поможешь мне немного с обедом?       — Конечно.       — Ты хочешь, чтобы Дэрил помог тебе найти сестру? — девушка угукгула. — Расскажи о ней.       — Она — единственный человек, который поддерживал меня в жизни. Если мы её не найдем, я просто… просто, — Лэни стало сложно говорить. Она стояла перед неизвестностью. — Просто забьюсь в угол. Или забью кого-нибудь. — последнее звучало не слишком правдоподобно, ведь во время зачистки внутреннего поля от ходячих, та держась на большом расстоянии от них за забором и, прикрыв ладошками рот, большими от испуга глазами наблюдала, как остальные обезвреживают кусак.       — Детка, всё будет в порядке.       — Я знаю, что она выжила. Мэй умеет и способна на многое, а эта болезнь ей нипочём. И Дэрил её найдет, она же смогла найти его… хоть и случайно.       — Ты хорошая, Кэрол. — обе улыбнулись.       — Принесёшь банку кукурузы? Так эта каша не будет столь пресной.       — Хочешь я расскажу тебе секрет? Только никому не говори. — м-да, конечно, эта мелкая болтунья не умела их хранить. — Мэй ранила его, а чтобы хоть как-то извиниться, смогла притащить его к дому, и мы его сразу подлатали. Она хороший человек. Мы его не отпускали несколько часов, но нам показалось, что он тоже хороший, ведь потом не навредил нам. Любой другой мог, — в голосе прозвучали нотки страха. И ярости. — Такие люди однажды наткнулись на нас, это страшно.       — Он значим для нас всех, очень. Он охотник, защитник…       — Ты уверена, что он сможет найти её? — Кэрол обзавелась своим мнением о старшей Стернберг. Не самым положительным. На поиски такой не хотелось бы отправлять столь дорогого ей человека. Сейчас не лучшее для этого время, а глупышка Ла только и мечтает, что «храбрый дядя Дэрил» спасет всех и вся. А что было в прошлый раз? Он на столько увлекся поисками, что чуть себя не погубил. И что получил в итоге? Он был сломлен! Кэрол просто не хотелось, чтобы он вновь испытал подобное, вновь попытал удачу, которая, похоже, к нему задом в таких делах повёрнута. Нет, определенно, на такие риски она не позволит ему пойти, а все ради какой-то там девчонки.       Звукоизоляция в блоке была никакая. Слышно всё: шорох, шёпот, тем более разговоры. Поэтому до реднека, сидевшего на своей «жёрдочке», доходил каждый звук. И это всегда приносило охотнику умиротворение, ведь в такие моменты он был осведомлен обо всём, что происходит вокруг, какова обстановка и что за ситуация. Ему нравилось, когда у него всё под контролем. При словах о том, что он «значим» и не только в команде, но и для Кэрол, и что перед ним даже хотели извиниться, мужчина ухмыльнулся, продолжив менять наконечники некоторых стрел на охотничьи. Они были ещё более острые, чем его старые, они были намного лучше, их он с разрешения Малявки стащил у Мэй-Эстер. Этой ненормальной. Хоть таким способом, предоставив ему эти полезные штукенции, она искупит свою вину. Постойте, искупит вину? Не, все намного проще, она всего-навсего оказала небольшую услугу. Не смотря на то, что не знал её совсем, Дэрил считал, что эта девчонка не могла не выжить. Ведь она же «ненормальная» — это всё объясняет.

***

      Операция по захвату военного лагеря прошла более, чем успешно. Мэй хладнокровно подчинилась воле Губернатора, который практически руководил ей с помощью Мерла, и метко поразила несколько целей. Каждый раз это было чертовски нелегко, хоть самого старта гонки на выживание она уже считала себя убийцей, с этим ничего не поделать. Убив кого-то, потом не исправишь ничего, воспоминание будет не стереть из памяти, кровь не смыть с рук. А на счет Мерла… о, да, это был один из нескольких жителей Вудбери, с которым девушка имела хорошие отношения. Другими были Хэйли, некоторые из остальных приближенных Губернатора и даже Мартинез, как ни странно. С этим пареньком она в итоге сдружилась, он всячески уступал ей, как даме, мило шутил и невзначай подкатывал, на всех трех её вылазках с вудберийцами прикрывал, за что награждался подтрунивающей улыбкой на один уголок рта и слегка издевательским прищуром.       Вернёмся к недавним событиям. Мэй-Эстер подозревала, что ей просто запудривают мозги, убеждают в том, чего не было, скрывают правду, ведь она видела людей на сквозь и умела опознать ложь. Всё благодаря её прошлому… она увлекалась когда-то психологией и философией, умело составляла психологические портреты, легко понимала модели поведения. Апокалипсис меняет людей. Ведь первое впечатление о ней совсем другое, она кажется больше человеком действия, чем раздумий. И какой бы раздражительной она не стала после всемирной трагедии, хотя кто знает, может такое случилось только в пределах страны или континента, в душе она всё равно была мыслителем и тихоней.       Из-за того же самого прошлого девушка вот так без вопросов, но с ноткой сожаления исполнила волю Губернатора. Ей не очень-то нравились военные и до апокалипсиса, считала их просто дронами, пешками в руках несправедливого и на самом деле жестокого правительства. Она видела чуть больше, чем нужно было знать. Несколько месяцев назад, тогда была зима, наверное, одни из самых последних «миротворцев-военных» на её глазах разгромили лагерь выживших. Сначала взяли его под свою защиту и опеку, потому что несколько раз она проскальзывала мимо их территории и знала это, она наблюдала и даже думала, что, возможно, стоит позже присоединиться к ним. Но после того, как эти варвары хладнокровно убили всех, включая женщин и детей, Мэй-Эстер прониклась к ним глубоким неуважением. Ведь они намного больше приспособлены к выживанию, чем гражданские: у них есть знания, у них есть некоторая информация, они прекрасно обращаются с оружием, наверняка, знают даже, где можно раздобыть его, они просто выносливы. Зачем таким героям защищать слабых, если уже сейчас они могут создать свою сильную державу, которая будет мощнее чем простецкие общины выживших… Вся алая кровь невинных на снегу, заледеневшая яркими пятнами, именовалась операцией «Кобальт»*. И исходя из информации, которую иногда они вещали друг другу на радиочастоте, проводилось такое уже не раз и не два. Инстинкты взяли над ними верх. Они вряд ли сменят свои законы и ценности, начав бороться с заразой бок о бок с теми, кто, по их мнению, слабее. Ведь устоявшееся дерево чинов, должностей и рангов всегда будет напоминать им, что один командует другим, и он обязан подчиняться.       Дни в Вудбери протекали для Мэй-Эстер медленно…

***

песня Sigur Rós — Untitled #6 (a.k.a. «E-Bow»)

… словно песок в часах перестал сыпаться. Это прошлое рассыпалось, не дав настоящему начаться. Или нет? Смогут ли они преобрести силы и продолжить бороться за свою жизнь, выжить, создать своё настоящее. Которое оставит воспоминания и не даст времени остановиться.       Очень тяжело бороться в одиночку против всего мира. Когда вокруг опасно, и твой враг не труп, а человек.

Быть одним — тяжело. Искать то, чего не видишь — тяжело. Верить — тяжело.