Стрелы

      Что-то звонко ударилось о стекло. Похоже, кто-то кинул в окно камешек. Афроамериканка, дернувшись от неожиданности, резко встала с постели и решительно подошла к источнику шума. Подняла жалюзи, щёлкнула замочком и медленно, совершенно беззвучно подняла створку.       — Эй, — шипение донеслось откуда-то сверху. — Я тут. Самурайка вытянулась и подняла голову. Девушка, которая днём передала ей записку, похоже, сама решила заявиться в гости чуть раньше условленного срока и сейчас наполовину свешивались через карниз здания.       — Один часовой был на лестничной клетке в доме, ты бы не смогла прокрасться мимо. — эти слова звучали как вызов, но были правдой. — Можешь не спрашивать, я забралась сюда по лестнице сбоку. Где твоя подруга? — голос зазвучал настороженнее.       — Плескается в душе. — озадаченно протянула афроамериканка, пытаясь понять, в чём подвох и почему эта девушка здесь.       — Уходите как можно быстрее. Этот город не то, чем кажется.       Незнакомка уже собралась удрать, но её остановил вопрос собеседницы.       — Что случилось с бойцами национальной гвардии?       — Лучше не знать это. Я могу попытаться вернуть тебе меч. — и с чего бы это она так просто помогает? И сразу понятно, она не пытается избавиться от Блонди и Шоколадки, как их звал Мерл, а пытается предостеречь.       — Что ты хочешь взамен? — она прищурилась.       — Просто валите, пока не поздно. Я дежурю каждые два дня на северо-западных воротах перед рассветом. С этими словами она спешно удалилась, проигнорировав вопрос о том, как её зовут.       Девушка на столько тихо и осторожно себя вела, что жильцы верхнего этажа даже и помыслить не могли, что над ними кто-то может быть. Ночью территория охранялась, а с приходом новых выживших часовые стали более внимательными. Смена Мэй-Эстер не сегодня, и это значит, что ей нежелательно быть замеченной. Особенно за воротами, ведь пожарная лестница вела по ту сторону забора. Вообще, за две недели она успела завоевать доверие многих к себе. Горожане давно не шарахались от неё в стороны, как было в первые дни здесь. Она тогда тяжело ходила и постоянно сверлила всех взглядом, грозно нахмурившись. Людям она пришлась по душе только после того, как Диксон-старший, который был чуть ли не героем здесь, но с довольно отталкивающим стилем общения, стал её «наставником». Часто их можно было заметить вместе на посту, вылазках, так же она полюбилась всем тем, что стала своеобразным курьером в городе: доносила новости от одного человека к другому. Она скоро скрыла свое реальное отношение ко всему и очень мило вела себя. Поэтому, находя практически к каждому личный подход, она стала наслышана о разных историях как о прошлом города, так и о настоящем. Знала буквально обо всём. Но некоторые из приближённых Губернатора всё ещё приглядывались к ней, возможно, испытывали зависть, потому что она очень быстро вклинилась в их команду и засела в мозги к Мартинезу. Ну, не то, чтобы «засела», просто она была ему симпатична, и он всячески демонстрировал ей себя в деле, просто выпендривался, что смешило её. И, кстати, те моменты, когда она улыбалась здесь, были практически самыми единственными с самого начала распространения вируса по стране. Возможно, этот город всё же лучше, чем она думает…       К сожалению, Мэй не успела пробраться внутрь до смены караула пару минут назад, и теперь на посту стояли именно те люди, к которым на глаза ночью просто категорически не следовало бы попадаться. Что ж, ей наконец-то выдалось время, чтобы попасть в своё с сестрой убежище в лесу и поискать хоть какие-то зацепки. В прошлый раз, который был первым и единственным на данный момент, всё происходило в большой спешке, так как Мэрл внезапно и ловко выдворил её за стену, предоставив шанс. И она ему обязана, потому что даже пришлось вешать кому-то лапшу на уши и отдуваться за неё. В принципе, этот большой мужик не такой уж и плохой. У него своя безбашенная логика, но он может приправить дельце правдой или остроумной мыслью, в большинстве случаев он всё равно несет бред, а сам хитрющий такой, что иногда подумать страшно.       Следующая смена сразу после рассвета, там будет Цезарь, и, возможно, она спокойно минует его. У неё есть около пяти часов. На этот раз не уйдет много ценного времени на поиск транспортного средства на ходу, потому что в прошлый раз она припрятала одно неплохое авто у обочины дороги.       Она двинулась сразу в кусты, тихо ступала и внимательно смотрела по сторонам. Всё время оглядывалась и ни разу не наступила на сухие ветки или любой прочий мусор, которого тут было предостаточно и который мог создать шум. Девушка соблюдала мёртвую тишину. Кстати, о мертвецах. Пока ни одного на пути не встретилось — и это хорошо. Ведь Мэй-Эстер была вооружена одним лишь небольшим тонким мачете, лезвие которого хоть и блестело, но оставалось заляпанным чёрными пятнами копоти, которые настолько сильно въелись в сталь, что не отмывались. Вообще, она украла его с кухни, так сказать: «одолжила». Хоть ей не в первый раз таскать оружие или припасы со склада, сегодня он был заперт на замок, а как обычно взламывать его — не хотелось. Потому что в такие времена нелегко найти универсальные отмычки или хотя бы лишнюю заколку-невидимку. Те две, что держали в хвосте давным-давно отросшую чёлку, заплетённую в плоскую жиденькую косичку, были последними, тратить их планировалось только при экстренном случае.       Девушка была уже у окраины городка. Последняя улица, а дальше трасса, уходящая через поле в лес.       Несколько двухэтажных кирпичных домов стояли в ряд. Жёлтая краска облезла с одного из них, и штукатурка начала отваливаться со стен кусками. Раньше здесь была булочная тети Ванды, и пряные ароматы разной выпечки разносились по округе, когда-то мягкий хлеб лежал на прилавке наравне с аппетитными пончиками, политыми шоколадной глазурью, и булочками с маком, от которых будто струились язычки пара. Из-за отсутствия какой-либо заботы, петуньи разрослись, и теперь неаккуратно свешивались через край цветочного горшка. Наверное, когда-то мимо гоняли наперегонки на велосипедах до школы подростки, слышался их смех, старики грозили им пальцами, продолжали медленно идти по тротуару и бубнить себе под нос. Иногда проезжали блестящие под солнцем машины, а водители высовывали свободную руку в окно, пропуская приятный теплый ветерок сквозь пальцы, радио неумолкаемо вещало на разных частотах популярные песни или диктор рассказывал последние события из мира спорта, политики, моды. Какой-нибудь счастливый пьяница, вдоволь насмотревшись на сочную грудь новенькой официантки в коротенькой юбке и получив от неё звонкую, но многозначительную пощёчину, вываливался через порог последнего здания, коим был бар, и шёл домой не предвкушая того скандала, который закатит ему жена и мать троих детей.       По мере её продвижения вперёд, странные звуки, доносившиеся из того самого бара, становились слышны более отчетливо. Девушка спокойно шла по дороге, но это напрягло, и она вновь прижалась к обочине, аккуратно обходя пару машин, столкнувшихся, похоже, уже давно и с ужасными для пассажиров последствиями.       Мэй была уже близко. Приготовившись к сюрпризу, она аккуратно заглянула внутрь. Это было одно не очень большое помещение со старой скрипучей половицей. Вообще, бывший владелец, как видно, был ценителем культуры 60-х годов, ведь вся мебель была деревянной и смотрелась слишком неуместно для дешёвого бара. Запах пива и табака настолько въелся в стены, засаленные обои желтовато-бежевого цвета, потрёпанную бордовую и тёмно-зелёную обивку на стульях, которые почему-то свалены в кучу у стены, что ароматы до сих пор улавливались в воздухе, навевая воспоминания о былых деньках. Но это не всё, что она увидела. Ведь ей открылся зрелищный вид на (не сказать, что маленькую) задницу Мерла, который, нагнувшись и неразборчиво кряхтя-пыхтя, рылся в нижнем ящике бара и гремел стеклянными бутылками.       — Ну-же, дядя Мерл хочет джек-пот! Хоть разочек… — Стернберг старшая ухмыльнулась и снова расслабилась, облокотилась о дверной косяк, беззвучно засунула мачете за пояс. В голове родилась идея. — Неужели ни одной бутылочки, ни заначки?       Ступать по сухому дереву, усыпанному стеклом, было не вариантом, поэтому Мэй медленно опустилась на корточки, чтобы поднять пустую бутылку. Вытянувшись во весь рост, прищурившись и прикусив губу, она запустила «снаряд» в стену. Бурый сосуд пролетел в сантиметрах от мягкого места реднека, повлекши за собой шлейфом еле осязаемую волну ветерка, и разбился на мелкие стекляшки о другие бутылки прямо над головой ошарашенной жертвы. Страйк.       — Ебеня мать! Срань Господня, что за чертовка! — мужчина резко обернулся, схватив пистолет. Сразу же как только он сфокусировал взгляд на своей «боевой подруге», убрал оружие и притворно схватился за правую сторону грудной клетки. — Ты сдурела?! Так и до инфаркта не далеко.       — Сердце в другом месте, — она не могла сдержать смех. — Видел бы ты своё лицо.       — За что мне эта женщина? — он продвинулся вперед. — Вот ты любишь поиздеваться и побесить меня, да? Ага, ясно. С чего такое отношение, сестрица?       — Я тебе не сестрица, дяденька. — она легонько толкнула его локтем в бок, когда оба выбрались наружу.       — Обижаешь. — Мерл инфантильно примерил на лицо гримасу обиженного ребёнка. — Дурёха твоя сестра, раз от такой тёлочки убежала. — мужчина попытался ущипнуть девочку за ляжку, но его резко протянутая рука была умело и методично блокирована одним из приемов, которому Мерл сам же её и научил. Воспользовавшись этим как отвлекающим манёвром, он смог взъерошить ей волосы. — Теперь мы квиты.       — Хватит, — злобно огрызнулась Мэй-Эстер. — Что ты тут делал?       — Я здесь задаю вопросы.       Оба остановились и с подозрением стали вглядываться друг в друга. Не хватало лишь напряженной музыки из вестернов, шляп, револьверов, перекати-поля и расстояния между ними.       — Я первая спросила. — уклонение и выстрел.       — Цыц! Куда топала? — ответная атака.       — За сестрой. И за заначкой для тебя, это должен был быть сюрприз, но праздников в ближайшее время не намечается, вроде. — оппонент решил обратить угрозу в пользу. — Ты в деле?       — Пф, конечно. А «праздник» и устроить можно, любишь смотреть на брутальных сырых дерущихся мужчин? — он облизнулся и хохотнул. — Брауни против меня, м? Только вот предложила бы ещё жратвы.       — Ночной жор на тебе плохо скажется. Так что давай сам, дорогуша. Не то разнесёт тебя и никуда от Марти уже не денешься.       Итак, двое двинулись в путь. Вскоре Мэй нашла запрятанную на обочине дороги машину, но как только Мерл завидел дешёвенькую тачку — сразу категорически отказался ехать на такой «колымаге». Но его привередливость объяснялась тем, что всего через каких-то сотню метров покоился небольшой серебряный джип получше. Таки реднек нашёл в том баре последнюю бутылку бурбона и успел приложиться к ней, а девушка после недолгих уговоров села на водительское место. Да и дорогу примерно к нужному месту он не помнил.       Наверное, Диксон впервые оказался свидетелем того, как девушка резво водит. На прямом участке дороги она так разогналась, что у тот с непривычки впился пальцами в ручку дверки и матом кричал, мол, ходячие бродят, аккуратнее. Девчонка беззаботно смеялась в голос, давно не чувствовала вкус свободы. Да и просто было приятно вновь услышать песни одной из любимых групп, что Мэрлу тоже приходились по душе. В целом, поездочка ему понравилась. Единственным минусом было лишь практически полное отсутствие горючего в баке даже при том, что, как известно, счетчики на приборной панели показывают уровень бензина с погрешностью.       Потом снова пришлось идти пешком. Эстер радовалась, когда нашла пару размашистых слов от Лани на вырванной из раскраски странице: «Найди меня. Я за прочными стенами, за забором». В голову сразу полезли догадки и цепочки «стены-забор-безопасность». Если судить по подчерку, то девочка была в спешке. Мерл в итоге получил свой запоздалый подарок на День Рождения в виде небольшого пакетика с белым порошком. Зачем старшая держала это в доме? На всякий случай. Как обезболивающее, например. Откуда? Досталось от бывшего. А ещё Мерл получил увесистую сумку с оставшимся оружием и парой книг.       Мужик — значит мужик. И жрать он всё-таки хотел. Пришлось остановиться и сделать привал. Время есть, терять нечего.       Как и перебить чувство голода, его любопытство не утихомирить. Таким образом он залез в сумку и начал хозяйничать. Повертев в руках и пролистав каждую книгу, он положил их в неаккуратную стопочку прямо на земле и перешел к более интересным ему вещам.       — Воу, мать твою, — реднек вскинул брови и взглянул на девочку, которая в этот момент помогала ему, пыталась препарировать пойманную им белку. — Так ты… Леди, моё уважение. — он кивнул и вернул ей пистолет. Та совсем не поняла его поведение и отвлеклась от занятия, задержав взгляд на нём. Он был на столько спокоен, что даже при таком освещении не было особо заметно морщин на его лице. — Я тебя знаю, хорош притворяться. — он хохотнул, чем сбил её с толку ещё больше, она напряглась. — Малышка Мэсти.       — Кто? — тревога нарастала. Как реднек мог знать это? Даже если отпираться бесполезно, это даст немного времени, если вдруг ей придется защищаться или бежать. Хреновое прошлое. Диксон, наверное, был его дружком… Арчи. — О чём ты, вообще?       — Девочка, ты скрываешь очевидное. — он встал и подошел к ней. Мэй вскочила, подняв пыль, переметнулась в противоположную сторону и взяла мужчину на прицел из того самого пистолета. С этим дурацким «АНФ» на рукоятке. Быстро поменявшись в настроении, она смотрела на него свирепо исподлобья, и её раздражённость, страх и нерешимость выдавало переминание с ноги на ногу. В волосах застряло несколько сухих листьев, что смотрелось немного нелепо. — Опусти эту штуку, милая. Она тебе не нужна. — Мэй не послушала, тогда он сорвался и, раскинув руки в стороны, немного наклонившись, прикрикнул: — Да я перед тобой в ебаном долгу!       Пару секунд она выжидающе продолжала целиться в него и потом медленно стала опускать оружие. Из колеи её выбило совсем спокойные действия реднека, если учитывать, что она прямо напротив и легко могла нажать на курок. На курок нажимать-то как раз легко, а вот убивать людей всегда сложно. И вот, Мерл был напротив, выше неё, крупнее массой, коренастый, а она на его фоне просто хлипкая тушка, можно сказать, что он даже похож на танк, а пустив в него пулю, она только срикошетит, изменив направление, и полетит в неё же.       — Расскажи всё, что знаешь. — недоверчиво спросила Мэй, подходя обратно к костру, чтобы продолжить своё незаконченное занятие.       — Арчи был дилером с охеренной травой, но сам по себе полный идиот. — у лучницы даже на душе полегчало, что Мерл не был его хорошим знакомым. Ведь всё могло сейчас принять другой оборот. — У него же четверть штата закупалась, — хрипло проговорил он, приземлившись рядом с ней. — Так вот я ему задолжал кругленькую сумму, он грозился вышибить мне мозги, подозреваю даже, что как раз из этого пистолета, — он кивнул на оружие, которое с полминуты назад было направлено в его сторону. — А потом прошёл слух, что его же сучка самого и грохнула. Да-а, — протянул он, — Ты была чуть ли не легендой, хоть никто в лицо тебя не знал. Но без лишнего шума о тебе скоро перестали говорить. Ну, а я, — он усмехнулся и глянул в её чистое лицо, на котором сменялись одна за другой эмоции. — Я просто много знал. И знал, что тебя, аки легендарную сучку, он называл малышкой Мэсти. Ты ж ведь была у него служаночкой?       Одарив его немного ошарашенным взглядом, она издала смешок и ответила:       — Этот подонок меня за два с половиной года так достал, что, не поверишь, мне выпала огромная честь его вырубить. Представляешь, он лишился жизни от этого пистолета. — тут её пробило на слова.        — Сам не верю, что говорю это, но ты, девочка, на самом грёбаном деле не промах. Слишком хороша для Мартинеза. — он снова хохотнул и как бы невзначай положил ладонь ей на плечо. Но это смотрелось так, будто он сгреб её в охапку. — Мы одни, в лесу, я и ты, потрескиваёт костер. Как на счёт?.. — Реднек поиграл бровями.       — Нет. — твёрдо сказав, перебила его она и спихнула, хоть это нелегко далось, его шаловливую руку. — Ты уже забыл, что я опасная? — она невинно улыбнулась и вопросительно наклонила голову на бок. — Убийца и всё такое…       — Признай, это была не месть. Ты хоть и ведёшь себя иногда, как чёртова сумасшедшая, но ни хера ты не киллер. Это, думаю, была самозащита.       — Фрэд. Ты ведь знал его? — спустя пару секунд опять спросила она, рассматривая выцарапанные инициалы парней из шайки Артура. «Арчи. Ник. Фредди.» — Почему он не пришёл за мной?       — Да он сам себе мозги после этого вышиб! — звонко рассмеялся Мерл, забив на то, что мог этим привлечь нежеланных гостей. — По крайней мере, мне кажется, что так всё и было. Разные слухи ходили, он просто исчез.       Впрочем, вскоре они и появились. Мерл успел только засунуть в рот пару маленьких кусочков сухого мяса, как со стороны пришла сразу тройка ходячих. Совместными усилиями кусаки были обезврежены, поэтому сразу после маленький костер, который даже «огоньком» назвать сложно, затушили. Путники двинулись дальше, ибо тройка предвещала стадо.       На обратном пути мужика окончательно развезло и тот горланил песни вслух. Как показало время, не только некоторые вкусы, но и любовь к Motörhead у них общая.       Двое вошли в Вудбери на восходе. Небо приобретало оттенки светлее и светлее с темно-синего, переходя в задымлённо-голубой, на востоке уже становилось ярко-рыжим. Мартинез только с сомнением проследил за Мерлом, переводя взгляд на Мэй. Он и другие ничего не спросили — Мерл главный и если и был за территорией, значит так надо.