Око за око

***

Джону Сноу донесли: леди Старк два раза в день наведывается в одну из заброшенных башен Винтерфелла. Что она там делала, было неизвестно. Санса выставила подобие стража, и осведомитель, не сумев пробраться внутрь, более ничего не сказал. Подобная скрытность сестры выглядела подозрительно, и не поверивший сперва навету Джон неприятно удивился — все сказанное подтвердилось. Как только они оказались в Большом зале, помедливший Джон повторил свой вопрос. Не будь бы лорд Сноу так огорчен скрытностью Сансы, он и вовсе вошел бы внутрь, однако... Джон хотел услышать правду из ее уст; какое-то пояснение ее выходке — хоть что-то, что оправдало бы сестру, не в первый раз умалчивавшую правду. Не подбирая высокопарных слов, Санса призналась. Почти сразу. Под впечатлением от происшествия с Рамси, она тряслась и отчаянно пыталась совладать с собой. Сил на хоть какую-то маломальскую ложь у нее, истощенной душевно и физически, не хватило. К тому же, Джону ей врать не хотелось. Да она не сказала ему, что оставила Рамси Болтона в живых, но ведь между «солгать» и «не сказать» всегда существовала великая разница. — Ты мало того, что оставила его в живых, так еще и спрятала его от меня! — вспыхнул Джон. — Ты сказала, что он мертв! Метавшийся из стороны в сторону Джон не до конца верил в происходящее. Наяву он видел перед глазами ухмылку болтоновского бастарда, оставшегося по вине сестры в живых. Он был убийцей, изувером, монстром! — Я... Я сказала, что решила вопрос с ним, — спряталась за своими же словами Санса, виновато уронив взгляд на пол. — Если бы я сказала тебе, ты бы его убил! — Я должен был сделать это, — Джон возмутился еще больше. Лорд Сноу совершенно не понимал сестру и вскипал, вспоминая о всех жертвах положенных на алтарь победы над сумасшедшим лордом Болтоном. — Он — убийца нашего брата! По законам Севера он должен был умереть. Сколько людей погибло из-за него! — Они погибли за Старков и за то, что в свое время предали нашу семью, — Санса задрала голову, обвиняя во всем многочисленных предателей, не понимая, что сейчас в глазах брата сама была не лучше изменницы. — Одичалые никого не предавали... Ни Старков, ни Болтонов, — повысил голос Джон, махнув рукой в сторону. Санса не находила слов, и новоявленный король Севера, повернувшийся к ней спиной, оперся руками на стол в поисках какой-нибудь поддержки. Он сам порядком уставал от своих новых обязанностей, а тут еще такая новость, свалившаяся как снег на голову. Виноват был он сам. Не стоило оставлять это дело на поруки сестры. — Его нужно казнить, пока кто-то не узнал... — Никто не узнает, а даже если узнает, — затараторила Санса, не желая так просто отказываться от своего узника. — Ничего не произойдет. Или ты думаешь его кто-то станет спасать? Кто? Амберы? Карстарки? — кричала Санса. — Он никому не нужен! Он потерял все, и теперь он всего лишь наш пленник. — Всего лишь? — Джон выпрямился от подступившего возмущения. — Это не игрушки! Не вышивание и не куклы, Санса! Он — убийца. Убийца без малейшего понятия о чести. — Он — мой муж. — Твой муж?! — Джон треснул кулаком по столу с досады. — Ты мне говорила, он — монстр. И когда я воочию увидел это, ты вдруг вспомнила о том, что он — твой муж? Какого черта тогда ты бежала от него? Впервые видя брата таким, Санса отступила назад. Она искренне считала, что в силу клятв, данных в Богороще, имела определенные права на жизнь или смерть Рамси Болтона. Права, которые теперь Джон пытался оспорить. — Я видел тебя, — продолжил Джон Сноу, приблизившись, — замерзшую и дрожащую. — Пенял ей брат, вспоминая их первую встречу после долгой разлуки. — Ты говорила, он плохо с тобой обращался. Я читал письмо, в котором он грозился отдать тебя своим солдатам, чтобы они насиловали тебя на моих глазах! А ты сохранила этому чудовищу, убившему нашего брата, жизнь?! Зачем?! Зачем! Джон был ею недоволен. Разочарован. Она утаила от него Петира и рыцарей Долины. Утаила теперь и сумасшедшего бастарда, оставленного в живых, и, сжимая челюсти, Джон чувствовал как в спину вонзается предательский нож — болтоновский нож, вложенный в самые родные ему руки. А впрочем... Ничего не изменилось! Санса по-прежнему была маленькой несмышленой девочкой, игравшей в какие-то секретики, а у него были дела поважнее, чем нянчиться с ней, отгадывая ее загадки. Такого предательства он от нее не ожидал, а, самое обидное, нисколько его не заслуживал. Джон требовал ответа. Санса долго тряслась, прежде чем заговорить снова. — Он… должен жить. Он… Он — моя гарантия, — заикаясь, тихо сказала Санса. По ее щекам сбежали первые слезы, миледи закусила губу. Она едва сдерживалась от невидимого гнета, и собрав волю в кулак, ответила на вопросительное молчание Джона. — Гарантия того… Ч-что меня больше никто и никогда не продаст... Как какой-нибудь кусок мяса с именем Старк, назвав эту сделку выгодным замужеством. Меня никто не продаст. Меня больше никто не… Санса смолкла, склонив голову. Дрогнула рыжая прядь, выпавшая из косы. Тугая струна внутри нее лопнула, и леди Старк сорвалась, согнувшись в три погибели. Глубоко несчастная, она зарыдала в голос словно смертельно раненный зверь. Пытаясь хоть как-то сдержать истеричное безумие, Санса плотно прижала к лицу ладони. Она плакала, и слезы ее ложью не были. Джон долго стоял на месте, погрузившись в неприятные думы. Каменным он не был, и от ее слов, тихих и вкрадчивых, вспомнил о глубоких ранах своей сестры. От обиды Джон сжал кулаки. Насколько же Санса ему не верила, ожидая, что он обойдется с ней как Мизинец или ее муж. Братское сердце дрогнуло. Взаимными упреками они ничего не добьются, решил про себя лорд Сноу, и, чувствуя себя старшим и от этого более мудрым, подошел к ней и обнял. Ничего страшного не произошло, убедил он себя, и Санса крепко вцепилась в него, ища поддержки и защиты от всех несправедливостей, свалившихся на ее бедовую голову. Джон приглаживал ее волосы, стараясь успокоить, но внутри него все клокотало от горьких мыслей. Что же с ней сотворили?! Позже, у нее в спальне, Джон еще долго сидел на кровати, успокаивая сестру. Санса отказалась от идеи будить мейстера Уолкана ради каких-то успокоительных капель и обошлась кружкой воды. Успокоившись, они долго молчали, глядя на пламя догоравших свечей, и в подобной бездвижной тишине обретали особый покой. — Джон, — просипела Санса. — М? — Ты веришь в любовь? — Да... Наверно, — ответил он нехотя и не сразу, вспомнив одичалый язычок пламени, обогревший однажды его сердце. — А я нет, — Санса сжала подушку в руках, и Джон почувствовал комок жалости, сжавшийся внутри. Из них из всех Санса всегда была самой романтичной и нежной. С восторгом маленькая копия леди Кейтлин слушала сказки о любви, пела сладкие песни, но теперь все было иначе. Изверги поломали ее, втоптав в грязь жестокой жизни этот хрупкий северный цветок. Ему, наверное, следовало быть более мягким с ней. — Ты понимаешь, какому риску себя подвергла? — вновь Джон подумал о бастарде. — Если бы он с тобой что-то сделал, я бы даже не узнал. — Мне больше нечего терять, — Санса села рядом, подогнув под себя колени. — Если только тебя, — тронутый ее словами Джон Сноу вздохнул. — Мы должны держаться вместе. Повторил он в сотый раз, вновь осознав, что из великой волчьей стаи, остались лишь они вдвоем. Два последних волка, долженствовавшие доверять друг-другу. Он сам должен был доверять ей и ее порой странным решениям. Санса, наверное, имела законное право решать вопрос о жизни и смерти Рамси Болтона. Как ни крути, бастард по-прежнему являлся ее мужем. Хочет, чтобы он жил, ладно. Джон закроет на «это» глаза, если ей от этого будет спокойней, но про себя лорд Сноу решил, что будет приглядывать за сестрой. Хватит с Сансы страданий. Он должен беречь ее.

***

Тая была достаточно интересной: красивые зеленые глаза оттенка пожухлой травы, приятное личико; прямые каштановые волосы на свету отливали золотыми нитями. По обыкновению, Тая держала их распущенными, изредка подбирая часть прядей в косы. Милую девчушку портил лишь чересчур вздернутый нос, но и в этой ее особенности мужчины, как правило, находили свое особенное очарование. Ходила Тая как кошка, мягко переступая аккуратными ножками, и даже тихий голос ее напоминал отчасти мурлыканье. Для кухарки девушка была слишком худой, говорила повариха. Да и с обязанностями своими справлялась через раз, пропадая где-то по своим делам. Одетая в простенькое зеленое платьице Тая пересекла один из дворов замка. Ее хотел видеть лорд Старк, и она очень надеялась, что ее отблагодарят за небольшой рассказ о странных похождениях леди Сансы. Решетка на псарню была гостеприимно приоткрыта, и, радуясь своей выслужке перед лордом, Тая бесстрашно зашла внутрь. — Милорд? — крикнула она в темноту, но ей не ответили, и пожав плечами, Тая прошла вглубь. Там кто-то был, казалось ей, и, сделав пару шагов, она, к своему несчастью, встретилась с леди Старк. — М-миледи?! Какой-то мужчина прошмыгнул за спиной, и обернувшаяся на мгновение Тая, увидела, как закрылась щеколдой с обратной стороны ржавая решетка псарни. Ей это очень не понравилось, и Тая опасливо повернулась к невозмутимой миледи. — Меня хотел видеть… — Я прекрасно знаю, кто хотел тебя видеть, — сквозь зубы процедила Санса. Миледи открыла одну из клеток с псами, и радостный пес выбежал ей навстречу, завиляв хвостом. — Тебя звала я. — Вы? Вы хотели меня видеть? Но... — обескураженная Тая точно помнила, что ее звал лорд Джон. Санса ничего не ответила. Лишь открыла еще одну клетку. — М-миледи? — Знаешь, я спрашивала про тебя, — леди Старк отошла от решеток на середину псарни. — Оказывается, ты все-таки умеешь читать и писать, а еще… Кухарка из тебя никчемная, — Санса сделала несколько шагов навстречу Тае. — Как давно ты служишь в замке? Тая лишь приоткрыла рот. От нараставшего напряжения у нее пересохло в горле, а госпожа, тем временем, уверенно собирала роившихся псов вокруг себя. Держа в руках небольшое ведерко, Санса раздавала своим питомцам крупные куски свежего мяса. Собаки довольно ловили его из рук хозяйки, порой огрызаясь друг на друга. — Несколько недель. — Ты из Долины? — Д-да, — выпалила Тая, попятившись от клацающих челюстей. — Как странно… — Санса прищурилась. — Еще вчера ты говорила, что ты — из Речных земель. — То есть нет… — опасливо поглядывая на собак, Тая окончательно смешалась. Несколько псов отделились от группы и принялись с любопытством обнюхивать юбку ее платья. — Так откуда ты? Из Речных земель или из Долины? — Д-да… Я из Долины. Санса едва улыбнулась. По крайне мере, этот обман был раскрыт. Как ни странно, миледи так и думала, а, значит, и другая ее догадка могла подтвердиться. Санса выпрямилась. Она немного нервничала. Миледи затеяла одну игру и очень хотела выйти из нее победителем, поймав стукача за ухо. — Хорошие псы. Тебе нравятся? — Д-да, миледи... — Ты ничего не хочешь мне сказать? — Что миледи хочет услышать от меня? Миледи?! — Тая вскрикнула, испугавшись приблизившегося к ней зверя. Пес вдруг зарычал. — Кто ты на самом деле, Тая, а еще... Кому ты служишь? — Я служу вам, леди Старк. Заберите их, пожалуйста... — Ты врешь. — Санса отставила пустое ведро в сторону. Псы замерли в ожидании, и, выдержав паузу, миледи вновь заговорила. — Сытый пес — верный пес. Они еще голодны. Нужно их покормить. Знаешь, — Санса едва наклонилась, потрепав одну из собак за ухом. — У псарей есть особенный свист. Он дает команду, чтобы псы загнали добычу. Я все никак его не выучу. — М-миледи, что вы… Задумчиво прищурившись, Санса начала свистеть. Получалось у нее плохо, с продухом, однако собаки, казалось, все понимали. Внимательно они смотрели на Таю, и, к ее ужасу, угрожающе рычали. — М-миледи, прошу! Что вы делаете? Что вы хотите... — Кажется, вспомнила! Санса резво свистнула, и псы ринулись на испуганную служанку. Бедняжка громко закричала, кинувшись к выходу, но, запутавшись в юбке платья, упала. Тая чувствовала зловонное дыхание, исходящее из открытых пастей псов. Вскинув руки, чтобы хоть как-то защититься, Тая в последний раз взмолилась о пощаде, приготовившись к встрече с ужасными клыками, но раздался еще один свист, и псы остановились. Санса Старк подошла к рыдавшей служанке, закрывавшейся руками. — Тебя прислал лорд Бейлиш? — зло спросила Санса, глядя сверху вниз на доносчика. Тая плакала, хныкая как ребенок. Ее темные волосы сбились и, смешавшись со слезами и соплями, некрасиво прилипли к лицу. Умоляя пощадить ее, она кивнула головой. — Что он хотел? Говори. Иначе я вновь натравлю собак! — Он... Он сказал следить за... З-за вами и за б-бастардом. — Что еще?! — Тая вновь вскрикнула, захныкав, но напрасно. Собаки к ней больше не приближались. — Он сказал лечь с вашим братом. — Ты одна из его… Из его девушек? — Тая вновь кивнула, и довольная собой Санса продолжила допрос. — Ты ему хотела отправить письмо вчера? — вновь утвердительный кивок. — Ты успела сообщить ему то, что сказала его величеству? — это был главный вопрос, терзавший миледи и, увидев отрицательное мотание головы, Санса облегченно вздохнула. Миледи протянула руку и помогла Тае подняться. Она все еще дрожала и от каждого движения леди Сансы, отряхивавшей с нее грязь, дергалась и плакала еще больше. — Ты будешь и дальше доносить ему, но теперь... — посмотрела Санса в ее зеленые глаза. — Ты будешь служить мне. Я буду платить тебе столько же, сколько Мизинец, но если ты меня обманешь, — Санса побледнела от гнева, — в следующий раз, я не остановлю собак. Разговор был окончен. Кузнец Билл открыл псарню и выпустил пришедших к согласию девушек на волю. И если одна из них слезно благодарила богов за то, что они сохранили ей жизнь, вторая погрузилась в полные недовольства мысли. Недовольна Санса Старк была Петиром, подославшим к лордам Винтерфелла своего осведомителя. То, что он пытался следить за Джоном, соблазнив его одной из своих проституток, она еще могла понять, но то, что Мизинец решил следить и за ней, ее очень раздражало. У Петира повсюду были свои глаза и уши, и Санса вновь почувствовала жгучую обиду. О том, что творилось в замке, до того как пали со стен Болтоновские знамена, Петир наверняка знал и ничего не сделал. — Леди Санса! — по двору прокатился зычный женский голос, и леди Старк встрепенулась. Это была вернувшаяся Бриенна. Могучая рыцарша уверенно шла к своей госпоже, не обращая внимание на попадавшихся под ноги слуг. Санса искренне улыбнулась ее возвращению. За Бриенной плелся уставший оруженосец, оглядывавшийся с опаской назад, и, проследив за его взглядом, леди Старк очень удивилась новому гостю, прибывшему в Винтерфелл. Тот хромал, однако старался идти быстро и прямо. Высокий и по-прежнему грозный Сандор Клиган был одет уже не как рыцарь, а как какой-то бедный крестьянин, зарабатывавший на хлеб вспашкой поля. Перепачканный в дорожной грязи он постоянно кутался в маленькую по сравнению с ним тряпочку, напоминавшую плащ. Его щетина неаккуратно топорщилась во все стороны. Намокшие от снега волосы липли к лицу со стороны ожога. Санса просто не могла не узнать Сандора Клигана. Их встрече сам Пес был удивлен не меньше. Рыжую голову девицы он заприметил еще раньше бабы, называвшей себя ее рыцарем. Он не верил своим глазам. Перед ним стояла маленькая пташка, с которой он встретился однажды в Винтерфелле, да вот только птенчик вырос, превратившись из маленькой красивой девочки в прекрасную девушку, внимательно смотревшую ему в ответ. — Леди Старк, — поклонилась Бриенна Тарт. — Вы получили мое письмо? — Да. — Черная рыба мертв. Когда мы приехали, Ланнистеры осадили Риверран. Я уговаривала его пойти с нами, но он отказался, — Санса нахмурилась из-за этой новости, однако внимательно посмотрела на Пса. Терпеливо ожидая своей очереди, тот нагло оглядывал ее с ног до головы, и именно сейчас Бриенна вспомнила о Сандоре. — Это тот мужчина, миледи. С ним я видела леди Арью в последний раз, но он отказался мне что-либо говорить, пока не увидится с вами. Что прикажете делать с ним? — Сир Клиган, — все что сказала Санса, вспоминая их последнюю встречу. — Я не знаю, как это возможно, но ты действительно Санса Старк, — наплевав на правила этикета, Пес сделал шаг в ее сторону. — Обращайтесь к ней леди Старк, — проворчала Бриенна, готовая кинуться на грубияна. — Что вы здесь делаете? — спросила Санса. Сандор молчал, то сжимая челюсти, то приоткрывая рот. Он и сам не знал, почему с таким воодушевлением отправился на Север, а встречали его не так ласково, как хотелось бы. И чего он собственно говоря ожидал? — Где моя сестра? — Понятия не имею, — чертыхнулся Сандор. — Она сбежала от меня. После того, как эта меня завалила. Сандор указал на Бриенну. Грозно та раздула ноздри, но Сансе было не до их препирательств. Миледи невольно поникла. Она ожидала услышать хоть какую-нибудь новость об Арье, но, видимо, судьба продолжала насмехаться над несчастными лютоволками. Леди Санса Старк изучающе взглянула на Сандора. Он был хмур. Его отрепья придавали ему еще более устрашающий вид. Санса видела, что он хромал, но это не отменяло того факта, что именно ему в свое время доверили охрану короля Джоффри. Ей пришла в голову хорошая мысль, и, добродушно взглянув на ожидавшую ее указаний леди Тарт, Санса обратилась к своей рыцарше. — Бриенна, проводи сира Клигана за ворота. Мы благодарны ему за столь ценную информа… — Что?! Какого черта! — возмутился Пес, переступив с ноги на ногу. Его сапоги, снятые с мертвеца, совершенно не защищали ноги от холода, а их намокшая кожа неприятно липла к телу. Встретить на Севере пришедшую зиму он явно не ожидал. — Я проделал долгий путь, чтобы какая-то девица меня выкинула, как комнатную собаку? Черта с два! — Насколько помнит «какая-то девица», сир Сандор Клиган служил Ланнистерам. Откуда мне знать, что их верный «Пес» не прибыл за моей головой? — Я больше не служу Ланнистерам! Я больше никому не служу, — гордо заявил уязвленный Сандор, сплюнув на землю. Пес мысленно рычал от недовольства. Как же она поменялась, думалось ему. Строила из себя какую-то командиршу! — Вы можете послужить мне, — пташка обескуражила его еще больше. — Подрик, дайте сиру Клигану меч. Возможно, он еще не забыл клятвы рыцаря? Пес стоял, сверля взглядом наглую девицу. Мальчишка Пейн неуверенно протягивал ему клинок. Постепенно опускалась его руку от тяжести да от долгого ожидания, но Сандор медлил. Бродячая собака не спешила расстаться со своей свободой, и Пес думал, прожевывая губами свои странные мысли. Вот она стояла перед ним в темном плаще с серебристым мехом чернобурой лисы. Пташка была все также хороша, даже лучше. Это были те же голубые глаза, лучезарные и проникновенные, да вот не было в них больше затравленного отблеска Ланнистеровской пленницы. Сюда Сандор пришел из-за нее, признавался он сам себе, и потому, отборно чертыхнувшись себе под нос, взял меч и, опустившись на колено, прорычал треклятые обещания о верной и преданной службе. Санса отвечала. И, хотя Подрик готов был подсказать в любой момент слова клятвы, леди Санса Старк справилась сама, проговорив свою часть клятвы уверенно и четко.

***

На ужине собралось самое разношерстное общество: могучая Бриенна Тарт, не уступавший ей в размерах Сандор Клиган, манеры которого порой смущали всех сидевших; добродушный Давос, пытавшийся поддерживать то тут, то там вспыхивавшие очаги разговора, а еще молодые леди и лорд Старки. Джон не очень обрадовался новому гостю. Он вспомнил его. Помнил, что Сандор был телохранителем белокурого принца Джоффри, отдавшего приказ отрубить голову отцу. Переговорившая с ним до ужина Санса убедила брата в полезности Пса. Рассказала Санса и о том, как в Королевской Гавани ее не раз спасал именно Пес, а главное, что рыцарь, присягнувший ей на верность, мог хоть что-то рассказать об их сестре. К сожалению, рассказ Сандора был недлинным. Выслушавший Пса Джон был искренне благодарен за то, что Арью вынесли с Красной свадьбы. Сама Санса в тайне от всех была рада, что они не пересеклись в Долине. Как знать, что случилось бы с Арьей, попади она как и ее старшая сестра в руки Мизинца? — Вот эта, — кивнул Пес на Бриенну, громко хлебнув специально принесенного для него Эля из кружки. — Чуть не прикончила меня. Я просил девчонку добить меня, а она бросила меня умирать. С ней осталась ее зубочистка, будь она не ладна. Думаю, она еще жива. — Миледи, — в зале появилась Тая. Она мышкой прошмыгнула к Сансе и, что-то шепнув, протянула сверток. На Джона служанка больше не смотрела, и обратившая на это внимание Санса осталась очень довольна — собой и своей пополнившейся свитой. На застывшем сургуче мелькнул пересмешник. — Лорд Бейлиш... Видимо, добрался до Долины, — не открывая письма, Санса передала свиток Джону. После вчерашнего разговора, ей хотелось оказать брату подобный знак доверия. Санса прекрасно понимала — письмо наверняка адресовано ей, но... Какую большую ценность имеют порой жесты, ничего не стоящие, но много значащие! Санса подозревала, что Джон сам вернет ей письмо, оценив при этом ее порыв, и мысленно хвалила себя за свою проницательность — и рыбку съесть и косточкой не подавиться. Оглядев пересмешника, Джон протянул назад заветный пергамент, так его и не развернув. — Тс, — хмыкнул Сандор, вскинув головой. — Не знал, что у Старков с Мизинцем теплая переписка. — Он обещал сообщить мне о делах в Королевской гавани, – недовольно сказала Санса. К ее сожалению, Клиган не имел ни малейшего понятия о положении в столице. — Лорд Бейлиш призвал рыцарей Долины в битву за Винтерфелл. Кавалерия появилась очень вовремя, — услужливо сообщил Давос Сиворт, припоминая тот момент, когда окруженный болтоновской армией уже прощался с жизнью. — Неудивительно, — вновь хмыкнул Пес. — Из-за него-то вы его и потеряли, — буркнул Сандор себе под нос. Присутствовавшие вопросительно обернулись на него. Клиган едва не подавился от такого повышенного внимания к своей особе, но, проглотив крупный кусок, выдавил из себя. — Ваш отец потерял голову из-за Мизинца. — Что? — еле слышно переспросила его Санса. Джон отложил столовые приборы в сторону и отодвинул от себя тарелку. Украдкой он переглянулся с сестрой: Санса явно ничего не знала. — Всем известно, кто предал десницу короля Роберта… Сандор Клиган что-то еще рассказывал, вспоминая то, о чем знал или видел лично. Не очень складно. Рассказчик был из него так себе, но волки услышали печальную песнь о предателе их отца. Не дослушав, Джон встал и вышел. Следом за ним из зала выпорхнула и Санса. Отчасти раздосадованный ее уходом, Сандор еще побыл с оставшимися и к своему веселью выяснил — в битве Пяти королей все они выступали под разными знаменами. — Джон… Джон! — бежала за братом Санса. Он на секунду остановился, и она налетела на него. — Ты знала об этом? — Нет... Нет, не знала. Не смотри на меня так! — Джон недовольно хмурился, сомневаясь в словах сестры, но то было правдой. Санса Старк и не подозревала, что все это время вверяла свою жизнь предателю. Глупая! Теперь, хорошенько поразмыслив, Санса искренне корила себя — многие вещи были очевидными. Стоило лишь подумать. То, что Мизинец продал ее Болтонам, Санса Старк еще могла пережить. В конце концов, своим «счастливым» браком она заплатила за возвращение Винтерфелла, но вот головы отца, водруженной на пику, она простить не могла. Предатель! Предатель — звенела ее голова. — Нужно написать лорду Ройсу, — предложил Джон. — Лорды Долины должны знать о том, что он предал Недда Старка. Они схватят его раньше нас. — Нет! — Санса сжала губы. Первая волна возмущения прошла, и она уверенно посмотрела брату в глаза, взывая к рассудку. — Подумай, он... Он сам обвинит и тебя, и лорда Ройса в предательстве или заговоре. Это — Мизинец! Если он не договорится, то купит расположение остальных лордов и избавится от вас двоих с великой радостью... — уж Санса знала, с кем имеет дело, — а потом он прибежит к Ланнистерам с ключами от Винтерфелла и моей головой. Мы потеряем все, что имеем. — Мы не можем оставить это просто так. — Не можем, — повторила Санса за братом. Задумчиво она растерла ладони. — Нужно сообщить остальным лордам Севера. По крайней мере, на Север дорога ему будет закрыта. — Он все обставит в свою пользу! — И что ты предлагаешь? Сидеть сложа руки? Зная о том, что под нашей крышей мы приютили предателя нашего отца? — Джон сердито выдохнул. Он явно был недоволен замешательством Сансы, отвергавшей любое его предложение. Лорд Сноу хорошо помнил, как сестра предупреждала его о Рамси Болтоне накануне битвы. Тогда он ее не послушал и едва не потерял головы. — Утро вечера мудренее. С Мизинцем нельзя действовать необдуманно, — устало проговорила Санса, потупив взгляд в пол. Сейчас они были обескураженны вскрывшейся правдой, а тут необходимо было подумать на холодную голову. Джон согласился, желая выяснить все подробности великого предательства. Санса оправила плащ. — Мне нужно идти. — К нему? — сестра виновато опустила голову. — Я бы мог пойти с… — Нет. Я сама. Его это только разозлит, и подумала Санса не о своем брате, а о своем пленнике.

***

После вчерашнего ей не хотелось возвращаться. Стоя перед дверью камеры этого зверя, Санса долго себя уговаривала, прежде чем войти. С другой стороны… Даже если бы молчун Билл не пришел ей на помощь, разве что-то это изменило бы? Бастард всегда был груб с ней, не считаясь с ее желаниями. Разве не переживала Санса надругательства каждую ночь? Когда он, довольный, возвращался в их спальню, услаждаясь всей своей властью над ней. Теперь эта власть была в ее руках. Санса Старк была вольна делать все, что пожелает, и, убедив себя в этом, миледи бесстрашно вошла в подземелье. Страж в этот раз остался в коридоре. Надобность караулить снаружи отпала, а вот внутри он мог оказаться куда более полезным. Рамси Болтон не двигался. Сидел истуканом на одном месте, прижавшись затылком к стене. Левая щека начинала щетиниться небольшой порослью. На правой рана покрылась бордово-коричневой коркой, потрескавшейся в нескольких местах. Под глазами темнели нездоровые круги, а кудрявые волосы покрылись неприятным сальным налетом. Под бинтом на руке проступило пятно крови — последствия вчерашнего бунта, и Санса впервые не ощутила привычного прилива ненависти. Уж слишком жалок был ее мучитель. Санса понимала абсурдность этого глупого сострадания к человеку, не знавшего о значении этого слова, и все же… Что и говорить, а Рамси Болтон знавал времена и получше. — Так и будешь смотреть на меня? — заговорил истукан, и леди Старк вздрогнула. Рамси едва приоткрыл глаза. — Красавец писанный, наверное. Лорд Болтон был необычайно зол, недоволен и очень утомлен. Он уж начал думать, что она больше не придет к нему, и, сознавая свое одиночество, чувствовал, что медленно сходит с ума от каменного ящика, в который его поместили. Рамси Болтон начинал задыхаться от постоянной темноты и неизвестности. Спровоцировав вчера свою супругу, он ожидал от нее какого-то наказания или действия, способного удержать ее подольше с ним или же вытащить на короткий срок его из этой конуры, но тщетно. Он изнемогал от голода. Пытался встать и подвигаться, но это не помогало. Рамси чувствовал подступавшие волны удушья, и, поддавшись злости, в голос проклинал четыре безмолвные стены, едва не охрипнув. Слишком деятельным умом наградила его природа, чтобы так просто запереть его в четырех стенах. О! Дорогая жена, скромно стоявшая у двери, и сама не подозревала о том, какую чудесную пытку уготовила ему. Рамси Болтону нравилось сдирать кожу с людей, умолявших его наконец-то отрезать освежеванную конечность. Санса делала что-то подобное, только не с рукой, не с ногой и не с пальцами, а с его рассудком, и Рамси, сходивший с ума от каменной бездушной комнаты, начинал испытывать к ней определенное уважение, сопряженное с уязвленной гордостью плененного мужчины. Как ни крути, она оказалась совсем не глупа, и сейчас бастард чувствовал особое желание снова почувствовать ее в своих руках. Он же сломал ее. Разве нет? Подтверждая обратное, Санса равнодушно протянула ему еду — очередную подачку. Добренькая женушка осторожно опустилась рядом с ним, и от вздувшейся пузырем юбки приятно запахло зимой и свежим воздухом свободы. Глядя на его правую руку, миледи, видимо, вновь была согласна выкармливать своего питомца, но сердившийся на нее лорд Болтон решил обойтись в этот раз своими силами. — Сам справлюсь, — он взял у нее ложку и ненавистный горшок с каким-то варевом. Бастард был очень голоден. Голодный мужчина — злой мужчина. — Тебя не было слишком долго. — Мне нездоровилось, — соврала Санса. — Хм. Из-за меня? — хищно улыбнувшись, Рамси припомнил вчерашнее, и Санса Старк на мгновение вспыхнула гневным румянцем. — У меня полно и других дел. — И как там? — бастард пытался ее разговорить. Пробывшему целый день в абсолютной тишине, ему до щенячьей радости было приятно слышать человеческий голос — ее голос. Тем более, что для их словесных перепалок приходилось выдумывать что-то новенькое, и это хоть как-то развлекало. — В Винтерфелле снова Старки, — Санса на всякий случай отошла от пленника в сторону и оправила спутавшиеся концы прядей. — Также было, когда я уехала отсюда. — Когда я приехал сюда, здесь были железнорожденные, — медленно прожевывал Рамси. Ел он левой рукой. Правая после вчерашнего тряслась, расплескивая суп на и без того грязный костюм. — Что стало с Вонючкой? Испугался твоего братца-бастарда или… — лорд Болтон выпучил глаза. Он любил построить из себя сумасшедшего, и зная это выражение лица Санса вздохнула — Рамси был Рамси. — Ты его съела пока бежала на Стену? — Просто захотел вернуться к семье. Лорд Болтон вскинул брови от ироничности своего положения. Даже Вонючке было куда идти. А куда бы пошел он, если бы ему представилась такая возможность? Сейчас, как это ни забавно, бастард был со своей семьей. Санса была единственным родным человечком, по совместительству и его тюремщиком. Какая ирония! Раньше все было в точности до наоборот. Видимо, они попросту должны сосуществовать именно в таких отношениях. Кто-то сверху, кто-то снизу. Иного не дано, и бастард ухмыльнулся шальной мысли, проскочившей в голову. — Видимо, наша совместная жизнь не очень удалась? — вдруг высказался он, на секунду задумавшись. — Если бы ты вернулась тогда, может быть, спасла бы своего братца. Никогда об этом не думала? — уколол Рамси Болтон. Санса ведь сама об этом порой задумывалась. — Я видела твое письмо Джону. Читала его сама… Особенно ту часть, посвященную… Мне. — А-а-а, — пропел Рамси, — думаешь, я бы и вправду отдал свою жену на поругание целому войску? — Сначала развлекся бы сам, — надув губы, сказала Санса. Если бы в битве победил Рамси, Север преклонился бы перед Болтонами и без леди Старк. Потерявшая свою ценность даже как пленница Санса стала бы ему не нужна, и бастард, вдоволь с ней наигравшись, возможно скормил бы ее собакам. Впрочем, уверенности у Сансы не было. Такие люди как Рамси неохотно расставались со своими игрушками. Ее жизнь от этого легче не стала бы. — Хм… Мне несказанно повезло с красивой и умной женой. — От твоих слов ничего не изменится. — Думаешь, мне стыдно? — Нет, — Санса покачала головой. — Ты это ты. — Хм. Надо было чаще с тобой разговаривать. — Ты был занят другими… Вещами. — Ты — моя жена, — улыбнулся Рамси, разведя руками в стороны. — Я исполнял свой супружеский долг. — Ты — мой муж, — повторила Санса за ним и задрала голову. — Наверное, поэтому и сидишь здесь живой, но как пес… На цепи. Милая жена мысленно щелкнула его по носу, но Рамси не надулся. Он веселился, и, если б мог, то расхохотался бы в голос. Он был прав тогда на псарне. Теперь в ней слишком много было от него, только действовала Санса… мягче. Она чем-то походила теперь на дочку псаря. Рамси еще не понимал, чем именно, но знал наверняка — это он приоткрыл для Сансы дверцу в свой мир. Санса Старк морщила нос от отвращения, горделиво задирала голову и уверенно шагала в глубь этой новой реальности дома Болтонов. — Раз уж мы вспомнили о наших брачных узах, может, принесешь мне чистую одежду? — Не желает ли лорд пуховую перину? Может быть, чего-то еще? — Санса Старк услужливо присела, и Рамси, оценивая и жену и ее издевку, хищно облизал острый клык. — Решила завести себе собственного Вонючку? — Не очень хочется выхаживать тебя после оскопления, — вновь язвила Санса. Ее положение ее саму забавляло, казалось бастарду, однако про Вонючку Рамси опасливо решил больше не шутить. Уж лучше взаперти и на цепи, но с членом между ног. — Это ведь мой нож? — бастард кивнул на ее ногу, но Санса не ответила. Она собрала кухонную утварь и приготовилась уходить. На сегодня их общения было достаточно. — Оставь, — буркнул Рамси, увидев, что она тянется за факелом. Санса недовольно оглянулась на него. Она колебалась в принятии решения — стоит ли ей обходиться с ним как с обычным пленником, или же поступить как он в свое время? Нет… Становится «им» ей не хотелось, и отвернувшись, она все же убрала руку от освещавшего темницу огня. — Загоришься — подкину дров в костер, — Рамси слабо улыбнулся, все же жалея, что не может задержать ее подольше. Наблюдать за рыжим волком в болтоновской шкуре ему было интересно. Приходила бы Санса почаще, нечаянно поймал он себя на мысли.