Detective Special

* * *

Майкл ожидал, что это будет "Златоглазка" или тот бар, в котором пел Джеймс последний раз, ему казалось логичным проводить подобные встречи на своей территории. Впрочем, он не мог не согласиться с тем фактом, что главам двух синдикатов вряд ли можно было договориться заранее о том, что один из них в полной боевой и при параде явится в логово другого, так что небольшой ресторанчик практически на самой окраине был как нельзя кстати. Часть столиков стояла на улице под небольшим навесом, Майкл успел насчитать двенадцать, что по меркам их города было приличным числом, впрочем, сами столики были столь малы, что за одним едва-едва могли разместиться двое, так что занимали они не так уж много места. Стена ресторанчика казалась почти полностью стеклянной - просто окна, как обычно, занимали большую часть пространства, так что происходящее на улице отлично просматривалось изнутри, впрочем, как и происходящее внутри - снаружи. Улица пустовала на предмет случайных прохожих, как и зал ресторанчика, очевидно, не просто так. Единственными "лишними" людьми были музыканты, которые сейчас вытащили свои инструменты и устроились прямо на пороге заведения, начиная играть. Впрочем, было видно, что абсолютно каждый из них готов в любой момент пожертвовать музыкой ради спасения своей шкуры - и бросить гитару или саксофон, чтобы успеть упасть рядом с ним плашмя. Все понимали, что гангстеры не устраивают встречи глав синдикатов просто так, но в то же время на таком "мероприятии" можно было сорвать неплохие деньги, если угодить гостям и если встреча не закончится перестрелкой. Детектив кинул на музыкантов короткий взгляд и спокойно двинулся дальше. Они были не первыми - половину столиков уже занимал мистер Обрез со своими подопечными, он поднялся было при виде Амадина, и Фассбендер на секунду подумал, что Бушеми вполне мог бы приветствовать Джеймса, поцеловав ему руку, и именно этой секундной мысли хватило, чтобы кивнуть в знак приветствия первым - и за локоть развернуть МакЭвоя в сторону крайнего столика. Майкл затылком чувствовал, что прямо сейчас его от выстрела точно в голову спасает исключительно наличие певца рядом и нежелание гангстера представать перед ним в ещё худшем свете, чем есть сейчас. Детектив отодвинул стул для Джеймса, приподнимая уголки губ в ответ на его недовольный взгляд. Разумеется, Амадин и не думал играть роль дамы, Фассбендер был уверен, что ещё выслушает тираду по поводу этого жеста, но - потом. Если они уйдут отсюда живыми, конечно. Он сел напротив и снял свою шляпу, укладывая её на столик, пусть она и занимала при этом не меньше четверти плоскости. Джеймс чуть усмехнулся и снял свою, легко водружая её сверху, глянув на детектива чуть искоса, отвечая этим взглядом на его приподнявшиеся брови. Майкл ухмыльнулся тоже и достал сигареты, закуривая, понимая, что они играют с огнём. Впрочем, огонь уже был в его руках - буквально и в переносном смысле, потому что детектив прикуривал от зажигалки Амадина, которая поселилась в кармане его пальто с самого утра, и смотрел на МакЭвоя, внешне совершенно спокойного, но Майкл точно знал, что внутри у него настоящая буря. Кажется, внутри Джеймса всегда была буря, и речь не велась о штормовом ветре - нет, о, нет... Это был ураган, это был тайфун, цунами, землетрясение, извержение вулкана и все остальные глобальные природные катаклизмы, причём вместе взятые. За одно утро Фассбендер познакомился с Амадином ближе, чем за всё время до этого, потому что попытался запретить ему идти сюда - и получил по полной, причём не только эмоций, но и аргументов, и одной пламенной речи МакЭвоя хватило, чтобы понять, что у него мозги далеко не птичьи. Детектив и раньше об этом догадывался, но после этого столкновения характеров убедился на сто процентов, что имеет дело с очень и очень неглупым юношей, который не только знает цену жизни, но и понимает, как быстро меняются расценки. И Джеймс был прав: приглашение было заботливо доставлено, и они были вписаны оба. Не явится хоть один - притащат силой, как уже стало понятно после прошлого раза и незапланированного визита в "Златоглазку". Майкл не совсем понимал, зачем они нужны здесь, но был готов практически ко всему, как и его верный "Detective Special" в кобуре под пальто. Разумеется, Крису Амадин тоже запретил говорить, но тут Фассбендер был с ним солидарен: появление полиции тут означало стопроцентную перестрелку, а чем меньше заряженных стволов на квадратный метр, тем лучше для всех. Послышался визг тормозов - и рядом остановилось несколько автомобилей, из которых начали выходить новые гости ресторанчика. Они усаживались за столики спокойно, так что сразу было ясно, что эти люди точно знают, куда приехали и зачем. Лис появился последним и опустился напротив Обреза, сразу беря меню. - Позволил себе заказать чай, - Бушеми чуть улыбнулся уголками губ, смотря на рыжие волосы своего юного конкурента и врага. Не так много было ярких акцентов в этом сером дне: волосы Юэна, гвоздика в петлице пиджака Обреза да губы Амадина, которые он чуть закусывал, внимательно наблюдая за происходящим. - Спасибо, но я предпочитаю кофе. Майкл тоже следил за ними очень пристально, сам себе напоминая сжатую пружину, готовую в любой момент распрямиться. Он впервые видел двух гангстеров вместе и настолько близко, откровенно говоря, его детективное чутьё просто вопило о том, что надо убираться отсюда и немедленно, потому что в голове уже отчётливо звучали выстрелы, а всё вокруг словно заранее заволакивало дымкой от них же. Но рядом сидел Джеймс, и это значило, что никуда Майкл не денется, пока не будет уверен в том, что его пташка в безопасности. Кажется, у каждого из двух глав синдикатов под столиком были спрятаны силки, потому что они тоже поглядывали на Амадина, а ещё друг на друга и на Майкла. Детектив чувствовал, как и Обрез, и Лис мысленно наматывают его кишки на ближайший фонарный столб, а Бушеми при этом ещё и успевает рассуждать о художественной ценности этого перформанса. Было совершенно очевидно, что обоих просто разрывает от ревности, потому что ни один влюблённый мужчина не сможет не заметить взгляды, которыми одаривает предмет его страсти кого-то другого. А Джеймс смотрел на Майкла - спокойно и мягко, без провокаций, но и его самой малозаметной улыбки было достаточно, чтобы гангстерам всё стало понятно. Фассбендера всё ещё поражала их одержимость Амадином, поражала до глубины души, но в то же время он их отлично понимал. Стоило представить МакЭвоя за одним столиком с кем-нибудь из них, и что он будет так же смотреть на одного из них, и что положит шляпу на шляпу одного из них... И Майкл готов был хвататься за свой кольт и стрелять в обоих, плевать, что он тут же превратится в сито сам, главное, чтобы никто не тянул руки к его птичке. Даже мысленно. И это заглушало инстинкт самосохранения, поэтому детектив своей позой, выражением лица, взглядом - всем обозначал свои права на Джеймса, давая понять, что он им просто так его не отдаст. Да и вообще не отдаст, пусть наслаждаются обществом друг друга. - Мистер МакЭвой, - Обрез поставил свою чашку, сделав небольшой глоток чая. - Столики здесь малы, но мы бы предпочли видеть вас за одним с нами. - Боюсь, что вчетвером мы не поместимся никак, - Джеймс очаровательно улыбнулся и чуть облизнул губы, заставляя мысли как минимум трёх присутствующих мужчин путаться. - А так обязательно присутствие за столом детектива? - Лис выпустил дым, с прищуром глядя на Майкла. - Можете считать, что я его сопровождающий, - Фассбендер улыбнулся, показывая, кажется, все свои зубы за раз, и поднялся, беря свой стул и стул Джеймса - сразу, как тот встал. Они пересели за столик к гангстерам, теперь места не хватало катастрофически, и МакЭвой предпочёл сесть вплотную к детективу, касаясь его бедра своим, и это простое движение немного успокоило обоих. Ни Джеймс, ни Майкл не были трусами, но одно дело - уличная драка, и совсем другое - посиделки с до зубов вооружёнными бандитами. Юэн пожирал взглядом Амадина, затягиваясь так, что было понятно: будь его воля, певец лежал бы уже прямо на этом столе, разумеется, голый. Как минимум без штанов. Обрез был сдержанней в своих взглядах, но и их хватало, чтобы Фассбендер понял: даже если он будет одевать Джеймса как монашку, всегда найдётся тот, кто захочет залезть под платье. Ммм, Амадин в платье... Детектив одёрнул себя мгновенно, не позволяя мыслям уйти в это русло, потому что подобное могло закончиться очень плохо - не время и не место сейчас грезить о МакЭвое в юбке. Майкл не был уверен, что они уже перешли на тот уровень отношений, когда можно будет попробовать лично переодеть Амадина... - Может, мистер МакЭвой наконец расскажет нам то, что мы так хотим узнать? Голос Бушеми вырвал детектива из его мечтаний, и Фассбендер напрягся мгновенно, переводя взгляд на Джеймса. Тот и бровью не повёл, уделяя своим ногтям больше внимания, чем собеседникам. - Понятия не имею, о чём вы. - Не глупи, Джейми, - Юэн чуть подался вперёд. - Где ты его прячешь? - Я. Не. Знаю. О чём. Вы, - отчеканил Амадин каждое слово, кидая на Лиса быстрый и холодный взгляд, такой, что тот выпрямился на своём стуле. - Я говорил, что он ничего нам не скажет, - глава восточного синдиката достал новую сигарету, затушив окурок, оставшийся от предыдущей, в пепельнице. Майкл повернул голову к певцу, невольно выгибая брови. Кажется, в этой истории было больше белых пятен, чем он мог представить, и гангстеры охотились за Амадином не только из-за собственного вожделения. Вопросы посыпались, как град в худшую из возможных погод их насквозь промокшего города, но детектив мог только смотреть на Джеймса, и тот вдруг даже повернулся, отвечая взглядом на взгляд. Спокойные голубые глаза говорили ему о том, что нужно потерпеть, и, хотя Фассбендер терпением никогда не отличался, он чуть кивнул, под столом чуть сильнее прижимаясь бедром к бедру певца. Амадин мог не улыбаться, но по тому, как дрогнули его ресницы, Майкл определил, что был понят правильно и тот чувствует себя достаточно защищённым, чтобы стоять на своём. - Что ж, тогда придётся мне забрать мистера МакЭвоя и хорошенько допросить, - Обрез продолжал умиротворённо пить свой чай. - Это был мой отец, - голос Юэна вдруг изменился, из заигрывающе-бархатного он стал резким и твёрдым. - А это был мой человек, честь синдиката - это не пустое слово, - чашка опусилась на блюдце со звоном громче, и Майкл опустил руку под стол, устраивая ладонь на колене Джеймса. Детектив не приставал, ни в коем случае, но он знал, что внутри МакЭвоя с его непроницаемым выражением лица прямо сейчас всё бушует. Двое других мужчин за столом могли этого не замечать, но Майкл чувствовал, хоть и не знал происхождение этого урагана - гнев, страх, это неважно. Важно было дать понять Джеймсу, что он не один здесь, и Фассбендер действительно был готов кинуться на любого из присутствующих. - Его забираю я, - Лис говорил сквозь зубы. - Стоит проявить уважение к старшим, мистер Юэн. - Стоит уйти с дороги и уступить её молодым, мистер Бушеми. - Кажется, ваш отец всё-таки не успел обучить вас манерам. Вопрос о том, у кого первого сдадут нервы, вопросом изначально не был, неизвестным в этом уравнении оставался только момент, когда это случится. Майкл никогда раньше не был настолько благодарен своему прошлому в полиции, как в эту секунду, потому что он понял всё первым. Потому что ему хватило скорости дёрнуться в сторону и, сбив Джеймса с его стула, повалить его на пол, точнее, на мостовую - твёрдую настолько, что падение получилось болезненным для обоих, но Фассбендер полагал, что это они как-нибудь переживут, а вот огнестрельное ранение - вряд ли. Лис только дёрнулся за своим оружием, как люди Обреза уже открыли огонь по его подопечным, кто-то из них успел закрыть Юэна собой, спасая его, и сам глава восточного синдиката перевернул столик, прячась за ним и отстреливаясь. Бушеми же мгновенно отступил, предпочитая не участвовать в подобном, отдавая короткий приказ не пристрелить Лиса, потому как хотел пустить ему пулю в лоб лично. Разумеется, он тешил себя надеждой, что после всего сможет увезти с собой и трофей в виде Амадина, правда, для этого стоило застрелить детектива... И Джеймс понял это так же быстро, как Майкл уловил момент начала перестрелки, так что уже через секунду они поменялись местами - и теперь МакЭвой прижимал его к мостовой, понимая, что в него стрелять не будут, и он сейчас - единственная защита детектива. Фассбендер тоже понял это без слов, вокруг всё гремело и сверкало, и Амадин прижался лбом к его лбу, зажмуриваясь и стискивая зубы изо всех сил. Майкл поднял руки и закрыл ему уши, как будто это могло спасти его пташку, как будто он мог оградить его от криков, - в том числе предсмертных, - которые заполонили пространство вокруг наравне с выстрелами, звоном битых стёкол и металла, когда кто-то попадал в столб или что-то подобное вокруг. От шальной пули их спасала только Фортуна. - Я здесь, - шептал он Джеймсу, понимая, что тот не услышит, но зная, что почувствует дыхание - и поймёт. По крайней мере, Майкл на это надеялся.