you think he's quite Hollywood

По началу Читтапон чувствовал себя чуть ли не демоном: одним из лучших умений Тэиля было краснеть пятнадцатилетней школьницей, когда они заходили дальше поцелуев. У него даже пальцы дрожали, когда он поглаживал его по спине, так неловко и коротко, что больше щекотало, чем приносило удовольствие. Но также помимо этого Читтапон знал, что стоило Тэилю расслабиться, привыкнуть, войти во вкус, как в ход вступало ещё одно умение - преображаться за считанные секунды. - Ох, боже, полегче, - хрипло попросил Читтапон, когда Тэиль с проскальзывающим дьявольским огоньком в глазах развёл его ноги и подался вперёд, с напором вжимаясь своим пахом в его, обхватил ладонями его бёдра и приподнял их над кроватью, не давая оказаться между ними лишнему миллиметру. Его зубы вовсю изучали кожу на шее и плечах Читтапона, оставляя после себя отголоски боли, тут же заглушаемые поцелуями. - Больно? - спросил Тэиль, поднимая голову и покрывая поцелуями его подбородок. Он слегка ослабил хватку, позволяя Читтапону опустить таз обратно на поверхность кровати, и огладил руками внутреннюю сторону его бёдер. Вдоль позвоночника мгновенно пронеслись мириады мурашек вперемешку со всполохами тока, выгибая Читтапона и заставляя его с усилием сжать пальцами нависшие сверху плечи Тэиля. Открыв глаза, Читтапон увидел снова тот добрый и смущённый взгляд, каким Тэиль смотрел на него в обычное время. - Нет. Просто боюсь кончить раньше времени, - прошептал Читтапон и потянулся за поцелуем. Дьявольский взгляд Тэиля вернулся, а его губы растянулись в ухмылке - уверенной и притягивающей - и даже она одна смогла бы довести Читтапона до беспамятства.