Хватит!

Вот честно, я ожидала чего угодно, кроме того, что застану дома папу в джинсах и поло, пакующего сумки для барбекю. - Елена? – Елена, Елена… не так давно мы не виделись, чтобы ошибиться, - Деймон, черт… что с вами? Где вас носило, там был такой ливень… - Елена проводила мне экскурсию, - потрясающе равнодушное лицо, - дом тети Лиз, дом тети Миранды… такое впечатление, что мне семь и я планирую в этом городе убегать от маньяка. - Моя дочь! – папа начинает хохотать и ласково гладит меня по мокрым волосам, - ладно, передавайтесь и поехали. А-то не успеем пожарить все мясо, и… дочь, барбекю – шикарная идея. Правда. - Обращайся. Чмокаю его в щеку, взбегаю вверх по лестнице и на секунду замираю, встречаясь взглядами с Дженой. Ничего. Непоколебимая безмятежность. Да ладно? Так не бывает. Неужели, она не врала и, реально, не планирует сдавать меня папе? Было бы очень неплохо. Стягиваю мокрую футболку, накрываю голову полотенцем, отчаянно стараясь вытереть волосы. Надо бы сходить в душ, но почему-то не хочется. От меня пахнет Деймоном. Его духами, его мокрой одеждой, его телом. Лучше просто переодеться в сухое, расчесать волосы и ехать в машине в загородный дом все еще слыша этот чертов запах, который, на мой вкус, какой-то чересчур соблазнительный. - Привет, малыш, - его руки ложатся мне на талию, и я чуть ни вскрикиваю от неожиданности. - Ты издеваешься? – я должна злиться на него, но почему-то не злюсь, – хочешь, чтобы кто-нибудь вошел и увидел нас? - Я уже отвечал, - он прижимается лбом к моему лбу, - я хочу только тебя… - Я тоже… - черт… моментально хрипнет голос, - но, блин… сейчас нельзя. - А когда? – какой до хрена хороший вопрос!!! – ночью? - Не знаю… - Елена. - Черт, ладно, - закусываю нижнюю губу, изо всех сил борясь с соблазном поцеловать его, - только не в доме. На озере. - Там, где ты мне в прошлый раз не дала? - Скажи чуть громче, - злобно сверкаю глазами, - а-то не все расслышали. Деймон, наконец-то сваливает, больно ущипнув меня за попу, а я, собравшись с силами начинаю лихорадочно собираться. Когда спускаюсь вниз, все уже на крыльце. Нади нет, хотя, она была, когда мы вернулись. Папа говорит, что у нее возникли какие-то неотложные дела, и ее отпустили. Ну, и к лучшему. Я не ожидала, что она поведет себя настолько по-свински, а Деймона ведь может и не оказаться рядом, чтобы защитить от ее идиотских приступов неконтролируемой агрессии. Психическая. - Я с Деймоном! – чмокаю в щеку Стефа, которого еще сегодня не видела и запрыгиваю на переднее пассажирское сидение через опущенный верх спортивного Camaro. - C чего это вы так подружились? – папа удивленно приподнимает бровь, а я беззаботно пожимаю плечами. - Шизофреники забавные. - Я все слышал, - Деймон плюхается в соседнее кресло и недовольно косится на меня. - Браво. Значит, ты еще не окончательно оглох. С чем я, собственно, тебя и поздравляю. Но ты не радуйся раньше времени. У старости есть и другие проявления… импотенция, например… проблемы с простатой. - Еще что? - Задержка мочи… - Сейчас бегом за машиной побежишь. - Кретин. - Стерва. Мы едем молча. Как ни странно. Просто в какой-то момент рука Деймона ложится на колено, и я забываю, обо всем, в том числе и о том, как сильно ненавижу его. Все повторяется. Вопреки здравому смыслу, я опять надела не джинсы, а короткую джинсовую юбку. Не просто так. Я знала, что поеду с ним. Так же, как и в прошлый раз. И точно так же, как и в прошлый раз, я пытаюсь сейчас соблазнить его. И, кажется, это получается так же удачно. Его пальцы скользят вверх по моей ноге, и у меня перехватывает дыхание, когда он, не сбавляя скорости, касается тонкого шелка моих трусиков. Из динамиков бешено орет музыка, в ушах свистит ветер, мы несемся по дороге, за пару машин до всех остальных, и я, откинувшись на спинку сидения, начинаю приглушенно стонать его имя. Наслаждение накрывает меня пьянящей сладкой волной, потом еще и еще раз и я, на хрен, забываю обо всем на свете, в том числе и о том, что мои крики, чисто теоретически, могут услышать в соседних машинах, а, если мое лицо будет выражать чрезмерно много кайфа и блаженства, то многое они еще и увидят. Когда подъезжаем к дому, мои щеки оказываются уже настолько раскрасневшимися, что я пугаюсь собственного отражения, случайно поймав его в зеркале заднего вида. Вашу ж мать. Джена совершенно невозмутима, папе, явно, не до меня, они с Мейсоном заняты мясом, Стефан, как обычно весь в ноутбуке, а Деймон похотливо облизывается каждый раз, как встречается со мной взглядами. Подонок. В какой-то момент начинаю скучать по Наде, но вовремя вспоминаю весь кошмар, который мне пришлось пережить из-за нее сегодня днем, и «скучание» моментально отходит на второй план. Она сама виновата. Не стоило так говорить со мной. А в остальном все мирно. Мы едим, шутим, папа вспоминает какие-то кретинские забавные истории из моего детства, которые, естественно, нещадно позорят меня. Мясо вкусное, музыка тихая, ветер теплый, правда, после такого ливня, который прошел днем, кругом все еще мокрое, но у нас есть замечательная беседка. Вино мне не дают, а Деймон сам не пьет, и это обстоятельство меня непомерно радует. Нам не стоит напиваться при свидетелях. А-то у папы есть шанс узнать все чуть раньше, чем мы успеем пересечь Канадскую границу. - Деймон, скажи мне, пожалуйста, что ты творишь? – останавливаюсь у двери на кухню и прислушиваюсь к голосу Джены, - ты не похож сам на себя. Серьезно. Думаешь, я не замечаю того, как вы смотрите друг на друга? - Джена… - Что с тобой происходит? Все что ты делаешь или хочешь делать – это трахать семнадцатилетнюю девочку. Для тебя это ненормально. Ты помешался на ней, Деймон. Двинулся. У тебя, Сальватор, чердак протекает. Ты приехал ради меня, но ты давно уже остаешься здесь не по этой причине. Семнадцатилетняя наивная, немного нервная и истеричная Елена – все, что тебе нужно? Серьезно? - Да, - вот это сейчас было до хрена неожиданно, - Джена, я устал. У меня есть популярность, поклонники, деньги, определенное влияние. Я очень устал, серьезно. Дайте мне отдохнуть. И, да, в данный момент, из всех благ, дарованных человечеству, мне, действительно, нужна наивная и истеричная семнадцатилетняя Елена. - Но она влюбится в тебя, - да пошла ты..! - Ну, и что? – ахренеть просто! – ты, вон, тоже влюбилась. Ничего же. Живешь. Замуж даже собираешься. - Ага… только, если Рик узнает о вас, то я не успею за него выйти потому что его посадят за преднамеренное убийство, совершенное, с особой жестокостью. - Успокойся, - и, правда, не преувеличивай, тетя мачеха, - если твой будущий убьет твоего бывшего, его не посадят… о том, что меня убили тупо никто не заявит. - Заявит, - Джена скрипит зубами. - Интересно, кто? - Елена. Опускаюсь на качели за домом и прикрываю глаза, стараясь переварить тот поток информации, который только что вылился на мои ни в чем не повинные уши. Хрен знает, сколько я так сижу. Наверное, минут двадцать. Примерно до тех пор, пока не понимаю: я хочу к нему. Выхожу с участка, медленно приближаясь к озеру, и замираю, глядя на любимую широкую, мускулистую спину. Он не замечает меня, пристально глядя на воду, и почему-то мне вдруг начинает неудержимо хотеться броситься к нему, прижаться, обнять… с разбегу запрыгиваю ему на спину, обнимаю руками и ногами, целую в шею и сдавленно охаю, когда он, оторвав меня от себя, ставит на ноги, крепко прижимает к себе и жадно целует в губы. - Помнишь? – его голос хрипнет, - помнишь первый раз тут? - Помню… - от его близости начинает кружиться голова, - я была дурой. - Почему? - Столько времени потеряла, - заставляю себя открыть глаза и посмотреть на него, - боялась тебя, ненавидела, бегала от тебя, не зная, какой ты… - Какой? - Сладкий… Кажется, мы целуемся так долго и так жадно что я, реально, начинаю физически чувствовать, как у меня опухают губы. С трудом держусь на ногах и отчаянно борюсь с желанием упасть на землю, повалить его рядом и наслаждаться друг-другом, забив на все и на всех. И тут где-то сзади кашляет папа. Сознание мгновенно возвращается, меня, как ошпаренную отбрасывает от Деймона, и начинает трясти от того, что эта синеглазая тварь, заливисто хохочет, явно, наслаждаясь моей реакцией. - Дочь, - папа приобнимает меня за плечи, и мне моментально кажется, что именно сейчас он, наверняка, почувствует аромат духов Деймона, которыми, блин, буквально, прет от моего тела, вещей и волос, - сходи в дом, пожалуйста, принеси мою трубку. Я забыл. - Папа… - закатываю глаза и пугаюсь того, что уже начинаю копировать привычки Деймона, - как всегда… - Увы. Коротко целую его в щеку, ласково смотрю в любимые серо-зеленые глаза, отчаянно стараясь не встречаться с похотливыми сине-голубыми, коротко киваю Деймону и послушно иду к дому. - Просто ответь мне на один вопрос, - замираю, услышав за спиной голос папы, - и, если ответишь правильно, я, может быть, тебя не убью… - что за черт..? – ты был у нее первым? – по-моему, я седею. - Да. Резко оборачиваюсь на приглушенный звук и застаю ровно тот момент, когда кулак папы прилетает Деймону в челюсть. - Дей..! – бросаюсь к ним, но мне на губы моментально ложится чья-то крепкая, чуть прохладная ладонь, и Джена тихо шипит мне на ухо. - Не подходи к ним, не смей. - Ты, сука, трахнул мою дочь!!!!! – по крику папы и каким-то скомканным недвусмысленным звукам, понимаю: он ударил его снова. - Пусти меня..! – изо всех сил пытаюсь вывернуться, но эта стерва оказывается, сука, сильной, - отпусти! - Я тебе сейчас руку сломаю, - цедит Джена, стаскивая меня с дорожки, - марш в дом. - Ты… - Я сказала, в дом! Слезы застилают глаза, когда я в бешенстве влетаю в свою комнату и с разбегу падаю на кровать. Кажется, я плачу вечность. Ненавижу их. Ненавижу. Как они могли? Они ничего не знают, не понимают, не могут понять. Они все старые и тупые, а я... я влюбилась в него, да, влюбилась, да, дура, ну и что?! Он такой… может, и отвратительный, самовлюбленный, мерзкий, гадкий, эгоистичный… не помогает… ничего не помогает, я… - Елена..! – вот, кого я убью первой! - Вон! – поднимаюсь на руках и со злостью смотрю на Джену, - даже не приближайся ко мне! Это ты! – как же хочется плюнуть в это отвратительную двуличную лживую морду, - ты рассказала папе! - Елена… это не я. - Вранье!!! - Нет, - в дверях появляется папа, и я замираю, - нет, мне рассказала не моя… как я думал, любящая будущая жена… - это что-то новое, - мне рассказала Надя. - Что?! – вот сейчас я, по ходу, реально, ослышалась. - Да-да… Надя. Единственный человек, который, как выяснилось, мне не врет, – вот она сука, а..? - Где Деймон? – с вызовом смотрю на папу, и тот безразлично пожимает плечами. - Уехал. - Нет… - кажется, у меня начинают дрожать губы, - нет, нет, нет, он не мог уехать… не сейчас, не вот так, он не мог даже не попрощаться со мной!!!! - Елена… - Не трогайте меня!!! – вскакиваю на ноги и выставляю перед собой скрещенные руки, - не приближайтесь ко мне! Не смейте трогать! Я хочу уехать… хочу домой… хочу туда, где… - слезы неожиданно высыхают, а папино лицо вдруг становится пугающе четким, - я хочу вернуться в Мистик-Фолс. Всю дорогу молчу, глядя перед собой невидящими стеклянными глазами. Папа с Дженой тоже молчат, и, видимо, он, реально, психанул из-за того, что она знала про нас с Деем и ничего не сказала ему. Оказывается, мне есть в кого быть параноиком. Мы еще только сворачиваем к дому, когда я уже вижу на нашей парковке сего-голубой Camaro. Сердце начинает бешено колотиться, я чуть ли не на ходу, выскакиваю из машины, но папа тут же перегораживает мне дорогу, а Мейсон, вылетев с водительского сиденья, «нежно» обнимает меня за плечи. Деймон. Он стоит напротив. Высокий, широкоплечий, красивый. - Пустите! – до боли в суставах, выкручиваю себе руки, пытаясь вырваться из цепких лап гребаного Мейсона и броситься к Дею, - отпусти меня, сволочь!!! Деймон вздрагивает, увидев меня, и шагает навстречу, но папа тут же встает перед ним. Черт. Черт, черт, черт!!! - Вот, - на секунду даже застываю, от страха и неожиданности случайно перестав истерить, и, не отрываясь, смотрю на то, как Деймон невозмутимо протягивает папе свой пистолет, развернув его рукояткой вперед, - ты можешь пристрелить меня, но я все равно не уеду, не поговорив с ней. Минута. Две. Три. Папа, ну, ты же не немой, в конце концов!!! Роди уже хоть что-нибудь!!! - Ладно, - он, наконец-то, кивает, неохотно косясь на Мейсона, - отпусти ее. - Деймон!!! – бросаюсь к нему, обнимаю за шею и прижимаюсь настолько крепко, насколько это возможно. - Малыш, не истери. - Я не хочу, чтобы ты уезжал, - хлюпаю носом, утыкаясь лицом ему в шею, и стараясь как можно сильнее и глубже вдохнуть его запах. - Я тоже не хочу от тебя уезжать, - из-за его голоса, запаха, близости, слез моментально становится только больше, - но у нас нет вариантов. - Деймон… - подаюсь к нему, чтобы поцеловать, но он лишь отстраняется на секунду, потом чуть наклоняет голову и ласково целует меня в лоб. - Все будет хорошо. Кажется, от меня оторвали кусок. На ватных ногах отхожу на пару шагов в сторону, не отрываясь глядя на то, как он садится в машину, и разбрызгав по асфальту воду из оставшихся луж, со свистом выезжает на дорогу. Смотрю ему вслед до тех пор, пока в ночной темноте все еще видны удаляющиеся фары его машины. Я. Всех. Ненавижу. Даже папу. Хотя сейчас его, наверное, не «даже», а особенно. На ватных ногах с трудом доплетаюсь до своей комнаты, совершенно без какого-либо желания, иду в душ, отчаянно понимая, что не сегодня, так завтра, мне все равно придется это сделать, а значит, гребаный пленительный запах этого синеглазого подонка смоется с меня раз и навсегда. Надеюсь, хоть постель все еще пахнет им, хотя… запах, видимо, все, что у меня теперь будет. Ему-то, что? Ему по фиг. Сейчас он доедет до своей Атланты, снимет себе какую-нибудь бабу, благо, с его внешностью, это дело пары минут, трахнет ее, и забудет на хер, кто я такая. Ну, может быть, еще вспомнит пару раз, пока на спине не заживут царапины. А мне теперь что делать? В монастырь чемодан собирать? Как я буду с кем-то после него? Да, и с кем..? Мэтт? Смешно? О чем тут говорить, он даже не заметил, что его девушка спит с каким-то мужиком. Коул? Спасибо, не надо… Стефан? Не смешно. Можно, конечно, назло папе найти и соблазнить Эла, но, если честно, то и на него уже «не встает». Пальцами расчесывая спутанные волосы, выхожу из ванной, шлепаю к кровати, устало падаю на постель и беру телефон. Одно непрочитанное сообщение. Машинально открываю его и застываю, изо всех сил пытаясь заставить себя перестать улыбаться, счастливо пялясь на экран. Деймон: «В чем ты сейчас?»