Любовь в сети.

— Убери свои руки! — Миса испуганно оттолкнула менеджера от себя и в панике сделала несколько шагов назад.       От происходящего её накрыла самая настоящая паника. Сальная улыбка и похотливый взгляд обрюзгшего, лысоватого мужчины, вызывали тошноту. От осознания того, куда только что этот урод пытался засунуть свои руки, Миса почувствовала себя невероятно грязной. Когда она вернётся домой, то будет тереть себя мочалкой до тех пор, пока не сотрёт верхние слои эпителия. А пока что нужно хотя бы уйти домой. — Ну что ты, девочка. Неужели ты не знаешь, что именно так и выбиваются лучшие контракты? — Мужчина облизнулся и Амане едва сдержала рвотный позыв. — Тебе понравится, я уверен. — Нет, я не хочу. Не подходите! — Девушка испуганно запищала, выставляя перед собой руки в целях защиты. — Я пожалуюсь в полицию!       Менеджер расхохотался, и от смеха его юной модели стало ещё хуже. Страх парализовал всё её тело, ведь так смеются только те, кто уверен в своей полной безнаказанности. — Миса-Миса… — Мужчина вальяжно подошёл к своей клиентке и грубо взял её за подбородок. — Кому поверят, пустоголовой девочке - простушке или мне, человеку с репутацией? М?       Миса в очередной раз оттолкнула мужчину от себя и сорвалась с места, но менеджер успел схватить её за волосы, притягивая к себе обратно. От боли девушка заскулила и начала отчаянно брыкаться, пытаясь вырваться из хватки потных маленьких ладошек. Его смрадное дыхание обожгло модели ухо, а мерзкая, непрошенная рука тотчас залезла под кожаные шортики. — Просто смирись, если хочешь быть известной.       Склизкий, горячий язык залез девушке в ушную раковину, а короткие отекшие пальцы, напоминающие сардельки, нагло пролезли в трусики. Миса истошно кричала и звала на помощь, дёргалась и колотила менеджера руками и ногами, но никто не пришёл на её призывы о помощи. Амане не знала, это потому что на студии уже не было никого, или потому, что стафф делали вид, что их здесь нет. Мерзкие, отвратительные пальцы залезли ещё глубже, другая рука уже пролезала под футболку и нагло сминала её грудь. Миса хотела умереть. Как же она хотела умереть прямо сейчас, лишь бы не ощущать его слюни на себе, его пальцы там, где никому быть нельзя, чтобы не ощущать ягодицами какую-то непонятную твёрдость в чужих штанах.        — Гори в аду, ублюдок!       Она дёрнулась что было сил, ударяя каблуком прямо по пальцам ног насильника. Его хватка ослабла, и вот она, долгожданная свобода. Резкий рывок в сторону двери, поворот ручки… И ничего. Заперто. Заперто! — Стерва! — Зарычал плюгавенький мужичок, неуклюже прыгая на одной ноге. — Ничего, я научу тебя послушанию и тому, чтобы в этом грязном ротике были только нужные вещи. — Нет! Нет!...

***

— Нет! — Истошно закричала модель, в ужасе подскакивая на постели. Снова этот сон…       Её тело била крупная дрожь, а мозг никак не мог сориентироваться, где сейчас она находится. Миса в ужасе оглядываясь по сторонам, лишь бы убедиться, что она не в кабинете менеджера. Что она не заперта с этим монстром, что она сбежала из своего сновидения.       На электронных часах было два часа ночи. Во время своих кошмаров она всегда бежала писать тому, кому доверяла больше всего на свете. И даже сейчас, сонный мозг на автомате схватил телефон с прикроватной тумбы и открыл заветный диалог, начиная печатать призывающее сообщение. Но Амане осеклась. Осознание нагнало её прямо перед отправкой отчаянного и искреннего послания, к которым она так привыкла. Ей больше некому писать…       От этой мысли хотелось плакать. Только вот слёзы все она уже израсходовала перед сном, оплакивая своё тотальное одиночество. Глаза жгло, но слёзы упорно не появлялись. Закрывать глаза было страшно. Она видела этот проклятый кабинет, этот чёртов красный диван.       Дверь в комнату распахнулась так резко, что сонная Миса даже не успела закричать от испуга, пока её не сгребли в тёплые объятия. Запах и силуэт она узнала сразу. Это был Рюдзаки. Эл. Загадочник… — Тихо, Миса, я здесь… Снова кошмары? — Молодой человек бережно прижимал к себе растрёпанную после беспокойного сна модель, успокаивающе поглаживая её по спине.       Амане ничего не ответила. Внутри всё разрывалось от противоречивых чувств. Ещё пару часов назад она узнала, что этот человек – её главная влюблённость. И в то же время тот, кто так страстно выбивал из неё дух и остатки веры в людей. Глаза вновь зажгло. Почему же даже при осознании того, насколько чудовищно Эл поступил с ней, от его присутствия так спокойно и тепло?       Сердце брюнета заколотилось быстрее, когда он почувствовал, как девушка медленно сжала одежду на его спине, прижимаясь к нему в ответ. Казалось, что сердце сейчас выскочит со своего привычного места и упадёт прямо на пол. Миса затряслась сильнее, позволяя эмоциям вырваться наружу. Слёзы потекли рекой, а хрупкое, ещё не восстановившееся после допросов с пристрастием тело вжималось в тощее тело детектива в поисках защиты. Эл с нежностью гладил модель по волосам, шепча ей успокаивающие нежности.       Страх, сковавший её тело ранее, постепенно отступил, оставляя за собой неприятное гнилостное послевкусие. Этот кошмар мучает её уже не один год, снится каждый раз, когда ментальное состояние и так оставляет желать лучшего. Словно пытается таким образом добить, уничтожить, растерзать. — Рюдзаки… — Хрипло всхлипнула девушка, пряча своё лицо у него в груди. — Спасибо… — Пожалуйста. И можешь звать меня Эл? — Эл? Почему твоим псевдонимом?       Миса удивлённо усмехнулась, пытаясь распробовать это имя на вкус. Эл. Эл… Голову резко пронзила вспышка головной боли. Блондинка увидела себя, стоящую перед зеркалом и смотрящую на злополучный стикер, на котором теперь чётко можно было отличить имя “Эл Л…..”. — По секрету, это не псевдоним. Девушка поражённо прошептала: — Это твоё настоящее имя…. Эл… — Да. — А фамилию, случаем, не хочешь сказать? Брюнет тепло рассмеялся и оставил на макушке Амане тёплый, но едва ощутимый поцелуй. — Чтобы ты меня убила? Предпочту не раскрываться, пока ты не простишь меня.       Миса растерянно улыбнулась и слегка отодвинулась, чтобы было удобно поднять голову и взглянуть собеседнику в глаза. Они были близко. Очень близко. Они буквально ощущали дыхание друг друга на своих лицах, но игнорировали это, неотрывно глядя друг другу в глаза.       Даже заплаканная, девушка казалась детективу каким-то прекрасным, неземным созданием. Мокрые длинные ресницы, блестящие от переизбытка влаги глаза, красный нос и щёки, что были заметны при свете луны. Ему хотелось сказать, насколько она прекрасна сейчас, ещё более завораживающая, чем обычно. Но были вещи, что куда важнее его непрошенных комплиментов. — Что тебя мучает во сне? — Воспоминание. — Какое? — Плохое. — Не расскажешь? Модель помолчала, размышляя о том, стоит ли ей рассказывать правду тому, кто сейчас сидел перед ней. — Путь к славе не всегда даётся... С твоего согласия. Если ты понимаешь, о чём я...       Глаза Эла округлились от осознания ужаса и он отпрянул, старательно держа безопасное от блондинки расстояние. Однако, она восприняла этот жест не так, как его преподносил детектив. Модель грустно усмехнулась и отвела взгляд в сторону: — Противно? — С ума сошла? Я просто не хочу, чтобы тебе было неприятно, я же мужчина…       Бледные девичьи губы тронула тёплая улыбка. Такая забота трогала. Ей хотелось забыть, по чьей вине она не может сделать маникюр, носить юбку и майку. В сердце её сидела боль, тоска, что-то похожее на ненависть. Но сейчас… Сейчас в ней проклёвывалось обратно то самое тепло. Можно же забыть обо всех ужасах на пару часов? — Нас записывают? — Нет, камеры в твоей комнате отключены всегда. У Лайта работают. — В ванной моей тоже не включаешь? — Конечно! Миса хмыкнула и выразительно уставилась на детектива. Он недоумевающе смотрел на девушку, но когда понял, как его подловили на лжи, то смог лишь виновато улыбнуться. — Я их никогда не включал... Честно. — Вот как… — Окончательно расслабившись, девушка села в позу лотоса и лукаво глянула мужчине в глаза. — Тогда пообщаемся. Эл мягко улыбнулся в ответ: — С радостью. Как всегда играем в вопрос-ответ? Миса с энтузиазмом кивнула. — Уступаю сегодня мужчине первенство. — Тебе точно нормально, что я так близко? — Серьёзно? Ты решил спросить именно это? — Миса закатила глаза, но внутри у неё всё трепетало от того, насколько учтиво и заботливо вёл себя детектив. — Да, мне приятно… Произошло это, когда мне было 15. Я давно проработала свою… Неприязнь. Поэтому давай закроем эту тему.       Брюнет нахмурился и кивнул, никак не комментируя вслух услышанное. Зато физически позволил себе обратно придвинуться к блондинке едва ли не вплотную, как бы невзначай касаясь её колена своей рукой. — Мой вопрос… — Амане задумчиво прикусила губу, от чего у Эла что-то ухнуло внизу живота. — У тебя были какие-то особые желания или фантазии насчёт того, что бы ты хотел сделать на нашу вторую встречу?       Вопрос выбил мужчину из колеи, вызывая в очередной раз за день лёгкий румянец на мертвецки бледные щёки. Он определённо представлял многие вещи, и некоторые из них были далеко за рамками дружеских взаимодействий. — Да, были. — Какие? Брюнет усмехнулся: — Это уже другой вопрос. — Эй! — Миса карикатурно насупилась. — Ладно, твоя очередь. — А у тебя были фантазии обо мне? — Были. И… До сих пор есть.       Девушка стыдливо отвела взгляд в сторону, чувствуя что тоже заливается краской от такой тематики. Зато такие вещи определённо отвлекали от кошмаров и душевной пустоты, что поселилась за эти часы в её груди. — И что же это за фантазии? Миса широко улыбнулась: — Это уже другой вопрос.       Мужчина ласково рассмеялся, одобряя расставленную ими обоими ловушку. Оба сказали что-то интригующее, и при этом оба не дали никакой конкретики. И самое главное, что эта хитрая лиса будто бы рассчитала всё так, чтобы ему пришлось давать пояснения первым. Эл посмотрел в голубые глаза Мисы и улыбнулся ещё шире, чем до этого. Она определённо всё рассчитала и гордилась собой, это ярко читалось на её лице. — Итак, — Будничным тоном протянула модель. — Какие фантазии? — Мне только озвучить или продемонстрировать?       От вызывающего, игривого взгляда вечно хмурого и замкнутого детектива у Амане перехватило дыхание. По телу бурной волной пробежались мурашки. Каков шанс, что их фантазии были схожи, и он не придушит её сейчас подушкой?       Изображая слегка скучающее лицо, блондинка подалась вперёд, словно собиралась послушать что-то на уровне едва различимого шёпота: — Можешь продемонстрировать, если хочешь.       Чёрные глаза блеснули в темноте, что в сочетании с небрежным видом детектива придавало ему ауру загадочного потустороннего существа. Обычно Мису отталкивают такие лохматые парни, и будь она не знакома с ним изначально, то, быть может, не обратила бы даже внимания. Но сейчас.. Сейчас Рюдзаки в её глазах был одним из самых красивых мужчин, которых она только встречала в своей жизни. Даже при учёте, что такие тёмные круги под глазами были, разве что, у панд. Даже рассматривая его абсолютно не трендовый стиль в одежде. И его пристрастие к сахару, что грозит в дальнейшем диабетом. Он ей нравился. Всем своим существом.       Лоулайт тяжело выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Большие глаза, как два бездонных чистых озера, затягивали его в свою пучину зависимости. Она смотрела на него так открыто, искренне, мягко, как никто и никогда не смотрел. И сам брюнет едва мог оторвать глаз от сидящей перед ним девушки. Она была на 6 лет младше него, на идеальном фарфоровом личике не проявилось ещё ни одной морщины, даже мимической. Но это всё не имело значения, ведь его привлекала не внешняя оболочка, что в любой момент могла измениться. Его тянуло к личности Мисы. К её мыслям, её существу. Впервые в жизни он испытывал искренний интерес к девушке. И встреть он её до того, как поговорить, то в жизни бы не допустил и мысли, что девушка не глупая кукла. Раньше его мысли занимала только работа и порция сладкого, а теперь самым желанным десертом казалась Миса Амане.       Детектив подался навстречу девушке, бережно, почти невесомо касаясь пальцами её нежной щеки. Наблюдал за реакцией. Длинные ресницы блондинки дрогнули, губы едва заметно приоткрылись, давая ему зелёный свет. И он последовал зову.       Лёгкий, нежный, словно касание крыла бабочки поцелуй. Миса не отстранилась, и Эл коснулся её снова, только чуть увереннее. Молодой человек понятия не имел, как именно это всё происходит, потому поцелуй его был неумелый, но настолько искренний и трепетный, что Амане оттаяла. От осознания, что она, судя по всему, похитила его первый в жизни поцелуй, сердце девушки застучало быстрее. Это как получить самое драгоценное сокровище. Она особенная.       Миса коснулась гладковыбритой щеки Лоулайта, взяв процесс поцелуя в свои руки. Теперь она, как более опытная, вела их в невербальный обмен чувствами. Никакой пошлости, никогда в жизни её поцелуи не были наполнены такой искренностью и нежностью, заботой, трепетом и обожанием. Каждый новый поцелуй зарождал где-то в груди нежное тепло. Хотелось смеяться и петь, настолько сильным было счастье, что они оба испытывали. — Не уходи… Не хочу спать одна… — Жалобно прошептала Миса сквозь поцелуй. — Не уйду… — Ответил он так же тихо и мягко уложил девушку на спину, пристроившись на кровати рядышком.       Внутренний конфликт Мисы не спал, назойливым зудом напоминая о себе где-то там, глубоко внутри. Но сейчас она добровольно игнорировала все красные флаги, просто позволяя себе хоть на пару минут почувствовать себя счастливой. Эл, ласково перебирающий блондинистые локоны лежащей на его груди девушки, мучился от страха. Осознание того, что уже через пару часов, когда её ночное наваждение спадёт, Амане может просто оттолкнуть его окончательно, болезненно скребло на душе. Ему хотелось поговорить с ней, обсудить всё это, прийти к компромиссу. Но не сейчас.       И пусть они не знали, что готовит им завтрашний день, у них было несколько часов, чтобы поспать в объятиях друг-друга. Послушать сердца, что бились в унисон. Сердца, впервые полюбившие по-настоящему.