Абулия

— Ходи с трефов, балда! — в палатке вождя Костя и Волька резались в дурака на желание. — Вышла вся, сам такой! Волька, преданный соратниками, кипел негодованием и отказывался сдаваться на волю победителя. — Напрасно я тебя развязал, — жаловался ему Костик. — Подлый ты, Волька, такая рабочая жопа и без ласки осталась — только смазку зря перевели! — И закуску, — пожаловался Волька на испохабленный огурец, — только одна бутылка, в заветном месте спрятанная, сбереглась — все вынесли подчистую! — С бутылкой был бы перебор, — посочувствовал ему Костя и ловко налил из оной еще по чарочке. — На брудершафт? Но Волька смотрел волком и на провокации не поддавался. — Чего такой шуганный? — поинтересовался Костик. — Я свои тылы не собираюсь направо налево подставлять! — вспылил Волька, в тоже время пытаясь высмотреть карты в руках оппонента. Костик просек маневры хитреца, но у него были свои резоны продолжать игру. — Хотел бы, и сам взял, — заявил он, намекая на свое благородство. «Благородство» уже давно томилось и просилось наружу — Волька был шикарен — молодой и мускулистый, такой себе хитрожопый и коварный красавчик. — Вот и взял бы, — обиженно заметил Волька, стреляя глазами, правда в основном в сторону Костиного расклада. — Так я всегда готов! — заверил его Костя. — А теперь поздно, — заявил Волька и демонстративно закутался в шкурку — одежду тоже сперли. — Я немножко, — жалобно канючил Костик, — на полшишечки… Ты даже не заметишь! — и смотрел ласково — уж очень заманчиво выглядел его партнер по картам: в мехах, злой и смущенный одновременно. — Такая смазанность пропадает! — А это тебе на погоны! — ехидно заявил Волька и кинул карты. — Научил на свою голову! — картинно расстроился Костя. — Давай свое желание! Волька посмотрел на него с подозрением: — А не обманешь? Костя невинно похлопал ресницами: — Карточный долг — это святое! Волька задумался, чего бы попросить? Разумнее всего было бы потребовать отпустить его на все четыре стороны, а еще заманчивей — трахнуть захватчика: Костик был очень и очень в его вкусе. И тут снова сука-фортуна засмеялась ему в лицо, потому что неожиданно для себя Волька выдал очередные роковые для себя слова: — Любви хочу! Костик радостно улыбнулся: — Это всегда — пожалуйста! — и повалил Вольку на пушистую кровать. Волька печально вздохнул: — Какая же это любовь — просто ебля… Но Костя шептал, что любит и очень счастлив. И совсем не против еще раз умереть, лишь бы встретить его, Вольку. Волька расслабился и… поверил. Если бы несчастный огурец мог, он бы покраснел, как помидорка, но был схрупан непривередливым Яшкой, стоявшим на стреме. Хотя дракона об этом никто не просил. В это время в лагере Аглаечка, отведав Кэссиной похлебки, нахваливала его поварские таланты. — А ты, правда — маг? — спросила она у хозяйственного милашки. — Правда, — заверил ее Кэсси и организовал небольшое представление. Аглаечка хлопала в ладоши при виде светящихся шариков, выплясывающих огненный танец над костром. Кэсси старался изо всех сил поразить девушку и очень волновался — одна искорка оторвалась от своих подруг и упала прямо на зрительницу. — Я сейчас! — испугался Кэсси и бросился тушить. Беспорядочно метаясь, они повалились на землю, вскоре забыв о причине сумятицы. Аглаечка посмотрела Кэсси в глаза и увидела в них тот самый магический огонь, который безуспешно пыталась разжечь раньше. — Ты такая красивая, — прошептал Кэсси и поцеловал ее, закрыв глаза. Было бы ужасно больно снова не получить ответа. Но Аглаечка не стала его мучить. «Наверное, любовь — правда волшебная стихия. Никто не знает, когда она захватит и унесет тебя», — даже думали они приблизительно одинаково, и воспоминания о первой несчастной любви развеивались и уносились прочь, как дым от прогоревшего костра. Утром в лагерь приплелись Костик и Волька, за ними — зевающий Яшенька. Вид у них был помятый, но довольный. Аглаечка с Кэсси мирно спали в обнимку. Костя и Волька умостились рядышком, а Яша обвил их плотным кольцом. Пробуждение было феерично неприятным. С громким хлопком перед ними явилось трехметровое существо — помесь паука и богомола. Оно угрожающе взмахнуло серповидными конечностями и сердито застрекотало. — Мелани, я все могу объяснить! — Кэсси смело бросился к страшиле. Но существо уже блеснуло фасеточными глазами и в них появились множественные отражения Аглаечки. Хитиновый панцирь из зеленого багровел на глазах — чудовище злилось. — Это твоя баба?! — в ужасе спросил Кэсси Костя. — Людка, прости, я был не прав, когда с перепуга прострелил тебе ухо! Подумаешь, тушь потекла, и помада размазалась, не надо было смотреть на ночь столько фильмов про зомби… Чудовище снова щелкнуло жвалами и что-то громко прострекотало, а его, вернее, ее, глаза тут же отразили сотню Костиков. — Костя, исчезни, не то станешь ее следующим мужем! — посоветовал Кэсси. — Двойры любят таких здоровяков, не обремененных интеллектом… Костя выматерился и упал в обморок. Волька изо всех сил попытался оттащить его с поля зрения любвеобильной иномирянки. Но она прибыла не одна, а в сопровождении неописуемой красоты мужика с наглым и капризным лицом. Он брезгливо осмотрел компанию Аглаечки. — Что это? Простолюдинка без магии и ее жалкие слуги? Склонитесь перед величием двойры, ничтожества! И тут он заметил Кэсси. Его глаза загорелись, а лицо тот час стало злым и некрасивым. Кэсси испуганно спрятался за Аглаечку, когда Краут шагнул к нему. — Вот мы тебя и нашли! Ты заплатишь мне за все, маленький мерзавец! — злобно прошипел разгневанный муж. Кэсси сжался от страха, а Аглаечка решительно подняла меч, готовясь защищать. Внезапно на передовую выскочил Красавчик, всю ночь бродивший где-то по своим кошачьим делам, и, задрав хвост, не менее нагло обшипел пришельцев. — Божество неведомого мира! — изумленно воскликнул Краут и отступил в испуге. — Любимая, я, кажется, забыл выключить чайник… Мне пора! Зайдешь как-нибудь на чаек, пока-пока! — и великий колдун скрылся, как его и не бывало. Неожиданное предательство окончательно взбесило двойру. Она смяла, как картонный, меч Аглаечки и раскидала очнувшегося Костю с Волькой, как кегли. Бедный Красавчик описался и нервно начал скрести землю лапкой, когда к живописной картине побоища не спеша подошел еще один, хорошо знакомый нам персонаж. — Кто тут хочет отведать неземных любви и наслаждения? — промурлыкал он. Двойра повернула голову. Теперь в ее глазах отражался дракон, одетый в неизменные кожаные штаны, и сияющий лучезарной улыбкой. — О, а чупакабру я еще не трахал! — обрадовался он при виде неведомой зверушки. — Как вас зовут, прелестное создание? «Прелестное создание» внезапно заговорило звучным металлическим голосом: — Магическое существо… Сильное… Много детей, — Мелани еще раз жутко стрекотнула и исчезла, прихватив с собой дракона, оставив Аглаечку и ее ошеломленных спутников радоваться избавлению от инопланетных нежданчиков. В наступившей тишине прозвенел звоночек магического вестника и Кэсси ловко его принял: — Это от твоей мамы! Аглаечка принялась читать: «Дорогая доченька! Соскучилась по тебе — слов нет! Зная, что красотой и талантами ты пошла в свою мамочку, могу предположить, что на твою хребтину норовит запрыгнуть не один десяток мужиков. Бросай этих дармоедов, молодость одна и мамочка тебя ждет!» Мужики нахмурились и озадачено уставились на Аглаю: неужели она покинет их и вернется к родителям? — Тут еще от Андрюши приписочка! — обрадовалась, удрученная матушкиным посланием, Аглая, которая только начала познавать прелести и горести взрослой жизни. «Аглаечка, хватай свою добычу и беги. Мы с Артурчиком задержим Антею настолько, насколько сможем. В худшем случае — месяцев на девять, в лучшем — лет на восемнадцать. Надеемся, этого времени тебе хватит для устройства личной жизни, а мы подгоним тебе сестренку или братика, на кого настарались, не обессудь. Кстати, не попадался ли вам по дороге Эриков дракон? А то Агатка пишет, чтобы мамка твоя забыла дорогу домой, видно старый змий где-то потерялся. Теперь Антея обещает ее вздуть, но мы назад не собираемся — хотим еще побывать в одной долине, где, говорят, живет таинственный и странный народец, занятный — ужас! Поэтому, увидишь тетку, передай ей: пусть спит спокойно, как тот дракон на спизженных сокровищах. В общем, ты уже взрослая девочка, сама разберешься. Целую, Андрей. Пы сы. Папка твой занят, бедняга решил просветить твою мамочку о том, что в нашей семье будет пополнение. Спешу ему на помощь, он на высоком дереве, Антеечка уже одолела половину, а мне тяжело лезть со спущенными штанами — мешает помогатор…» — Я не вернусь! — объявила Аглаечка и ее решение было принято радостными возгласами. Кэсси просиял и даже Костя с Волькой облегченно выдохнули. — Боюсь, пропал твой папочка, Яшенька. Как он будет там, в таком жестоком и странном мире? — Аглаечка сочувственно погладила Яшу. «Это еще не известно, кто пропал…» — подумал Яшенька. Память предков подсказывала ему, что от драконов родятся исключительно драконы. — Кстати, — шепнула ему Аглаечка, — держи подальше от меня ту огромную штуку, которая точно не твоя запасная нога. Я уже взрослая девочка, и если еще раз застану эту «ногу» рядом с собой, оторву на хрен, вернее, по хрен… короче, я предупредила! Яшенька печально вздохнул и тут же коварно улыбнулся: «взрослой девочке» Аглае предстоит еще много узнать о драконах!