Абулия

— И зачем так орать? Разве вы не видите, какой он хрупкий… Возле него не то что кричать, дышать страшно… — Альбертус, вытянув шею, пытался поближе разглядеть маленький шарик, который нежно прижимала к груди Аглаечка. — Какой он красивый, — очаровано сказала та, — мой новый мир. Зорхас устыдился своей невоздержанности, но сам от гордости чуть не лопнул: — Подумать только! Невероятно: не только свой дракон, но и новый демиург! — радовался он, приплясывая вокруг девушки. — Аглаечка, не нервничай! Сейчас я быстренько сбегаю за своими конспектами — малышу нужен тщательный уход, — и с этими словами мигом скрылся в портале. — Не думал, Артуриус, что наш эксперимент удастся, — ревниво заметил Альбертус, пытаясь оттеснить от чуда и Артурчика, и даже Антею: — Не могу не отметить — только мое чуткое руководство смогло привести его к такому ошеломительному успеху. Антея нахмурилась: — Артур, ты ничего не хочешь объяснить? Что за эксперимент и почему я об этом слышу в первый раз? Дело приобретало дурной оборот. Андрюша как жопой чувствовал неприятности: прибежал с малышами, готовясь предотвратить назревающий скандал. Но Антея не стала затевать перебранку — она молча ждала ответа. Артур стоял перед нею навытяжку, бледный и серьезный. — Ты ставил эксперимент над своим ребенком? — спросила Антея. — Я пытался, — непривычно мямлил Артур, — хотел, чтоб наше дитя было необыкновенным… Антея стала еще мрачнее и сжала кулаки. — Только для того, чтобы ты всегда любила нас и никогда не оставила! — в отчаянии выкрикнул Артур. — Чтобы ты там себе не напридумывал, я никогда не оставлю свою дочь, — наконец сказала Антея, еле сдерживаясь. Судорога пробежала по ее лицу, а кулаки разжались. — А ты… ты можешь убираться, — и прошла мимо растерянного и несчастного Артурчика. Он хотел было удержать ее, но его рука сама опустилась. Мужчина понял, что Антее в данный момент безразлично расстояние и что их сейчас разделяет больше, чем эти три шага. — Артурчик, я поговорю с ней, — ободряюще обнял его Андрюша. — Это когда было, да и закончилось хорошо, правда ведь? — он попытался поймать его взгляд и снова увидеть прежнего Артурчика — предприимчивого и наглого. Но Артур смотрел куда-то впереди себя потемневшим взглядом: — Бесполезно, она меня никогда не простит, — сказал он, не обращаясь ни к кому. — Глупости! Конечно, простит, она ведь любит тебя, — утешал его Андрюша. — Я тебя люблю… Как тебя можно не любить! — Это тебя не любить нельзя, Андрюшенька, — сказал Артурчик, печально улыбнувшись. — Почему? — Андрюша выглядел озадаченным, а его пацаны, почуяв, что запахло жареным, приготовились зареветь. — Потому что ты никогда так не поступил бы со своими детьми, как я с Аглаей, — горько сказал Артур: — Что ж, поделом мне, — сказал он и побрел прочь. Андрюша с болью в сердце смотрел, как удаляется его хрупкая фигура в легких шелках, и нервно сглотнул. Нужно было что-то срочно предпринять! Вся его деятельная натура кричала об этом. Но что? Он ринулся к Антее, но та в ответ на его мольбы сказала: — Пойди, Андрюша, погуляй с детьми, а то я сейчас за себя не отвечаю. — Ты не можешь прогнать Артура. Он твой муж, нельзя с ним так, это жестоко… — Не был бы и ты моим мужем и отцом моих детей, вмазала я б тебе, чтоб не лез в то, что тебя не касается. Иди и не вводи меня в искушение. И что б я о нем не слышала больше! — Антея потрясла кулаком у Андрюшиного носа и ушла в противоположную сторону. Андрюша задумался. В это время виновница раздора, к несчастью для родителей, совсем о них забыла. Она вместе с Кэсси и Яшенькой не могли налюбоваться радужным шариком. — Как мыльный пузырик, такой нежный… — тут же радость сменялась беспокойством. — Как бы ему не навредить! — Что ты, в нем такая искра заложена, что по прочности мало что с ним сравнится… Вот! Принес! — запыхавшись, Зорхас вывалил кучу пыльных тетрадей. — Совсем запамятовал, я ж их на чердаке спрятал! Аглаечка со вниманием открыла первую тетрадь: «Взять куринную грудку и положить ее в маринад»… Это еще что? — скептически спросила она. — Ой, это лекция по теогонии… Она все время совпадала с моим любимым кулинарным шоу, — покраснел Зорхас. Аглаечка внимательно посмотрела на него: — А скажите-ка, уважаемый Зорхас, вы ведь не были самым прилежным учеником? Зорхас огорченно вздохнул: — Это правда. Ни талантом, ни прилежанием я не отличался. Аглаечка улыбнулась и спросила: — Тогда как вам удалось создать такой прекрасный мир, как наш? Зорхас, вдохновленный неожиданным признанием, задумался: — Сам не знаю, вот отличники наши, они миры творят, что семечки щелкают. Все у них по-правильному, все у них идеально: эклиптика, гравитация, то, се, пятое, десятое. А создания их! Изящные, прекрасные, глаз не оторвать… Только они как мир создадут, наиграются и бросают. А миры хиреют! — он сердито и обвиняющее ткнул пальцем куда-то в небо. — Хоть и идеальные, а без присмотра никак. Даже умереть могут… Разве можно так, с мирами-то! Аглаечка вспомнила, что говорил папенька о мире Андрюши — должно быть печальное зрелище — заброшенный, покинутый демиургом, мир. — Я свой первый создал сразу, как только силу накопил. Думал, потренируюсь и тут же за следующий возьмусь. Только так случилось, что сам пророс в нем корнями, все не натешусь. И все мне в нем так интересно, что других не надо! Да что там, наши судьбы сплелись столь тесно — если б его решили уничтожить, я бы разделил его судьбу, не задумываясь! Аглаечка внезапно подбежала и обняла смущенного демиурга: — Спасибо вам! — Дураки ваши отличники, — сказала подошедшая Агнесс прямолинейно. Она заботливо поправила куртку и ласково поцеловала супруга. — Главного-то и не поняли. Зорхас расплылся от счастья: — Да я… я сейчас все, все могу! Такую силу в себе чувствую, словами не передать! А хотите, все исправлю, станете как феечки? Стройными, длиннокосыми, с белоснежной кожей? Аглаечка и Агнесс чуток побледнели. — А вот это лишнее, а вот этого нам не надобно, — быстро нашлась Агнесс и тут же отвлекла разошедшегося всемогуна: — Пойдем, там тебя на кухне спрашивают, совсем с ног сбились! «Разделить судьбу, полюбить… Это так просто, так радостно», — думала Аглаечка, а шарик плыл перед нею и ластился как котенок. Андрюша не придумал ничего лучшего, как взять за жабры Альбертуса. Раз вредный старик кашу заварил, пускай расхлебывает, никто его за язык не тянул. К своему удивлению, он застал колдуна в дурном расположении духа, а ведь тот еще недавно скакал от радости. С чего б ему печалится? И прославился, в очередной раз доказав свой магический талант, и конкурента подставил, бинго! Сначала Альбертус не признавался, в чем его печаль-кручина. Андрюша, разуверившись в своих способностях дознавателя, решил было откинуть моральные принципы и как следует встряхнуть колдунишку, но сыновья, увидев, что папа не в настроении, подняли такой ор — Альбертус сам взмолил о пощаде. — Я поговорю с Антеей, только уйми своих спиногрызов! Маг собрался с духом и в сопровождении Андрюши отправился к Антее. Та сидела в баре, перед нею стоял нетронутый стакан. Если б дело не было бы таким важным, в другое время Андрюша не рискнул подступиться к госпоже, когда у нее такое страшное лицо. — Никогда б не подумал, что хоть слово скажу в защиту Артуриуса, и тебя не люблю, что и говорить, Антея, — начал Альбертус. Воительница презрительно фыркнула. — Но я проверил все свои расчеты и пришел к выводам. Весьма неприятным выводам, прежде всего для себя. Мне очень жаль, я всегда думал о себе как о сильном маге. Годы трудов, репутация — все коту под хвост! Андрюша кашлянул, мол, не отвлекайся, если начал. — Теперь могу сказать, что наши с Артуриусом чары совсем не имеют отношения к тому, что случилось с вашей дочерью. Артуриус виноват в равной мере с тобой! Услышав такое заявление, Антея удивленно вытаращила глаза и пренебрежительное выражение, с которым она слушала защитника Артура, быстро сползло с ее лица.  — Вы сами воспитали своего демиурга, привили девчонке неподобающие этому миру взгляды на жизнь, заставили искать свою судьбу в других мирах. А такого заклинания, чтобы превращать людей в богов, нет, и не было никогда. Так что ты зря осерчала на мужа. Единственно, о чем прошу — повремените с разглашением. Я имел неосторожность известить всех о своем успехе… Как мне теперь смотреть в глаза коллегам, ума не приложу… — Старый дурак! — емко высказалась Антея. — Сама дура! — огрызнулся Альбертус. — Подумай лучше про другое. Что, если другие демиурги будут против? Кто поддержит твою дочь? Молодой, еще не вошедший в силу, дракон? Не смешите меня. Без Артуриуса ей туго придется. — И как скоро ты бы решился рассказать это Антее? — не выдержал Андрюша. — А если бы с Артурчиком что-нибудь случилось? Да простит ли он ее теперь? Альбертус потупился: — Сказал бы, не такая я сволочь, какой кажусь на первый взгляд, — сердито буркнул он и потопал старческой походкой к своему замку. Услужливый Зорхас немедленно подсказал им, где можно найти Артурчика. Тот сидел возле одинокого фонтана в малолюдной части волшебного города и водил пальцем по воде, играя с рыбкой. Рыбка, похоже, была очень благодарна, за то, что маг, наконец, оставил ее в покое. — Со мной говорил Флавиус… Прости меня, Артур, — просто сказала Антея. Андрюша напрягся, вдруг Артурчик начнет упираться? Но тот в ответ обнял Антею и горько заплакал. Смотреть на это было ужасно неудобно и стыдно. И у Андрюши, конечно, сразу встал, так расчувствовался! — Не хотите ли продолжить семейную сцену в более укромном месте? — коварно предложил он, поправляя штаны. — Как ты думаешь, она меня простила совсем, или только потому, что моя помощь нужна Аглаечке? — жалобно спросил у него Артур в уютном номере гостиницы, очень подходящем для выяснений отношений. Особенно подходила кровать — ровно таких величины и крепости, каких требовалось. — Тебе как мед, так и ложкой, — буркнул Андрюша, не желая портить момент и отвлекать любимого от дела. — Я уже устала убеждать, — пробурчала Антея, которая как раз решила вздремнуть, — на очередной заход не готова. Если что, Андрюша, ты за меня, — и сладко засопела. — А может, все же? — Может, может, — радостно заверил Артурчика Андрюша, склоняя к своему неугомонному члену, — этот еще о-го-го как может!