Непреодолимое препятствие

      Снейп аппарировал к Грейнджер на следующий же день. Была суббота, поэтому, по идее, девчонка должна была быть дома. Она жила в небольшом провинциальном городке Фарвик в графстве Ланкшир. Настоящее захолустье.       Дом Грейнджер, с виду казавшийся совсем маленьким, был выкрашен в белый цвет. Перед домом была лужайка, а у самого крыльца находилась пустая клумба — было ещё слишком рано для цветов. Мило до тошноты.       Северус не знал ни что сказать Грейнджер, ни что она скажет ему, и решил действовать по обстоятельствам. Он подошёл к двери и постучал. Через несколько секунд дверь приоткрылась, и Северус увидел нечто ужасное.       — Вы? — только и смогла сказать шокированная Гермиона. — Что вам нужно? — от удивления она забыла про вежливость.       Снейп тут же почувствовал раздражение из-за этой её настороженности. И как, скажите на милость, ему ухаживать за этим пугалом?! Это не женщина, это кошмар наяву! Бесформенные мешковатые брюки, растянутая футболка и поверх всего этого безобразия — фартук в свежих пятнах непонятного происхождения. Волосы замотаны в какой-то невообразимый пучок, из-за чего казалось, что на голове девчонки один большой колтун. Под глазами тёмные круги… Бр-р! Обереги Мерлин от таких женщин!       — Меня привело к вам дело, — искренне сказал Северус. — Вы всегда разговариваете через порог?       Гермиона поджала губы и в раздумье продолжала буравить гостя взглядом. Удивление сменилось любопытством, но у неё в лаборатории кипело зелье, и ей было некогда…       — Что-то важное? Или срочное?       — Как сказать, — пожал плечом Снейп.       — Простите, но у меня сейчас нет времени на гостей и их дела. Ваше дело может подождать другого раза. Всего хорошего, — сказала Гермиона и захлопнула дверь.       Снейп взбесился. Мысленно проклиная ОʼКина и Грейнджер, кипя от злости, он аппарировал домой.       Жил Северус в старом доме на самой окраине портового города Плимут, что на полуострове Корнуолл. Он любил море, любил дышать влажным солёным воздухом. Звук морского прибоя успокаивал, а шторм бодрил получше любых зелий. Наверное, море — единственное, что любил Снейп, не считая своей профессии.       Гермиона вернулась в лабораторию тоже не в лучшем расположении духа. Почему из всех её бывших преподавателей к ней домой заявился именно Снейп?! Что ему нужно? Она ничего не слышала о Снейпе считай с самой войны. Гермиона читала статьи бывшего профессора, знала, что он три года подряд становился Зельеваром года и что он работает в «Al chemical». И всё. Да она им и не интересовалась, ей не было дела ни до него, ни до его жизни. Снейп да Снейп. Бывший противный, несправедливый учитель, который оказался героем. Гермиона сейчас и друзьями-то не очень интересовалась, что уж говорить о каких-то там… У каждого своя жизнь, семьи… А сейчас Снейп нежданно-негаданно появился у её порога, отвлёк от работы, теперь придётся настраиваться заново, а этого Гермиона ох как не любила. Каким Снейп был мерзким типом, таким и остался, будь он хоть трижды герой и гений.

***

      Через два дня Гермиона аппарировала после работы домой и на крыльце столкнулась со Снейпом.       — Вы! — гневно выдохнула она, отскакивая подальше. — Вы что, меня довести решили?       — Вы сами сказали: в другой раз. Так чем этот раз не походит?       — Не самое подходящее время, — буркнула Гермиона, отпирая дверь. — Я устала, и у меня нет желания…       — Общаться со Снейпом? — он наклонился и через плечо заглянул ей в лицо.       — И это тоже.       — Разве вам не любопытно? — спросил Северус, когда Гермиона опять собралась захлопнуть дверь у него перед носом.       — Нет, — она помедлила и вздохнула. — Ну, что там у вас?       — Предлагаю обсудить «что там у меня» за ужином.       — Вы меня приглашаете? — вскинула брови Гермиона.       — Да. Или вам моё общество неприятно и отбивает аппетит?       — Не думаю, что это хорошая идея. И потом, я неподобающе одета.       — Я тоже, — Снейп слегка развёл руками.       Про себя же он опять ужасался виду этой Грейнджер. Немудрено, что у неё никого нет. Да на такое «чудо» ни один мужик не позарится! Если уж только совсем одичавший. Сколько ей? Двадцать пять? А выглядит на пятьдесят пять! Надо же было так вырядиться: коричневая шерстяная юбка, скрывающая колени, жакет старомодного покроя, застёгнутая на все пуговицы блузка, туфли без каблуков. Ни намёка на макияж, под глазами всё те же тёмные круги, губы обкусаны, на голове вместо колтуна аккуратный пучок, не иначе как у МакГонагалл стиль причёски переняла. Противно, право.       — Хорошо, — неохотно согласилась Гермиона и снова заперла дверь. — Только пообещайте мне, что после того, как вы мне расскажете, с чем пожаловали, вы оставите меня в покое.       Снейп ничего не ответил, взял её за локоть и аппарировал.       У него и правда было к Грейнджер дело, но только он не собирался её в это дело посвящать. Пришлось врать, изворачиваться, придумывать что-то на ходу (благо, опыта в этом у него было хоть отбавляй), не забывая проникновенно смотреть девушке в глаза. Он говорил что-то о том, как её были бы рады видеть в «Al chemical» в качестве сотрудника, хвалил компанию, называл заоблачные оклады, замечательные условия работы и прочее, но Грейнджер упорно стояла на своём: мол, её работа её устраивала и менять её она не собиралась. Впрочем, Северус и не ждал от неё другого. Вспомнили Хогвартс, его преподавателей, обоюдно избегая всего, что было связано с войной, Волдемортом, Дамблдором и Поттером. Грейнджер держалась напряжённо, скованно, была холодна и сдержанна. Но она спросила Снейпа о его работе не из вежливости, а из профессионального интереса.       — Вы изменились немного, — задумчиво сказала Гермиона.       — Сомневаюсь, — усмехнулся он.       — Никогда бы не подумала, что буду сидеть за одним столом с профессором Снейпом и беседовать с ним как со старым знакомым.       — В какой-то степени я им и являюсь.       — Наверное, я просто вас знаю, — продолжила она. — Вы тогда были меж двух огней, но никогда не пытались никому ничего доказать. Всегда оставались самим собой. Но война всех нас изменила.       — Меня не изменить, мисс Грейнджер. Я такой, какой есть.       Гермиона словно вышла из задумчивости и наконец-то вспомнила о вежливости.       — Спасибо за прекрасный вечер, сэр. Передайте своему директору, что мне лестно его предложение, но я отказываюсь.       — Это я уже уяснил. Идёмте?       Гермиона было попыталась отвязаться от Снейпа как от провожатого, всё-таки она добиралась до дома не пешком и даже не на такси, но он настоял: «Мне будет спокойнее, если я увижу, что вы благополучно оказались дома».       — Может быть, как-нибудь пообедаем вместе? — спросил Снейп, стоя у крыльца гермиониного дома.       — Вряд ли, — ответила она. — Спокойной ночи, сэр.       Снейп взял её за руку и коснулся тыльной стороны её ладони губами. Он заметил, как смутилась девушка, как неловко она себя чувствовала, как дрогнули уголки её губ, когда она почувствовала его неожиданное прикосновение к своей руке и лёгкий поцелуй.       — И вам. Но я всё-таки надеюсь на встречу.       Гермиона открыла дверь и пред тем как войти в дом, оглянулась. Было темно, и она не могла разглядеть лица Снейпа, но она чувствовала его взгляд. По позвоночнику побежали неприятные мурашки, и она поспешила скрыться в доме.       Гермиона, не зажигая свет, прошла в единственную в доме спальню, сбросила туфли и пиджак и упала на кровать. Она даже не сразу поняла, что улыбается как идиотка.       Всё-таки Снейп — человек-загадка. Кто бы мог подумать, что этот угрюмый, мрачный, злобный тип может быть таким приятным, учтивым, галантным. Он подвинул ей стул, подливал сок, сказал пару завуалированных комплиментов, и даже поцеловал руку… Гермиона взглянула на свою кисть и усмехнулась. Но даже несмотря на то, что он мог быть таким, Снейп оставался Снейпом. Ироничный, язвительный, гордый, надменный, пренебрежительный, непреклонный… он казался твёрже стали, от него исходила сила и уверенность. Вообще, что она знала о Снейпе? Да практически ничего. Он никогда никому не раскрывался. Если только Дамблдору… Сначала она знала его как преподавателя, потом как члена Ордена Феникса, потом… Потом война поставила всё с ног на голову. Гарри не говорил о Снейпе, а если и упоминал, то с таким уважением и почтением, с каким не отзывался даже о Дамблдоре. Со Снейпа мысли Гермионы переключились на друзей. Гарри с Джинни жили прекрасно. Гарри — аврор, Джинни — ловец в сборной Великобритании по квиддичу, но после того, как она забеременела, ей пришлось оставить спорт. Рон… Она встречалась с ним после войны больше года, но отношения не сложились. Они были слишком разными, бесконечные ссоры и непонимание утомляли. Любовь закончилась, едва начавшись. Рон женился на Лаванде, они прожили два года и расстались. Теперь Рон жил в своё удовольствие и менял девушек, как перчатки. Гермионе казалось, что именно к такой жизни он и стремился.       Она вздохнула. Интересно, зачем Снейп попросил ещё об одной встрече? Странно всё это. Внезапное появление Снейпа, его внимание к ней… Ну и пусть. Будь что будет. Наверное, Снейп, как и она, одинок и ему хочется элементарного общения. Но мало найдётся людей, достойных его, с которыми ему будет интересно.       Гермиона не была избалована мужским вниманием. Рон никогда за ней не ухаживал, да у него бы и изобретательности на это не хватило, а никого другого у неё не было. Ну, если не считать того, что на вечеринке по случаю окончания Академии она по неопытности перебрала шампанского и наутро проснулась в комнате однокурсника — первого бабника в потоке, но абсолютно не помнила, что произошло накануне. Она только помнила, что её рвало у куста шиповника, мир кружился, а потом она отключилась. Тогда, очнувшись в чужой комнате, она испугалась, подхватила свою одежду и аппарировала.       Роном и этим происшествием опыт Гермионы с мужчинами ограничивался. Иногда она думала, что лучше бы и вовсе никакого опыта не было, потому что с Роном она переспала не потому что очень этого хотела, а из любопытства, из научного интереса, да и Рон замучил своим нытьём. Но понравилось ей, мягко говоря, мало, и с тех пор она не предпринимала больше попытки заняться сексом, а о ночи с ловеласом-однокурсником она ничего не помнила. Правда, потом ей по секрету сообщили, что тот парень поспорил, что на выпускном переспит со страшной заучкой Грейнджер. Спорщики хотели знать, каково это — с «синим чулком» — интересно или нет. После этого Гермиона поклялась себе, что никогда больше не доверится мужчине и уж тем более — не ляжет с ним в постель.       Популярностью у мужчин Гермиона не пользовалась никогда. То ли из-за того, что не была яркой красавицей, то ли из-за того, что была чересчур умной… А мужчины, как известно, слишком умных женщин не любят и обходят их стороной. Мужчины по природе своей самолюбивы, и кому понравится, если его девушка в чём-то его превосходит, а особенно — в интеллекте.

***

      Прошло несколько дней. Гермиона была погружена в собственные заботы и о визите Снейпа практически не вспоминала. Она подготавливала почву для посадки цветов, когда негромкий хлопок заставил её резко обернуться.       — Наверное, я опять не вовремя, — сказал Северус, с усмешкой разглядывая стоящую на четвереньках девушку. — Я вам кое-что принёс.       Гермиона медленно поднялась с колен, мрачно смотря на незваного гостя. Но тут всё её дурное настроение как рукой сняло.       — Красота! — выдохнула она, едва только увидев подарок.       Забыв о Снейпе и обо всём на свете, Гермиона потянулась пальцами к этому чуду и только тут сообразила, что её руки испачканы в земле.       Снейп преподнёс потрясающей красоты орхидею. Цветок был нежно-сиреневый, а нижний лепесток — бледно-розовым. Орхидея и горшок идеально дополняли друг друга, казалось, были одним целым.       — Отнесите её в дом, — посоветовал Северус, — она не любит прямых солнечных лучей.       Гермиона облизала губы и посмотрела ему в глаза.       — Чем я заслужила столь роскошный подарок?       — Разве подарки заслуживают? — пожал плечом Северус. — Их просто дарят. Мне захотелось подарить вам её, и я это сделал. К тому же не принято приходить к женщине с пустыми руками.       Гермиона не нашлась, что ответить. Смущённо поблагодарила и, чтобы хоть что-то сделать, пригласила Снейпа войти в дом.       — Откройте, пожалуйста, а то у меня руки грязные.       Снейп вежливо открыл дверь и пропустил хозяйку в дом.       — Располагайтесь, я быстро.       Дом у Гермионы и в самом деле был маленьким: гостиная, спальня и кухня. Но позади дома была пристройка, в которой располагалось лаборатория. В неё вёл короткий коридор из кухни.       Северус огляделся. Гостиная больше походила на книжный склад. Те книги, что не умещались на полках и в шкафах, громоздились стопками вдоль стен. Но, несмотря на это, было уютно. Такую атмосферу могут создавать только женщины. Как им это удаётся — загадка. Гермиона и правда вернулась скоро. Её руки были чистыми, но джинсы на коленях были зелёными от травы. Она приблизилась к Снейпу, заворожено глядя на орхидею, которую он продолжал держать в руках.       — Это labella. Её самый крупный лепесток в форме нижней губы, — Снейп слегка надавил на лепесток, посмотрел девушке в глаза, потом перевёл взгляд на её губы. — Она прихотлива, любит тепло и влажность.       — Она прекрасна… Спасибо. — Гермиона приняла из рук Снейпа горшок с цветком и вздрогнула от случайного прикосновения к его пальцам.       — Прекрасный цветок для прекрасной девушки, — не прерывая зрительного контакта, Снейп открыто сделал комплимент.       От его голоса у неё перехватило дыхание, к щекам прилила кровь, и сердце бешено заколотилось. Ей хотелось только одного: чтобы он ушёл, и эта пытка прекратилась. Она решительно ничего не понимала. Снейп что, оказывает ей знаки внимания… как женщине? Великий Мерлин… Сейчас небеса упадут на землю!       — Хотите чаю, сэр?       — Хочу, — соврал он. — Впрочем, если я отвлекаю вас от дел…       — Ничего страшного не случится, если я немного передохну. К тому же, должна же я вас как-то отблагодарить…       — Благодарность принимается только в виде согласия прогуляться и потом пообедать. Вместе, — зачем-то добавил он.       Гермиона онемела от такой наглости и напора. Пожалуй, более самоуверенного человека она не встречала. Казалось, что не подчиниться ему невозможно. Или просто привычка слушаться его сохранилась со школы. Что ж, профессор, не всё вам командовать.       — Простите, но не думаю, что у меня, да и у вас тоже, есть время для праздных увеселений…       Ха! Вот уж истинная правда! Как будто ему хотелось куда-то с ней тащиться! Надоела уже хуже тыквенного сока в Хогвартсе! Зануда страшная. Причём страшная — в прямом смысле.       — Как хотите, — легко сдался Северус. — Я могу обойтись и без благодарности.       — Вы заставляете меня чувствовать себя…       — И в мыслях не было вас заставлять, — перебил он.       — В любом случае я не в том виде, чтобы выходить куда-то дальше своего двора.       — Готов подождать.       — Ну и упрямый же вы, — пробормотала Гермиона.       Северус с усмешкой слегка поклонился и только потом сообразил, что это слишком уж походило на издёвку. Ну, не сдержался. Просто он испытал острое разочарование, когда Грейнджер всё-таки пошла ему навстречу. Как будто одолжение сделала, чтоб ей провалиться!       — Ладно. Поскучаете полчасика?       — Не думаю, что здесь, — Снейп кивнул на книги, — заскучаешь.

***

      Меньше чем через полчаса Гермиона появилась, переодетая в брюки и блузку. Она словно нарочно выбирала вещи, скрывающие очертания фигуры. Волосы она в кои то веки распустила, и пышные кудри доходили ей до локтя.       Северус не забыл сказать стандартную фразу о том, что Грейнджер прекрасно выглядит, и не без удовлетворения отметил, как она смущённо улыбнулась. Ей что, в жизни никогда комплиментов не говорили? Хотя почему-то именно сейчас она сильно напоминала ему школьную всезнайку, как будто они вернулись в Хогвартс…       Гермиона не пожалела, что приняла приглашение Снейпа. Общаться с ним было не то чтобы легко и приятно, потому что человеком он был сложным, с тяжёлым характером, зато очень интересно. Снейп был прекрасным собеседником, и она не подозревала, что у них найдётся столько общих интересов, даже помимо их профессии, тем для разговоров и дискуссий. С ним можно было спорить или соглашаться, смеяться или раздражаться. Если Снейп и шутил, то всегда смешно и остроумно, а о его способности иронизировать она знала со школы. Впрочем, сарказм и язвительность Снейпа тоже были при нём. Гермиона чувствовала, что недоверчивость, настороженность, напряжённость, подозрительность уходят, уступая место… чему? Снейп ей импонировал и это пока всё, о чём она могла с уверенностью сказать. По крайней мере, если сейчас Снейп говорил ей комплимент, она улыбалась не смущённо, а от удовольствия. Гермиона пришла к выводу, что её бывший профессор не только умный, одарённый, интересный, загадочный и оттого притягательный человек, но ещё и удивительный. А удивлял он её не только своими глубочайшими познаниями в разных областях науки и жизни, но и приятными мелочами. Например, в ресторане он заказал ей рис с морепродуктами, и когда она сказала, что он угадал с одним из её любимых блюд, Снейп только улыбнулся уголками губ, но промолчал. До этого момента Гермиона не подозревала, что Снейп обладает едва уловимым обаянием. Впрочем, он и не думал раскрываться перед ней. Для Гермионы Снейп продолжал оставаться тайной за семью печатями.       Уже в сумерках Гермиона и Северус неторопливо брели по улочкам городка к её дому. Воздух был тёплым, пахло весной.       — Аппарация всем хороша, — говорил Северус, — вот только не разучиться бы магам двигаться. Гиподинамия — беда многих людей, и волшебники не исключение.       Она кивнула, и Снейп, не глядя на неё, взял её за руку. А Гермиону раздирали противоречивые чувства: с одной стороны ей казалось, что Снейп слишком торопится, а с другой — держать его за руку было приятно…       Дальше, до самого дома Гермионы, шли молча. Но молчание не было тягостным, напротив, оно было приятным. Северус остановился и выпустил руку девушки.       — Могу я рассчитывать на обещанную чашку чая?       Гермиона замялась. Что ему от неё нужно? Чего он хочет? Чего добивается? Ведь не чашку же чая… Впрочем, о его намерениях и планах относительно неё она не узнает, если его не пригласит. В конце концов она в любой момент может попросить его уйти.       Пока Гермиона готовила чай, Северус с комфортом расположился в кресле. Конечно, сейчас он выпил бы не чай, а что-нибудь покрепче… И не здесь, а у себя… Скорей бы избавиться от общества этой зануды… Да только за полдня, проведённых с ней, ему уже должны дать Золотой котёл! Или орден какой-нибудь за терпение и мужество. Но, кажется, ОʼКин не ошибся: всё идёт по плану. Похоже, девчонка неопытна и наивна, тем лучше и легче для него. Теперь Снейп не сомневался в успехе и в своей победе. До цели осталось совсем немного.       Северус рассказывал о том, какие зелья, по его мнению, стоило бы включить в школьную программу, а Гермиона украдкой, из-под полуопущенных ресниц, его разглядывала. Снейп сидел в истинно мужской позе: свободно откинувшись на спинку кресла, расставив длинные ноги, обтянутые чёрными джинсами. Расслабленный, уверенный в себе и чертовски притягательный. Сейчас его некрасивая внешность казалась привлекательной, он был красив суровой мужской красотой. Всегда неопрятные волосы были гладкими как шёлк и наверняка такими же на ощупь. Прямые чёрные пряди обрамляли бледное, с резкими чертами, лицо. Гермионе стало жарко, притом отнюдь не от чая. Великий Мерлин! Она сошла с ума, раз считает своего бывшего преподавателя — Снейпа! — сексуальным.       Северус мог играть в свои игры сколько угодно, но Гермиона была гриффиндоркой и интриги не признавала. Порой свою прямоту она считала недостатком, но уж лучше прямота и искренность, чем притворство и недопонимание.       — Простите, сэр, но я не знаю, что и думать. Ваши действия меня озадачили, и я не понимаю мотивации…       — Мисс Грейнджер, — поморщился Северус, — что тут непонятного? Не надо всё усложнять. Вы мне интересны… хорошо, вы мне нравитесь.       Он от души забавлялся, играя с этой выскочкой и наблюдая за её реакцией.       — Что вы такое говорите? — прошептала она.       — Я, конечно, не жду от вас признания во взаимной симпатии, но беру на себя смелость утверждать, что моё общество вам хотя бы не противно.       — Для меня оно никогда таковым не являлось, — пробормотала Гермиона.       — Да ну? — усмехнулся Северус. — Что, находясь на моих уроках, вы получали удовольствие? Даже когда я безжалостно, но за дело, снимал с вашего драгоценного Гриффиндора баллы?       Гермиона вскинула на него взгляд. Глаза её гневно сверкнули.       — Если опустить упоминание о снятых баллах, то представьте себе, да. Я ходила на зельеварение с не меньшим удовольствием, чем на другие уроки. И если бы я считала предмет неинтересным, а учителя — плохим, я бы никогда не выбрала зельеделие своей профессией! — Гермиона нервничала всё больше и больше. Ситуация была не просто странной, а абсурдной, и она не представляла, как себя вести. — Думаю, вам лучше уйти.       Она встала, не смея взглянуть на Снейпа и не в силах унять дрожь. Он словно бы нехотя поднялся, подошёл к двери и, бросив: «я не прощаюсь», ушёл.       Гермиона опустилась обратно на диван и обхватила голову руками. И что прикажете думать и делать? С мыслью о том, что она нравится Снейпу, просто невозможно было смириться, на его заявление невозможно было адекватно реагировать. Разум настойчиво твердил, что этого просто не может быть. В школе он её презирал, а тут вдруг… С какой стати?! Не то чтобы Снейп ей совсем не нравился… Но импонировать он мог только как учёный, а не как… нет, об этом даже думать страшно! И вообще, это не симпатия вовсе, а… уважение! И только.       В глубине души Гермионе льстило такое отношение, она уважала выбор Снейпа. Всю жизнь человек прожил один, никаких романов, и вдруг на тебе: понравилась бывшая и не самая любимая и красивая студентка. Может, он просто не мог найти достойную его женщину? Как говорится, человека по себе? Тогда вдвойне приятно, что свой выбор он остановил на ней. Значит, чем-то она его взяла, чем-то покорила. Гермиона вдруг словно выросла в собственных глазах, подумала, что она, наверное, вполне привлекательная… Но даже при всём при этом интуиция предостерегала от этого человека. Внутренний голос настойчиво твердил, что надо держаться от него подальше. Конечно, этот совет интуиции не был бессмысленным — Снейп был опасным человеком. В любом случае она не собиралась приближать Снейпа к себе и заводить с ним какие-либо отношения. Пусть он оставит её в покое и идёт своей дорогой.

***

      Северус решил пока больше ничего не предпринимать. Семена брошены, пусть прорастают. Да и некогда ему было заниматься такой ерундой, как охмурение бывших студенток-зазноб. Нужно было сделать план на этот месяц — доварить зелья, подготовиться к церемонии награждения Зельевара года, которая должна была состояться через неделю.