Fordommer.

Пак думал, что сойдет с ума. Поначалу. Когда мама обучала его родному языку, она не предупреждала, что в Корее в каждом регионе жители используют свой особенный диалект. Его родители переехали из Сеула, поэтому, когда Чанель только начал вливаться в свою “временную” жизнь, он довольно тяжело и медленно понимал разговорную речь местных жителей, но, наученный опытом, буквально к концу второй недели полностью разобрался и привык. Почти. Ребята из команды, в которой Пак пробовал себя в качестве тренера, с огромным удовольствием употребляли молодежный сленг, из-за чего Чан несколько раз впадал в ступор и не понимал, о чем они вообще говорят. А пару слов даже незаметно записал на телефон, которые, судя по молниеносной реакции Бэкхена и последовавшим за этим не менее молниеносным и жестоким мерам наказания, к цензурной лексике никак не относились. Мама этому его определенно не учила. Он купил себе машину и теперь ездил в спортивный комплекс практически каждый день: тренировки проводились пять раз в неделю, по восемь часов в день. В остальное время Чанель часто сидел на трибунах и просто бездумно смотрел на лед, а совсем недавно начал сам на него выходить, медленно и бессмысленно наворачивая круги, прикрывая глаза от мягкого встречного ветерка и вдыхая слегка морозный воздух. Хоккеист так был погружен в собственные воспоминания и мысли, что даже ни разу не заметил, как все это время за ним внимательно следила пара темных глаз. ~ - Сиди спокойно! – мягко прикрикнул Бэк, сидя на коленях перед Тэмином и аккуратно ощупывая его лодыжку. – Сильно болит? - Нет. В прошлый раз было намного хуже. - Ты второй раз подворачиваешь одну и ту же ногу. Это нехорошо, - врач серьезно зыркнул на мальчишку и обернулся. – Чонин! Где аптечка? - Иду я, иду! – откликнулся капитан команды, таща за собой “аптечку” их доктора. Мама Кима в отпуск ездит с чемоданом в два раза меньше! – Что там у тебя, Бэкхен-хён? Она весит полтонны! - Не преувеличивай, - монотонно проговорил Бэк, доставая упаковку медицинских перчаток и поворачиваясь обратно к Тэмину. Пак стоял немного в стороне, скрестив руки на груди и беспокойно поглядывая на нападающего, пока остальные члены команды любопытно выглядывали из-за его спины, не рискуя подойти ближе. Бэкхен сменил свои обычные – привычные уже даже для Чанеля – перчатки на медицинские, отвернувшись к Ли, что дало Паку почву для размышлений. Он посмотрел на то, как Бэк снова прощупал слишком хрупкую на вид лодыжку, посмотрел на пальцы, плотно покрытые эластичной тканью, и в его голову пришла мысль о том, что за эти две недели совместной работы он ни разу не видел его голых ладоней. Они всегда были в перчатках. “Он что, стесняется своих рук? Почему?” Бён приложил к чужой ноге пакет с охлаждающим раствором и сказал держать до тех пор, пока он не начнет теплеть. - Неделю сидишь дома и передвигаешься только до туалета. А там посмотрим, - сделал заключение врач и поднялся на ноги, чувствуя, как они начинают больно покалывать. - Я отвезу тебя домой после тренировки. - Спасибо, - Тэмин опустил голову, даже не начиная спорить со старшим. В прошлый раз его вообще на месяц отстранили. Бэкхен обернулся и посмотрел прямо в глаза Чанелю. За прошедшие пару недель их отношения продвинулись только до перехода на “ты”: Бэк все так же иногда огрызался без причины, фыркал и закатывал глаза, но без вопросов помог влиться в коллектив, отвечал на интересующие вопросы и даже несколько раз спрашивал о самочувствии. И появилась у них еще кое-какая особенность – они понимали друг друга с полуслова, с полувзгляда, иногда даже не советуясь между собой. Это было, по крайней мере, странно. Вот и сейчас Чанель смотрел в темные глаза и понимал, что ему хочет сказать Бэк: - Все обратно на лед, - скомандовал Пак, не отводя взгляд, – а Тэмин посмотрит, как вы справляетесь, – он нехотя оторвался от глаз напротив, ободряюще улыбнулся Ли, подошел и похлопал его по плечу. – Все будет хорошо. Тот лишь благодарно кивнул. Бэкхен подошел ближе к перегородке, наблюдая за тренировкой, и Пак позволил себе пробежаться взглядом по чужой фигуре. А там было, на что посмотреть. Сегодня Бён был одет в узкие брюки и черную теплую водолазку. Хоккеист не ошибся, когда еще при первой встрече оценил ширину этих плеч. Вот только в тот день толстовка скрыла самые интересные места, и сейчас у Чанеля была уникальная возможность ими полюбоваться. Еще и сзади. Его взгляд метнулся от сильных плеч к узкой талии, а затем остановился на “том самом”. Пак был готов поклясться, что еще никогда ни у кого не видел настолько шикарной задницы, а вариантов для сравнения у него было достаточно. Бэк, будто специально, облокотился на бортик, немного выпятив свою филейную часть и слегка прогибаясь в спине, на что у Чанеля появилась весьма предсказуемая реакция. Добавить к этому длинную шею, которую не смогла полностью прикрыть даже горловина водолазки, и подтянутые округлые бедра, чтобы Пак почувствовал, что его «реакция» совсем скоро перерастет во всем известную проблему. Он с трудом оторвал взгляд от такой манящей части тела младшего и, убедившись, что никто не заметил его минутного помешательства, отпустил плечо Тэмина, которое все это время легко сжимал, и сосредоточенно уставился на происходящую на льду игру. ~ Бэкхен никогда не был тихим и послушным мальчиком. В детстве он любил потрепать нервы не только своему отцу, но и воспитателям в детском саду. Потом доставалось учителям в школе и преподавателям в университете. Сколько раз Бён был на ковре у ректора, не помнил даже он сам. Так уж вышло, что Бэк также не был и самым красивым мальчиком в школе. Девочки не обращали на него внимания, а парней Бэк сам как-то не рассматривал, будучи уверенным, что его соулмейтом обязательно будет какая-нибудь Джун из параллели. Приходилось привлекать к себе внимание слабого пола другими способами: кто сорвал урок? Бён Бэкхен. Кто демонстративно перевернул в столовой тарелку с кашей прямо на стол? Бён Бэкхен. Кого это опять оставили после уроков? Конечно, Бён Бэкхена. Зато к выпуску из школы Бэк похорошел прямо на глазах. Стал намного шире в плечах, вытянулся в росте (хоть и не так сильно, как одноклассник Тао) и определенно стал очень и очень симпатичным. Только вот было в Бэкхене то, чего он просто невероятно стеснялся – вместе с плечами шире стали и бедра, из-за чего лучший друг Исин частенько любил шутить на тему того, что с такими ягодицами Бэку нужно искать себе совсем не девушку. Да что там, он шутит так до сих пор. А может быть, совсем не шутит. Как бы то ни было, к третьему курсу университета Бэк привел себя в идеальную форму: начал заниматься спортом, при этом усиленно пытаясь избавиться от причины шуточек Чжана, поменял стиль в одежде, прическу и начал подводить глаза. Бедра, хоть и стали стройными и подтянутыми, своей сочности не потеряли, но к тому моменту он уже перестал обращать на это внимание – девушки с превеликим удовольствием хватали его за эту часть тела во время секса. К слову, встречался он исключительно с представительницами слабого пола, а на любые поползновения в его сторону со стороны парней отвечая грубым отказом, нередко даже и кулаками. Бён все так же был уверен, что его соулмейтом окажется какая-нибудь Джун из параллели и родит ему кучу детей. Кроме взглядов на жизнь неизменным осталось и поведение: хотя теперь от поклонниц не было прохода, Бэк все так же получал выговоры от преподавателей за глупые шуточки во время пар, заставляя хихикать сидящих вокруг студенток. Но ведь не все всегда так легко и просто. За год до его выпуска из университета случилось то, что полностью перевернуло его жизнь и заставило по-другому смотреть на окружающих людей. И на родственные души в особенности. - Мне, мне! Я открыт! - прокричал, судя по голосу, Чонин кому-то из игроков. Бэкхен отвлекся от своих мыслей, а потом ответил своему отцу в сообщении, что у них все хорошо и пообещал ему присмотреть за Чанелем во время их небольшого путешествия на горячие источники. Он поднял голову, поправляя солнечные очки, и посмотрел на ребят, которые играли в баскетбол вместе со своим капитаном, с его разрешения обращаясь к нему более неформально. На время отдыха, конечно. - Тэмин! - позвал он белобрысого паренька. - Передохни немного. Ли послушно присел рядом на скамейку, пытаясь отдышаться, и вытянул свои ноги перед собой. - Все в порядке? - Бэк обеспокоенно повернулся к форварду и потянулся к забинтованной эластичным бинтом лодыжке, ставя ее себе на колени. Он только пару дней назад позволил парню вернуться к тренировкам, но все равно неустанно следил за каждым его движением. Совсем скоро начнутся игры и Бэку обязательно нужно было полностью восстановить Ли к этому моменту. К слову, именно из-за приближающихся игр они и выехали на несколько дней в соседнюю провинцию, где у одного из спонсоров команды был построен спортивно-оздоровительный комплекс - это был вполне заслуженный подарок для ребят в честь победы на региональном кубке. Сейчас они набирались сил, а еще получили возможность сблизиться с новым тренером в более дружественной атмосфере. Бэкхен аккуратно помассировал ногу, все еще лежащую на его коленях, и посмотрел на взмыленного Пака, который только что снял с себя футболку и широко улыбнулся ребятам. - Чанель! - крикнул Бэк, не стесняясь разглядывать чужое накаченное тело сквозь темное стекло очков, и, когда Пак вопросительно обернулся, продолжил: - Немедленно оденься, не хватало еще, чтобы ты простуду подхватил! Это всех касается! - Но она мокрая, мам! - Пак состроил наигранную обиженную мордочку и свел вместе брови, вызывая у парней громкий смех, на что Бэкхен демонстративно приспустил очки на кончик носа и исподлобья посмотрел на тренера, пытаясь скрыть улыбку: - Тогда надень сухую! - он взглянул на наручные часы. - И вообще, давайте-ка сделаем перерыв. Прошел почти месяц с того момента, как Чанель в первый раз провел тренировку с ребятами. Минхо тогда рассказал Бэку, насколько Пак любит хоккей, и что он будет готов приложить все усилия, чтобы поскорее вернуться в спорт. И этот факт почему-то сильно ему не понравился. Бэкхен с первой же встречи начал вести себя с ним не очень корректно, хотя Чанель никогда ему не грубил, всегда здоровался на арене или в доме Бён, будто не обращая внимания на его поведение. Спрашивал советы по поводу ребят и, на удивление самого Бэка, попросил объяснить некоторые моменты относительно местного диалекта. Врач часто думал о том, что стоит пересмотреть свое отношение к этому человеку, но страх перед своими ощущениями делал свое дело - каждый раз, когда Чан пытался идти на контакт, Бэкхен выпускал шипы. Хоккеист начал понемногу привлекать его в самом конкретном плане: Бён не мог не заметить, что от Пака всегда приятно пахло; он был добрым и улыбчивым, вежливым, в меру серьезным и строгим, всегда интересовался самочувствием его отца, и врач начал понимать, что это первый в его жизни парень, о возможных отношениях с которым он хотя бы задумался. Как двое старших, по дороге на источники они ехали рядом, а также и поселились в одной комнате, где Чан позволил ему выбрать кровать и первым пропустил в душ. Бэкхен смотрел на то, как непринужденно Пак вел себя с ребятами, которые, без сомнений, прониклись к новому тренеру, и понимал, что хоккеист просто не заслужил к себе такого несправедливого отношения. А еще к этим размышлениям его подбил отец, который ему уже всю плешь проел тем, какой Чанель “потрясающий молодой человек”, попросил сына провести хоккеисту необходимые процедуры, пока они будут на отдыхе, и следить за его состоянием. - Тэмин, - Бэк аккуратно снял чужую ногу со своих колен и повернулся к парню, - скажи Чонину, чтобы пришел в массажный кабинет через пятнадцать минут, - он дождался согласного кивка и встал со скамьи, направляясь в корпус. - Нет, сейчас мой ход, я же отбился! - Эй, парни! - в комнату к ребятам заглянул тренер, тут же прищурившись. - Азартные игры? - Мы просто так, правда! - воскликнули все в разнобой, не ожидав, что в такой час к ним может заглянуть Чанель. Хотя, самое главное, чтобы об этом не узнал Бэкхен - в подобном случае беды не миновать. Пак еще раз окинул подозрительным взглядом ночные посиделки и остановился на капитане: - Чонин, Бэкхен не говорил тебе, что куда-то собирается после ужина? - Нет, Чанель-хён. Он лишь сказал, что сильно устал за день и, кажется, получил тепловой удар - давление упало, но кофе выпить он не захотел. Что-то случилось? - встревоженно спросил Ким. Чанель задумался. Завтра был их последний день прибывания в комплексе, но ни разу не было такого, чтобы Бэк не возвращался в комнату позже одиннадцати. А сегодня Пак вернулся после легкой вечерней пробежки, которую ему позволил Бён, но комната оказалась закрыта. Он не обратил на это внимания и отправился в душ, а когда вышел, все так же не обнаружил соседа по комнате. - Тренер, - подал голос Сехун, - я видел Бэкхен-хёна. Он уходил в сторону леса, - парень взглянул на улицу и нахмурился. - Он был в одной легкой водолазке, а на улице сильно похолодало. - Во сколько это было, не помнишь? - О лишь завертел головой. - Примерно хотя бы, - Чанелю не нравилось нарастающее чувство паники, которое поселилось внутри, но он по-прежнему стоял около двери с невозмутимым лицом, не желая понапрасну волновать своих игроков. - Ужин был в семь. О задумался и посмотрел на настенные часы над кроватью: - Тогда… Часов в восемь или в половине девятого, я думаю. Блин, вот я бестолковый! - он хлопнул себя по лбу и достал телефон, начиная что-то в нем искать. - Точно. Я как раз поговорил с мамой и собирался зайти в корпус, когда заметил его на выходе с территории. Это было в восемь сорок две. А вы пытались ему позвонить? Все находящиеся в комнате начали нервно переглядываться и то и дело вопросительно смотреть на своего тренера, ожидая от него действий. - Его телефон остался на тумбочке. Так, ладно. Я выйду за ним, может он просто решил подольше подышать лесным воздухом напоследок, - сказал Пак, пытаясь успокоить и ребят и себя. - Чонин, будь на связи. И лучше закругляйтесь - я не хочу переживать о том, чем вы тут занимаетесь в отсутствие старших, - он еще раз оглядел компанию серьезным взглядом и вышел за дверь. - Как думаете, что случилось? Может они поругались? - задумчиво спросил Ли и подошел к окну, наблюдая, как их тренер стремительно покидает территорию, на ходу надевая теплую толстовку и накидывая на голову капюшон. - Это уже не наше дело. Чанель-хён разберется, - вздохнул Чонин и посмотрел на игроков: - Давайте расходиться по комнатам и ложиться спать. Завтра все узнаем. Бэкхен еще раз глубоко вдохнул свежий воздух и прислушался к шелесту листвы, прикрывая глаза. Он совсем не мог понять, что с ним происходит: прошло всего несколько дней, как он все-таки решил пересмотреть свое отношение к новоиспеченному тренеру, а уже стал замечать за собой, как постоянно заглядывается на мужчину и чуть глубже дышит, когда они сидят рядом за столом, будто пытаясь надышаться его запахом. Они начали разговаривать на самые обычные темы, смеясь над шутками друг друга и удивляясь тому, что вообще могут обоюдно шутить и непринужденно общаться. И не сказать, что Бэку очень нравилось происходящее. Он, конечно, был рад, что напряженная атмосфера между ними начала отступать - это, в первую очередь, было лучше для ребят и команды в целом, но Бён не хотел привязываться и испытывать какие-либо лишние эмоции по отношению к этому человеку. Он уже начал кое-что подозревать, но всеми правдами и неправдами надеялся, что у него просто слегка поехала крыша и ему всего лишь нужно было с кем-нибудь потрахаться. Так сказать, сбросить напряжение и жить себе дальше, не напрягаясь, до очередного “решения проблемы”. “Самое главное - не снимать их ни в коем случае” - мимолетно подумал он. Бён поежился от холодного ветра и пожалел, что не оделся теплее. Да и с его самочувствием ему следовало сегодня остаться в комнате, или хотя бы посидеть на игровой площадке, а не тащиться в лес. Но ему настолько сильно хотелось побыть одному и обдумать происходящее, что искушение пойти прогуляться оказалось намного сильнее. Бэкхен в очередной раз пожалел о своем решении, когда почувствовал, что силы начали резко покидать тело, а в глазах появились звездочки. Он уперся ладонями, обтянутыми легкой тканью, о свои колени и шумно выдохнул, пытаясь справиться с внезапным недомоганием. Он вскинул голову и, не разгибаясь, добрел до ближайшего дерева, ухватившись за него и присев на колени, стараясь прийти в себя. - Блять, - выругался Бён. - Сам понял, что упало давление, и сам же выперся на прогулку, - он похлопал себя по карманам и, не обнаружив телефона, горько усмехнулся. - Еще и телефон не взял. Идиот. Он опустился на землю и облокотился о ствол с подветренной стороны, прикрывая ресницы. На улице уже стемнело, когда Бэк открыл глаза и медленно огляделся, сначала не понимая, где он вообще находится и почему так холодно. Уши заложило, и он, будто в беспамятстве, с трудом поднялся на ноги, опираясь о дерево. И тут же пожалел об этом. Из-за легкого недомогания, которое осложнилось длительным пребыванием на холоде, глаза застелила мутная пелена и Бэкхен потерялся, не в состоянии разглядеть окружающий его лес. Временно лишившись уже не только слуха, он слепо сделал пару шагов назад, заваливаясь на спину и с тихим вскриком падая в совсем некстати оказавшийся рядом овраг. Чанель уже почти отчаялся и сорвал голос, около часа промаявшись по лесу и пытаясь, если не найти, то хотя бы докричаться до врача. Он не хотел поддаваться панике, понимая, что Бэкхен не ушел бы неизвестно куда намеренно, чтобы его не нашли, но все же… - Бэкхен! - еще раз громко крикнул Пак, посмотрев на время в телефоне и прикидывая, когда ему придется звонить специальным службам и сообщать о пропаже Бёна. Фонарик, что ему всунул Сехун, когда Чан уже закрыл комнату и направлялся к выходу, сел пару минут назад, поэтому Пак еще раз взглянул на зеленый индикатор батареи и облегченно порадовался тому, что хотя бы додумался поставить смартфон на зарядку и не взял его с собой на пробежку. “Только, пожалуйста, ни в коем случае не прикасайтесь к нему, если в этом не будет крайней необходимости” - почему-то сейчас Пак вспомнил эту странную фразу, которую О шепнул ему вслед. “Значит, он все-таки боится прикосновений...” - Чанель задумчиво шел вперед, внимательно оглядываясь по сторонам и начиная понимать, почему их командный врач с таким усердием всегда прячет свои руки и возможные участки тела. Пак внезапно услышал странный шум чуть дальше и правее от себя и моментально прислушался, оставляя свои размышления на потом. Он как можно тише начал двигаться в сторону резкого шороха, а когда услышал тихий вскрик - ускорил шаг и, обойдя стоящее на пути дерево, побежал дальше, с ужасом обнаруживая впереди себя черную пустоту. Он, тяжело дыша, остановился у края, посветил фонариком и увидел, как Бэк стремительно скатывается вниз по оврагу. Чанель похолодел от охватившего его страха и, сломя голову, бросился следом за ним: - Бэкхен!